Ты - моё отражение

Как только охотники вернулись в Институт, Иззи тут же послала огненное письмо Магнусу. Она искренне, до последнего, надеялась, он подарит им надежду. — Мне очень жаль, — произнёс в итоге Магнус. Он всеми силами старался почувствовать жизненную энергию Клэри, как делал это раньше. Все дни с её исчезновения он проделывал эту несложную манипуляцию. Пусть он не мог сказать, где конкретно находится девушка, но мог утверждать, что она жива. Узнавал это по её личным вещам. Они несли живую энергетику владелицы. Сейчас же Магнус не чувствовал ничего, что могло означать лишь одно — Клэри погибла. И ему было больно от осознания этой жестокой реальности. Казалось бы, за века жизни после того, как перехоронил столько дорогих и любимых людей, он должен привыкнуть. Но нет, к подобному привыкнуть невозможно. Каждый раз терять дорогого человека больно, а Клэри ему была чуть ли не как дочь. Магнус знал Клэри всю её жизнь. Наблюдал, как она росла. Вот и всё. Изабель удалось достучаться до сознания Алека, заставить его вынырнуть в эту мерзкую реальность. Он ждал вердикта Магнуса и наивно верил, что это ещё не конец. Не могла рыжая полупримитивная просто так взять и умереть. Кто теперь будет доводить его до белого каления? С кем он будет вечерами смотреть кино, слушать музыку или читать комиксы про супергероев и просто разговаривать, ощущая себя именно там, где должен быть? И вот Магнус сказал эту фразу-приговор: «Мне очень жаль». И это конец. Всё. А ведь он до последнего надеялся. Надежда вообще удивительно живучая тварь, но и она сдохла после слов Магнуса.

***

Алек запил. Он потерял все ориентиры в жизни. Зачем эта вечная борьба? Чего ради, если свою главную войну он проиграл без возможности всё исправить? Это он виноват. Он был обязан уберечь Клэри, защитить, спасти её. Ведь она была такой маленькой и хрупкой. Она была не готова к этой жизни и он должен был… Должен! Защитить Клэри. А он не смог. И Алек ненавидел себя за это. Его душу пожирали боль, вина, злость и ненависть. Все эти чувства он топил в алкоголе. Напиваясь до потери сознания, лишь бы не чувствовать этого Ада внутри. Но даже напитки с высоким содержанием градусов не могли окончательно заглушить эту боль. Он понятия не имел, сколько прошло времени, прежде чем понял, что больше не может выносить стены Института. Дни и ночи слились для Алека в одно. Сквозь алкогольный туман он помнил, как к нему заходили Иззи, Джейс, родители и даже Магнус. Все они от него чего-то хотели, только вот самому Алеку не хотелось ничего, кроме того, чтобы его оставили в покое. И вот спустя неизвестное количество времени наконец у него появилось одно желание — бежать отсюда. Просто удивительно, что ему удалось покинуть Институт никем незамеченным. Скрытый руной невидимости, бродил Алек по улицам, и как назло ему на глаза попадались только счастливые влюблённые парочки. Жизнь словно издевалась над ним, тыкая мордой в то, чего у него теперь никогда не будет. Не в силах больше всё это видеть, Алек зашёл в первый попавшийся бар, благо деньги у него были. Но и в баре покоя он не обрёл. В этом заведении царила атмосфера не любви, а обычной неприкрытой похоти. «А что, это идея!» — пронеслось в затуманенном мозгу Алека. Бросив деньги на барную стойку, он, пошатываясь, покинул бар и уже скоро стоял перед дверью Магнуса. — Александр? — удивлённо вскинул брови Магнус. — Как ты тут оказался? — К тебе пришёл, — сбивчиво пробормотал он. — Эм, — отозвался Магнус, — проходи. Тебе надо поспать. Я тебе сейчас постелю. — Я не хочу спать, — протянул Алек, — я тебя хочу. В следующее мгновение Алек припечатал Магнуса к стене и впился в губы болезненным поцелуем. Магнус ошарашено замер, а потом проклял себя за то, что против воли ощутил, как по позвоночнику проскочили искры возбуждения. Александр был очень хорош собой, и в своё время он его очень хотел, но те времена ушли. Он давно решил для себя, с этим парнем у него ничего не будет. Потом через несколько секунд оттолкнул его от себя. — Ты чего делаешь? — спросил Магнус строго. — Чего же тут не понятного? — пьяно отозвался Алек. — Я хочу заняться с тобой сексом. Ты же хотел меня, я знаю. Так вот я пришёл. Я весь твой. — Ты пьян и не понимаешь, что творишь, — мрачно ответил Магнус. — Тебе очень больно, но Клэри, будь она жива, не одобрила бы такого поведения. От имени Клэри Алек зажмурился, как от сильной физической боли. — Неправда, — помотал он головой. — Я как с-стеклышко. Просто я хочу хоть ненадолго обо всём забыть, и секс, мне кажется, должен помочь отвлечься от этого кошмара. Ну давай, Магнус. Просто секс, всего одна ночь, я не прошу о большем. Алек снова попытался поцеловать Магнуса, но он увернулся. Потом, взяв Алека за плечи, посмотрел в мутные голубые глаза и медленно, чётко произнёс: — Нет, Александр. Я не буду с тобой спать. То, что ты сейчас делаешь, не выход. Ни алкоголь, ни секс не помогут тебе заглушить боль. Посмотри на себя, что ты делаешь с собой? Где тот отважный, сдержанный и ответственный парень, в которого я чуть не влюбился? Ты же убиваешь себя! — Сдох тот парень, — зло рассмеялся Алек. — И он этого заслужил. — Ты не виноват в гибели Клариссы, — возразил Магнус. — Не стоит казнить себя за то, в чём ты не виноват. — Да пошёл ты! — психанул Алек. — Я пришёл к тебе и думал, ты мне поможешь, вместо этого ты читаешь мне морали. Я лучше знаю, виноват я или нет, и что мне нужно, я тоже знаю. Не хочешь меня? Да пожалуйста! Найду кого-нибудь другого! Круто развернувшись и слегка покачнувшись, Алек хотел покинуть лофт. Магнус сделал едва заметный пасс руками, и он рухнул на пол, словно подкошенный. Магнусу было тяжело видеть Александра в таком состоянии. Надо срочно что-то делать, пора приводить его в чувства, пока он не натворил дел, которые потом не сможет себе простить.

***

— Он в порядке? — тревожно спросила Изабель, глядя на брата. — Всего лишь спит, — отозвался Магнус. — Ему полезно. Изабель, это, конечно, не моё дело, но дальше так продолжаться не может. Александр губит себя. Хорошо, что сейчас он пришёл ко мне, в следующий раз всё может закончиться не так удачно. — Слушай, я благодарна тебе за заботу об Алеке, но как он вообще тут оказался? — чуть нахмурилась она. — Очевидно, пришёл, — ответил Магнус. — Магнус, я знаю, что у вас в прошлом были отношения… — начала было Изабель. — Ключевое слово — «были», — перебил Магнус. — Изабель, я не имею никаких видов на твоего брата. Это бесперспективно. Я не хочу быть для него отвлекающим манёвром. Никто не заменит Александру Клэри. Она была предназначена ему свыше, именно поэтому он себя сейчас так ведёт. Неосознанно, а может и осознанно, он занимается саморазрушением, и если ничего не сделать, рано или поздно он погибнет. — Но что я могу сделать? — всплеснула Изабель руками. — Он никого не слушает, Магнус. Алек словно помешался. Я боюсь за него. — Я тоже, — отозвался он хмуро. — Если я не имею на него видов как на парня, не значит, что мне наплевать. Я думаю, вы неправильно разговариваете с ним. Александру нужно сейчас не постоянное сочувствие, а хорошая встряска. Дайте ему опору и цель, иначе потеряете его. Я достаточно хорошо изучил истории соулмейтов, чтобы утверждать, если вы не заставите его очнуться, он погибнет, как и большинство после потери избранника. Так что хорошо подумай, что может стать для Александра стимулом жить и бороться. — Джонатан… — прошептала Иззи спустя несколько секунд. — Что? — недоумённо пробормотал Магнус. — Ничего, — улыбнулась она. — Спасибо тебе. Магнус не понял, что за мысли крутятся в голове Изабель, но надеялся, что у неё появились идеи, как достучаться до брата. Пусть их личная история закончилась, но ему не хотелось бы, чтобы молодой и сильный парень так глупо себя погубил. Александр достоин жизни. Он должен жить, а для этого ему нужно найти себе какую-то цель. Что-то, за что он сможет уцепиться.

***

Голова болела, перед глазами всё кружилось, во рту была настоящая пустыня. Уже знакомое чудовищное похмелье. С трудом приняв сидячее положение, Алек огляделся и узнал квартиру Магнуса. Следом в голове всплыли воспоминания, от которых ему казалось, он живьём сгорит со стыда. Алек слышал, что примитивные часто не помнят событий, если переберут алкоголя, и сейчас он им отчаянно завидовал. Как ему теперь смотреть Магнусу в глаза? Как ему вообще мозгов хватило явиться к нему и требовать от него секса? — Какой позор, — хрипло прошептал Алек, закрывая лицо руками. — Не знаю, что ты сотворил, братец, но это не спасёт тебя от разговора, — услышал он голос сестры. — Иззи? — произнёс Алек, оборачиваясь. — А ты как тут оказалась? А, впрочем, не важно. Дай воды, пожалуйста. Изабель протянула ему бутылку минералки, и Алек наконец утолил невыносимую жажду. Меньше всего на свете ему хотелось обсуждать вчерашний инцидент. Было слишком стыдно, но Иззи уселась неподалёку, и её поза и взгляд просто кричали о том, что разговора не избежать. — Ну, я тебя слушаю, — уныло протянул Алек. — Алек, так больше не может продолжаться. Я понимаю, тебе больно. Нам всем тоже не хватает Клэри. Она была моей единственной подругой, но я не веду себя как ты. Возможно, сравнивать наши чувства глупо, и всё же тебе пора остановиться. Я не трогала тебя. Думала, тебе нужно время. Погорюешь и возьмёшь себя у руки, но нет, ты походу твёрдо решил себя угробить. Хорошо, что вчера тебя понесло к Магнусу, но где гарантия, что в следующий раз ты не кинешься в одиночку истреблять демонов? Мы физически не в состоянии следить за тобой двадцать четыре на семь, да это и не выход. Она говорила строго и серьёзно. Иззи была явно сильно расстроена его поведением, что только усиливало и без того острое чувство стыда и вины. От него одни только проблемы. — Потому я тебя прошу наконец-то собраться и прекратить эти попойки. Хватит губить себя. В Сумеречном мире война, и ты нам нужен, Алек. Ты должен бороться! — Да плевать мне на эту войну, — тихо отозвался Алек. И это было истинно так. Кто бы ни победил, Клэри это не вернёт, так какое ему дело до этих дрязг? — Плевать на войну? — вскинула бровь Иззи. — Хорошо. А ты подумал о родителях, Максе, обо мне и Джейсе? На нас тебе тоже плевать? — Нет, конечно, но… — смешался он. — Я не закончила, — перебила Алека Изабель. — Скорее всего, тебе и правда всё равно на происходящее вокруг, но ты помнишь, кто наш главный враг? Джонатан Моргенштерн. Неужели нет желания отомстить тому, кто убил Клэри? Иззи понимала, это рискованный ход. Жажда мести тоже не лучший стимул для жизни. Однако это шанс заставить Алека бросить пить и начать действовать, жить. А они, его близкие, постараются присмотреть за ним. Для Алека слова Иззи имели оглушающий эффект. В самом деле, почему за всё это время он ни разу не задумался о том, чтобы найти эту мразь и заставить горько пожалеть о содеянном? Какого демона он позволил себе так расклеиться и утонуть в отчаянии и ненависти к себе? Да, он виноват, что не уберёг Клэри, и этого ничто не изменит. Но он может наказать главного виновника этой трагедии. Более того, он просто обязан это сделать! — Да, ты права, Иззи, — отозвался Алек мрачно. — Надо найти Джонатана и превратить его жизнь в Ад на Земле. — Но для этого ты должен бросить пить, — вставила она. — Знаю, — твёрдо произнёс Алек. — Дай мне время до вечера и я буду в форме и полной боевой готовности. И он собирался это сделать. Алек был рад, что Изабель заставила его начать думать, вырвала из этой пучины беспросветной тоски и безысходности. Он не имеет никакого права сидеть и заливать своё горе выпивкой или глупо сдохнуть, пока Джонатан жив и дышит. Этот ублюдок отнял у него его солнце, его смысл существования, и Алек заставит его горько сожалеть о каждой минуте, что Клэри мучилась у него в плену.

***

Из портала Клэри не вышла, а буквально вывалилась, словно мешок с картошкой. Больно ударившись обо что-то боком, она зашипела и с усилием откатилась в сторону. Дышать мешала кровь из разбитого носа, потому Клэри не могла себе позволить полежать и отдохнуть, надо было срочно остановить кровотечение. Взяв поудобнее стило, которое так и не выпустила из рук, она попыталась нанести себе Иратце и изумлённо округлила глаза, когда ничего не вышло. Снова и снова Клэри пыталась вывести незатейливую руну исцеления на коже, и всё безрезультатно. Стило оставалось в её руках просто металлической палочкой со стеклянным наконечником. Сломалось что ли? А стило вообще может сломаться? Что же, ладно, придётся останавливать кровь старым дедовским способом, а именно запрокинуть голову и вытирать тряпкой, которой послужил рукав и без того потрёпанного платья. Когда с этой проблемой было покончено, Клэри внимательно огляделась и уныло выдохнула. Она понятия не имела, где она и почему оказалась именно здесь. Клэри находилась в каком-то поле, вдали виднелись какие-то строения, наверное, город. Следом её взгляд наткнулся на кристалл, который был один в один как тот, что висел на шее у Джонатана, только был совершенно бесцветным. Ну здорово! Похоже, этот камень каким-то образом сбил настройки портала, и она теперь неизвестно где. Молодец, Джонатан, хорошо подгадил. Сидеть и ждать у моря погоды тоже не вариант, потому, встав на ноги, Клэри направилась в сторону неизвестного поселения. Многочисленные порезы на теле ныли, нос, судя по ощущениям распух, платье напоминало окровавленные лохмотья. В общем, внешний вид был хуже некуда. Неудивительно, что никто не остановился, чтобы подобрать такую попутчицу. Ближе к вечеру Клэри дошла до города, которым оказался Балтимор. Плохо, что не Нью-Йорк, но могло быть и хуже, она вообще могла оказаться на другом материке. Добравшись до города, Клэри задумалась, как ей быть дальше. Как добраться до Нью-Йорка? У неё нет ни цента, и выглядит она так, что в фильме ужасов можно сниматься без грима. В итоге она осознала, что к её послужному списку теперь добавится ещё и воровство. Шикарно, ничего не скажешь. Но деваться некуда, ей нужно хотя бы сменить одежду и по возможности привести себя в порядок. Ночью ей удалось разжиться джинсами, футболкой и лёгкой курточкой. Брать чужие вещи было противно, только альтернативы не было. Зайдя в туалет какого-то бара, Клэри как могла смыла кровь и переоделась, безрадостно отмечая, что была права, её лицо это что-то с чем-то. Нос и губы распухли, под глазами расцвели синяки. Скотина этот Джонатан! После она начала свой путь к Нью-Йорку. И вроде бы недалеко, но избитой, израненной и голодной Клэри дорога казалась бесконечным кошмаром. Не раз хотелось разрыдаться от отчаяния и жалости к себе, и каждый раз она себя сердито одёргивала. Не имеет она права на эту слабость. Она же сумеречный охотник! Она смогла сбежать от Джонатана! Неужели сейчас она сдастся на волю обстоятельств? Нет, конечно. Потому, сжав зубы, Клэри продолжала свой путь. Дважды ей удалось поймать попутку, и однажды она стащила пакетик булочек из небольшого магазинчика. У одного из водителей, который согласился её подвезти, ей удалось выпросить телефон, и Клэри по очереди набирала знакомые номера: Саймон, Иззи, Алек, Джейс. Дважды слышала механический голос, сообщающий, что таких номеров не существует, и дважды нарвалась на совершенно посторонних людей. Что происходит? Всё это было очень и очень странно. К тому моменту, когда спустя несколько дней Клэри, еле передвигая ноги от усталости и голода, добралась до родного Института, на глаза навернулись слёзы радости. Неужели её мучения закончились? Не успела она пройти и нескольких метров, как её довольно грубо остановили. — Ты кто такая? — строго спросил парень, которого звали Мик. — Что? — округлила она глаза. — Мик, это же я, Клэри. — Не знаю таких, — отозвался Мик. — Так, слушай, не знаю, какого чёрта тут происходит, просто позови Иззи, Джейса или Алека, — попросила Клэри. — Чего? — непонятливо ответил он. — Алек! Иззи! Джейс! — закричала Клэри во всё горло, устав объяснять что-то Мику, слишком устала она для этого. — Что за шум? — услышала Клэри голос Изабель, а потом и увидела её саму, как всегда, эффектную и яркую. — Иззи! Ну слава Разиэлю! — с облегчением выдохнула Клэри. — Ты кто? — нахмурилась Изабель. — Иззи, ты чего? Это же я, Клэри, — потрясённо отозвалась она. — Кларисса Фэйрчайлд. — Это невозможно, — услышала Клэри голос, который принадлежал Маризе Лайтвуд, — Кларисса Фэйрчайлд вместе с матерью была убита тринадцать лет назад. Эти слова окончательно добили Клэри, и она почувствовала, как мир перед глазами поплыл, а ноги подогнулись, следом сознание накрыла темнота.