First love (РЕДАКТИРУЕТСЯ)

Работать секретарём Юнги оказалось очень весело. Парень постоянно за чем-нибудь её посылал, доставал тупыми вопросами и всячески подкалывал. Сказать, что Ли Ён уже до смерти забодалась, всё равно, что промолчать в тряпочку. Она уже раз сто пожалела о том, что согласилась на эту чёртову должность секретаря. Лучше бы бегала по городу в поисках работы. Даже уборщицей работать было гораздо приятнее. Там тебя хотя бы никто так сильно не дёргал и не приходилось бегать по сто раз на дню за кофе, от одного вида которого Ли Ён уже начало тошнить. – Отнеси эти документы Джину. – Юнги протянул Ли Ён тяжёлую толстую папку. – Живее. – Хорошо, директор Мин. Вот же придурок. Сон старательно растянула губы в улыбке и поспешила покинуть этот чёртов кабинет. Ну точно девочка на побегушках. Господи, за что ей такое наказание? Принеси это, отнеси то, забери сё, завари кофе, ответь на вопрос. Разве это не откровенное издевательство? И вообще, секретарь не должен заниматься всем этим. Почему же тогда она себя утруждает? Ну да, чтобы Ли Ён не говорила, сколько бы ни возмущалась и жаловалась, терять эту работу не хотелось. Потому что зарплата была достаточно большой. Так она накопит нужную сумму всего за полгода! – Привет, Ли Ён–а.~ – с улыбкой поприветствовал девушку Джин. Оказывается, он тоже работал в этой компании. И Сон узнала об этом совсем недавно. Если честно, она немного удивилась, но в то же время была рада. Потому что с Джином у неё были неплохие отношения, несмотря на его плоские шуточки. По сравнению с Юнги, с ним было намного приятнее общаться, пусть он и грозился засунуть в неё лишний раз пончик или ещё какую-нибудь многокалорийную сладость. – Привет. – вздохнула девушка. Сок сам попросил разговаривать с ним неформально, несмотря на то, что оба сейчас находились на работе. Ли Ён была не против, ведь так было намного легче. – Что–то случилось? – взволнованно спросил Джин, забирая из её протянутых рук папку, и жестом показал сесть на стул. Девушка послушно плюхнулась. – Выглядишь грустной... Боже, сколько раз ей уже задавали этот вопрос? Больше десяти точно. Это даже начинает раздражать. – Я просто не выспалась. – а ведь Ли Ён не соврала. Она действительно не выспалась. Но причина всё же была в другом. – Снова кошмары? – напрягся брюнет. Да, Джин знал о том, что у девушки амнезия и о ночных кошмарах тоже. Юнги рассказал про первое, а про второе она сама как-то призналась. Ей почему-то показалось, что ему можно доверять. Держать всё в себе было очень трудно. А с Юнги откровенничать на эту тему совершенно не хотелось. И дело было вовсе не в недоверии. – Нет. – отрицательно покачала головой Сон. А вот теперь соврала. – Ты что-то вспомнила? – оживился Джин. – Если бы... – ещё более подавленно произнесла Ли Ён, опуская голову. – Хэй, ну не грусти. – парень мысленно отругал себя за неосторожный вопрос. – У тебя же есть я, ребята и такой крутой брательник Юнги. – Юнги-а... – неожиданно зловеще произнесла блондинка, медленно поднимая голову, и взглянула на напрягшегося Джина. – Этот идиот.... – А что с ним? – испуганно спросил Сок. –Вы снова поссорились? То, что Ли Ён лучше не злить, Джин уже понял давно. Эта мелкая умела перевоплощаться в дьявола за 0,1 секунды. – Нет, просто он меня задолбал! – возмущённо воскликнула девушка. – Я, конечно, понимаю, что теперь я его секретарь, но, блин, он обращается со мной, как с рабом! "– Да, в этом весь Юнги. – подумал про себя Джин. – Странно, что Ли Ён-а только сейчас начала раздражаться из-за этого... Вот я ещё в первый день нашего знакомства распсиховался из-за его идиотского поведения." – Да, зарплата у меня нехилая. – рассуждала Ли Ён. – Но такими темпами я даже до конца месяца не доживу! Знаешь, как я устала бегать туда-сюда? А ведь вечером ещё в спортзал нужно! Он же меня так доведёт! Брат, блин, называется. Ага, суперский просто, повезло мне с ним несказанно. Сон замолчала и сложила руки на груди. Надулась. Боже, ну что за очаровашка? У Джина вдруг возникло желание подойти к ней и затискать до смерти. Но он вовремя себя одёрнул, вспомнив, что Юнги ему ручки оторвёт за такое. Даже если бы Сок всё же сделал это, выглядело бы это слишком странно. – Неужели он меня так ненавидит? – вдруг тихо спросила Ли Ён. – Я сделала что-то не так? Провинилась в чём-то? Я неправильно себя веду? Джин громко вздыхает, еле удерживая себя от того, чтобы не треснуться лицом об стол. Почему Ли Ён всегда винит во всём себя? Это начинает уже слегка раздражать. Что бы ни произошло, девушка всегда начинает задумываться о том, что же не так она сделала, хотя дело вовсе не в ней! Неужели она такая закомплексованная? Нет, Юнги, конечно, говорил об этом, но парень не думал, что всё настолько плохо. – Нет, он просто идиот, любящий поиздеваться над другими. – Джин присел на корточки перед ней и взял за маленькие, неожиданно холодные руки. – Не забивай себе этим голову, хорошо? – Хорошо. – жалобно произнесла Ли Ён, шмыгнув носом. Брюнет широко улыбнулся. – Вместо этого просто дай ему отпор. – Это как? – непонимающе посмотрела на него девушка. – Например...

* * * *

Ли Ён просыпается, резко принимая сидячее положение, и начинает тяжело дышать. С лица стекает холодный пот, руки с силой сжимают край хлопкового одеяла. Сердце бешено колотится в груди, заглушая своими ударами. Девушка судорожно хватает ртом воздух, одновременно пытаясь унять сильную дрожь во всём теле. Это сон, просто сон. Просто очередной кошмарный сон. Сон скидывает с себя одеяло и свешивает худые ноги с кровати, вставая. Медленно подходит к окну, отдёргивая занавеску, и упирается руками о подоконник. В глаза ударяет яркий лунный свет, но Ли Ён не зажмуривается и даже не пытается хотя бы немного прикрыть веки, будто вовсе не видя его. Около минуты неотрывно смотрит на холодную звезду, а затем, опомнившись, закрывает глаза, чувствуя лёгкую боль. Прерывисто вздыхает, не размыкая век. Снова. Снова ей снятся грёбаные кошмары. И каждый чёртов раз она просыпается вот так, дрожа от страха и вся сырая от липкого пота. Хочется кричать, но Ли Ён умело сдерживает это желание, защёлкивает замок. Девушка медленно проводит рукой по волосам, убирая прилипшие ко лбу пряди, а затем вытирает лицо рукавом пижамы, также избавляясь от скудных слёз. Колени всё ещё дрожат. Почему же так страшно? Это же просто сон, сновидение, фантазия её психически больного ума. Но, даже просто размышляя об этом, Ли Ён испуганно вздрагивает, восстанавливая в голове отрывки кошмара. Нет, на этот раз ей приснилась не одна из вариаций своего прошлого, а кое-что другое. Кажется, даже более болезненное, чем прошлое, о котором ей по-прежнему ничего неизвестно. В последнее время во снах Ли Ён всё время кто-то пытается или причиняет физическую боль. В самых адских формах. Втыкают ножи в сердце или спину, стреляют в живот, проводят лезвием по её венам на руках и ногах, душат или топят. И каждый раз Сон не в силах даже попытаться сопротивляться, её тело совершенно не слушается, и она просто молча за всем этим наблюдает, ощущая эту нестерпимую боль, которая кажется такой реальной. И Ли Ён даже не может разомкнуть губы, чтобы громко закричать, чтобы хоть как-то, хоть чуточку облегчить свою боль во сне. Ей страшно спать. Страшно закрывать глаза, зная, что снова будет потом дрожать от страха, чувствуя, как сердце разрывается от боли, пусть и ненастоящей. Ли Ён не хочет испытывать этот животный страх, ощущая себя ещё более слабой и беззащитной, чем является на самом деле. Чувствовать себя ничтожной... Ли Ён задёргивает занавески обратно и отходит к кровати, садясь на неё. Зная, что уснуть точно не сможет, протягивает всё ещё слегка дрожащую руку к тумбочке, цепляя пальцами корешок книги и, включая свет настольной лампы, начинает читать. Единственное занятие, которое ей никогда не надоедает, способное временно отвлечь её от ненужного, расслабиться и убить время. Так мысли не съедают её, пусть и кусают время от времени, между строчками и абзацами. И всё же на этот раз волшебная вещица не помогает. На белые страницы с чёрными буквами, в которые, возможно, вложен глубокий смысл, капает крупная солёная слеза. А затем и вторая. Третья. Четвёртая. Грусть берёт вверх и Ли Ён, закрыв книгу, утыкается лицом в подушку, молча глотая слёзы. Так больно. Страшно. Грустно. Одиноко. – Я буду хранителем твоих снов... Ложь.

* * * *

Юнги очень долго и неотрывно смотрит на Ли Ён, а затем недовольно спрашивает: – Что это ещё за наряд? – В смысле? – нахмурилась Ли Ён. – Чем тебе платье не угодило? – Переоденься. – требовательно произнёс он. – Оно просто убогое. Вообще-то, на самом деле платье было далеко не убогим. Чёрное, чуть выше колена и обтягивающее, с длинными рукавами. Из плотного приятного материала. От известного дизайнера, к тому же. Стоило оно не малые деньги, пусть и выглядело довольно просто. Да проблема-то была вовсе не в платье. Проблема была в Ли Ён. Точнее, в том, как это платье смотрелось на ней. – Переодеться? – чуть не задохнулась от возмущения Ли Ён, еле сдерживаясь, чтобы не врезать ему. – С какого это перепугу? Сколько раз она уже слышала эту фразу от него? – Говорю же, оно убогое. – пожал плечами Юнги. – И совсем не идёт тебе. Конечно, не идёт. Вообще ни капельки, ага. – Чего-о? – ещё больше офигела девушка, высоко вскинув брови. – Да как ты смеешь говорить такое девушке!? – Девушке? – наигранно удивляется Мин. – Ты это про себя, что ли? – Ну не про тебя же! – вспылила Ли Ён. И какая муха его укусила? Да, Юнги был любителем сарказма и подкалывать её просто обожал, иногда даже казалось, что это его смысл жизни, а не просто увлечение. Но парень никогда не говорил чего-то такого неприятного, как сейчас. И прошлые его шуточки никогда не задевали её, а лишь слегка подбешивали или же смущали. Сейчас же почему-то стало крайне обидно. – И вообще, с какого чёрта ты придираешься к моему внешнему виду!? – окончательно разозлилась девушка и быстро направилась к двери, которую с грохотом захлопнула за собой, напоследок громко крикнув. – Идиот! Думаете, Юнги сам не понимал, что он только что сказал не самые приятные слова и вообще должен был молчать в тряпочку? Нет, он прекрасно осознавал, что поступил неправильно и даже задел её чувства, которые сам такое долгое время оберегал от этого жестокого мира и чёрствых людей в нём, как самую драгоценную и хрупкую вещь на свете. Просто... В том платье Ли Ён выглядела слишком шикарно. Юнги представил, как пошло и двусмысленно будут смотреть на неё другие парни и мужчины, как они будут флиртовать с ней, может, даже попытаются пристать, и ему внезапно стало так ревностно, что он ничего лучше не придумал, чем нагрубить ей, вместо того, чтобы сделать комплимент. Поступил как несмышлёный подросток. Молодец, Мин Юнги, браво. Просто, он подумал, что из-за его слов девушка, подумав, что и правда выглядит убого, переоденется. Но Юнги её недооценил. Всё же она уже не та Ли Ён, которая стеснялась каждого его взгляда брошенного в её сторону, а их было достаточно много, и теперь у неё есть своё собственное мнение, появилось упрямство, она больше не слушается его беспрекословно, как бывало раньше. Теперь она не маленькая запуганная девочка, а настоящая девушка, которая не позволит себе зависеть от чужого мнения и плевать на своё чувство достоинства. Сон так быстро повзрослела за такое короткое время. Начала возвращаться её прошлая личность? У Юнги перед глазами снова предстал образ девушки. А ведь она и правда выглядела потрясно. Платье отлично подчёркивало точёную фигуру и стройные худые ноги Сон. А длинные волосы золотистого цвета... Так, стоп. А разве секретари вообще так одеваются? Не слишком ли вызывающе? Или он опять утрирует? Ведь Ли Ён просто на просто надела платье, тем более, не такое уж и короткое. Господи, да все девушки надевают платья, в этом нет ничего такого. Почему же он так бурно отреагировал на это? Совсем с катушек слетел? Со скуки? Но ведь Ли Ён никогда не носила подобных вещей, предпочитая свободные безразмерки. Поменялся вкус? Или сменился имидж? Или... Её кто-то подбил на эту идею? Джин засмеялся так громко, что, казалось, слышало всё здание, а состояло оно больше, чем из девяти этажей. Ли Ён хмуро смотрела на него исподлобья, отхлёбывая из чашки горячий чай с ромашкой, одновременно вспоминая довольно обидные слова Юнги. "Убогое платье, тебе не идёт..." Девушка готова была к такому, но почему же её это так задело? Из-за того, что это сказал именно он? Скорее всего. Ведь если твой любимый человек хотя бы посмотрит на тебя просто с лёгким упрёком, ты почувствуешь себя крайне неловко и даже постыдно. А уж если вот так в лоб скажет грубость, которую даже не попытался мягчить, обратив её в саркастическую шутку, тем более ощутишь себя херовенько и будешь прокручивать эти слова в голове сотню тысяч раз. Любое неосторожное слово, поступок или взгляд мы воспринимаем во в штыки. Потому что нам очень важно мнение этого человека. Ведь мы любим его и хотим стать для него идеалом. – Почему ты смеёшься? – наконец-то оторвавшись от чашки, спросила Ли Ён, слегка нахмурившись. – Разве это смешно? Мне обидно, вообще-то... Она во всех мельчайших подробностях пересказала ситуацию, а Сок, как только она закончила говорить, сразу же захохотал, чуть ли слёзы от смеха не пуская. Странно, что по полу не стал кататься. Ли Ён бы не удивилась. – Конечно, смешно... – удивлённо посмотрел на неё Джин, на время даже перестав смеяться. Но только на время. – Ой, не могу... Пхахаха... Юнги-а... Юнги-а такой Юнги-а! Пхахахах.... Сон вздохнула и поставила чашку на стол, сложив руки под грудью. Она поняла, что безудержное веселье Джина будет продолжаться ещё достаточно долго. А это отличный шанс утонуть в своих пессимистических мыслях и догадках. Оказалось, что в этом плане воображение у неё очень даже богатое. Наверное, в прошлом она была тем ещё драматургом. – На самом деле, такая реакция очень даже хорошая. – внезапно сказал успокоившийся, но всё ещё красный от смеха Джин. – Хорошая? – брови Ли Ён стремительно поползли вверх. Кажется, у брюнета совсем крыша поехала. Пересмеялся, бедненький. – Конечно. – на полном серьёзе ответил Джин. – Именно такая реакция и должна была быть, поверь. – Объясни конкретнее. – нахмурилась Сон. – Вообще ничего не поняла. – Айгу... – Джин глубоко вздохнул, откидываясь на спинку кресла. – Ладно, хорошо. Ли Ён-а, как ты думаешь, почему он сказал тебе переодеться? – Потому что платье убогое, и оно мне не идёт. – мрачно ответила девушка. – А почему он сказал, что оно убогое и не идёт тебе? – продолжал допытываться Ким. – Потому что это и действительно так. – уже слегка раздражённо произнесла Сон. Да, в последнее время она была слишком нервной. Блондинка и сама это прекрасно замечала, только вот поделать с этим ничего не могла. И это бесило не меньше. – Что? – удивлённо посмотрел на неё парень, а затем улыбнулся и мягко сказал. –Нет, Ли Ён-а, ты что. – А что тогда? – девушка всё меньше перестала понимать, на что ей намекает друг. – Джин, не томи, я ведь серьёзно не понимаю... – Хорошо, хорошо, чаги-я. –сдался Джин и широко развёл руками. – Просто я надеялся, что ты сама догадаешься. Ли Ён лишь раздражённо фыркнула в ответ. Нравится же этому любителю покушать тянуть время. – Юнги-а сказал так лишь потому, что заревновал. – просто произнёс Сок, но в его глазах зажглись непонятные огоньки. – Ведь ты у нас и так девушка красивая, да ещё и в таком платье... В общем, поверь, так все особи мужского пола будут у твоих ног. Юнги-а, хоть по нему и не скажешь, бывает жутким собственником. Наверняка он просто не смог принять тот факт, что на тебя будут все пялиться и флиртовать с тобой, поэтому и нагрубил, надеясь, что ты послушаешься. Это же очевидно. – Приревновал? – на секунду Ли Ён даже обрадовалась такой причине, но это чувство тут же пропало, стоило вспомнить один маленький, но такой значительный и раздражающий факт. – Но я же его сестра. Разве не глупо ревновать свою сестру к другим парням? Мне кажется, Юнги-а не такой... – Пусть ты и его сестра, но всё же многого о нём не знаешь. – не согласился Ким. – Поверь, всё именно так, как я говорю. Ты сама скоро в этом убедишься, чаги-я. Ли Ён ничего не ответила, лишь вздохнув. Зачем Юнги ревновать её, если она ему безразлична? Он же совсем не видит в ней девушку. Лишь несмышлёную младшую сестрёнку. А ведь они даже не настоящие родственники... – Кстати, ты надела платье, потому что я в прошлый раз посоветовал так сделать? – ехидно прищурился Джин. – Или планируешь кого-нибудь соблазнить? – Тебя, что ли? – поморщилась Сон. – Нет уж, спасибо. – Значит, просто последовала моему весьма ценному совету? – ничуть не обиделся парень, улыбаясь. – –Можно и так сказать. – неопределённо пожала плечами девушка. – Хотя, мне уже не нравится эта затея. Я как-то нелепо выгляжу... – Айгу! – громко воскликнул брюнет, заставив Ли Ён дёрнуться от неожиданности. – Неправда! Ты просто шикарно выглядишь, чаги-я.~ – Спасибо... – вздохнула блондинка. Она хотела услышать это от Юнги. Время шло к вечеру. Ли Ён и Юнги всё ещё были в компании. До конца рабочего дня оставалось около двух часов. Девушка просидела у Джина ровно до тех пор, пока её не позвал Юнги через одного из работников. Сон совершенно не хотела идти, снова видеть моську этого грубого придурка, потому что надулась. Нет, ну а какая нормальная девушка не обиделась бы на критику своего внешнего вида от парня, от которого не совсем ожидала такого услышать? Тем более, если этот парень тебе нравится. Ли Ён остановилась у двери в кабинет Юнги. А может, ну его на фиг? Домой пойти? Она работает секретарём всего неделю, но успела уже порядком подзадолбаться. В чём была полностью заслуга Юнги и только его. Ах, нет, теперь был ещё игнорирующий её придурок Хосок, который с какого-то чёрта решил, что Сон, вспомнив про их отношения, яро не захочет с ним больше даже просто разговаривать. Но ведь она уже вспомнила! Да, всего лишь кусочек, но именно этот кусочек помог ей осознать, насколько Хосок был ей дорог. А если Ли Ён однажды почувствовала к нему подобные чувства, значит, они сохранятся навсегда, несмотря на все ссоры и перепалки между ними после, если такие имелись. Поэтому, если между ними и правда произошло что-то такое, что должно оттолкнуть девушку от Чона, Ли Ён всё равно не собирается отворачиваться от парня. Потому что он её друг. А друзей не бросают никогда, ни при каких обстоятельствах. Он от неё так просто не отделается. Сон ещё успеет забодать его своей персоной. – Долго ещё будешь стоять или всё же зайдёшь? – послышался сзади усталый хриплый голос. – Могу вообще уйти. – Ли Ён повернулась к нему лицом, сложив руки под грудью, и с вызовом посмотрела в глаза. – Всё равно же я убого выгляжу. Зачем тебе такой секретарь? Юнги закатил глаза, попутно вздыхая. Хотя, пусть Сон и не заметила, во взгляде промелькнули виноватые огоньки. – Я не говорил, что ты убого выглядишь. – устало потирая переносицу, произнёс Юнги. – Я просто сказал, что тебе не идёт это убогое платье. – Какая разница? – нахмурилась девушка. – Звучит почти одинаково. – Если я скажу, что на самом деле ты хорошо выглядишь, перестанешь дуться? – совершенно нехотя спросил Мин. Парень никогда не любил показывать другим, что жалеет о своих словах или поступках. Но задевать словами Ли Ён тоже не доставляло ему удовольствия. – А я на самом деле хорошо выгляжу? – вмиг оживилась Ли Ён, а карие глаза прямо-таки засветились. – Поехали уже домой. – буркнул Юнги и, не дождавшись ответа, зашагал по коридору. – Домой? – удивилась девушка, тут же догнав его. – Но ведь ещё рано. – Нет, если ты, конечно, хочешь, можешь оставаться, а я поеду один. – пожал плечами брюнет и еле сдержал смех, увидев выражение лица Ли Ён. – Что? Не надо на меня так смотреть. – Знаешь, порой я не могу различить сарказм в твоих словах. – призналась Сон, нахмурившись. – И непонятно, всерьёз ли ты говоришь, или же это опять твоя очередная несмешная саркастическая шуточка, которую способен оценить лишь ты, Джин и лунные кролики. По-моему, даже кусты шутят круче тебя. Никогда не смогу понять этот плоский юмор. – Кусты не умеют шутить, Ли Ён-а. – парень еле сдержал хохот. Ну как можно нести такой бред, при этом сохраняя такой серьёзный и невозмутимый вид? Её что, Тэхён научил, что ли? – Ты тоже не умеешь, и что теперь? – пожала плечами Сон, ничуть не смутившись. – Живёшь же. Ну да, Ли Ён, к чёрту логику. Зачем она тебе? Ты же баба. – Кстати, я сегодня не пойду в спортзал. – вспомнила Ли Ён, виновато улыбнувшись. – Так что давай без меня, окей? – Это ещё почему? – слегка нахмурился Юнги. Она что, всё ещё в обиде? – По капусте. – беззаботно ответила блондинка и вдруг вприпрыжку ринулась вперёд, а затем, обернувшись к нему лицом, скорчила рожицу, показав язык. – Тебя это не касается, мой милый липовый братик.~ "– Чего-о? – слегка шокировано подумал Юнги. –Чё это с ней опять? Джин ей что-то в чай подсыпал, что ли? Она меня пугает..." – Эй, ну давай быстрее! – Иду, иду...

* * * *

– Чонгу-у-у-у-у-ук! – закричала Ли Ён, едва завидев друга, который тут же повернулся к ней, приветственно замахав рукой. – Приве-е-ет.~ Сон оказалась рядом с ним за долю секунды и повисла на шее, широко улыбаясь. Чон засмеялся, также отвечая на объятия, к которым уже успел привыкнуть и теперь даже не смущался, как в первое время. Тем более, Ли Ён обнимала при встрече не только его, но и других ребят, исключая Юнги. Хотя, нет, было пару раз, когда девушка обняла его, но, как все сразу же прекрасно поняли, это было лишь для показухи. Ведь Ли Ён по-прежнему не догадывалась о том, что парням с самого начала было известно, что она не является его сестрой, и играть в семью – пустая трата времени и нервов, которых Сон, пусть этого и не было видно, в последнее время стало крайне не хватать из–за некоторых отдельных личностей, обстоятельств и бессонных ночей, которые, хотя и спустя достаточно долгое время, начали заметно сказываться на её психическом и физическом состоянии. Держать себя в руках, не показывая виду, становилось всё сложнее и сложнее. – Пойдём? – Чонгук отстранился и посмотрел на неё с высоты своего высокого роста, слегка наклонив голову, улыбаясь. А Ли Ён всегда нравилось, что парень намного выше её. Даже задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза, доставляло ей сплошное удовольствие. Рядом с таким великаном она чувствовала себя более, чем защищённой. К тому же, приятно было осознавать, что этот детина–качок полностью на её стороне. Именно по этой причине многие парни, которые засматривались на Ли Ён, а было их несчётное количество, (да уж, красота страшная сила) наткнувшись на Чонгука, поспешно отводили глаза и спешили ретироваться в другое место. – Можно было бы полететь, но у нас нет крыльев. – задумчиво изрекла Сон, а затем ярко улыбнулась. – Ну и ладно. Пешком тоже нормально. – Если тебе не хочется идти, я могу понести тебя на спине. – тут же предложил Чонгук. Он уже пару раз катал Ли Ён, когда они с Тэ и Чимином проиграли ей в карты и должны были исполнять желания девушки. Её довольную моську нужно было просто видеть. Ребёнок, ей богу. Парень присел на корточки. – Ну же, давай, залезай. – Правда? – просияла Ли Ён, складывая ладошки вместе, как делала это, когда была очень рада. Чонгук не мог снова не улыбнуться. Да рядом с ней невозможно было не улыбаться! – Залезай уже давай. – с лёгким упрёком произнёс шатен, кивая себе за спину. – Ура-а–а! – больше не стала медлить Ли Ён, тут же устраиваясь на широкой спине Чона, и обняла его вечно холодными руками за шею. – Вперёд, лошадка! – Игогокать не буду. – предупредил парень. – Ну и бяка. – наигранно надулась блондинка. Чонгук расплылся в слегка подглуповатой улыбке. Сон казалась ему непозволительно милой, невинной и озорной. Он никогда и не думал, что девушки могут быть такими. Парень уже не первые думал о том, что Ли Ён и Хосок очень похожи. Оба позитивные, улыбчивые, безобидные, хотя и могут разыграть из себя плохишей при желании. Разве что, Ли Ён была более мягкой и ранимой, чем Хосок и не такой шумной, хотя и тихой её тоже нельзя было назвать. Девушка могла болтать без умолку ровно до тех пор, пока её кто-нибудь не заткнёт, или она сама не замолчит, отвлёкшись на что-то, хотя потом снова продолжала балаболить, как ни в чём не бывало. Чонгука, который предпочитал слушать, нежели рассказывать, эта черта девушки даже нравилась. К тому же, Ли Ён никогда не говорила о чём-то нудном, неинтересном или заезженном. Каждый раз темы были новые и оригинальные. Ещё парню нравилось, что Сон была откровенна в своих чувствах, никогда не молчала, если ей что-то не нравилось, высказывала своё мнение, но не бросала его при каждом удобном случае в собеседника. Знала границу. – Эх, скоро зима. – вдруг вздохнула Ли Ён, устроив подбородок на мощном плече Чонгука. – Ненавижу это время года. – Почему? – с интересом просил парень, посмотрев на неё боковым зрением. – Ну, сам рассуди. – пробурчала блондинка и стала загибать пальцы, озвучивая факты. – Зимой холодно. Приходится носить дурацкие тяжёлые куртки, в которых сложно двигаться, и не менее лёгкие сапоги или ботинки. А ещё идиотскую шапку, в которой ты наверняка будешь выглядеть как лопух. К тому же, из-за неё вся укладка испортится, и будешь ты ходить как шишига с гнездом на голове. А что ещё хуже – болезнь. Ненавижу болеть. И зимой всё какое-то пасмурное, солнышко почти не выглядывает, а если и светит, толку от него почти никакого. Не нравится мне зима. – Мне тоже. – кивнул Чонгук, внимательно слушавший Ли Ён. Да разве возможно было невнимательно её слушать? – А что насчёт Нового года? – Новый год? – переспросила девушка и надолго замолчала. Ага, Новый год. Последние два года она не отмечала его, так как была слишком занята работой, да и каждая вона была на счёту. А вот как она относилась к этому празднику до потери памяти, совершенно не знала. Ждала ли его с таким же трепетом, как другие, ожидая новогоднего чуда, или же нейтрально относилась, считая это лишь пустой тратой времени и денежных средств? И что лучше ответить Чонгуку? – А как ты относишься к этому празднику? – не придумала ничего лучше, чем ответить вопросом на вопрос, Ли Ён. Чонгук вспомнил, что у неё амнезия, и еле сдержался, чтобы не шлёпнуть себя по лицу, зато мысленно избил свою накаченную, но порой обделённую мозгами тушку. Парень всегда старался избегать тем, хоть как-то касаемых прошлого Сон, включая её хобби, семью, школу и другое. А сейчас, даже сам того не осознавая, задал такой рискованный вопрос. Юнги рассказал ему о положении Ли Ён, поэтому Чонгук прекрасно знал, как она жила последние два года, так что было понятно, что ей явно было не до праздников. Поэтому Сон наверняка невольно попыталась копнуть глубже, в прошлое, о котором всё ещё ничего не помнила, снова ощутив себя не очень-то и хорошо. Кому будет приятно осознавать, что дыра в памяти по-прежнему на месте? – На Новый год можно хорошо покушать. – поспешно ответил Чонгук, расплываясь в улыбке. – Так что, мне нравится этот праздник. – Да, кушать – это хорошо. – согласилась Ли Ён, невольно вспомнив свою годовую голодовку. Странно, что она так долго продержалась. – Но что же получается, ты любишь Новый год только из-за того, что можно набить животик? – Не-ет! – возмущённо протянул Чон, повернув лицо за спину, но, столкнувшись чуть ли не носом к носу с Ли Ён, поспешно отвернулся, разве что только не раскраснелся, как пятиклассница после признания в любви. Немного подумав, добавил. – Я отмечаю его вместе с хёнами. А с ними всегда весело и комфортно. Чонгук ощутил себя слегка странно. Он ещё никогда не произносил чего-то подобного вслух, подтверждая свою любовь к старшим друзьям, даже им самим никогда и намёка на это не давал. А сейчас так просто сказал это. Ли Ён на него так повлияла, заразив своей болтливостью и откровенностью? – А вы давно дружите? – поинтересовалась блондинка, вдруг разглядев на скуле Гука небольшой рубец. Стало вдруг невыносимо интересно, а откуда появился этот шрам? Ли Ён еле сдержалась, чтобы не задать этот вопрос. Девушка заметила за собой, что стала слишком любопытной ко всему, чему только можно. Хорошо ли это? – Три года. – гордо произнёс Чонгук, широко улыбаясь. У Чона никогда не было таких искренних и надёжных друзей, как они. И он был очень рад, что они у него есть. Парень просто не представлял, каким был он стал, если бы не хёны. Ведь ребята воспитали его даже ещё больше, чем родители, потому что Гук постоянно находился с ними. С Чимином и Тэхёном они вообще в одной школе учились и виделись ещё чаще. – Офигеть... – выдохнула Ли Ён. Интересно, а сколько они дружили с Хосоком до того момента, как поссорились? После того разговора парень стал в открытую её игнорировать, что не могло не расстраивать и не бесить одновременно. В голове засели его слова. – Ты поймёшь, когда вспомнишь. Тогда ты осознаешь, что на самом деле ты не хочешь со мной общаться. Что она должна вспомнить? Их ссору, из-за которой они перестали общаться? А была ли она вообще? Ли Ён слегка нахмурилась. Если была, то очень серьёзная, раз Хосок думает, что он станет ей неприятен после возвращения воспоминаний. К тому же, он ведь сначала тоже к ней далеко не доброжелательно относился. Значит, пострадала не только она, но и он. И , наверное, даже сильнее, чем сама Ли Ён, иначе просто нельзя объяснить его начальное поведение. Он же действительно очень злился, а взгляд был таким ненавистным... Сон невольно вздрогнула, что не мог не заметить Чонгук. – Что-то не так? – взволнованно спросил парень. – Не-а. – улыбнулась Ли Ён. – Всё в порядке. Ну да, конечно, всё в порядке. Подумаешь, что у неё амнезия, и она уже полтора года ничего не может вспомнить, наплевать, что искреннее хочет подружиться с Хосоком, потому что чувствует, что он очень важен для неё, а тот её лишь отталкивает, ссылаясь на то, что потом она и сама от него от него отвернётся, и совершенно можно не обращать внимание на свои чувства к Юнги, которые ей очень хочется запихнуть куда-нибудь подальше, чтобы они не высовывались и сгнили там, так и не проявившись. Ну а уж про бессонные ночи из-за кошмаров можно даже не упоминать. Зачем? Всё же в порядке. Ли Ён чувствует, как разваливается по частям, но это не важно. Ведь всё в порядке. А что будет, когда она всё вспомнит? А вспомнит ли вообще?

* * * *

Юнги уже круг двадцатый навернул по спортзалу, совершенно не обращая внимания на странно косившихся на него ребят, гадая, куда смылась Ли Ён, которая не дала ни малейшего намёка. Девушка выглядела слишком счастливой, когда собиралась, да и оделась не в повседневную одежду, а принарядилась так, в процессе всего этого напевая себе под нос ненавязчивую мелодию, даже его язвительные замечания тупо проигнорировала, не взбесившись, как обычно. Как будто ей было совершенно не до него. Это не могло оставить Юнги равнодушным, хотя он всеми силами пытался сохранить безэмоцианальность, даже не подозревая, что эта его попытка с треском провалилась, показывая часть истинных эмоций, которым и дивились друзья-спортсмены, слишком привыкшие к пофигистичному хёну, обычно носившим покер фейс. Юнги внезапно остановился, что-то невнятное пробормотав себе под нос, и ушёл, сопровождаемый ошеломлёнными и в то же время взволнованными взглядами. А с ним точно всё в порядке? Мин плюхнулся на лавочку в коридоре, тут же набирая нужный номер. – Да, хён? – послышался удивлённый голос Тэхёна. – Чонгук с вами? – сразу перешёл к делу Юнги. – Нет... – слегка замешкавшись, ответил младший. – А что? – Он с Ли Ён-а, да? – по молчанию в трубке парень понял, что попал прямо в яблочко. – И где они? – Не скажу. – пробурчал Ким. – Я пообещал чаги-я. А обещания, хён, как ты сам говорил, нужно сдерживать, во что бы то ни стало. Так что, прости, я не могу тебе сказать, куда и зачем они пошли. Ну да, не всё так просто. Всё, что было так или иначе связано с Ли Ён просто не могло быть простым. Обязательно должны были быть какие-то неровности, ямки, перегородки, какие-то недоговорки, правда, тщательно скрываемая за живыми и в то же время мёртвыми эмоциями, умелые увиливания от ответа, резкая смена характера по неизвестной даже самому Богу причине, двуличность, странное поведение и слова. Порой Юнги казалось, что у неё не амнезия, а она просто прилетела на Землю с Луны. На пару с Тэхёном. Она ведь тоже теперь свято верит в лунных кроликов и даже пару раз помогала в провождении обряда по их призыву ТэТэ, чему тот был несказанно рад. Эта мелкая успела со всеми спеться, причём довольно искусно. Иногда Юнги казалось, что ребята для неё намного важнее и ближе, чем он. – Зато я могу. – послышался в трубке сладкий голос. – Потому что я ничего никому не обещал.~ – Да говори уже, Чимин-а. – раздражённо произнёс брюнет. – Они пошли в кино. – слегка обиженно ответил Пак. – Смотреть полнометражное аниме "Твоё имя". – Вдвоём? – удивлённо вскинул брови Юнги. – Ну да... Хён, неужели ты ревнуешь? – Чимин хихикнул. – Ведь они вдвоём. Парень и девушка. Вдвоём. Так что, это вполне можно считать свиданием. А раз они вдвоём, да ещё и на свидании, то наверняка будут держаться за ручки, обниматься и цел... – Заткнись, Чимин-а. – поморщился старший, чувствуя как мирный до этого огонёк начал разгораться. – Что за бред ты несёшь? У них обоих ещё молоко на губах не обсохло для таких страстей. – Ну не скажи. – не согласился Чимин, явно что-то знавший. – Всё может быть. – Эй, хватит. – раздражённо цокнул языком Юнги. – Всё, пока. Значит, вот почему Ли Ён не пошла в спортзал. Попёрлась с Гуком в кино? Причём только с ним. Ладно, если бы ещё Тэхён и Чимин пошли бы с ними. Но вдвоём... Юнги помотал головой, отгоняя наваждение. Да нет. Они же просто друзья. Между ними ничего не может быть. И Чонгук, и Ли Ён слишком невинные, чтобы даже просто за ручки держаться. Сон же краснеет из-за одних только каких-то не таких слов, а уж из-за физического контакта и подавно превратится в свёклу. Да и макнэ был почти точно таким же. Вроде бы и выглядел ледышкой, а на самом деле был тем ещё скромнягой. Хотя бы вспомнить времена, когда они все жили в одном общежитии. Чонгук всегда мылся самым последним, когда все уже спали, и не мог переодеваться, когда в комнате был кто-то, кроме него. Да он же вообще девушек боится! А уж Ли Ён самая, что ни на есть, настоящая девушка, причём ещё более опасная, чем остальные (маленький бесячий дьявол с потрясной фигуркой, смазливым личиком и ужасным характером). Чон должен шарахаться от неё, как от чумы, а не липнуть! Почему же тогда так привязался к ней? Юнги вздохнул. А то не ясно, почему. Чонгук, как и сам Мин, жутко, просто чудовищно переживал за Ли Ён, поэтому старался стать для неё самым близким другом, чтобы она не чувствовала себя одинокой и угнетённой, когда вдруг вернётся память о тёмном прошлом. Да и не только из-за этого. Девушка сама по себе была самым настоящий экстравертом, словно магнит, притягивающая людей. Сложно (невозможно) было испытать какие-то негативные чувства к этой светящейся наивностью девочке, которая прямо-таки сияла своей до жути милой улыбочкой и сверкала большими глазками (ага, а потом включался режим "дьявола" и весь этот милый образ летел к чертям), звонко смеясь над любой мелочью, которая ей хоть чуточку покажется смешной. Ли Ён сама тянулась к людям, а те и не против были, охотно открывая ей двери в свои сердца, куда Сон бесшумно прокрадывалась чистыми босыми ногами и пристраивалась рядом с хозяином, вновь ослепляя своей невинной улыбкой. Она бы никогда не стала пользоваться чьим-то доверием, растаптывая всё, что только можно было. Девушка была мягкой, доброй (с резкими перепадами настроения, конечно, но это не важно), понимающей и, самое главное, искренней. Ну кому не понравится такой светлый человечек? Поэтому на самом деле было совершенно неудивительно, что ребята так быстро с ней подружились и искали с ней поводы для встреч. Юнги и не ожидал, что Ли Ён окажется такой яркой личностью. Ведь сначала она была такой замкнутой, запуганной и запутанной в себе. А сейчас и не скажешь, что та Ли Ён и эта – один и тот же человек. Вообще-то парень был рад. Всегда радовался, когда добивался от неё хотя бы какой-то положительной эмоции. А тут не просто одна положительная эмоция, сама Сон стала какой-то положительной. Но это напрягало Юнги даже больше, чем радовало. Он был уверен, что это всего лишь маска. Её наверняка до сих пор мучали кошмары, потому что мешки под глазами так и не исчезли, пусть и стали не так видны благодаря профессиональной косметике, которую он ей купил (да уж, слишком он баловал её, наверное, сам офигевал). Да и терзающие мысли о прошлом просто так никуда не денутся, не заткнётся ничем пустота внутри, и не исчезнет тот факт, что никаких целей, желаний и даже мечты у Ли Ён не было, кроме того, чтобы выплатить долг. А какой человек может быть счастлив, не имея совершенно никаких планов на будущее, хотя бы примерных? Разве тогда жизнь не будет какой-то не такой, несовершенной, опустошённой? Да, теперь у Ли Ён есть отличные друзья, и она уже не станет одинокой, будет, у кого попросить помощи, кому выговориться. Но без воспоминаний о своих прошлых увлечениях, интересах и стремлениях не так уж и легко. Он просто обязан что-то сделать. Записать её куда-нибудь? На танцы, вокал или рисование? Нужно пробудить у неё интерес к жизни, пока не поздно, пока она не вспомнила то, что не нужно вспоминать. Они с Гуком должны постараться сделать так, чтобы Ли Ён по-настоящему полюбила свою жизнь, и мысли о суициде её больше никогда не посещали. Чонгук молодец. Наверняка только благодаря ему и Тэ с Чимином Ли Ён стала такой весёлой. Юнги же только и делает, что закрывает глаза на её страдания, о которых прекрасно знает, но молчит, не желая через заботу привязывать Ли Ён к себе ещё сильнее, чем сейчас. Надеется, что её поддержит кто-то вместо него, скидывая эту заботу на друзей. Конечно, скрипя зубами. Мин поддерживает её только материально, ведь тогда оттолкнуть её потом будет намного легче. Какой же он идиот. Если собирается бросить её, то не стоило вообще что-либо начинать. Но разве Юнги мог оставить Ли Ён, после того, как увидел её глаза, выражавшие взгляд, который был ему знаком больше, чем кому-либо другому? Потому что с таким он и сам однажды столкнулся. В зеркале. И до сих пор продолжает видеть этот взгляд, повторяя в голове уже давно заученные слова: "Ты идёшь по неправильному пути, Юнги. Остановись, поверни, сойди с дороги, пока не поздно. Не отпускай мечту." А есть ли смысл? Ведь остался всего лишь один год.