Тайна иной морали

– Добрый вечер, это Ким Тэхен, верно? – Да, это я. Что-то случилось? – Ким Таен вышла из комы буквально несколько минут назад. Состояние все еще тяжелое, но вы можете взглянуть ненадолго.

***

На темном безоблачном небе, усыпанном многочисленными звездами, что освещают путь домой, отражается болезненная гримаса Тэхена. Он безжалостно срывает листки с недавно купленного календаря, отсчитывая дни до окончания семестра. Потускневшие волосы; глубокие мешки под глазами; пропавший огонек счастья в очах – результат последних происшествий, что сказались на Тэхене психологически. Порой ему жутко встать у зеркала, сбривая проблескивающую щетину, чувствуя позади всхлипы. Раньше он бросался на звук, но теперь уже привык к собственному сознанию, что не дает ему спокойно вздохнуть, находясь в одиночестве. Из больницы позвонили поздно ночью, говоря неутешительные результаты: у Таен кома третьей степени. И либо он навсегда прощается с любимой сестрой, что так дорога ему, либо она прикована к инвалидной коляске. От Чонгука известий нет: он не появляется в академии, что слегка радует Тэхена, но в глубине сознания ему волнительно за состояние этого придурка, чей мятный аромат въелся в собственную одежду. Ким абсурдно представляет ситуацию: что, если Чонгук и Таен находятся в одной больнице, разделенные лишь единой стеной? И, он, определенно, совсем спятил под натиском эмоций, раз истерически смеется, прокручивая эти глупые события в голове. Единственное, что не дает упасть духом, не погрязнуть в собственных пугающих мыслях в этой ситуации – надежда еще раз увидеть сестру. Увидеть ее пухлые надутые губки, привередливо сморщенный носик, наивный, полный надежды взгляд. Тэхен исправно сдает экзамены день за днем, мысленно молясь о скорейшей встрече с сестрой. Его мотивирует то, что после окончания семестра он ринется в больницу, рухнет к койке Таен, и будет вдыхать аромат ее волос. – Добрый вечер, это Ким Тэхен, верно? – Да, это я. Что-то случилось? – Ким Таен вышла из комы буквально несколько минут назад. Состояние все еще тяжелое, но вы можете взглянуть ненадолго. Дорога в больницу происходит где-то на подсознательном уровне. Улицу освещают лишь блики фонаря, что отражаются в лужах. Тэхен в полночной тишине слышит стук собственного сердца, когда перебегает перекресток и садится в полупустой автобус. Это последний маршрут на сегодня, а Тэхен и не задумывается, как будет возвращаться домой, не взяв ни копейки. Морозный воздух не чувствуется из-за теплящегося огонька надежды в сердце. Каждая остановка автобуса дается с трудом, он чувствует, что приближается к сестре, ему одновременно мучительно страшно вновь увидеть ее глаза, но в то же время, хочется плакать от счастья, что его кровная, единственная родная душа, что есть у него, жива. Его встречают в пропитанной болью больнице уставшие медсестры. Длинный коридор, что пахнет жизнью и смертью, мучительно давит. Он идет вслед за невысокой женщиной, с каждым шагом дыша глубже, пытаясь усмирить множество нитей в его голове. Дорога длиной в десять секунд кажется невыносимо долгой, словно он покоряет гору, а не заходит в палату к сестре. И, ведь действительно, это похоже на усмирение собственных мыслей, что страшнее любого животного. Вспотевшая ладонь касается дверной ручки, а медсестра, что дает ему никчемные десять минут с сестрой, удаляется. Сердце, что давно потеряло ритм и бьется бесконтрольно быстро, сейчас готово выпрыгнуть из груди. Глубоко вздохнув, Тэхен распахивает двери. Сестра, словно испорченная фарфоровая кукла, лежит на, наверняка, неудобной койке. Каждый вздох ей дается с трудом, каждое моргание приносит жжение в глазах. Она с максимальной осторожностью поворачивает голову к источнику звука. А у Тэхена – глаза на мокром месте. Он не решается подойти ближе, ему страшно смотреть в ее потускневшие очи. Таен угасает на глазах. Одним резким порывом он срывается с места, падая на колени к койке сестры. Прижимается к хрупкому тельцу, целуя ее руки, словно пытаясь насытиться уходящим теплом. Он не плачет – рыдает, воет, кричит. Он словно умоляет ее жить дальше, обещает сдать экзамены за нее, а потом ежедневно находиться рядом. Тэхен забывает даже про то, что боится черствого запаха больниц, говоря, что не оставит ее здесь одну ни на минуту. Он продолжал вопить, судорожно раздавая обещания девушке до того момента, пока ее холодная рука не коснулась макушки головы. Он медленно поднял опухшие от слез глаза, глядя на улыбку Таен. Слегка приподнятые уголки губ даже полуулыбкой назвать нельзя, но Тэхен видит в этом все. Девушка гладит кимовы волосы, печальными глазами рассматривая брата. Тэхен касается ее запястья, умоляющими глазами глядя на Таен. Та лишь легонько кивает, осторожно отпуская свою руку. Она молча дает ему обещание: «я буду жить». А Тэхен потом долго вспоминает эти наполненные тоской глаза, что смотрят нечитаемым взглядом. Тэхен вдыхает холодный освежающий воздух, беря в руки телефон, выключившийся от холода. Лишь сейчас, на трезвую голову, он приводит себя в порядок, думая теперь уже о том, как благополучно добраться домой. Трет переносицу, мысленно прокладывая себе безопасный маршрут пешком до дома. Если двигаться быстро, то шансы сохранить свою девственность и жизнь высоки. Поэтому, идя домой, Ким старается думать о чем-то счастливом, что может успокоить его загнанную душу. Но на пятой абсурдной мысли веселые события его жизни заканчиваются, что нагоняет немыслимое угнетение. Удивительно, но худшее его встречает уже у собственного дома. Возле его парадной собственной персоной стоит сам Чон Чонгук. Он нервно тыкает по сенсору телефона, не обращая внимания на происходящее вокруг. Поэтому Тэхен старается пройти максимально тихо, передвигаясь спиной к парню, что все еще уткнутый в телефон. Противно щурится, когда спотыкается о ступеньку, сжимая кулаки и мысленно ударяя себя по лбу. – Добрый вечерок, – бархатистый голос становится ближе. – А вы, случайно, не знаете девушку по имени Ким Таен? Тэхен все еще стоит к нему задом, боясь взглянуть в эти глаза: – К-кто? Разве у нас проживают такие? – Невежливо стоять спиной, когда с вами разговаривают. Мне же не с задницей вашей говорить, молодой человек. – Извините, но я тороплюсь. Нет, у нас не живут никакие Кимы. Насколько известно мне, конечно. – Сука, ты мне зубы не заговаривай. Этот дом достаточно небольшой, чтобы не знать собственных соседей. Где живет Таен? – чонгуков голос становится раздражительнее, что пугающе давит на нервы. – Я не знаю, кто она такая! Что вам от меня нужно? – старается звучать увереннее, но получается откровенно паршиво. – Ты напросился, пацан. Горячее дыхание опаляло шею. Чонгук внезапным порывом ухватил парня за плечи, одновременно ударяя в ребро. Тэхен согнулся вдвое, пытаясь скрыть жалобный писк. Чон не стал на этом останавливаться, делая подсечку, отчего Ким едва сдержался на ногах. Тэхен хмыкнул, пытаясь вспомнить все, что он читал в книгах о мускулистых бойцах, что отважно защищают народ. Но на кону стояла его жизнь, поэтому он, ловко вывернувшись, нанес несколько ударов под грудью парня. Брюнет, восстановив дыхание, опрокинул Кима на лопатки, хватая за ворот кофты. Замахнувшись тяжелым кулаком, Чонгук хотел было сделать удар, но Тэхен, вспомнив о своих длинных острых ногтях, впился ими в лицо противника. Того окатил болевой шок, он зашипел, растирая появившуюся кровь по лицу. Тэхен попытался встать, но у Чона удивительно быстрая реакция. Он откинул его к бетонной стене, отчего Ким пригрелся затылком о дом. В глазах предательски защипало от наступивших слез. Чонгук не жалеет парня: побелевшими от злости костяшками бьет по носу, отчего мгновенно хлынувшая кровь застилает вид на заплаканное лицо, молящее о пощаде. Он делает еще два удара – безжалостная, хорошо поставленная рука Чонгука заставляет почувствовать внезапный оглушающий шум в ушах, слезы смешались с собственной кровью. Он выглядит чертовски отвратительно, до той степени, что чувствует себя жалким, когда последнее, что он делает, видя удаляющуюся фигуру, берет стеклянную бутылку, что так кстати находится неподалеку, и тратит последние силы голосовых связок на крик: – Таен тебя ненавидит! А позже он думает, что сегодня ночью придется учиться пользоваться косметикой, чтобы скрыть следы сегодняшней драки. Чертов Чон Чонгук. – Как же я тебя ненавижу…