Изнанка мира

Ох, как же опрометчиво я понадеялась на свою магию и повышенную сопротивляемость организма волшебного населения ко всевозможным болячкам. Мой вояж в подполье плюс променад на следующий же день на свежий воздух отправили меня в нокаут. Поутру я еле встала, чтобы открыть дверь отчиму, температура у меня явно была немаленькая. Рана на бедре воспалилась. Он посмотрел и молча вышел. Некоторое время спустя занес кувшин с водой, стакан и ломоть хлеба. Честно говоря, мне было так паршиво, что есть не хотелось абсолютно, а вот воды я выпила пару стаканов и как смогла промыла рану. Больше за весь день ко мне в каморку никто не зашел. Вечером опять заявился Крукс, посмотрел на до сих пор не съеденный хлеб и снова принес воду. Я еле доползла до двери, чтобы закрыть ее. Как смогла задвинуть засов, сама не понимаю. Так я провалялась три дня. За все это время меня практически не кормили, не считая пары краюх хлеба. Но воды, в общем и целом, было вдоволь. И на том спасибо. Слава Парацельсу и его присным, что у меня в комнате был горшок. До уборной я бы не добралась в первые два дня даже под угрозой Авады. Но все когда-нибудь заканчивается, вот и я в конце концов пришла в себя, даже рана более-менее затянулась, хотя шрам выходил знатный. Первым делом, дождавшись, когда все Круксы от мала до велика покинут дом, поплелась в ванную. Отмыла себя до хруста, простирнула одежду и только тут обратила внимание на то, что трубы-то ни от ванны, ни от унитаза никуда не отходят, если быть уж совсем точной, то их и нет вообще, только словно коробочки снизу и у них, и под раковиной, а по ободку идут руны, которые начинают чуть светиться, если спустить воду. Я внимательно присмотрелась к кранам, оказывается, у основания тоже начертаны руны, и на бачке унитаза тоже. Здорово. Ведь, если подумать, то вони, характерной для отходов людской жизнедеятельности, в Лютном я и правда не ощущала. Да и глупо это, пользоваться Эванеско и заморачиваться с канализацией. А была ли оная в Хогвартсе, или таким образом были просто сделаны тайные ходы в стенах? А их специфическая форма была выбрана для того, чтобы и Василиску было комфортно передвигаться? Да и вообще, пока лежала, я пришла к выводу, что у Лукреции, а я все же попыталась разделить ее и ту-себя, был весьма однобокий взгляд на этот мир. Не удивительно, но не объективно. В принципе, зарабатывать Тибольд должен был неплохо, у него хорошие доходные точки, которые исправно работают. Мачеха, ее дети и я тоже не прохлаждаемся. Бабку я в расчет не беру, видела, сколько та ест, не обеднеем. Почему же такая экономия во всем? Безусловно, я плохо его знаю, а Лукреция не больно-то любила этого мужика, но все же. Может быть так, что он до сих пор расплачивается с кем-то за попытку вылечить Стефанию? Вполне себе жизнеспособная теория, на мой взгляд. Ну и, как еще одна версия, он сейчас расплачивается за то, что ему позволили взять под свой контроль район, которым заведовал скончавшийся супруг мачехи. Тоже вполне реально. Каждая местная шишечка платит за свой комфорт шишке покрупнее, и далее по цепочке. Откуда в Лютном столько артефактов? Ведь оборудовать столько домов — вложение не из скромных. Значит, кто-то когда-то вложился? Это, конечно, я вряд ли когда-то узнаю, но все же. Пока думу думала о всяком разном, ноги привели меня на кухню, где я по-тихому скоммуниздила кусок хлеба, несколько перышек зеленого лука и самую маленькую помидорину. На большее претендовать не рискнула, горячей же пищи в доме не наблюдалось. И решительно, насколько позволял мой ослабленный организм, направила свои стопы к Тильде. Вежливо постучала в дверь и, дождавшись короткого «войдите», зашла в комнату. — З-з-з… Д-д-доб-р-р-рый… — Поняла я уже. Не тешу себя мыслью, что ты зашла меня проведать. Вот кошель, можешь посмотреть книги. Из практического в первую очередь присмотрись к амулетам для детей и стандартным рунным цепочкам, по крайней мере, ее первую часть вполне тебе по силам освоить года через два-три. Я благодарно кивнула, взяла предложенное и, подвинув табурет поближе к оконцу, принялась рассматривать уже практически мои сокровища. Буду считать, что они тут на сохранение оставлены, хихикнула про себя. Книги были старые, написанные от руки, страницы плотные, рунные цепочки выписаны довольно крупно и очень четко, но каждый знак был отделен от следующего серебристой линией; во вступлении было написано, что это следует делать для того, чтобы ненароком не активировать цепочку, влив в нее магию. Не скажу, что эта книга была толстой, но максимальные цепочки включали в себя что-то около трех десятков знаков, каждый символ был объяснен и расписывалось, как меняется его значение в зависимости от положения в цепочке, поворота или зеркального отражения и какую функцию выполняет готовая цепочка, а также правила ее использования. Я нежно провела рукой по корешку книги, отложила ее в кошель и взялась за следующую. Если первая была фактически учебником для тех, кто уже хотя бы знал сами руны, то сейчас у меня в руках был чей-то рукописный сборник готовых цепочек, без пояснений, довольно аскетичный: цепочка (каждый символ так же был отделен от следующего серебристой полосой) и объяснение по функционалу и правилам использования, более ничего. Сборник артефактов был предназначен для детей. Даже не для юношества, а для дошкольников. Дабы направить излишек магии и не допускать стихийных выбросов следовало, по мнению автора книги, занять подрастающее поколение полезным делом. Соответственно, материалы для амулетов предлагалось взять самые простые. Ну и правда, кто предложит обучать детвору, используя золото и бриллианты. Так что кожа, дерево, кварц, нитки, перышки и тому подобное, что в принципе можно найти буквально под ногами. Разве что кожа на дороге не валяется, но добыть можно. Я глянула на год написания книги — 1831. Пролистала до конца: ого, краткое пособие по постановке силков, пара слов о том, как снять и применить шкурку по назначению. С ума сойти, какая полезная книжечка, однако. Смотрим, чем еще нас порадует мини-библиотека от бабушки Тильды. Про себя решила, что хватит величать ее по старой памяти старухой и бабкой. В конце концов, она могла мою мать на улице оставить, та ей никем не приходилась. Просто прошла бы мимо, и практически стопроцентная вероятность, что меня бы в живых уже не было. Даже если предположить, что разродилась Стефания благополучно. Так что хватит опираться на воспоминания девочки, буду жить своим умом. А там какой ответ, такой и привет. Идем дальше. Следующие две книжки были посвящены зельеварению. Тоже начального уровня. В первой подробно описывалось, как правильно обрабатывать ингредиенты, как выбирать инструменты, нарезать, перетирать, толочь, способы защиты от тех, которые токсичны, и так далее. Замечательная книжка, цены ей в Хогвартсе не будет. Насколько я помню из канона, этого в учебнике первого курса не было. Скорее всего, из-за этого у Гарри и многих других были такие проблемы даже с самыми простыми зельями. Впрочем, в канон ли я попала, еще только предстоит выяснить. Там Лютный — это всего лишь переулок, а Косая — единственная торговая улочка. Вторая касалась непосредственно приготовления зелий. Шли рецепты, причем подборка была весьма специфичной, четко прослеживалась, во-первых, простота добычи ингредиентов и их низкая себестоимость, во-вторых, сугубо практическая направленность. Никакого раздувания головы, пускания мыльных пузырей и тому подобной чуши. Кроветворное, бодроперцовое, заживляющее и так далее. Так сказать, походная аптечка. Правда, вариации, описанные в книге, и об этом автор предупреждал, имели, по сравнению со стандартными зельями, ослабленное действие. Просмотрев эту книгу, я вопросительно взглянула на бабушку. Она поняла меня и без слов, да и вообще, подняв глаза от вожделенных фолиантов, я обнаружила, что Тильда внимательно следит за мной. — Я давно уже никуда не выхожу. Если покажу книгу Тибольду, отнимет и все остальное, и больше я их не увижу. Да и мои болячки этой ерундой не вылечить, а на то, что мне надо, денег все равно нет. — Т-т-тебя м-м-мож… — пыталась выговорить я. — Нельзя, и мы об этом больше говорить не будем, — резко оборвала меня бабушка. Я твердо убеждена, что каждый человек имеет право на выбор, так что лишь согласно кивнула головой. Наверное, еще и этим мне когда-то понравилась история «Ключ от Кеплиан»: там прадед главной героини выбирает сам, как уйти, а не тихо угасает в больнице. — Придется тебе разрабатывать левую руку, правой, хоть она у тебя и действует сколько-то, нормально резать ты не сможешь. Если хочешь чего-нибудь добиться, а не остаться здесь на всю жизнь. Я была с ней целиком и полностью согласна. Но я и правую руку постараюсь разработать, люди после инсульта и не такие корючки разрабатывали. Буду верить в лучшее, и что-нибудь да получится. Плюс надо учиться не только резать, но и писать. Практика в нарезке у меня уже есть, этим Амелия меня обеспечивает ежедневно, но я до сих пор использовала правую руку, а стоит нагружать и левую. В доме есть старые газеты, чистая бумага мне пока без надобности, значит, следует разжиться перьями и чернилами. Ну, птицы по небу летают, так что здесь все просто. Вместо чернил могу пока использовать крепкий луковый отвар. Я же не королеве строчить буду, а учиться пользоваться левой рукой, как ранее пользовалась правой. — Д-д-да, — согласилась я с Тильдой. — С последними книгами я помогу тебе разобраться, когда ты их прочитаешь. Там есть некоторые нюансы, о которых в книгах не пишут, поскольку они считаются общеизвестными. Последними книгами оказались «Обережная вышивка», «Одежда на все случаи жизни» и «Ритуалы для дома и семьи». Класс, мои ручки задрожали от нетерпения. Эх, жаль, что нельзя их забрать в свою каморку и читать, читать, читать, пока глазки не повылазят. Но риск в этом случае совсем даже не благородное дело. Лишиться таких сокровищ я не желаю, так что пусть и дальше хранятся у Тильды. Ну и плюс у нее в комнате имелся магический светляк. На моем же чердаке было лишь естественное освещение. Я частенько передвигалась вечером в своих апартаментах на ощупь, особенно остро проблема ощущалась в новолуние. Больше Тильда меня не отвлекала, да и я не пыталась заикаться в ее сторону. Пару часов читала запоем, потом сходила попить, принесла свежей воды и ей, плюс ломоть хлеба с солью, и опять засела за чтение. Начала, что вполне предсказуемо, с амулетов — уж больно боязно, что любой владеющий магией и имеющий в своем распоряжении палочку способен наслать порчу и тому подобное. Вот только вышивать что-либо на моих лохмотьях вряд ли целесообразно. Если только ради тренировки… А нитки можно взять, вытянув парочку из совсем уж изношенных вещей. Значит, дело только за тем, чтобы раздобыть иглу. Эх, еще бы пяльцы, пока с руками не разобралась. Вечером, буквально отодрав себя от книги и вернув оную в кошель, выдавила из себя спасибо и направила свои стопы на кухню. Злить лишний раз Амелию в мои планы не входило. Так что, ожидая мачеху, я по мере сил и разумения прибиралась на кухне. Громко сказано, конечно, поскольку никакого беспорядка там не было. Так, протерла подоконник, столы. Приготовила доску и ножи, поставила на плиту кастрюлю и сковороду и присела на табурет. Женщина пришла какая-то дерганая, никак не прокомментировала мою инициативу, зажгла огонь в плите, которая, кстати говоря, тоже была расписана «под гжель» рунными цепочками. Стоило только повернуть указатель с руной активации на ней, замыкая соответствующую необходимой интенсивности огня цепь, и все. Класс, и не надо ходить ни за дровами, ни за углем. В раковину посыпались корнеплоды, и мне щедрой рукой было указано в их сторону. Пока руки занимались делом, а я каждый третий овощ пыталась чистить левой рукой, не рискуя слишком уж замедлять процесс своими тренировками, думалось о всяком разном. И пришло в мою голову, что Севе-то уже два года. Вот бы посмотреть, так ли паршиво он живет, как мнится фикрайтерам. А прочитала я в свое время немало историй, как подтверждающих канон, так и опровергающих его напрочь. Жаль, конечно, что это только мечты. Любопытство же во мне дырку прогрызет размером с Марианскую впадину. И припомнилось мне одно высказывание, которых было в достатке на просторах родного контакта: «Он мразь, он редкая скотина, подлец, урод и душегуб. Самовлюбленный лжец и сволочь. Ну как тут бабе устоять?» Вот прямо про шерочку с машерочкой, то бишь про Севушку и Люцика. Последний, кстати говоря, должен быть гораздо ближе к моему возрасту… Вот встретимся мы с ним на Цветочной аллее, и он, сраженный моей неземной красотой, возьмет меня любимой женой тут же, не отходя от ближайшего прилавка. Кстати, а вот еще мысль заблудилась в моей голове, с чего все взяли, что Эвансы были намного состоятельней Снейпов? Жили они в одном городке, пусть и в разных районах. Фабрика, можно сказать, была градообразующим предприятием. Отец Лили работал скорее всего инженером именно на ней. Разве успешный инженер пошел бы туда работать? Или, если он начал там трудиться давно, не попытался бы переехать в более благополучное место? Или он ездит на работу куда-то в другое место? Вопросы, вопросы. Что если они жили лишь чуть более обеспеченно? Ну все же мистер Эванс не пил и жену вроде как не бил. Хотя про эту супружескую пару и вовсе ничего не известно. Но тогда, по крайней мере, ясно, из-за чего обе сестры поспешили вцепиться в своих будущих мужей. Ведь Вернон отнюдь не блистал внешностью, а Джеймс имел отвратный характер. Да и Петунья поспешила покинуть родные пенаты, а потом по-быстрому избавилась от наследства. Хотя она могла на это пойти, чтобы отдать положенную половину наследства Лили, и помочь, например, выплатить Вернону кредит за новый дом. Чем не версия? Так и покатились дни один за другим. Рано утром чтение, потом готовка, затем работа с Нонной, если повезет, то после работы я опять чуточку урывала времени для учебы, ну и в комнате у Тильды прибиралась, помогала ей, чем могла. В конечном счете в моих же интересах, чтобы дама прожила как можно дольше, хотя бы до моего поступления в школу. Затем помощь в подготовке ужина, и бегом наверх, пока Аверилл не перехватил. Какую-то беседу отчим с ним явно провел, руки тот больше не распускал, но глазами сверкать не перестал, и это не привносило спокойствия в мою мятущуюся душу. Я внимательнее стала присматриваться к жизни нашего переулка. Ну что же, здесь было много людей, которые жили за счет своего труда, а не воровства и попрошайничества. Так что этот мир ничем не отличался от привычного мне ранее. Кто-то торговал, пек хлеб, работал в пабах, готовил, убирал и прислуживал. У нас по улице ходил старичок, который лудил котлы и кастрюли, точил ножи и занимался тому подобными мелочами. Недалеко жила девочка, у которой не было одной ноги, но она научилась шить, так что на хлеб, пусть и далеко не всегда с маслом, зарабатывала. Жила она вместе с родителями, мать когда-то была довольно успешной шлюхой (по местным представлениям), отец работал вышибалой в ближайшем пабе. Работала женщина, ясное дело, не в наших борделях, а на Ночной аллее. Там мечтали оказаться все местные ночные бабочки. Ведь тогда была гарантия, что после встречи с клиентом подопечная мадам останется жива и, в конечном итоге, здорова. Очевидно, она была еще и дальновидной женщиной, потому как глупые перебирались на Красную улицу*. У них была довольно дружная семья, кстати говоря. Тогда же я узнала, что таки да, Аврорат нас крышует. Все выходы довольно жестко контролируются, и, если следящие узнают, что посещающие маглов обнаглели и стали слишком много себе позволять, мало не покажется всем. Устроят пару тройку показательных рейдов, и местные сами удавят тех, кто решил, что он самый ушлый и может жить, как ему хочется. Часть сквибов, оказывается, вполне себе благополучно работают в полиции, чтобы отслеживать случаи участившихся грабежей нашей братией и тому подобные казусы. В общем, кто-то когда-то серьезно озаботился тем, чтобы волшебники не сели на шею немагическому населению нашего голубого шарика. В противном случае все маги давным-давно стали бы паразитами, которые живут за счет маглов. Кто знает, может быть, эту систему организовали сами волшебники, прикинув, что в противном случае рискуют просто и незамысловато выродиться. Ведь когда все достается на халяву, то учиться хоть чему-то совершенно незачем. Тому ярким примером может служить золотая молодежь, живущая за счет капиталов своих родителей и зачастую подыхающая от наркотиков, которые они начинают принимать из-за того, что им просто скучно. А скучно потому, что всю жизнь тусить невозможно. Делом же они заняться не могут, потому как привычки не имеют. Безусловно, я не говорю, что все богатые детки становятся такими, но процент все же велик. Так что жму руку тому, кто попытался это предотвратить. По крайней мере, мне хочется думать именно так, потому как идиотов, которые не додумались бы паразитировать на маглах, я в своем окружении не заметила. Кроме того, я ради собственной же безопасности привыкла соблюдать некоторые негласные правила поведения в нашем районе. Первое, и самое животрепещущее, гласило: никаких прогулок по улице от сумерек и до рассвета. Что, впрочем, актуально для любого неблагополучного района и в обычном городе, тем более мегаполисе. Я довольно приземленно мечтала о теплом пальто и крепких ботинках, но это вряд ли. Вне работы я дом покидала редко и ненадолго, а на ней, родимой, это бы слишком выбивалось из положенного мне образа. Так и жили.