Селфхарм

Шоё сжал лямку сумки, закрыл глаза и глубоко вздохнул. Улица утопала в закатных цветах и прохладе. Солнечные лучи тонули в мрачной темноте окон его дома. Он вздрогнул. Белый, когда-то родной дом, казался бесконечно чужим. Желудок скручивало от плохого предчувствия. — Я дома, — сказал он, скидывая сумку. В доме царила холодная темнота, лишь только на кухне горел свет. — Здравствуй, Шоё, — хриплый голос резанул уши. Мать поспешно вышла из кухни, вытерла руки о фартук и обняла его. — Ты ошибся с датой? Разве ты не должен был приехать ещё вчера? Он сглотнул. Он не мог так же спокойно врать, как когда находился под больным кайфом. — Да, ошибся. Мы… проиграли. Она обняла его ещё крепче. Шоё помолчал. Как ни странно, честное признание придало силы. — Мама, я должен завязать. Она ничего не ответила, отпустила его и заглянула в лицо. Даже в плохом освещении Хината четко видел темные круги под глазами. Что-то лихорадочное блестело в его глазах. Он чуть дернулся назад, но потом прикрыл глаза и выдохнул. — И ты тоже должна перестать. Это путь в никуда. Мама перестала улыбаться. Знакомое выражение лица — такое было у него, когда он заносил над собой нож. Сосредоточенное и абсолютно пустое. Он выдохнул и сжал губы. Шоё никак не мог вложить в слова все пережитое. Не мог уложить весь его нарастающий страх, который начался с того момента, когда Тсукишима впервые застукал его за школой и который, честно говоря, всё ещё дышит ему в затылок. Не мог уложить всё это чужое волнение за него, которое он чувствовал, хотя и отрицал. Как всё это переплеталось и выворачивало его. Как иногда было хорошо, а потом многократно хуже. Он это пережил и сейчас просто чувствует, что ему это больше не надо. Да, выбираться из этого будет сложно, да, не один он виноват, что так случилось. Но он будет бороться с собой, потому что он не хочет видеть себя таким. У него есть мечта и цель, есть, пусть и убогая, недоромантика и взаимная первая любовь. Как он может это объяснить? — Ты ведь хотела, чтобы мы все были счастливы, верно? Ты всегда вела себя как идеальная мать, а эта привычка вроде как… мелочь? Так ты думала? Но это… Это ведь все равно, что напиваться или вроде того. Ты просто прячешься от проблемы, а она становится больше. Но тебе не это надо. Она наклонила голову, не меняясь в лице. — Ты, наверное, голоден. Идем, поужинаем. Я приготовила твое любимое! — Но мам! Голос её был весел и приветлив, а холодные глаза сосредоточенно сверлили его. Контраст пугал. Она отвернулась и пошла на кухню. Лишь ровная спина выдавала затаившееся напряжение. Хината выдохнул и направился за ней. *** — Ого! Это же совсем новый спортивный магазин! Шоё почти даже подпрыгнул по привычке. — Сегодня выходной, так что мы могли бы вместе прогуляться, — улыбнулся Коуши. Хината недоуменно посмотрел на капитана. — А мы разве не будем тренироваться? — В честь открытия там неплохие скидки, так что затариться чем-то это не плохая идея, — Даичи сложил руки. — Кроме того нам не мешает встряхнуться. С этим Шоё был согласен. Торчать дома с матерью не хотелось. Дом резко опустел и стал пугающим из-за того, что свет теперь горел только в используемых комнатах. Сугавара позвонил и пригласил его на площадку недалеко от его дома, и вручил ему подарочный сертификат из нового спортивного магазина, а после предложил всем вместе пойти и посмотреть, что там. Компания была хорошей. Танака и Нишиноя довольно улыбались. Тсукишимы с Тадаши предсказуемо не было, а вот… — А Кагеяма пойдет? — и сам удивился как неуверенно он прозвучал. — Придет, — улыбнулся Коуши. — Просто его дом ближе и ему легче нас встретить там. — Но разве… — неуверенно начал Даичи. — Будет, — настойчиво перебил его Коуши, так, что возражать не захотелось. — Танака, кажется, ты хотел рассказать ему про волейбольный отдел? Рюноске с горящими глазами подлетел к Шоё и начал что-то ему рассказывать. Коуши отправил сообщение (судя по ангельской улыбке что-то угрожающего характера) и легко кивнул Даичи. Дело сделано. *** — Тетенька уборщица! Вы забыли свою швабру! — Это щетка для кёрлинга, идиоты! Сугавара терпеливо улыбнулся. Тобио случайно бросил на него взгляд и его передернуло. Хотя между сокомандниками и было напряжение, Рюноске и Ноя своими дурачествами быстро его растворили. Ноя томно посмотрел на Танаку. — Откройтесь мне, мистер Рюноске. — Мои вкусы довольно специфичны. — Больной ублюдок! — Танака, оставь в покое хлыст для верховой езды! — Вот ведь идиоты! — Даичи раздраженно выдохнул, направившись в сторону сокомандника. — Ноя, этот батут поставили для детей! Не видишь там возраст до двенадцати лет?! — Что? Нет, Танака это женская раздевалка! — Коуши быстро побежал в сторону хихикающего Рюноске. Хината с Кагеямой предсказуемо остались одни. Если не считать кучу толпы вокруг. За все это время они перекинулись лишь приветствиями и неловкими взглядами. Кагеяма не знал, нужно ли ему заговаривать вообще, да и инициативу в таких делах он проявлять не привык. Хотя если вспомнить поцелуй…. Но это не считается. Тогда Хината был ненормальным и его надо было окончательно вывести из себя. А сейчас он… просто непонятный. Молчит, задумчивый немного, но не в плохом смысле. Почти тоже самое про себя сейчас может сказать Кагеяма. Хината же растерянно оглядывался. Он, в общем-то, был рад, что так всё складывается, но не очень понимал, что со всем этим делать. Нерешительность бесила их обоих. — Слушай… — они одновременно повернулись друг к другу. — Да я просто… — «такой мямля!» Кагеяма сжал кулаки. Злость на себя дала сил и уверенность. — Как ты? Ну, семья там, раны. Хината не был расстроен вопросами и кивнул. — Всё хорошо, раны заживают, — но после чуть тише добавил. — Семьи нет. Тобио кивнул, толком не зная что ответить. Повисла тишина. Не тяжелая, но понимающая. Добрые намерения Тобио были ясны Хинате, а сам Кагеяма же понимал как себя чувствовал Шоё. Тишина… не мешала. — Слушай, я вот что хотел узнать, — Шоё сжал кулаки, скорее для уверенности. Раз уж Тобио спросил и переступил через себя, то и он так же поступит. — О том, что тогда… случилось на балконе. — Ах это, — Тобио и хотел бы сказать небрежно, но горло пересохло, а щеки почему-то загорелись. Он выдохнул и сердито пробурчал. — А что такого? Просто холодно было. — «Какой же ты убогий!» — сердито выдохнул Кагеяма, опустив взгляд. Он и злился, и смущался. — А-ага… А ещё ты говорил, что я тебе… ну, того. — Ага, — Щеки Тобио покраснели сильнее. Чуть тише добавил. — Все ещё ага. — Да? — голос Шоё тоже невольно стал тише. — Да. — Эй, кохаи! Голос Танаки буквально взорвал их маленькую только что созданную Вселенную доверия. Они повернулись в его сторону. Коуши внимательно посмотрел на них и расстроенно выдохнул. Даичи и Ноя тоже были там. — А мы тут нашли нашего короля сарказма! Та-да! — Ноя и Танака торжественно расступились, показывая недовольного Тсукишиму и Тадаши. — Я удивлен, что ты знаешь такие сложные слова, — выдохнул Кей. — Рад служить для Вашего увеселения, о саркастическое величество! Тсукишима ничего не ответил на поклоны неугомонной парочки, недовольно выдохнул. Знал ведь, что припрутся, да вот только понадеялся, что они с командой не пересекутся. Надо было очкам порваться именно вчера. Он посмотрел на руки Хинаты. — Идиоты. Вы уже прошли волейбольный отдел с аксессуарами. — О чем ты? — спросил Сугавара. — А вы за рукавами здесь? Зачем ещё вы ему сертификат дарили? К его удивлению, остальные задумчиво промолчали. — А ведь и правда, почему-то об этом я не подумал, — Сугавара сложил руки. — Соревнования же пока закончены, он теперь может поиграть с рукавами и дать рукам зажить. — Но мне не нравятся ощущения в них, — хмыкнул Хината почти по-прежнему капризно. — Пока нет ничего важного, тебе правда лучше заняться здоровьем, — заметил Даичи. — Вот можешь же полезное сказать, когда захочешь! — Танака потрепал Кея за плечо, а тот только раздраженно выдохнул. *** — Шоё! Хината замер в коридоре магазина, обернулся. Они буквально только вышли из нового магазина. — Привет. Мама. Что ты тут делаешь? Сокомандники столпились около них. Она улыбнулась. — Тут недалеко открылся рыбный магазин. Увидела что тут открытие и решила тебя навестить. Что-то не так? — Ого, вы мама Хинаты! — Танака широко заулыбался, разглядывая её с ног до головы. — А сын явно не в вас. Вы довольно краси… — Здравствуйте! — перебил его Коуши. Даичи слегка треснул Танаку по спине. — Мы играем вместе с вашим сыном в волейбол. — Да, знаю, — женщина приятно улыбнулась. — Он мне сказал, что пойдет с вами. Приятно видеть вашу отзывчивость. — А нам приятно видеть вас, — таки вырвалось у покрасневшего Танаки. — Ох, — выдохнул Коуши. Даичи с каменным лицом схватил Танаку за шкирку. — Хината, тогда мы вас подождем. — О, нет, Сугавара — кун, — она улыбнулась. — Я бы хотела немного поговорить с вами буквально минуту. Вы не против? Вице-капитан удивленно моргнул. — О, вы знаете нас? Вы видели наши фото? Шоё тревожно нахмурился. Вообще-то он фото клуба не показывал. — Хината так убедительно о вас рассказывал, что мне кажется я узнаю вас и так. — В самом деле?! — подпрыгнул Танака. — А кто я? — Думаю, да, Танака — кун. — Ого! — Рядом с тобой, полагаю, Нишиноя, — она перевела взгляд на других. — Капитан Даичи — кун. — Приятно познакомится, — вежливо кивнул капитан. — Взаимно, — её глаза застыли. Она улыбнулась прохладно, чуть хитро. — И Кагеяма — кун. Мать посмотрела на него со странной внимательностью. — «Точно, это ведь они в первый раз видятся», — Хината сглотнул. Хоть на лице матери была дружелюбная улыбка, в глазах её был холод, а в плечах напряженность. Тобио сам по каким-то причинам застыл. — Ну нафиг. Я сваливаю. Мать повернулась в сторону уходящих Тадаши и Кея. — О, это Тсукишима — кун. Узнаю, — она перестала улыбаться, глядя на Тадаши. — Ты не Асахи. И не… А как тебя зовут? — Тадаши Ямагучи, — удивленно моргнул он. — А, не похож, — задумчиво пробормотала она. Оглядев их ещё раз и сделав какие-то выводы, она улыбнулась. — Ладно, я увидела всё, что хотела. Мне пора в магазин. До встречи! И тяжелое, плохое предчувствие плотно поселилось в груди Шоё.