Гарри Поттер и экспресс "Хэллоуин-Хогвартс"

Гермиона Грейнджер со всей ответственностью подошла к выполнению проекта по увеличению интеллектуальных и магических способностей крыс. Она написала родителям. Выпросила у Лаванды Браун разрешения воспользоваться услугами её совы. И уже к началу следующей недели распаковывала толстенную книгу «Способы содержания и повадки домашних грызунов». Потом погрузилась в чтение, цитируя избранные отрывки Гарри и Невиллу. Те скучали, но вида не подавали. — А ещё нам нужен лабиринт! — вдруг сообщила Гермиона, на миг оторвавшись от чтения. — Зачем? — удивился Гарри, скармливающий Паршивцу небольшой кусочек яблока. Крыс задрал мордочку и понюхал воздух, забавно шевеля носиком. — Это для тестирования умственных способностей животных. Я читала о методах зоопсихологии! Так проверяют уровень интеллекта. Если крыса быстро находит выход — она умная. А если медленно и не с первого раза — то значит, не очень. — Ну и где мы лабиринт возьмём? — спросил Невилл. — Можно трансфигурировать! Маги мы или где? — тут же нашла решение Гермиона, схватила книгу и умчалась прочь из гостиной. — А если крысе просто не хочется выходить? Лень ей, — фыркнул Гарри. — Или она умная, но у неё память плохая? Или этот, как его… топографический кретинизм. Вон, был у меня один знакомый призрак — умнейший мужик был, а заблудиться мог в трёх могилах. Из-за этого и на тот свет попасть не мог — дороги не нашёл. А какие теоретические выкладки выдавал иногда, эхх… — В общем, сомнительная вещь — этот Гермионин лабиринт. — Ладно, не нам сомневаться в качестве маггловских методов исследования интеллекта! — подмигнул другу Гарри, намекая, что какие бы результаты они ни получили, им будет ни тепло, ни холодно. Невилл понимающе улыбнулся и скормил крыске кусочек кекса. Через полчаса в гостиную вернулась сияющая Гермиона, а вместе с ней — профессор Синистра и профессор Люпин. — Мальчики, профессор Люпин пообещал трансфигурировать всё, что нам нужно для исследований! — со сдержанным ликованием сообщила девочка. — Но ему надо посмотреть на крысу и место её обитания. Профессор трансфигурации наклонился над клеткой, в которой сидел Паршивец. Зверёк пискнул и свернулся клубочком, поджимая лапки и пряча мордочку в животе. Аврора Синистра удивлённо приподняла брови. — Кажется, он вас боится. — Возможно… — рассеянно кивнул головой Люпин. Попросил, чтобы юные исследователи принесли что-нибудь ненужное. Гермиона притащила кипу черновиков домашних работ по трансфигурации. Люпин мягко улыбнулся самой старательной студентке курса, и несколькими взмахами палочки создал из предоставленного мусора небольшой лабиринт в соответствии с картинкой в книге. Потом ещё раз очень внимательно осмотрел крысу. Гарри даже подумалось, что оборотень хочет подзакусить свежей крысятинкой, но смущается этого. И чего там смущаться? Крысы — отличная дичь. Если бы им самим не очень нужна была эта крыса — можно было бы оборотню подарить. — Профессор Люпин, вам нравятся крысы? — из вежливости спросил Гарри. — А? Да, забавные такие зверьки… — покивал головой Люпин. Потом удалился в сопровождении профессора Синистры. — Чего это он? — шепотом спросил Невилл у Гарри. Тот мотнул головой. — А я почём знаю? Ладно, пойдём, пока Гермиона занята! У нас ещё одно дело есть, завтра же первое мая… — Что за дело? — захлопал глазами Невилл. — Надо профессора Снейпа нейтрализовать…

***

— Так как ты думаешь, лучше мёд? — Думаю, да. Мёд лучше подходит — он является сильным успокаивающим и ещё хорошо связывает прочие ингредиенты… — А я бы сказал, мята. Её сок вызывает доверие и помогает расслабиться, а если добавить лавровишневую камедь… — Нет, тогда зелье станет более густым, и его станет неудобно пить. — Тогда можно будет сделать пилюли… Профессор Снейп замедлил шаг и прислушался к болтовне двух гриффиндорских первокурсников, которые крутили в руках пергамент и громко обсуждали явно какое-то зелье. Одним из спорщиков был Наша-новая-знаменитость мистер Поттер-Скеллингтон, вторым оказался Кошмар-преподавателя-зельеварения мистер Лонгботтом. — Так-так-так! — проговорил профессор Снейп зловещим шелестящим шёпотом. — Мистер Лонгботтом, мистер Поттер-Скеллингтон… До экзаменов всего неделя, до отбоя — полчаса, а вы тут обсуждаете что-то явно за рамками учебной программы и вашего интеллекта. Так ведь можно подумать, что вы что-то замышляете. Невилл привычно побледнел и спал с лица. Гарри наоборот — радостно разулыбался. — О, профессор!  А я как раз письмо получил от бабули Прю! — Так, прошу сдать рецепт неизвестного науке зелья и марш в свою башню! — сверкнул глазами профессор зельеварения, требовательно протягивая руку. Гарри тотчас вручил преподавателю пергамент. Профессор Снейп быстренько просмотрел текст и, уже уходя, бросил. — С мёдом. — Я же говорил! — обрадовался Гарри и они с Невиллом поспешили в гриффиндорскую гостиную. — Ну всё, он нейтрализован, всю ночь будет варить оба варианта бальзама, тестировать и сравнивать! — Я говорил, что ты гений? — отдуваясь, спросил Невилл. — На колдуна не нужен нож, — пропел тоненьким голосом Гарри. — Ему рецептик подобьешь — и делай с ним что хошь! — А? — Народное творчество! Песенка мошенницы Элис. — Пояснил Поттер-Скеллингтон. — Ну что, у нас всё готово? — Ага. Через три часа Гермиона сладко сопела, уткнувшись носом в книгу, страницы которой благоухали мёдом и мятой. Гарри аккуратно накрыл девочку клетчатым пледом, и поманил Невилла за собой. Тот нёс завёрнутую в платок крысу, которой на ужин досталась добрая порция сладкого усыпляющего бальзама. Лонгботтом, честно стараясь не шуметь, пробрался следом за своим более юрким товарищем в дыру. Мальчики, замирая и оглядываясь, двинулись вниз по тёмным лестницам. Двое школьников выскользнули на улицу через боковую дверь и короткими перебежками, прячась в тени, двинулись к Иве. Дерево, уже всё в молодой тонкой листве, узнало своих друзей. Ива радостно зашелестела и протянула ветки мальчикам. Гарри потрепал её по листьям, Невилл коснулся ствола, погладил морщинистую кору. — Мы принесли, принесли! — Шепнул Лонгботтом. — Не шуми! Ива послушно затихла. Гарри тем временем поставил на землю у корней дерева сныканный после ужина кубок. Налил в него вместо вина медовуху, добавил масло. Расстелил платок, положил на него спящую крысу. Сделал шаг назад, встал за левым плечом Невилла. Теперь Лонгботтом выговаривал слова Дарения, Поттер-Скеллингтон повторял вслед за ним. — Зима миновала, лето идёт, Труды и плоды с собой приведёт. Красная кровь на траву прольётся — Жизнью под светом Солнца вернётся. Служба хозяину, плата слуге… И тут их перебил крик: — Силенцио! Что вы себе позволяете?! — Гарри и Невилл подпрыгнули от ужаса и резко оглянулись. Из темноты, почти не различимый в своей потрёпанной серой мантии выступил профессор Люпин. — Мммм… — В ужасе замотал головой Невилл, не в силах скинуть чары молчания. Дерево угрожающе зашумело, застучало ветками. Гарри осторожно, чтобы оборотень не заметил, потянулся за костяной палочкой. — Вы проводите запрещенный ритуал! — Возмущенно выдохнул Люпин. — Это… омерзительно! Гарри уже нащупал в кармане мантии резную кость. В Азкабан не хотелось, а если что… Ну будет на одну жертву больше. Дерево только обрадуется. — Гарри! — Скорбно вздохнул Люпин, остановившись около мальчиков и косясь на дерево, замершее в ожидании разрешения кушать. — Твои родители были замечательными людьми, настоящими светлыми волшебниками! Лили была милой, доброй женщиной. Она ненавидела все тёмные искусства… Джеймс был такой славный парень… Невилл… Твои родители охраняли закон и порядок, а ты… Невилл потупился. — А теперь вы хотите скормить дереву живое существо! Крыса! Он же умный зверёк… А если бы он был разумным? Вы бы тоже его скормили этому кошмарному растению? — Профессор, — любезно улыбнулся Гарри, уже скинувший чары молчания. — Я десять лет прожил в компании повешенных на таком же дереве скелетов. Милейшие ребята, кстати, но повесили их за дело. Я не привык бояться смерти и мёртвых, а законом мне всегда служил обычай и здравый смысл. И крыс я ел с тех пор, как научился ходить. Кстати, профессор, рекомендую, это будет вам замечательной тренировкой — поохотиться на крыс. Люпин задохнулся в ужасе и возмущении. И в этот момент крыс выбрал момент, чтобы очухаться. Увидев, где он находится, зверь завизжал от ужаса и бросился в корни дерева. — Уйдет! — Взвыл Гарри и Невилл чисто механически выдохнул последние слова Дарения: — Возьми — это пища, что даю тебе. Ветка дерева выстрелила быстрее, чем за ней можно было уследить. Острые сучки мгновенно пронизали грудную клетку крыски… И начались чудовищные метаморфозы — крыса вытянулась, раздалась вширь и вверх и на ветке уже висел голый труп мужчины, пронизанный ветками. — Питер! Нет! — Отчаянно крикнул Люпин, кидаясь следом. Дерево, которому пока никто не сказал, что ритуал окончен, выбросило вперед ещё две ветки. Шея профессора хрустнула и через несколько секунд тело оборотня закачалось рядом с телом первой жертвы. На висящей под острым углом переломленной руке таинственного Питера при лунном свете чернела татуировка: череп со змеёй. — Питер… — Задумчиво проговорил Гарри. — Питер… Ой, вспомнил! Я же читал, что моего крёстного посадили за убийство какого-то там Питера! Случаем, не этого? Как думаешь, Невилл? Нев? Лонгботтом пребывал в глубоком обмороке. Гарри томно вздохнул: — Эти живые такие нервные иногда бывают… — И похлопав друга по щекам, накапал ему в рот из флакона с умиротворяющим, на всякий случай прихваченным из замка. — Очнулся? — А… Ээ… Как же так… — Всё нормально! Ну была крыса анимагом… Кстати, ты посмотри, как дерево оживилось-то! — Эээ… — Невилл свел глаза в кучку и посмотрел на распушённое, цветущее и совершенно довольное дерево. — Так не может быть… Так было бы, только если бы мы привели ему предателя или убийцу… — А ты думаешь, зачем бы анимагу лет этак двенадцать прятаться в виде крысы? Ты на меточку на его руке посмотри. — Фыркнул Гарри. — Так что, он либо одно, либо другое, а может быть, и все вместе. Да и профессор, покойся его душа, был как-никак тёмная тварь. Невилл опять попытался прилечь на травку. — Так, соберись! — Скомандовал Гарри. — Дерево теперь твоё! Ты его хозяин. Скажи, чтобы оно успокоилось, а то бедолага сейчас из земли вылезет, чтобы за тобой в гостиную бежать! Невилл успокоил своего зёленого друга, скороговоркой назвал службу — как обычно: следить и хранить. Лишь к полуночи юные авантюристы приплелись в замок. Каким-то чудом никто им по пути не встретился. Они завалились в свои кровати и ничего им не снилось до самого утра. И только утром оба сообразили, что забыли приказать дереву прибрать тела жертв, и Хагрид, живущий в хижине неподалёку, проснулся от карканья воронов да скрипа веток, на которых висели два обезображенных трупа…