X.
24 марта 2013 г., 20:30
Глава была переписана. Будем надеяться, что в этот раз более успешно.(с)
Ночь выдалась просто охренительной. Я еще никогда так не смеялась. Наверное... Часов эдак в три, я, идя в сортир с лопаткой для обуви (архиполезная вещь), запалила Кенуэя у холодильника, во всей своей красе, лопающего остатки блинчиков. Блять. Вы когда нибудь видели индейца-убийцу, хавающего в три часа ночи блины?! Сомневаюсь. Я с отвисшей челюстью пялилась на его спину и слышала смачное чавканье... Тихо кашлянув, я привлекла его внимание. Вот дальше был совсем аншлаг. Индеец медленно повернулся с набитым ртом, как у хомяка... И глаза по пять рублей. Медленно закрыв холодильник, он, не прожевывая, еле проглотил все, что было во рту, и бочком, не произнося ни слова, покинул кухню, всё так же не сводя с меня глаз.
Когда это чудо исчезло, я чуть не померла от смеха. Прохохотавшись и еле дотерпев до толчка, я, справив нужду, понеслась обратно в комнату. В комнате "ночного омномном" было тихо.
***
— Фак, Кенуэй, ты больной?! Пусти меня! — сладкий сон как ветром сдуло. На месте милейшей физиономии Кили, перепутавшего меня с Тауриэль, сквозь дымку прояснилась перепуганная рожа Коннора, который остервенело тряс меня за плечи. С воплем отпрянув от него в другой конец кровати, я в панике прижала к себе одеяло, — Совсем ебнулся, псих чертов?! Что случилось?! Ты телевизор включил?! — Что включил?.. Да нет. Вот это вот что?! — простонав что-то, он вдруг резко подался ко мне и сгреб меня в охапку на плечо, дергающуюся и визжащую. Но факт того, что я могу смачно грохнуться с двухметровой высоты и сломать себе что-то, а именно шею и умереть в конвульсиях, меня не прельщал. Вдруг услышав звонок скайпа в его комнате, я тут же застыла. Еба-а-ать... Коннор поставил меня на ноги, молча указывая на ноутбук, про который я абсолютно забыла. Звонил отец. Проклятье! Видимо, они приехали в отель. Я в панике стала носиться по комнате, убирая его вещи и оружие в диван. Индеец стоял рядом и нифига не понимал. Да твою ж... — Ахтунг, солдат! Бегом в укрытие! И чтоб ни звука! — на мое удивление, в этот раз он понял абсолютно все. Когда его задница исчезла в коридоре, я, помолившись, надела наушники и нажала кнопку ответа. — СОНЯ, КАКОГО ХЕРА?! ТЫ ПОЧЕМУ ТАК ДОЛГО?!!! — разъяренное лицо отца было страшным даже на расстоянии. Я поежилась, натянуто улыбаясь. — И тебе алоха, пап... Я в туалете была и не слышала звонка. Вот, прибежала, как могла! Даже трусы по дороге натягивала. Как у вас дела, как доехали? — Ты как всегда... Не удивлен. Да устал как черт. Ты же знаешь финские дороги, на них уснуть - раз плюнуть... — он сразу успокоился и улыбнулся, — На границе стояли больше восьми часов. И куда народ прет?! У тебя-то как все? Квартира, вижу, не в руинах, уже прогресс! Я, улыбаясь, рассказала ему, что вчера поиграла, сходила с подругами в МЕГУ... В общем, ничего обычного. Я за это в ад попаду. Ну вот точно попаду. За папой вскоре появилась мама, судя по внешнему виду, очень счастливая. — Ну вот, и после того, как мы посмотрели на тех индейцев, мы разошлись по домам. Вроде всё. — Посмотрю я на тебя через неделю, когда все деньги спустишь. Ладно, что ж, отдыхай. А мы... БАБАХ! От неожиданности я чуть со стула не ебнулась. Родители в голос прокричали "Что там такое?!", а я, сглотнув, картинно закатила глаза, пытаясь собрать все свои театральные навыки. Херово вышло. Отец тут же нахмурился, а я проклинала это индейское существо, что сейчас с меня фактически скальп снимало. Бля... — Ты что, привела кого-то? — Да нет там никого! Это соседи со вчерашнего дня гремят. Заколебали уже, — мне не поверили. Замечательно. Папа приказал пронести ноутбук по комнатам. Ну что... Понеслась пизда по кочкам... Я, тихо скуля, медленно взяла компьютер и понесла его по квартире. Еле убедив отца в том, что одеяло в комнате сестры лежит на полу, ибо я спала там и утром просто сдернула его, я последовала в коридор. Показав все комнаты, мне осталось дать отчет по ванне... Я не решалась зайти. — Ты чего медлишь? Открывай давай! Глубоко вздохнув, я открыла дверь в нашу маленькую ванную... Пусто. Все было на своих местах. Отец едва слышно хмыкнул и сказал, что можно выходить. А я не могла с места сдвинуться, ибо мой взгляд упал на потолок... Там, упершись руками и ногами в стены, словно шпион из фильмов, завис Коннор. Ему просто повезло, что эта комнатка была длиной чуть меньше двух метров. Во имя Одина... Как он туда забрался?! Едрить... Он в шоке, пялился на экран моего ноутбука, но, быстро спохватившись, взглядом указал мне на дверь и я молниеносно, с огромными глазами, покинула ванную. Веселье-е-е...***
Папа остался доволен, и я, бросив им пару прощальных фразочек, захлопнула ноут и со скоростью антилопы понеслась в ванную. Предки пообещали позвонить через три дня. Радунхагейду, всё ещё играя в Джеймса Бонда, находился под потолком и разглядывал орнамент кафеля. — Занятно, не правда ли? Всё, солдат, спускайся. Опасность миновала. Одним прыжком спустившись вниз, он чуть не сбил меня с ног. Я едва успела схватиться за косяк двери, сдержанно проклиная все и вся. Метис, спохватившись, помог мне устоять. — Ты еще громче не мог? Посуду бы побил, в кастрюлю постучал... — Осторожней. Просто... Я присел на край и соскользнул внутрь. В ванну или как она там называется... Это был твой отец? Как это он оказался в той штуковине? Финита ля комедия. Всё гребаное утро, пока я переодевалась, делала завтрак, кормила Коннора и наблюдала, как он делал свою зарядку, то рассказывала о строении и принципах работы компьютера. Прошло около двух часов, прежде чем он понял, что это такое. И то смутно. Всё равно был в восторге. А я вот нет. Адреналин от утренней встряски меня еще не оставил, у меня начал дергаться глаз. Прекрасно просто. Когда он закончил отжимания, а я завершила втихаря пялиться на его тело, он утерся полотенцем и, изогнув бровь, произнес: — Мисс, вам не говорили, что в открытую разглядывать мужчину неприлично? — все-таки заметил. Печалька. Я пробурчала что-то типа "А раньше-то чего молчал.." и отвела взгляд, пока индеец собирался в душ. Напоследок он сказал мне, чтобы я собиралась, ведь мы должны были ехать в лес. Твою дивизию.. Лес... Пришлось повиноваться, обещала же... Через десять минут Кенуэй с полотенцем на бедрах, вернулся к себе. Я, собирая слюну в кастрюлю, исчезла в комнате. Губу раскатала, тоже мне...***
И вот, когда все было готово, мы вышли из дома. Кенуэй настоял на том, чтобы надеть свой костюм ассасина, как бы я его не отговаривала. Сноровка, удобство и прочее... Взяла я с собой рюкзак, куда положила штук пять бутербродов, спрей от комаров, термос с чаем, свой PSP и небольшое покрывало, чтобы, пока это недоразумение параллельных миров прыгает по деревьям, я устроилась где-нибудь в тени и тихонечко играла в игрушки. Хоть чуть-чуть расслаблюсь... Аллилуйя. Спустя час тряски в метро и душном микроавтобусе мы вышли на свежий воздух. Ну... Как свежий... Пока что пыльный и грязный от машин. Люди из окон таращились на нас, словно мы были двумя обезьянами в клетке и нам вот-вот бросят бананы. Бананы... Кушать хочется. Коннор терпеливо ждал, пока я натяну рюкзак на плечи, и, в конце концов, мы двинулись в гущу. С нескрываемой радостью индеец смотрел на ели и березы, в предвкушении потирая руки. Забавно, если честно... Улыбнувшись, я кивнула ему. Как в каком-нибудь фильме, Кенуэй, рванувшись с места, всего в пару прыжков уже вскарабкался на ближайшую сосну. А я, перелезая через упавшие стволы, следовала за все дальше удаляющимся ассасином, который, кажется, даже забыл, что он в двадцать первом веке. Я бы тоже хотела на немного забыть. — Эй, amigo! Помедленней ты, Винни Пух фигов, я-то пешком драпаю! Остановимся здесь, вон полянка хорошая. Далеко не исчезай, ибо я могу забыть, что ты здесь, и пойти домой! — Это вряд ли, — вдруг в землю воткнулся томагавк. Сказать, что я наложила кирпичей - ничего не сказать. Медленно подняв на него взгляд, я сглотнула, — Возьми его на всякий случай. Вдруг зверь. Я буду недалеко. И не вздумай потерять - это по вашим меркам раритет! Бац - и он исчез в ветках. Я почему-то только сейчас подумала - есть шанс, что я без него попросту потеряюсь. И не раз, и не два, как Торин Дубощит, а все сорок три. И вряд ли найдусь. С благоговением выдернув оружие из земли, я, трепетно рассматривая повидавшее столько смертей лезвие, ушла под высокую березу, расстелила себе пледик и уселась, продолжая в восхищении рассматривать эту прелесть. Голлум, дубль три. Хоббитцов на меня нет.
