Биение сердец

— Юра! Подожди, Юра! — он бежал. Бежал за ним. Бежал за этой светлой макушкой, виднеющейся в толпе. Догнать. Он должен догнать. Посмотреть в эти зелёные глаза. Просто обнять.

***

— Отабек, прошу тебя. Хватит, — девушка опустила руку ему на плечо.

***

— Он мёртв! Пойми ты это уже наконец! — Его сердце ещё бьётся! — юноша ткнул пальцем себе в грудь, где примерно располагалось сердце. — Пока я жив, он жив тоже.

***

— Я покидаю фигурное катание! — зал замолчал. Все с интересом разглядывали казаха. На груди двадцатиоднолетнего парня красовалась серебряная медаль. Он снова второй. Снова уступил кому-то, снова не поднажал, не докрутил, оступился. Снова дал себя обойти. Слабак. Снова сдался.       Это серебро так красиво гармонировало с тёмно-синей олимпийкой, словно шептало: «Тебе вечно быть вторым. Золото тебе не пойдёт. Ты его не достоин. Ты рождён проигрывать». — Издеваешься?! — раздался вопль, так напоминающий тигриный рык, откуда-то из-за толпы папарацци, операторов с массивными камерами и журналистов.       Толпа расступилась. Взору карих глаз предстал тощий мальчишка. Он был бледнее обычного. Чёрные штаны висели на нём мешком, как, впрочем, и олимпийка. Осмотрев паренька с ног до головы, Алтын с испугом уставился в зелёные глаза, которые так ярко горели ненавистью. Столь желанные губы искривились в зверином оскале, а светлые волосы были растрепанны. Юрий был в ярости. Сам же Отабек застыл в страхе. Он смотрел в глаза Юры, который, казалось, вообще не изменился за эти три года. Герой Казахстана не мог даже пошевелиться под пристальным взглядом тигриных глаз, словно маленький зверёк, которого загнали в угол. Неважно то, что Отабек был в два раза больше, сильнее и старше на четыре года. Этих зелёных глаз хватало.  — И ради этого я лёг в могилу?! Ради этого я отказался от своей мечты?! Я отдал своё сердце! — в доказательство своих слов, юноша расстегнул олимпийку, продемонстрировав всем присутствующим и в частности Отабеку дыру в груди слева. Кожа была вырезана, рёбра разломаны, на месте сердца была пустота. Алтыну стало тяжело дышать,— Я отдал свою жизнь ради того, чтоб ты сдался?! — Юра, я… — начал шептать казах. — Я разочарован.       Глубокий вдох. Три глухих удара сердца. Выдох. Сон. Это был просто сон. Темноволосый парень медленно открыл глаза и уставился в белый гостиничный потолок. Кто-то явно перенервничал. За окном было довольно темно, солнце, похоже, даже не собиралось появляться из-за горизонта. Юноша устало потёр глаза и глубоко вздохнул. Нащупав на белоснежных простынях свой телефон, казах попытался узнать время. С экрана на него смотрел Юрка с самой добродушной улыбкой, на которую он только был способен. Отабеку на долю секунды показалось, что этот милый мальчишка даже не способен на тот звериный оскал, который так въелся в воспоминания Алтына. Но он слишком хорошо знал русского тигра.       На часах 4:37. Тренировка перед финалом Гран-при начнётся в 8:00. Юноша прикинул и понял, что сейчас он не сможет заснуть снова. Покопавшись в чемодане, казах схватил нужные вещи и направился в душ. Холодная вода быстро привела парня в чувство. Он перестал напоминать самому себе тряпку. Быстро умывшись, Отабек вернулся в комнату и решил заварить себе бодрящий кофе. Напиток обжёг горло, а знакомый вкус вернул юношу в воспоминания. Именно Юра подсадил Героя Казахстана на этот кофе. Отабек разблокировал телефон и нашёл их совместную фотку. Два юноши с улыбками до ушей. Такие счастливые. Алтын печально улыбнулся. Фотография была сделана на его день рождения почти три года назад. Он не хотел праздновать, но Юра настоял. Они вдвоём в квартире казаха, в компании кучи вкусняшек и компьютерных игр. В тот день Отабек напоил Плисецкого кумысом, а потом сожалел об этом, ведь юноша начал буянить. — Я выиграю. Получу золото, Юра. Я не разочарую тебя, — прошептал казах, глядя на фотографию.

***

— Наконец-то! Мы дождались! Начало финала Гран-при! — раздался голос на всю ледовую арену. Трибуны были забиты фанатами. Мелькали флаги различных стран. Фанаты скандировали имена участников. Часть камер была направлена на лёд, где разогревались фигуристы. Оглядевшись, Отабек заметил несколько флагов Казахстана и его фанаток в медвежьих ушках. Но всё же чего-то нахватало. Юноша вспомнил Гран-при в Барселоне. Там было однозначно больше шума. Алтыну вспомнилось, как тогда он спас Русскую Фею от фанаток. Точно. Вот почему мало шума. Ангелы Юрия. Их нет.       Время для разогрева на льду подошло к концу. Фигуристы удалились в ожидании своего выхода. Герой Казахстана, согласно итогам жеребьёвки, выступал последним. У парня было достаточно времени на повторение программы. — Эй, Бека. — раздалось где-то за спиной казаха. В следующий миг справа около борта оказался светловолосый паренёк. — М? — Я тут подумал. Хочу попробовать поставить программу сам. И… Если получится что-то годное, я бы хотел видеть это в твоём исполнении, — зелёные глаза уткнулись в мыски коньков. Бледное лицо выражало неуверенность. Юрий редко демонстрировал свои эмоции. В основном все видели его раздражённым. Лишь несколько человек знали настоящего Юрия. И Отабек Алтын гордился тем, что он действительно знал Русского Тигра. Кареглазый сдержанно улыбнулся и потрепал Плисецкого по макушке. — Сочту за честь. — И наконец, последний участник, представляющий Республику Казахстан–Отабек Алтын! — зал залился аплодисментами. — Музыка: всем известная My Chemical Romance — Welcome to the Black Parade. Автор программы — мужчина запнулся при виде знакомого имени — Юрий Плисецкий.       Заиграла музыка. Зал затих в ожидании. Юноша начал скользить по льду. Во время проката программы, Отабек вспоминал один единственный момент, когда Юрий закончил составлять хореографию и наконец демонстрировал её казаху. Алтын даже не слушал музыку, он полностью растворился в воспоминание, повторяя каждое движение за белобрысым танцующим мальчишкой. Он казался таким маленьким, хрупким, как лёд по весне. Чуть коснись, и он треснет, разломается, растает… Юрий был прекрасен.       В реальность Отабека вернул гром аплодисментов. На юношу посыпался дождь из букетов цветов, мягких игрушек и ободков с медвежьими ушами. Герой Казахстана собирался уже покинуть лёд, но что-то прилетело ему в спину и почти бесшумно упало на гладкую поверхность. Алтын обернулся и увидел перед собой белые кошачьи ушки. Точно такие же, как носили Ангелы Юрия, как носил сам Юрий. Казах поднял ободок и растерянно огляделся вокруг, но так и не увидел никого. Отабек направился к тренеру, в ожидании результатов, которые судьи должны объявить в ближайшую минуту. Услышав результаты, юноша осознал, что это конец. Его путь здесь закончен.

***

— Я покидаю фигурное катание! — Такое резкое заявление поразило всех присутствующих в зале. Как участники конференции, так и гости с интересом впились глазами в темноволосого юношу. Золотая медаль красиво гармонировала со смуглой кожей молодого парня, иногда поблёскивая, отражая вспышки фотокамер. — Многих интересуют события трёхлетней давности. Сегодня я отвечу на ваши вопросы, — на плечо Алтына опустилась рука Юри, японец был готов предоставить всю свою поддержку, на которую только был способен. Пусть Отабек и вырвал у Кацуки золотую медаль, набрав на 2 балла больше, они были друзьями, а приемник Никифорова всегда был готов помочь друзьям. — Скажите, авария и исчезновение Юрия Плисецкого как-то связаны? — Раздался первый вопрос. — Да. В той аварии я получил смертельную травму. В моё сердце попал осколок. Я должен был умереть. Юрий Плисецкий стал моим донором. Здесь и сейчас должен быть Юрий. Эта медаль Юрия. Я оставался в спорте только ради него. Сегодня я исполнил его мечту, на этом мой путь в роли фигуриста закончен. — Отабек, расскажите о программе, которую вы откатали сегодня. Действительно ли её составил Юрий? — Юрий Плисецкий действительно является автором этой программы. Он составил её незадолго до аварии. Я решил, что это будет хорошим способом почтить его память.       Юноша поднялся со стула и покинул помещение, в котором проходила конференция. Больше его здесь ничего не держит.