Псих

      Рик определенно должен был сгореть за это в аду. Что, казалось бы, тут такого — просто лечь рядом со своим любимым внуком… Просто обнять его. Просто. На самом деле, это было чертовски нелегко, ведь с ним творилось что-то странное, то, чего не случалось раньше. Отпустив всю свою язвительность и дерзость, Морти лежал перед ним, глубоко и ровно посапывая, и, казалось бы, он уже мог бы себе позволить тихо встать и покинуть комнату, занявшись своими делами, но нет! Они были друг к другу слишком близко. Рик чувствовал тепло его тела, которое уж как-то слишком начало волновать воображение, и он невольно начал думать о том, что недостаточно хорошо рассмотрел на парнишке татуировки… а так хотелось бы изучить их поподробнее. На всех местах. В голове наступила полная сумятица. Как и всегда в такие моменты, когда Морти просил его остаться. Нет! Он не может подвести его доверие! Сев, Санчез резко замотал головой и даже укусил себя за руку, пытаясь прийти в чувство. Помогло только на пару минут. Надо уходить! Немедленно! Но Морти выглядел таким спокойным, таким… притягательным? Он уже не был таким бледным, как в первую их встречу, на щеках появился румянец, а круги под глазами уже почти исчезли. Не зря Рик отобрал у него сигареты и с боем не разрешал допоздна сидеть у телевизора. Вроде бы, он мог собой гордиться — но как бы не так! Он — самый ужасный извращенец на свете, точнее, рискует им стать, если сейчас же не уйдет…       Увы, соблазн оказался сильнее. Всего один разочек — говорил он себе. Так, чуть-чуть, чтобы Морти не проснулся… И он сделал это. Он зарылся носом в кудри на затылке, вдыхая их аромат, поцеловал Морти за ухом, спустился ниже — медленно, осторожно, чтобы не быть замеченным — и понял, что сходит с ума, что не может остановиться, и… И именно в этот момент Морти резко повернулся, глядя на него уже совсем не сонным взглядом. Ужас старика было не передать словами. — Э-это, — залепетал он, отшатываясь на другую сторону кровати и судорожно вспоминая, куда же, черт возьми, засунул свой "мозговыноситель", — э-э-это не то, что ты подумал, М-морти!.. Конечно, оправдываться было бесполезно. Даже его гениальный мозг не мог сгенерировать подходящую отмазку для того, почему он полез целоваться к своему родному внуку. Как и для того, что произошло дальше. — Не то, что я подумал? — как-то странно усмехнувшись, парень подкрался к нему ближе, слишком близко, так, что они почти соприкоснулись носами… — А что я м-мог понять неправильно, папаша?.. С этими словами Морти, вцепившись в его водолазку на груди, поцеловал Рика. Прямо в губы. Вызвав при этом инсульт, аневризму, весенний психоз и смещение планет в его голове одновременно. — Т-ты что?! Оттолкнув Морти, он спрыгнул с кровати, чувствуя, как пульсирует кровь в голове. — Я… я… п-прости, мне надо побыть од-одному! С этими словами Рик на спринтерской скорости влетел в портал.

***

      Трусливая старая задница! Морти от злости ударил кулаком в стену, за что тот, конечно же, спасибо не сказал, ведь теперь на нем уже ничего просто так не заживало. Дуя на разбитые костяшки, он хмурился и поминал Рика последними словами. Курить хотелось до трясучки, а он свой лимит уже исчерпал! Агрессивно грызя чупа-чупс, Морти чуть не сломал об него зубы, но злость никуда не делась, и после леденца он изжевал вдоль и поперек еще и пластиковую палочку от него. Что это вообще было?! Сначала сам полез целоваться, а стоило только проявить ответную инициативу, и на тебе — только пятки сверкают! А он остался дома, как дурак, даже не успев сказать, что вообще-то очень даже не прочь… Нет, всеми руками "за"! Любой другой Рик в такой ситуации уже отымел бы его до состояния нестояния, а этого еще и ловить придется… Морти сейчас с радостью бы выпил. И закурил. Или вообще — сгонял бы в Морти-таун за пакетиком с какой-нибудь легкой наркотой, как в старые добрые, вот только он понимал, что старых добрых уже не будет. Может, даже и к лучшему. Никому не нужны дерзкие Морти. Непослушные Морти, проблемные, с тяжелым характером, Морти, уничтожившие всю свою родную планету… Он был просто обузой. Нерадивым учеником, тем, кого уже заранее списали в утиль, и, по существу, всем было все равно, что он делает, только бы не крутился под ногами — кури, пей, упарывайся, полосуй себя ножиком (и похуй, шрамов-то не остается), хоть умри, всем будет до лампочки! Он хорошо помнил день выпуска. То, как волновались все вокруг, кроме него — он-то знал прекрасно, где окажется, и уже смирился. Морти-таун ждал своего будущего жителя. С его стремлением сдохнуть поскорее лучшего места и представить было нельзя, но кто ж знал, что какой-то псих все же решится его взять? И что, сам того не ожидая, Морти однажды почувствует… привязанность. Привязанность, прорастающую все глубже с каждым днем, хотел он того или нет. А этот идиот даже не стал его слушать! Но ничего, он еще ему покажет… Еще покажет!

***

      Рик вышел из портала на слегка нетвердых ногах. Он решил, что этот случай оправдывает его целиком и полностью, и он напился. К счастью, ученый еще понимал, что происходит вокруг, но все уже находилось в какой-то дымке. Прошло, наверное, всего несколько часов, а он уже вернулся домой. Просто не хотелось находиться в обществе пьяных в дрова других Риков, рискуя стать одним из них. Во всем нужно знать меру. Плюхнувшись на диван, Рик тяжело вздохнул и потер виски. Конечно, вести переговоры в таком состоянии не стоило, и он решил сделать это, когда протрезвеет. Да, так он и сделает. Просто посадит Морти перед собой и серьезно поговорит, объяснится, попросит прощения, и все будет замечательно, да, просто замечательно… Скрипнула дверь, и мужчина, повернувшись, забыл напрочь о том, что думал вот только секунду назад. Морти, прислонившись к косяку, прожигал его взглядом. На нем была одна только футболка с логотипом рок-группы — футболка Рика. Конечно, она была слишком большой, спадала с одного плеча, и мысли ученого стали еще более запутанными, чем прежде…

***

      Попался. Теперь точно не уйдет! Шлепая босыми ногами, Морти медленно подошел к Рику. От деда пахло алкоголем. Пожалуй, ему это даже нравилось. — М-морти?.. В голосе старика звучала неприкрытая растерянность, и, почувствовав внезапное дежавю, он прошептал, наклонившись совсем близко: — Трахни меня еще разок… Кажется, Рик совсем не обрадовался этому предложению. — Морти, т-ты… — невесело рассмеявшись, он откинулся на спинку дивана. — Ты подросток. Ты еще ничего не понимаешь… Вечно эти взрослые так говорят! — Ты согласился тогда, — привел парень аргументы в свою защиту. — И разве не ты только что целовал меня, думая, что я сплю? — Н-но… — глаза у Рика забегали. — Хватит врать, — глядя на него исподлобья, парень медленно опустился на колени между его расставленных широко ног. — Я вот честен в своих намерениях… — томно вздохнув, он потерся щекой о внутреннюю сторону бедра Рика. — Я просто хочу быть твоей сучкой, что в этом такого? Наверное, Санчез впал в культурный шок от таких заявлений, но ему как раз это было полезно. — Мо-морти, ты… ты ведешь себя очень-очень неправильно! — Так в чем проблема, папаша? — он поднялся и, коснувшись губ Рика своими, выдохнул: — Можешь наказать меня, если хочешь… Морти не узнавал самого себя, но, как ему казалось, другим способом этого рохлю не получилось бы растормошить. И, кажется, он попал в яблочко, ведь на лице Санчеза так и было написано, что последние линии его обороны трещат. Наверняка тут еще свою роль сыграла и выпивка, но, в любом случае, он неуверенно ответил на поцелуй Морти. Бинго. Ему вынесли ключ от города практически без боя. Довольно замурлыкав, он обвил руками шею мужчины, проникая глубже в его рот языком, и, почувствовав горячую ладонь, гладящую его спину под футболкой, выгнулся навстречу, как кошка. Рик пошел и дальше. Рик целовал его в шею, водил руками по животу и вздымающимся ребрам, и стоять уже не было сил — сам не помня как, он оказался сидящим у Рика на коленях. Дыхание сбилось, пульс ускорился, наверное, раз в десять, и Морти уже чувствовал, как кое-что у него в трусах твердеет. — Ох, Рииик, — простонал он, зажмурившись и уткнувшись лбом в грудь ученого, ведь ему совсем не было привычно, когда его вот так хватают за задницу. По-хозяйски. Как он и хотел… — М-морти, — с тихим рыком впившись в его шею, Рик, тяжело дыша, вдруг спросил: — Ты т-точно уверен, что этого хочешь? — Конечно, уверен, — ответил мальчик хриплым голосом и совершенно внезапно оказался у Рика на руках.

***

Внутри все перекручивалось от предвкушения. Но, отнеся его в комнату и положив его на кровать, Рик тут же выбежал за дверь, искать что-нибудь для "подготовки". Короткое время ожидания показалось Морти вечностью. Скуля от нетерпения, он поглаживал себя между ног, и каждое, даже самое маленькое прикосновение отзывалось приятной дрожью внутри. Конечно, было немного стыдно, когда Рик спустил с него белье, или когда разделся сам, еле справляясь из-за дрожащих рук… Принимать в себя пальцы, смазанные обычным кремом, оказалось поначалу не слишком-то приятно. Болезненно, можно сказать. Морти терпел, пыхтя и кусая губы, и постепенно ему становилось легче, а Рик, целуя его везде, бессвязно бормотал что-то о том, какой он молодец, умница и что скоро все закончится… А потом, подхватив его под коленями, подтянул к себе ближе. Твердый, огромный член уперся прямо в задний проход, и, о боги, как же Морти стало страшно! Не считая веселых приключений в подсознании, это был его первый раз, вообще первый в жизни, господи помилуй… — Тише, т-тише, — поцелуем в губы ученый заглушил его вырвавшийся крик и продвинулся еще чуть дальше. — Се-сейчас, Морти, потерпи… вот так, хорошо… Привыкнуть оказалось непросто. Морти сипло стонал и хныкал, забывая напрочь, кто он и что вообще делает в этом бренном мире, а Рик двигался в нем все быстрее, сведя бровь, по его вискам бежали капельки пота, а из сжатых челюстей вылетали тяжелые вздохи. Мозолистые пальцы ласкали его член, теребили серьгу в уздечке, от чего перед глазами каждый раз вспыхивали звезды, но каждый раз, когда Морти уже был на грани, этот гад отдергивал руку, заставляя его чуть ли не со слезами просить продолжать, дать удовольствие, дать, черт бы все побрал, кончить… Рик не остановился, пока не довел его до полного изнеможения. Парень буквально почувствовал себя половым ковриком, просто бери и стели, куда хочешь! Горло болело от криков. Вся несчастная рикова футболка оказалась в сперме, а дыхание сбилось так, как будто он пробежал марафон. Во всем теле появилась ватная слабость, и он вяло следил, как Санчез, парой резких движений рукой доведя до оргазма и себя, откатывается в сторону, чтобы его не раздавить. А потом, притянув к себе Морти, он с усталым вздохом поцеловал его в висок. В голове не осталось никаких связных мыслей, кроме одной, что заставляла его блаженно щуриться, улыбаясь… Теперь пути назад уже не было.