Изнанка мира

Ноги решительно отказывались нести меня в школу, хотя сей оплот мудрости призывно сверкал огнями вдалеке и вообще выглядел весьма празднично и привлекательно. Но я умудрилась несколько раз запнуться о собственные ноги, а потом поскользнуться на, кажется, единственном на весь Хогсмид пятачке льда. Решив, что это знак свыше, плюнув на тихо поскуливающее благоразумие, я повернулась спиной к Хогвартсу, лицом ко все еще утопающей в праздничной иллюминации деревушке. Вообще она была гораздо больше той, что изображена в киноленте, да и не столь убога. В конце концов, это самое крупное магическое поселение, расположенное в полностью закрытом от глаз обычных людей анклаве. Вот я и решила прогуляться по магазинам и лавчонкам на любой вкус и цвет. В отличие от Цветочной аллеи, это была некая помесь ее и Косого безобразия, то есть здесь встречались как довольно дорогие, так и абсолютно ширпотребные лавочки и магазинчики. Будет ли меня кто-нибудь искать в замке или нет? Я просто отмахнулась от этой мысли и желудку торжественно обещала покормить его чем-нибудь, ведь ему из-за дурной хозяйки придется пропустить праздничную трапезу. Все же я непозволительно расслабилась на регулярных и обильных, а главное, абсолютно дармовых харчах. Гулять по городку - а назвать его деревней все же язык не поворачивался - было приятно. Снег скрипел под ногами и искрился под теплым светом фонарей. Амулеты исправно работали, позволяя не обращать внимания на морозец, который был гораздо существеннее, чем в Корнуолле. Зашла на почту, отправила отчиму письмо, которое вымучивала из себя накануне целый день. «Добрый вечер, сэр. Подозреваю, что именно вам я обязана веселым рождественским приключением. Мой полет был незабываемым, но от повторения оного я бы пока воздержалась. Признаюсь вам, что летать на метле мне понравилось гораздо больше. А посему предлагаю изложить в письменной форме то, зачем вы так экстравагантно стремились меня пригласить на праздничное рандеву. Ожидаю вашу сову с пергаментом. Она с легкостью найдет меня в школе. С надеждой на плодотворное сотрудничество, ваша почти дочь Лукреция.» Ну что ж, остается только дождаться в школе ответа. Можно было бы, конечно, совершенно бесплатно воспользоваться для доставки корреспонденции школьной совой, но терзали меня смутные сомнения: а не относят ли они ее для ознакомления руководству сего магоугодного заведения? Так что я предпочла потратить сикль за доставку, но не рисковать. Совершив сей эпистолярный подвиг, я с легким сердцем пошла бродить по все еще празднично украшенным улочкам Хогсмида. На окраину, понятное дело, не совалась, да и центр был чудо как хорош. Витрины магазинов так и манили заглянуть внутрь, но я стойко сопротивлялась их призыву, поскольку денег осталось не так чтобы много, а я все же решилась потратиться на заготовку под фолиант. Пусть в школьной библиотеке и нет эксклюзивных книг, но практика мне не помешает, да и хоть какие-то деньги к лету у меня будут. Надо только написать владельцу книжного, чтобы он подсказал, какую именно возьмет на реализацию. Набродившись по довольно пустынным в эту пору улочкам, я на последние гроши решила побаловать себя в какой-нибудь не самой пафосной, но приличной харчевне. Каковая и нашлась довольно быстро. И это было явно не то заведение, в котором когда-нибудь будет работать мадам Розмерта. Помещение с приглушенным освещением, народу прилично, слышен неясный гул голосов. Типичный английский паб с колоритным мужиком за стойкой, а между столиками ловко лавирует его как минимум родственница, с которой флиртует мужская часть посетителей, а бармен следит за всем ястребиным взглядом. Сколь это ни удивительно, но никто не поинтересовался, откуда это я такая красивая нарисовалась в школьной-то форме. И это при том, что вся магическая Великобритания в курсе того, когда именно школьники возвращаются в Хогвартс. Я заказала мясное рагу, пинту ягодного морса и притулилась в уголке за самым маленьким столиком, который едва поместился в малюсеньком закутке. Зато тут было окошко, в которое я могла, еще по давней своей привычке, насыщаясь, наблюдать за жизнью снаружи. Впрочем, народу на улице не прибавилось, зато опять пошел снег, очень красиво сверкая в свете фонарей. Отогревшись, подкрепившись, дав отдохнуть гудящим ногам, я все же вынуждена была отправиться навстречу неизбежному наказанию. Дорога до школы подозрительно быстро закончилась. Ворота были заперты, но не насмерть. Все же сейчас еще никакой паники по поводу страшного и ужасного Волдеморта не было и в помине. Пришлось, правда, оцарапать палец о шип розы на калитке, и проходите, зарегистрированные пользователи: все же совсем уж беззащитной школа не была. Открывая маленькую дверцу в сам замок, — а вы ведь не думали, что парадные ворота являются единственно возможным входом в него? — я как можно тише прокралась в коридор, ведущий к нашей башне. Да-да. Не только гриффиндорцы жили в башне. По сути, в них жили все факультеты, просто у нас и у слизеринцев вход был снизу, у последних, можно сказать, на минус первом уровне даже. Но там у них была всего лишь одна из гостиных, из которой можно было попасть во всевозможные лаборатории. Основная гостиная у них была вполне себе над землей, как и спальни. Мне в общем-то повезло еще и в том, что наш вход не имел пароля, так что мне не пришлось искать декана или старост, несмотря на то, что шум все еще доносился из пиршественной залы. Даже завхоза не было слышно в коридорах, а миссис Норрис еще не бороздила коридорные просторы. Так что я, к своему собственному изумлению, беспрепятственно добралась до нашей гостиной и, не мучаясь более сомнениями и страхами, нырнула в свою комнату и улеглась спать. Знаете, что самое смешное? Мое отсутствие на праздничном пиру не было замечено никем — ни деканом, ни старостами, ни товарками, с которыми я вот уже несколько месяцев делила комнату, ни даже моими номинальными кураторами. Вот такие плюшки с маком. Я спешно озаботилась после каникул поисками книги шуточных розыгрышей, где выбирала заклинания, могущие способствовать моей еще большей незаметности. Поскольку первым, что я увидела, явившись на завтрак, была шушукающаяся банда мародеров, явно с недобрыми намерениями поглядывающая в мою сторону. А вот директора за столом не было, не было его и на обеде, и на ужине. Да и вообще, забегая вперед, могу сказать, что до конца учебного года этот персонаж очень редко появлялся на общих трапезах. Так что от внимания с его стороны я была избавлена, что не могло меня не радовать. В процессе изысканий попутно выяснилось, что библиотека оставалась для меня одним из безопаснейших мест в школе. Даже классы с присутствующими в них профессорами таковыми не были ни разу. Единственную и довольно серьезную опасность представлял переход между кладовой знаний и башней факультета. Так вот, в итоге мною были записаны заклинания бесшумного шага, удаления запахов, подножки, ветхости (хоть я и понимала, что последние невозможно применить к моим преследователям, больно качественно зачарованные у них вещи) и начата их отработка. Нашлось еще замечательное заклинание оглохни, правда, не слишком актуальное для меня в настоящее время, но мало ли, на будущее. Чары смены цвета и калиграфического почерка, чтобы не выписывать каждую работу; для книг, естественно, их применять нельзя, а то кастанет кто-нибудь финиту, и прилетит мне от продавца на орехи. Да еще и ославят на всю маг-Британию. Обнаружила, что репаро бывает более узкоспециализированным, отдельно для тканей, другие — для дерева, для стекла и так далее, и тому подобное. Заклинания щекотки, смеха, слез и кашля, стремительного роста волос, ногтей и зубов и обратные этим действия. Кладезем потенциально опасных заклинаний оказались банальные кулинарные чары. В предисловии, правда, написано, что на любую магическую живность такого рода чары действуют ослабленно. Зато, подумалось мне, от такого, если я попаду в незащищенную ничем часть тела, не спасет зачарованная одежда. Пусть моих сил хватит лишь на то, чтобы снять у мага кожу размером с галлеон, но если я попаду в лицо, это как минимум дезориентирует нападающего. Да и заклинание удаления костей внушает уважение и здравые опасения. Представим на секундочку, что Локонса толкнули под локоток, и он удалил Гарри кости не в руке… Кстати, зубы ж — тоже кость, и если противник не владеет невербальными заклинаниями, каюк ему. Вспомним шепелявящего Невилла. Хотя есть заклинание косноязычия, вечного танца (таранталлегра), но, что удивительно, эти распространенные полудетские заклинания жрут больше магии, чем придуманные для домохозяек. Те же чары полировки поверхности — это же просто средневековые пытки. Депиляцию тоже записала в свой поминальник. Вообще много чего косметического нарыла до лета. Как только у меня наметился сдвиг в первых невербальных заклинаниях, все стало намного проще, было только одно но: не на все у меня хватало силенок, увы. Движение отработаю, а эффект процентов пять от заявленного. Но ледяной и липкий пол размером с квадратный метр у меня получались легко. Да и веревочка, натянутая от стенки до стенки, к концу года получалась после краем мелькнувшей мысли. А как я прокачала свой скил скрытности! Минимум до магистра. В общем и целом, мне невероятно повезло, что у основоположников мародерского движения не имелось чудо-карты и мантии-невидимки. Еще мне удалось, к моему немалому удивлению, договориться с деканом и изменить график отработок в теплицах, так что в результате, батрача ежедневно больше, чем мои товарки, я освободила себе выходные полностью. Пока погода была плохой, я бродила по дальним коридорам замка, надев на себя самую защищенную чарами отвлечения внимания мантию, ну и навесив чары бесшумного шага. Нельзя сказать, что я на что-то особенное надеялась, но просто время от времени появлялось непреодолимое желание движения, да и отдохнуть от книг очень хотелось. Возможно, Гермиона и могла пахать на ниве науки двадцать четыре на семь, но я и рядом не она. И я бродила по замку, надеясь наткнуться на аппартаменты Основателей. Пусть Гриффиндор — это те помещения, что сейчас занимает директор, а Слизерин — Тайная комната, допустим. А дамы где обитали? Вряд ли они, по крайней мере, в первые годы, бросали свое детище на произвол судьбы. Явно поначалу жили в замке. Ясное дело, что наследники ничего стоящего не оставили, мне просто хотелось задать себе цель, только и всего. Да, в итоге я ничего особенного не нашла, зато узнала замок гораздо лучше многих. Плюс ко всему, у меня появилось несколько укромных местечек на практически не используемых башнях, ведь их было слегка больше, чем факультетов, плюс директорская. Добираться туда, правда, было не очень удобно, через пару полуразрушенных, заброшенных помещений. И, скорее всего, это было нелегально, но меня это более не волновало. В некоторых неиспользуемых помещениях я находила очень красивую резьбу по камню, в которой непременно присутствовали символы факультетов в той или иной форме, хотя бы одного из. Оклюменция мне толком не давалась, или мне так казалось, потому что я заметила, что спать стала меньше, а высыпаться лучше. Теперь шести часов сна мне хватало с избытком. Выручайка мне так и не покорилась, возможно, я была не слишком настойчива. Просто я не верила, что там может быть что-нибудь по-настоящему ценное. В анимагии тоже не продвинулась, но настойчиво изучала всю доступную литературу о змеях. К моему немалому удивлению, об анимагии в библиотеке книг было с гулькин нос, а об анимагах рептилиях, змеях, лягушках и тому подобных вообще ни-че-го, зеро. Мне даже подумалось, что если я все же освою осмысленное превращение, то именно об этом и можно будет написать книгу в библиотеку Гастингсам. "Проверить летом, что есть на эту тему у лорда", — сделала себе запись в поминальник, а то ведь забуду, голова садовая. Списавшись с владельцем книжной лавки, согласовала книгу, с которой буду делать копию. Разумеется, у мага был полный перечень книг, которые имеются в распоряжении школы. Так что из предложенного невеликого списка интересующего его я выбрала книгу о редких травах. Рисунки, надо было сказать, в ней были не ахти, но, добросовестно перенося их чарами копирования на лист фолианта, я затем, пока копия не исчезла, старательно обводила их. Как только погода стала позволять, я стала гулять, уходя довольно далеко от школы (слава Основателям территория была просто гигантской) и на одной из прогулок столкнулась с Хагридом, который пока что числился то ли помощником лесничего, то ли еще кем. В общем, обретался при школе. И надо сказать, этот спорный персонаж не показался мне добродушным, хотя ранее я планировала свести с ним знакомство. Я гуляла по кромке леса, не забредая на его территорию вглубь больше, чем метров на десять-пятнадцать, потому как мой топографический кретинизм никуда не делся и я банально боялась потеряться в трех соснах. — Чо ты тута делаешь? — внезапно раздалось за моей спиной. От неожиданности я даже схватилась за сердце. Поскольку в режиме молчания я провела уже почти год, то лишь пожала плечами и улыбнулась, как я считала, доброжелательно. — Иди отселя, нечо тебе здеся делать, — не пошел на контакт Хагрид, а никем иным этот заросший и не слишком ароматно пахнущий индивид быть не мог. И я решила воспользоваться чарами, которые освоила совсем недавно. И я стала выписывать в воздухе: «В лес не захожу. Гуляю по территории школы». Если бы не видела своими глазами, то ни за что не поверила бы, но этот гигант шарахнулся от меня, как от прокаженной, и понесся прямым ходом в сторону замка. Я застыла в недоумении. Ну не могло же его напугать то, что такими же чарами пользовался приснопамятный Темный Властелин. Правда, у меня буквы были темно-изумрудными, а не огненными. Плюнув на эту загадку, я продолжила прогулку. А по возвращении старосты сообщили, что меня желает видеть декан. Правда, к моему немалому удивлению, она не стала с порога катить на меня бочку, а попыталась выяснить мою интерпретацию событий. — Присаживайтесь, Лукреция. Я хотела бы услышать, что произошло сегодня между вами и Хагридом. В целом я вами довольна, вы не самый отстающий ученик на моем факультете. В теплицах вы выполняете все, что вам задают. Так что у меня к вам претензий нет. Но сегодня к директору ворвался Хагрид с криками, что вы темный маг. Я лишь удивленно хлопала ресницами и, вытащив блокнот и палочку, молча поинтересовалась, чем мне можно воспользоваться. На что Спраут кивнула на палочку. «Гуляла рядом с лесом. Хагрид поинтересовался, что я тут делаю. Велел уходить. Написала, как сейчас вам, что в лес не углубляюсь, территорию школы не покидаю. Он почему-то убежал». И выразительно пожала плечами. — Я поняла, можете идти. И, больше ничего не добавив, меня отпустили восвояси. Никаких дисциплинарных мер ко мне применено не было, однако время от времени я стала замечать, что издалека, пытаясь неумело скрываться, полувеликан пытается за мной следить. Не всегда у него это получалось, но я сделала вывод, что мои амулеты не слишком влияют на его восприятие. Экзамены за первый курс были, в общем-то, формальностью. Грубо говоря, если ты освоил левиосу, трансфигурацию спички в иголку, зелье от фурункулов и способен отличить мандрагору от бешеного огурца, ура-а-а-а-а, ты второкурсник. Единственной, кто доставал меня до последнего, оказалась Макгонагалл, к которой я попала на трансфигурации. Хорошо еще, что экзамены (абсолютно все) принимал не только профессор, ведущий предмет, но и как минимум еще двое его коллег. Практическую часть, я имею в виду, естественно. На теории много контролирующих было лишь у пятого и седьмого курсов, да и те наполовину пришлые. Присела я к ней, она и давай меня гонять по всему курсу. Благо хоть на второй не замахивалась, пусть я его и пролистала, но лишь вскользь, без фанатизма и заучивания всего нужного и не слишком наперед батьки. Рядом, буквально в двух шагах, какой-то грифенок сдавал трансфигурацию Флитвику. Что-то там мычал, палочкой неловко дергал, так тот был счастлив верно выполненному превращению спички и пуговицы. На первом курсе, слава Основателям, работали лишь с неживыми материями. И, нехороший человек, хоть бы балл мне накинула за то, что я все освоила в невербальном исполнении. Увы и ах, я в очередной раз убедилась, что справедливости от этой персоны мне лично ожидать не стоит. Мне влепили слабо, как и моему соседу. Аргументировав это тем, что я плохо работала в течение года. Начхав на эту даму, благо ее экзамен оказался последним и мое настроение ей уж слишком подпортить не удалось, ведь я-то прекрасно знала, что первый курс освоен мною в полном объеме, что бы она там себе не мнила, я отправилась гулять… почти. Точнее, мне было любопытно посмотреть на то, как моя декан будет высаживать пресловутую Дракучую иву. Да. Ее посадили задолго до поступления Лунатика. Сильные магические растения вообще плохо переносят стимуляцию роста, да и в зрелом возрасте ужасно не любят менять место своего обитания. Так что Спраут предстояло посадить совсем молодой росток, который еще не способен был нанести хоть сколько-нибудь серьезный вред. Никакой норы, понятное дело, под ее корнями не было. Да и про Воющую хижину пока никаких баек не ходило по школе. А вот расслабилась я зря. Весь посленовогодний период мародеры охотились за мной не слишком удачно. Во-первых, означенные чары были мною успешно освоены, во-вторых, я старалась передвигаться со своими сокурсниками. Конечно, были и подстроенные падения, хорошо что не с лестницы, и синяки, и волосы мне перекрашивали и ржали как кони, да и лысой я пару раз побывала, но серьезных травм избежала. Маячившая уже на горизонте свобода ударила в голову, и я потеряла бдительность. В свое оправдание могу только сказать, что погода была шикарная, по всем остальным экзаменам мне поставили Выше ожидаемого, а по травологии даже Превосходно. И мысленно я уже бродила по холмам и весям Корнуолла и листала книги в сокровищнице лорда Гастингса. Ну и очевидно, что Грюм освоил пусть и слабенькие, но дезилюминационные чары. И в этот раз я оказалась ровно на отъезжающей от первого этажа лестнице. Какое счастье, что я не успела подняться выше, плюс мой мышиный вес, плюс плед в руках, который явно по провидению свыше я не убрала в свою торбу. В общем, в минусе опять нога, вывих обоих запястий и, самое для меня страшное, поврежденная волшебная палочка. От травм меня избавили быстро. После того как я пожаловалась декану, назвав поименно, кто присутствовал и ржал от всей своей сволочной натуры и не помог мне добраться до Помфри (даже если предположить с большого перепоя, что не они поспособствовали моему падению), до которой я ковыляла, подвывая от боли, сама (ведь замок буквально вымер, поскольку все высыпали на улицу, а те, кто остались, готовились к экзаменам в гостиных своих факультетов), был разбор полетов. И вспоминать сей фарс мне откровенно тошно. Разумеется, никаких следов магической веревки, натянутой на ступеньках, не нашли. Естественно, меня же вывернули виноватой. Даже родителей вызывать не стали. А мне под ноги были демонстративно брошены пять галлеонов… Кем бы вы думали? Артуром. Ну ничего, это он еще не замечает, что шикарная одежка его рыжей невестушки как-то подозрительно быстро теряет лоск. Посчитает еще у меня каждый сикль, гадина, ворчала я. Нет, я не ушла с гордо поднятой головой. Я не смогу, как Рональд, проходить весь год со сломанной палочкой, меня без нее затравят те же мародеры, которым еще учиться и учиться. Но и ползать, выискивая по кабинету директора, равнодушно взирающего на творящееся непотребство, я не стала. Даром, что ли, учила модифицированное акцио? Ха, оно прекрасно сработало на ковре, устилающем пол. Тот свернулся в трубочку и ссыпал почти к моим ногам — ювелирности у меня все еще не доставало — галлеоны. Пришлось все же присесть, но это отнюдь не то же самое, если бы мне пришлось ползать на коленях по всему помещению, к вящему удовольствию молодых и не очень уродов. В тот же день, не дожидаясь прощального пира, я свалила из этого пристанища ущербных духом. И буквально на выходе из комнаты, когда я уже собиралась нацепить на себя амулеты и мантию, услышала, как в окно настойчиво постучала подлетевшая сова. «И тебе не хворать. Судя по тому, что ты все же дожила до школы, у тебя все благополучно. Нашла покровителя? Я всего лишь желал побеседовать. Незачем было совершать столь эпичный побег. Жду тебя в кондитерской на Цветочной завтра в полдень. Договоримся. Крукс».