Самый молодой в истории: То, что увидит не каждый.

Но я знаю: даже за самые прекрасные и самоотверженные деяния приходится платить. И цена, обычно, столь высока, что это и делает их настолько прекрасными. Провидец Нарда Чейтон

C одной стороны, Фил еще никогда не был так рад, что полет подходит к концу, а с другой - никогда так сильно не хотел, чтобы он не заканчивался. Это был самый долгий и напряженный перелет в его жизни, и он был рад, что двенадцать часов тишины на исходе. Но приземление означало, что им придется столкнуться с развитием ситуации, и Бартону придется ответить за свой поступок. Часть Фила, которая все последние три года только и делала, что защищала подопечного, отчаянно сопротивлялась этому и хотела оттянуть момент насколько только возможно. Но Фил знал, что это не в его силах. Весь полет он боролся сам с собой. После всего, через что они прошли вместе, ему хотелось снять груз, который давил на плечи молодого снайпера, заверить его, что он, Фил, позаботится обо всем, и все будет в порядке. Сказать Клинту, что, что бы ни случилось, что бы ни приготовила им судьба, они пройдут через это плечом к плечу. Но Коулсон не мог сделать ничего из этого. Он не мог обнять Клинта за плечи, не мог даже поговорить с ним, потому что рядом с Бартоном сидела Романова. Он не мог заверить его в том, что все будет хорошо, потому что сам не был в этом уверен. Он не мог даже снять груз с его плеч, потому что не знал, как снять его со своих. Самолет вздрогнул и замер на полосе. Люк открылся. Фил поднялся со своего места и повернулся к Клинту с Наташей. Бартон внешне был абсолютно спокоен, как всегда сжимал в руке любимый лук, но Фил видел гораздо больше остальных, и ему сразу бросилось в глаза невероятное напряжение, скрытое в плечах подопечного, и страшную усталость, поселившуюся в его глазах. Прочитать Романову оказалась куда сложнее. Внешне она выглядела беззаботной и очень спокойной. Индифферентное выражение лица, на котором нельзя было угадать ни одной эмоции, как Фил не старался. Даже когда у трапа появилась группа вооруженных агентов ЩИТа, выражение ее лица не изменилось. Она просто взглянула на Клинта, а тот кивнул. Вместе они зашагали вниз. - Наташа Романова? Как только они спустились, навстречу шагнул агент, у которого на бейджике было написано "Джонс", и поднял руку. Наташа чуть приподняла бровь и кивнула. - У меня приказ арестовать вас до получения психиатрического заключения и решения Совета. Романова ничего не ответила, просто заложила руки за спину. Что-то подсказало Филу, что наручники не станут для нее проблемой, если ей это будет нужно. Агенты отвели Наташу от джета. Клинт дернулся следом, чтобы быть уверенным, что ей не пустят пулю в голову, но агент Джонс уперся раскрытой ладонью ему в грудь, останавливая. То, что произошло дальше, ничуть не удивило Коулсона. Клинт отшвырнул от себя протянутую руку агента, и сразу же ему в грудь уперлись дуло четырех автоматических винтовок. - Агент Бартон, у меня приказ арестовать Вас. Клинт насмешливо выгнул бровь, но первым заговорил все-таки Фил. - Вы понимаете, с кем разговариваете? Агент Бартон не представляет угрозы ЩИТу. - Совет считает иначе. У меня есть предписание рассматривать агента Бартона, как врага. - Врага? - Клинт усмехнулся. - Ты серьезно? Джонс, молча, смотрел на него. Клинт покачал головой, покусал нижнюю губу, закинул лук на плечо и вытянул руки перед собой. - Прекрасно. Арестовывайте. - Клинт, - Фил шагнул вперед. Это было неправильно, несправедливо. Да, Клинт нарушил приказ, но Совет зашел слишком далеко. Клинтон Бартон всегда был одним из самых верных агентов ЩИТа. Клинт повернулся к нему. - Я знаю, что делаю, Фил. - Агент Бартон, я вынужден просить Вас лечь на живот и скрестить пальцы на затылке. Клинт бросил на Джонса многозначительный взгляд. Похоже, что парень наслаждается. - Это что, так необходимо? Я же не сопротивляюсь. - Или Вы ляжете добровольно, или, - четыре дула качнулись одновременно, - я уложу Вас силой. Клинт и Фил одновременно вздохнули в возвели глаза к небу. Оба прекрасно знали, что если Бартон не захочет, ни Джонс, ни кто-либо еще никогда ничего не сделают с ним насильно. Клинт снял с плеча лук, и Фил принял его, прежде чем кто-то из агентов протянул к нему руку. Бартон бросил благодарный взгляд на куратора, а потом медленно опустился на колени. Очень, очень медленно. Словно ему что-то мешало, или он страдал от сильной боли. Фил прищурился. Как раз в эту секунду Джонс потерял терпение. Прежде чем Коулсон смог вмешаться, он схватил Клинта за руку - левую! - выкрутил ее, попытавшись уложить строптивого агента за землю. Бартон вскрикнул от боли. Это стало переломным моментом для Фила. Клинт был ранен, только это теперь имело значение. Плевать ему на все остальное, его подопечному причинили боль! Клинт никогда не выказывал слабости, особенно при посторонних. Фил сделал шаг вперед, но был остановлен направленными в грудь винтовками. Бросив на Джонса яростный взгляд, он переключился на своего подопечного. Теперь хорошо было заметно, что Клинт бледен, а по его лицу катится пот. Коулсон еще точно не знал, было ли тому виной плечо - Джонс мог повредить сустав, выкручивая Бартону руку - или что-то еще. Но это требовало его полного внимания. Когда Джонс, сковав Клинту руки за спиной, вздернул его на ноги, Фил получил ответ на свой вопрос - на правой передней поверхности куртки Бартона расползалось темное пятно. Клинт перехватил взволнованный взгляд куратора и опустил глаза. Тогда Фил повернулся к Романовой, единственной свидетельнице того, что произошло. Она сразу же ответила на его безмолвный вопрос. - В него стреляли. - Иисус! Клинт, какого черта ты молчал? Коулсон едва удержался, чтобы не выбить направленное в грудь оружие из рук того болвана, который его держал. Он должен был заняться раной еще двенадцать часов назад! Обработать, остановить кровь, зашить, вколоть антибиотик, а не сидеть сиднем все это время! Клинт бросил на куратора быстрый, виноватый взгляд и снова уставился в землю. И тогда Фил понял. - Ты! - он развернулся к Романовой. - Это была ты! У нее хватило ума выглядеть виноватой. С каких это пор Клинт так рьяно защищает бывших врагов? - Ему нужно в больницу. - Это противоречит приказу. Враги агентства должны быть доставлены в тюрьму без промедления. Джонс казался очень довольным собой, словно когда-то Клинт сильно прищемил ему хвост, и теперь можно взять реванш. - Он не враг! - рявкнул Коулсон. - Фил, - тихо проговорил Клинт. - Пусть играет. Я в порядке. - Клинт… - Коулсон не собирался спускать все это на тормозах, Бартон и пули никогда не были хорошим сочетанием. - Пусть играет, - с нажимом повторил лучник, и в его тоне Фил угадал просьбу, не создавать себе проблем. - Вы продолжите разговор в тюрьме, - Джонс потянул Клинта к выходу из ангара. Романову под конвоем из двух агентов повели следом. Фил остался стоять на месте, беспомощно глядя им вслед. Краем глаза он уловил какое-то движение вдалеке и, приглядевшись, увидел уходящего прочь, мрачного, как демон ночи Фьюри. Черт побери, когда все настолько вышло из-под контроля? Ладно, он не смог отвезти Клинта в больницу, но это не значит, что нельзя привести больницу к Клинту. Ему нужен Дэн! Сотрудники ЩИТа расступались перед несущимся в медотсек Филом, как Красное море перед Моисеем(1). Он не знал, было ли виной тому выражение его лица, напряжение, которое окутывало его, словно облако, или неосознанный мысленный посыл. Так или иначе, он был рад, что никто не попытался его остановить. Он хотел найти Дэна, чтобы тот осмотрел Клинта, а затем заставить проклятого мальчишку рассказать, что, черт побери, произошло. Он устал бродить в темноте, ему нужно было знать, почему Клинт ослушался прямого приказа, почему, после того, как Романова стреляла в него продолжает помогать ей, и почему не сказал Филу, что ранен. Фил всегда знал или мог догадаться, что происходил в голове его подопечного. Даже четыре месяца назад в Хорватии знал, хотя и не соглашался с ним. И то, что сейчас Клинт всеми силами не допускал его к своим мыслям, злило и пугало. Когда дверь медицинского крыла показалась в поле зрения, Фил уже кипел. Он был так погружен в свои переживания, что не заметил, как распахнулась дверь и кто-то вышел из блока, одновременно с тем, как Фил влетал туда. От лобового столкновения их с Дэном спасла только реакция врача, который успел шарахнуться в сторону. - Фил! - Мне нужно, чтобы ты пошел со мной, - не здороваясь, Коулсон протянул руку, чтобы схватить приятеля, но тот ловко уклонился от захвата, перехватил руку Фила за запястье. - Остынь! Я только что узнал, что Клинт арестован, а теперь ты здесь плюешься огнем. Что произошло? - Клинт решил переписать устав ЩИТа и установить свои собственные правила, - проворчал Фил, предварительно бросив быстрый взгляд в коридор через приоткрытую дверь. Все его существо требовало развернуться и бежать к Бартону. Он не любил ссориться с ним, их ссоры каждый раз выворачивали душу Коулсона наизнанку. - Можно подумать, он не делает это каждый божий день, - Дэн отпустил друга и небрежно скрестил руки на груди, и Коулсону очень захотелось рявкнуть на врача за то, что тот столько беспечен. - Это другое. На этот раз он ослушался прямого приказа Совета. Дэн изменился в лице. Взгляд посерьезнел, Уилсону резко перехотелось шутить. - Какой приказ? - Убить Наташу Романову. Дэн отшатнулся назад, как показалось Филу, в сильнейшем шоке. - Разыгрываешь? Коулсон лишь оскалился, понимая, что ответа от него не ждут. - Почему? - Не имею ни малейшего представления. Щенок молчит. - А вот это уже необычно, - губы Дэна слегка дрогнули. Фил метнул на врача яркий взгляд, и тот вскинул руки в примирительном жесте. - Прости, привычка. И где он сейчас? - В камере. - А Романова? Мертва? - Нет, - Фил выдохнул и зажал пальцами переносицу. - Тоже в камере. Клинт завербовал ее. - Разыгрываешь? Фил потер лицо ладонями, провел пальцами по волосам и медленно кивнул. Взглянув на приятеля, он увидел, как недоверие и изумление на его лице сменяется страхом. - Фил, он не только установил собственные правила, он начал свою игру, - Дэн нервно усмехнулся. - Сгораю от нетерпения услышать, что он скажет по этому поводу. - Я не знаю, есть ли ему что сказать! - Фил начал терять терпение, часы тикали. - Клинт в камере с раной в боку, и мне нужно, чтобы ты заткнулся и пошел со мной! Дэн вытаращился на него широко распахнутыми глазами. - Что? Бартон ранен? - А, какого же черта, я примчался сюда за тобой? - Ну так, какого черта, ты не сказал это сразу? - Да потому что ты… - Фил горестно махнул рукой и шумно выдохнул. - Остынь! Фил, мне нужно взять сумку. Он пережил двенадцатичасовой перелет, две минуты подождет. Ты сказал, у него рана в боку. Чем его, знаешь? - Романова стреляла. Казалось, удивленнее Дэн уже просто не может быть. Он кивнул, развернулся и помчался обратно в медкрыло. Фил пошел следом. Он услышал, как упаковывая сумку всем необходимым, Дэн бормочет себе под нос. - Никогда с этим щенком не бывает просто… - Ты серьезно? - простонал Дэн, когда начальник службы безопасности Кэлвин Маркус заставил его сначала ввести свой персональный код, а потом приложить ладонь к сканеру. - Я же главный врач этой чертовой организации! Я не собираюсь поднимать тут бунт! - Протокол, Дэн, ты же понимаешь, - дружелюбно проговорил Кэлвин. - В камере человек, представляющий угрозу безопасности, и все должны пройти проверку. Даже ты, Фил. Фил не ответил, молча, ввел код и приложил ладонь к сканеру. Им пришлось ждать пару минут, пока компьютер не подтвердит личности. - Ну что, я все еще я? Или кто-то украл меня? Маркус даже не улыбнулся, просто махнул рукой. - Третья камера по левой стороне. Дамочка в соседней клетке. Я буду следить за вами на экране все время. Когда закончите, дадите мне сигнал, и я открою его камеру. Дэну очень хотелось поинтересоваться, зачем такие серьезные меры безопасности, если Клинт Бартон - в этом Дэн был уверен на все сто! - не представляет никакой угрозы. Но он знал, ответ будет один - протокол. Он уже начинал ненавидеть это словно так же сильно, как Бартон. И Дэн знал, что если Клинт решит стать угрозой агентству, никакие клетки его не остановят. Могут замедлить, но остановить, никогда. Они с Филом одновременно шагнули в узкий тюремный коридор. Их путь пролегал мимо камеры Романовой, и Дэн не мог не бросит взгляд на двойное непробиваемое стекло. Молодая рыжеволосая красотка сидела на привинченной к стене койке так спокойно, словно это был диван в ее гостиной. Но, когда их глаз встретились, Дэна до костей пробрал холодок. Это была та самая женщина, которая заставила Клинта Бартона взять устав Щита, написать на нем "пошли вы на хуй", подтереться и положить на стол перед Советом. Дэн не возражал против шуток над Советом, но на этот раз Бартон зашел слишком далеко. За следующей дверью их ждал Клинт. Дэн не знал, чего ждать, по описанию Фила невозможно было понять, насколько серьезно ранение. Поэтому он был готов ко всему, от Бартона, валяющегося без сознания на полу, до Бартона, лезущего на стены, как ни в чем не бывало. Когда загудела дверь, и Фил подтолкнул ее в сторону, Дэн решил, что состояние Бартона где-то посередине. Клинт сидел на койке, привалившись к стене, подтянув колени к груди. Пальцы одной руки выбивали дробь на металлическому каркасу койки, а другую он прижимал к правому боку. Парень был бледен, но сознание терять явно не собирался. - Тааак, вот и наш бунтарь без причины. Клинт не слишком удивился, просто бросил на врача взгляд, который сказал все красноречивей всяких слов. Это был так привычно, что Дэн улыбнулся, и вошел в крохотную камеру. Фил зашел следом и закрыл дверь. - Слышал, ты снова дал проковырять в своей шкуре дыру. Дай, посмотрю. Клинт спустил ноги на пол, чтобы Дэн смог добраться до раны. Было понятно, что общаться сегодня он не намерен. Дэн бросил быстрый взгляд на Фила, который стоял, привалившись к стене и скрестив руки на груди, и пристально смотрел на подопечного. Переведя взгляд на Клинта, Дэн без особого удивления увидел, что тот тоже пристально смотрит на куратора. Напряжение, и без того витающее в воздухе, подпитанное этим безмолвным разговором, стало практически осязаемо, но потом Клинт моргнул и перевел взгляд на Дэна. Приняв это за разрешение приблизиться, тот присел на койку, осторожно стащил с Бартона куртку и бросил ее на пол. Аккуратно подняв край футболки, Дэн поморщился, увидев мокрую, окровавленную повязку. - Ты сам ею занимался? Клинт кивнул. - Пуля? Тот снова кивнул. - Вытащил? Очередной кивок. Дэн раздраженно поморщился. - Мыл? - Водой с мылом, - тихо ответил Бартон. Дэн вздохнул, достал из сумки прозрачную бутылку с водой, свинтил крышку и вложил ему в руку. Клинт беспрекословно поднес горлышко к губам. Дэн отогнул край пропитанного кровью бинта, мышцы пресса Клинта дернулись. - Не так уж страшно, но мне нужно чтобы ты лег и расслабился. Дэн забрал бутылку и встал, чтобы Бартон смог вытянуться во весь рост на спине. - Рану придется вычистить как положено, - Дэн потянулся за сумкой и принялся доставать необходимые инструменты. - А еще потребуется переливание крови и антибиотики. Фил? Коулсон повернул к нему голову, показывая, что слушает. - Скажи Маркусу, что мне нужна пинта крови Бартона из хранилища, и пусть Джулия разведет антибиотики. Фил кивнул, сделал знак на висящую в углу камеру, и замок щелкнул. Фил ушел. - Ты знаешь, чтобы передать твои распоряжения, потребуется время. Так что, если хочешь что-то сказать, давай, говори. Дэна всегда восхищала проницательность Клинта и бесила его упертость. - Мне стоит беспокоиться? Клинт опустил голову и отвел глаза. Дэн получил ответ. - Черт тебя побери, малыш. Вздохнув, он принялся чистить рану. Клинт стиснул зубы и уставился в потолок. - Ты должен знать, что Фил на грани срыва. Мне ждать повторения Хорватии? Клинт скрипнул зубами. - И для протокола, ты слишком сильно потрепал ему нервы на этот раз, и уж если кто имеет полное право беситься, так это он. - Все не так просто. - Упрости! - Я не МОГУ! - Клинт сел так резко, что Дэн не успел даже отскочить. Взгляд Бартон сейчас мог бы раздробить камень. Но резкое движение причинило сильную боль, и снайпер сразу же побелел еще сильнее. - ЛЕГЧЕ, Бартон! Иисус! Ты же не новичок, когда дело касается пулевых ранений, и прекрасно знаешь, что нельзя так дергаться. Дэн схватил его за плечо и нахмурился, нащупав опухоль. Он попытался уложить мальчишку обратно, но Клинт неожиданно начал сопротивляться. - Нет никакого упрощения! Как я могу упростить то, чего сам не понимаю! - Успокойся, мать твою, Бартон! Возьми себя в руки и восстанови дыхание, или я тебя вырублю. Клинт моргнул, словно только сейчас понял, что дышит очень быстро и поверхностно. Белый цвет его лица стал медленно меняться на зеленоватый, и он позволил Дэну уложить себя обратно на койку. - Что значит, ты сам не понимаешь? Клинт помотал головой, но не с отказом отвечать, а в расстройстве, и Дэн с удивлением увидел искреннею растерянность в его глазах. Он на самом деле не знал, как объяснить свой поступок словами. Прежде чем врач смог прокомментировать свое открытие, загудела дверь и откатилась в сторону, пропуская Фила. Увидев белого, задыхающегося подопечного, и удерживающего его за плечо Дэна, тот вопросительно выгнул бровь, а потом гневно сверкнул глазами. Дэн выпрямился и вскинул руки вверх. - О, не начинай! Это все твой протеже, его и вини! Брови Коулсона поползли на лоб, и Дэн подумал, если бы дверь за спиной агента не была закрыта, то он сделал бы шаг назад. - Что случилось? - тон голоса был ровным, и Дэн порадовался, что успел спихнуть всю вину на раненого. Потому что сочетание "рана" и "Клинт" превращало даже очень взбешенного Коулсона в заботливую наседку. - Он решил сделать физзарядку, забыв о дырке в боку, - Дэн бросил на Клинта быстрый красноречивый взгляд, тот ответил тем же, но промолчал. Фил покачал головой и пошел поближе, чтобы самому взглянуть на рану. Отлично. Теперь Дэн был уверен, что проживет следующие пять минут. Он вернулся к своему занятию, Бартон опять уставился в потолок, а Фил топтался у Дэна за плечом. - Что там с моей просьбой? Дэн задал этот вопрос только для того, чтобы как-то разрушить напряженную тишину, он и без ответа знал, что все его распоряжения будут выполнены. - Маркус пошел за кровью Джулия будет здесь с минуты на минуту. Дэн кивнул и замолчал. Как только рана была вычищена, он прижал к ней марлю, чтобы остановить кровь, которую Клинт и так потерял слишком много. Как только цель была достигнута, врач бросил марлю в мешок для мусора и достал мазь с антибиотиком. Он как раз заканчивал ее накладывать, как загудела дверь. Фил пошел встречать медика, а Дэн приготовил новую повязку. - Помнишь, ты обозвал меня вампиром, когда месяц назад я заставил тебя сдать кровь и плазму? Я просто знал, что если кому и необходим запас собственной крови, так это тебе, - поддразнил Дэн, пока Фил забирал из рук Маркуса все необходимое. Дэн понял, что Джулию не пропустили через охрану. Клинт слабо усмехнулся. Дэн вздохнул и нежно погладил его по плечу. - После переливания тебе станет полегче. Давай, я помогу тебе сесть, чтобы проверить плечо. Расскажешь, что случилось с ним? Дэн помог Клинту сесть и повернуться так, чтобы можно было привалиться к стене. Вернулся Фил, неся с собой пакет с кровью и флакон с антибиотиком. Пока Дэн налаживал капельницу, Клинт устало прикрыл глаза. - Задница, которая арестовывала меня, как опасного врага, во всю воспользовалась своим положением. Дернул меня за руку. Сильно. Дэн кивнул, прикрепил пакет с кровью скотчем к стене, и ввел иглу Клинту в вену, потом вколол в пакет с физраствором нужную дозу антибиотика и поставил вторую капельницу. Закончив, потянулся к плечу Клинта. Тот послушно поднял левую руку. - Повращай. Дэн чувствовал на себе пристальный взгляд Фила все время, пока ощупывал и осматривал сустав Бартона, а потом отпустил его руку. - Ничего страшного. Небольшое воспаление. Лед и ибупрофен, и все придет в норму. Фил и Клинт выдохнули одновременно. Дэн наклонился, чтобы достать из сумка лед, и протянул его Клинту, зная, что молодой агент умеет обращаться в пакетом. - Он будет в порядке? - подал голос Фил. - Я сделал все, что мог. Оклемается. - Тогда дашь нам минутку наедине? Дэн взглянул на Фила, а потом на Клинта. Да, он точно знал, что не хочет присутствовать при этом разговоре. - Обещайте, что обойдетесь без крови и рукоприкладства. Фил закатил глаза. Дэн собрал сумку и встал. - Я серьезно, Фил. Ему не нужно дергаться. - Дэн… - Я слишком хорошо знаю, к чему приводят ваши беседы наедине. - ДЭН! - стало ясно, что Коулсон теряет терпение, и сейчас он донельзя взбешен тем, что друг посмел предположить, будто бы его не заботит состояние Бартона. Словно он мог сейчас думать о чем-то другом. Дэн поднял руку, защищаясь, и прошел мимо Фила к двери. Щелкнул замок, дверь загудела, но, прежде чем шагнуть в коридор, врач оглянулся на Клинта. - Через час я зайду тебя проверить. Лучник кивнул, и Дэн вышел, закрыв за собой дверь. Клинт смотрел, как она захлопывается, и когда замок снова щелкнул, не стал отводить взгляда. Он слышал, как тяжело вздохнул Фил, почувствовал, как тот осторожно присел на край койки. - Тебе лучше? Клинт кивнул. Фил кивнул в ответ, и следующие несколько минут они сидели в полной тишине. - Ты не хочешь рассказать мне, что произошло? Клинт нервно сглотнул. Фил хотел понять, послушать, что скажет подопечный. Проблема была в том, что Клинт не знал, что ему сказать. Поэтому он продолжал молчать. Он знал, это взбесит Коулсона еще больше, потому что куратору нужны были ответы, не тишина. Но на самом деле не знал, что делать. Фил поднялся на ноги и расстроено начал вышагивать по крохотной камере. - Проклятье, Клинт! Тот снова сглотнул, чтобы смочить пересохшее горло и поправил пакет со льдом на плече. Фил повернулся к нему, во взгляде куратора были боль, отчаяние и растерянность. - Ты понимаешь, что Совет может вызвать тебя в любую минуту? Я не смогу защитить тебя, если не буду знать, что происходит. - Может быть, тебе пора перестать защищать меня, Фил? Я сам принял это решение и отвечу за последствия. - А что если я не могу перестать? Клинт оторвался от изучения стены и уставился на Коулсона. - Я не смогу смириться, если тебя занесут в список потенциальных угроз. Я не смогу работать дальше, если ты уйдешь из ЩИТа. Я не могу потерять тебя, после всего, через что мы прошли. Клинт стиснул зубы, убитый горечью, сочащейся из слов Коулсона. Фил никогда не позволял себе такое открытое проявление эмоций, только если дело касалось Бартона. Клинт стал своего рода криптонитом для супермена Фила Коулсона. - Позволь мне помочь тебе, Клинт. Снайпер жевал губу и напряженно думал. Фил был прав. Ему нужен был хоть кто-то на его стороне, когда он предстанет перед Советом. И нужно срочно найти способ объяснить Филу почему он сделал то, что сделал. - Я не мог ее убить, - наконец выдавил он, и взгляд Фила сфокусировался на нем, как луч вращающегося маяка. - Я держал ее на прицеле, Фил. Моя стрела была направлена ей в сердце. - И что произошло? - осторожно спросил куратор. - Я просто… - Клинт беспомощно пожал плечами, - … не смог. Как он, черт побери, может объяснить инстинкт? Какие подобрать слова, чтобы привести веские доказательства, почему он не подчинился Совету? Как заставить Фила понять, что он просто НЕ МОГ убить ее? - Ты никогда раньше не нарушал прямых приказов. Тем более, что у тебя были тысячи причин убрать Романову. - Я знаю. - Тогда что произошло? - Фил казался еще более растерян, чем сам Клинт. - Я не знаю. - Нет, ты знаешь! Ты не поступил бы так, если бы не знал! Фил всплеснул руками и отвернулся. Клинт опять попытался проглотить слюну и перебрал в голове десятки вариантов объяснений, но отбросил их все. Ни одно из них не соответствовало действительности. Когда Коулсон заговорил снова, в его голосе было только сожаление. - Может быть, мы выпустили тебя в поле слишком рано. Наверное, ты не был готов. - Я был готов, - Клинт знал, что защищается, но черт возьми, речь шла о его способности выполнить свою работу. Фил снова повернулся к нему. - Очевидно, что нет, раз ты не смог спустить тетиву. - Я не по этому передумал! - Тогда назови мне лучшую причину! Клинт швырнул на пол пакет со льдом и выпрямился, стараясь не сорвать капельницы. - Я собирался убить ее. Я был готов сделать это! Но что-то не позволило мне сделать этот выстрел. Что-то внутри меня велело мне ОСТАНОВИТЬСЯ! Фил наклонил голову к плечу. - Каждый инстинкт, что есть у меня говорил мне, не делать этого. Так что я не стал стрелять. Не потому, что был не готов, а потом, что это было бы неправильно! - Она - убийца! - И что? А кем был я, когда ты меня нашел? На секунду Фил оторопел. - Там была другая ситуация! - Почему? Потому что Совет не успел отдать приказ об устранении? И сколько бы его пришлось ждать. Настала очередь Фила отводить глаза. - Или, дело в том, что я стал убийцей по доброй воле, а Романова не выбирала? Ее привели туда ребенком, и она больше ничего не знает в этой жизни. - И ты решил все исправить? - Я решил дать ей то, что ты когда-то дал мне - второй шанс. Шанс все исправить и стать лучше. - Но я не держал тебя на мушке в этот момент, Клинт. Ты сделал выбор, потому что сам этого хотел, а не потому, что у тебя не было выхода. - Она тоже этого хочет! - Откуда, черт побери, ты можешь знать? Она тебе сказала? Клинт едва удержался чтобы не ответить так же язвительно. - Я знаю. Я вижу это в ней. - Что ты видишь? Ты сможешь показать это Совету? Вот меньше всего на свете сейчас Клинт нуждался в напоминании, что рано или поздно он предстанет перед группой тупых, но очень важных ублюдков. - Она могла уйти, но осталась. Она решила спасти меня, когда могла бросить, раненного, лицом к лицу со второй убийцей. И потом, когда я предложил ей побег, она отказалась. Клинт постарался вложить в свои слова как можно больше эмоций. Он должен был убедить Фила, что знает, почему поступил именно так. Что он не ошибся. - Ты давал ей шанс уйти? - казалось, Фил окончательно сбит с толку. У него уже не было сил сердиться, но остатки гнева все-таки Клинт уловил, и неожиданно понял, что совершенно вымотан. Сдулся, как проткнутая шина. Он тяжело упал обратно на тонкую подушку. - Я ждал, когда ты перезвонишь… Я не отпустил бы ее, Фил, но она этого не знала. И решила остаться и вернуться со мной в ЩИТ. Фил вздохнул и присел на край койки. - Она могла использовать тебя. - Все возможно, - признал Бартон. - Но я не думаю, что она стала бы. - Ты мог все потерять, Клинт. Молодым снайпером вдруг овладел страх, да так, что он на минуту перестал дышать. Он знал, что подобное может произойти, понимал, какие грозят последствия, но, как оказалось, не был готов к ним. Он не был готов к тому, что ЩИТ отвернется от него, что ему придется расстаться с Филом. - Я знаю. Он произнес это таким деревянным голосом, что Фил все понял. Клинт услышал, как вздохнул куратор, а потом на его правое плечо легла теплая ладонь. - Я думаю, ты понимаешь, почему так поступил. У тебя самые сильные и точные инстинкты из всех, кого я знаю. Но Клинт, ты выбрал неправильную тактику. Можно было сделать все по-другому. Ты мог прийти ко мне, и мы нашли бы способ сделать все так, чтобы вы не оказались в соседних камерах. - Я должен быть польщен, что вызвал такой переполох? - Бартон слабо усмехнулся. - Клинт… - Все произошло слишком быстро. У меня не было времени принимать другие решения, только вербовать ее. - А что насчет твоего отказа выполнять прямой приказ? Ты бросил трубку? Ты не стал ничего объяснять, но в тоже время хотел, чтобы я тебя поддержал. Не говори, что у тебя не было время все это обдумать. - Я не мог поступить иначе. - Всегда есть "иначе", Клинт. И ты знаешь это лучше кого бы то ни было. Клинт снова скрипнул зубами и опустил взгляд вниз, на свои руки. Он всегда хорош был именно в том, что видел всю картину в целом. Он всегда видел все варианты. Но на этот раз них не было. - Ты можешь уверенно сказать, что если бы действовал по инструкции и попытался завербовать ее, как положено, они бы на это согласились? Фил вздохнул, и Клинт знал, это потому, что ответ был "нет". - Они приказали бы мне убить ее, и я бы ответил отказом. - Ты этого не знаешь, потому что не пытался. Вместо этого ты, не думая, полез в это дерьмо, и теперь мы должны его разгребать. Клинт печально покачал головой. Фил все еще не понимал его. Он считал, что подопечный не оценил серьезность ситуации, не просчитал варианты, не увидел всю картину целиком. Но Клинт видел, возможно, даже более ясно, чем всегда. И он сделал то, что сделал, чтобы в дальнейшем не за что было себя корить. - Я сделал то, что сделал, Фил. Я не буду извиняться за это. И за свой выбор не буду. Ни перед тобой, ни перед Советом. Я поступил правильно. И мне все равно, если ты или кто-то еще считает иначе. Но на самом деле было не так. Клинту было далеко не все равно, если Фил не верил ему. - Я знаю, что ты веришь в то, что говоришь, малыш. И я очень надеюсь, что ты прав. - Я прав. Фил кивнул, в этот момент из его кармана прозвучал телефонный звонок. Он достал телефон и приложил к уху. - Коулсон… Да, сэр. Нажав отбой, он сунул сотовый обратно в карман и вздохнул. - Фьюри. - Совет готов, - сделал безошибочный вывод Клинт, и вдруг почувствовал беспокойство, которое никогда не ощущал прежде. Он и раньше стоял перед Советом, но никогда последствия не грозили быть столько серьезными. - Да, - Фил на миг замолчал, а потом… - Я поддержу твою игру, Клинт. Я не согласен с тем, как ты поступил, не думаю, что это было правильно, но я понимаю, почему ты сделал то, что сделал. И я никогда не мог просить тебя не следовать своим инстинктам, - он снова сделал паузу, и совсем уж неожиданно для Бартона, закончил: - но я, черт побери, горжусь тем, как ты борешься за то, что считаешь правильным. Клинта с головой накрыла волна невыразимого облегчения. С поддержкой Фила, он мог на что-то надеяться. Согласится ли куратор с ним, простит ли его - с этим он будет разбираться потом. И что наиболее важно, все, что они создавали годами, и что он едва не разрушил, все начало восстанавливаться. И этого было достаточно, чтобы Клинт захотел бороться за свое место агента ЩИТа, и сделать все, что было в его силах, чтобы помешать Совету избавиться от него. Конец главы 9. Анонс: - Решения, которые ты принимаешь, сказываются не только на тебе. Они, как волны, расходятся по всей организации. Ты можешь быть сольным исполнителем, но операция - плод совместных усилий. - А что, черт побери, Вы сделаете? Вы каждый раз говорите Совету, чтобы они запихнули свои решения в задницу. Чем отличается мой случай? - Я, мать твою, директор! И я каждый раз получаю по жопе за это, но, к счастью для меня, чтобы выпнуть меня отсюда, им нужно единогласное решение. К тебе, Бартон, это не относится. ________________________ 1- Бог шел перед израильтянами, показывая им путь, днем в столпе облачном, а ночью в столпе огненном. Так они дошли до Красного моря и расположились на берегу его. Фараон скоро раскаялся, что отпустил израильтян, и велел запрячь колесницы и отправился в погоню за ними с многочисленным войском. Он настиг их на берегу Красного моря и расположил свой стан недалеко от них. Когда израильтяне увидели приближающихся египтян, они оцепенели от ужаса и взмолились ко Господу. Моисей сказал им: "Не бойтесь; Господь защитит вас". И двинулся столп облачный и стал между станом египетским и станом израильским, и был мраком для одних и освещал ночь для других. Господь сказал Моисею: "Подними жезл твой и простри руку твою на море". Моисей исполнил повеление Господа. Тогда воды расступились, и прошли израильтяне по морю, как по суше. 2 - Криптонит (англ. Kryptonite) — вымышленное кристаллическое радиоактивное вещество, фигурирующее во вселенной DC Comics и возникшее в результате разрушения планеты Криптон. Криптонит знаменит благодаря тому, что является единственной слабостью Супермена и других криптонцев — он способен оказывать воздействие на них, которое разнится в зависимости от цвета минерала. Благодаря популярности Супермена слово «Криптонит» во многом стало распространённым аналогом выражения «ахиллесова пята». Впервые появился в серии радиошоу, посвящённых Супермену. Наиболее часто показывается в комиксах и кино в зелёной форме, которая лишает героя сил и может убить его.