BlackOut

      Джо неловко попрощался с Патриком — кажется, он сделал это дважды, и поднялся к себе на этаж. Внутри по-прежнему копошилось чувство, будто он нарушил закон и вот-вот будет наказан, но это нисколько не мешало ему продолжать глупо улыбаться. Парень закрыл дверь и, прижавшись к ней спиной, съехал вниз, вытягивая внезапно ставшие ватными ноги. В его телефонной книге записан номер парня, который ему нравится. Странно, что Троман позиционировал Энди именно так, учитывая, что с они встречались всего раз.       Только мысли о том, что будет с матерью и как разозлится отец, когда станет известно о его «настоящих предпочтениях», словно царапины на экране новенького мобильного телефона не давали покоя, заставляя Джо возвращаться к ним снова и снова. Иллюзия идеального сына навсегда разрушится. Мама больше не будет искренне улыбаться ему. Нет, конечно она простит, но будет ли любить также сильно, терзаемая мыслью, что ее сын неизлечимо болен? (А гомосексуализм в их семье был страшнее рака). Отец, скорее всего, вычеркнет его из завещания и больше никогда не заговорит с ним, пытаясь смириться с позором, висящим несмываемым пятном на семье.       Всего этого можно избежать, и у Джо даже готов подходящий план: свести эту дурацкую татуировку и вернуться на коленях к Мари, умоляя дать ему второй шанс. Возможно не с первой попытки, но она простит его, и они снова будут счастливы. Снова? Счастливы? Именно сомнения в том, что его жизнь уже не будет такой как прежде, как бы он не старался, не давали Джо сорваться и прийти после работы на свою старую квартиру вместо этой холостяцкой берлоги.       Ноги затекли от неудобной позы, и Троман, кряхтя, встал с пола. Поставив разогреваться в микроволновку тарелку вчерашних недоеденных макарон, парень устроился на диване в гостиной и включил первый попавшийся канал. На экране замелькали картинки, вечерние новости смешивались с музыкальными клипами, голоса спутывались, служа ненавязчивым фоном — иллюзия неодиночества.       Джо, достав из кармана телефон, уже в который раз уставился на заветный номер. Так хотелось позвонить, но как обычно мешал страх.       Джо боялся всего. Что номер окажется неправильным. Что Энди не вспомнит его. Или вообще не захочет общаться. Страх по любому поводу преследовал Джо с детства. От переживаний, что мама узнает про случайно разбитую вазу до приятных покалываний внизу живота, когда футболист, имени которого Троман уже и не помнил, зажав парня в душной, пропахшей потом раздевалке, украл его первый поцелуй. Тогда Джо боялся и того, что про это кто-нибудь узнает (ничего не мешало проболтаться самому футболисту), и того неожиданного неправильно-приятного тепла, разливающегося по телу, когда он целовался с кем-то своего пола. Троман всегда был твердо уверен, что ничего, кроме омерзения и отвращения это вызывать не должно. Так учил его отец. Но в реальности всё оказалось совсем по-другому.       Джо дул на пальцы — как всегда, микроволновка разогрела тарелку, а не содержимое, когда ему позвонили. Троман ответил не глядя и очень удивился, услышав голос Пита. По сбивчивому темпу и тяжелому дыханию Джо понял, что он на улице.       — Уже позвонил? — они расстались сорок минут назад. Неужели Вентц думал, что он так сразу начнет действовать.       — Нет еще.       — Так, а чего ты ждешь? — Пит недовольно фыркнул, на фоне запищал светофор.       — Я не могу так быстро. К тому же уже поздно…       — Брось, время детское, — в трубке недолго помолчали, — ладно, поступай как хочешь, главное я обеспечил тебя номером, теперь все на твоей совести. Я вот зачем звоню, ты не прикроешь меня? День, максимум два. Мне очень срочно нужно в Нью-Йорк.       — И это как-то связано с Даллоном? — Джо до сих пор с дрожью вспоминал тот вечер, что им пришлось провести тет-а-тет, когда Пит куда-то исчез. Уикс был не самым общительным человеком, к тому же его тяжелый взгляд, казалось, прожигал насквозь. Вентц же как оказалось уснул на коврике перед квартирой Стампа.       — Можно и так сказать. Ну так что?       — Ладно. Но у тебя максимум два дня. Потом оправдывайся перед начальством сам.       Выслушав от Пита слова благодарности, Джо повесил трубку. Он бездумно пялился в экран телевизора, сжимая нагревшийся мобильник в руке. В висках стучало, в горле внезапно пересохло. Пит прав, он должен позвонить Энди прямо сейчас. Иначе страх окончательно проглотит его, и все, что останется Джо — это вернуться к привычной размеренной жизни и скрывать истинного себя до самой смерти.       Именно так. Джо сделает это для себя — одолеет страх и предрассудки, так глубоко пробравшиеся в мозг, что без хирургического вмешательства не достать. И даже неважно, как отреагирует Энди. Даже если пошлет его, Джо хотя бы будет знать, что не струсил на этот раз и действительно сделал все от него зависящее.       Первый гудок. Сердце пропустило удар.       Второй. Джо подумал, что если бросит трубку сейчас, возможно, самого страшного можно будет избежать. К черту эту непроясненность.       Третий.       — Алло?       Джо сглотнул. Энди звучал так, словно кто-то сжал ему легкие, не давая дышать. Он тяжело выдыхал через нос, глотал окончания. Как будто получил травму, или бежал, или только что занимался с кем-то сексом. Ревность защекотала позвоночник.       — Это Джо, мы познакомились в лифте, — Троман уже столько раз повторял эту фразу, что его начинало тошнить, когда он произносил слова «познакомились» и «лифт» в одном предложении. — Я не помешал?       — Нет, я просто на вечерней пробежке, — Джо услышал, как мимо Энди проехала машина, — хорошо, что ты, наконец, позвонил. Я ждал.       Сердце подпрыгнуло, касаясь гланд, и рухнуло в пятки. Троман почувствовал себя влюбленной старшеклассницей, которой только что признался в любви главный красавчик школы. Он еле удержался от того, чтобы глупо хихикнуть, и прокашлялся.       — Вот, выдалась свободная минутка, поэтому и подумал, почему бы и нет…       — Слушай, извини что перебиваю, — Джо подумал, что человеку с таким голосом он готов простить все, — может встретимся на днях? Посидим в кафе, познакомимся поближе.       — Я только за. Во сколько и где?       Энди пообещал скинуть время и место сообщением и коротко попрощался, сославшись на то, что ему нужно перебегать дорогу. Джо отложил телефон и прижал ладони к лицу. Наверное, он покраснел, потому что чувствовал, как горят лоб и щеки. Возможно, для кого-то случившееся было ничего не значащим пустяком — это же не свидание, они просто посидят в кафе — но Троман чувствовал себя так, словно только что покорил самую высокую гору в мире.       Дождавшись смс-ки, он наспех затолкал в себя остатки макарон, чтобы не ложиться голодным, принял в душ и лег в кровать. Он так сильно хотел, чтобы наступило завтра, что плюнул на то, что было всего десять вечера. Но сон как назло не торопился. Джо проворочался еще час, и, оставив всякую надежду заснуть, включил ноутбук.       На рабочей почте кроме дежурной рассылки от начальника, что он ждет квартальные отчеты не позднее этой пятницы, ничего интересного не было. Социальные сети, как и ожидалось, напоминали пустыню — ни одного сообщения и лента, заполненная глупыми мемами, которые Джо уже где-то видел. Усевшись поудобнее, Троман решил испытать удачу и попытаться найти Энди на facebook. Как там Патрик говорил его фамилия? Орли? Харли?       Несколько поисковых запросов ничего не дали, и Джо приуныл. Он захлопнул ноутбук и закрыл глаза, сильно зажмурившись. И как он мог не запомнить фамилию человека, который ему понравился? Троман шумно выдохнул — надо же быть таким придурком.       Джо снова открыл ноутбук. Только на этот раз он попытался найти не Энди, а своего соседа. Его фамилию он быстро запомнил — Стамп. Но нужного человека там не оказалось, даже после того, как Троман сузил поиск, выбрав город и приблизительный возраст. Джо тихо выругался — как он сразу не подумал, что Патрику ни к чему профиль на facebook. Он ведь и не задумывался до этого, заводят ли слепые страницы в социальных сетях. Скорее всего, нет.       Оставив тщетные попытки, Джо выключил ноутбук и лег, абстрагируясь от тяжелых мыслей. На этот раз организм отозвался согласием, отключившись от внешнего мира гораздо быстрее чем за положенные семь минут. О том, что нужно завести будильник, Троман забыл.       И проспал. На целых двадцать минут. Он громко ругался, бегая из угла в угол и пытаясь найти одинаковые носки. Как же все-таки сложно жить одному. Чуть не подавившись йогуртом и практически вылив на себя горячий кофе, Джо выбежал из квартиры, лишь чудом не забыв ее запереть.       Еще вчера опоздание на работу стало бы для Тромана катастрофой вселенского масштаба. Но сегодня его грела мысль о скорой встрече с Энди. Они должны были встретиться во время обеда в кафе неподалеку от офиса. Удивительно, что Эндрю так угадал с местом. Как будто бы следил за Джо и знал, где тот работает. Троман даже ухмыльнулся тому, какая у него богатая фантазия — предположить такое. Просто совпадение. Или Эндрю сам работает неподалеку. Может во время обеда Джо представится возможность выяснить это.       Парень постарался отстраниться от мыслей о приближающемся не-свидании, ведь на нем висел недописанный отчет, но сделать это оказалось гораздо труднее. Троман постоянно думал о том, что будет говорить, что закажет, как улыбнется Энди на прощание или даже пригласит в гости на чай. Так что когда часы пробили два и весь офис засобирался на ланч, Джо оказался застигнутым врасплох. Он впервые за пять рабочих часов не сделал абсолютно ничего — отчет по-прежнему обрывался на фразе «доходность составила», на которой Троман остановился вчера. Парень выдохнул, пообещав себе, что железно допишет его после обеда, и покинул рабочее место.

xxx

      От постоянных перемен погоды нестерпимо болела голова. Энди запил таблетку водой, вымыл стакан, после чего поставил его обратно в шкафчик и вышел на улицу. До встречи с Джо оставались каких-то полчаса и, откровенно говоря, Энди уже опаздывал.       Он немного жалел о том, что выбрал местом встречи кафе, находившееся так далеко от дома, но еда в нем была настолько восхитительной, что перекрывала любые недостатки. А еще там было отдельное меню для вегетарианцев, что очень льстило парню, и вкуснейший зеленый чай. Даже Патрик, особо придирчивый к еде, остался доволен, когда Энди привел его туда.       До места назначения Херли добрался за двадцать девять минут, ему оставалось лишь перейти дорогу. На той стороне сквозь стволы деревьев проглядывала зеленая покатая крыша кафе и затемненные окна с выставленным меню и ценами. В толпе промелькнула знакомая кудрявая макушка, и Энди почувствовал укол совести — он придет не первым и даже немного опоздает.       Когда на дисплее задвигался зеленый человечек, все, кто дожидался его вместе с Херли, огромной волной накрыли проезжую часть. Энди пытался никого не задеть, что оказалось довольно трудно. Толпа была огромной, и все шли с разной скоростью, но одинаково торопливо, стараясь как можно быстрее оказаться на противоположной стороне. Приблизительно на середине дороги кто-то сильно толкнул Энди в плечо, и оно отдалось острой болью, словно в ключицу вогнали тонкое лезвие кинжала. Херли и забыл, что получил травму на последней тренировке по кроссфиту. Теперь каждый шаг отдавался короткой вспышкой боли, от которой Энди, несмотря на свою выносливость, был готов потерять сознание.       Джо дожидался его за столиком в самом темном углу. Он отгородился меню, но Херли все равно не составило труда узнать его по волосам и портфелю, который тот оставил на соседнем стуле.       — Привет, извини за опоздание, — он сел напротив, морщась от боли в плече. Джо отложил каталог блюд и улыбнулся.       — Ничего страшного.       Они сделали заказ — Джо попросил ему помочь с выбором, и Энди охотно назвал несколько блюд, которые очень любил, но сам ограничился минералкой и овощным салатом. Боль забрала остатки аппетита, даже беседу Херли поддерживал с трудом, пытаясь удержаться от гримасы боли. Джо, кажется заметивший отстраненность собеседника, погрустнел и теперь неохотно ковырял вилкой в салате.       Они немного поговорили о погоде, музыке и даже о футболе, который как оказалось оба не любили. Но окончательно беседа зашла в тупик, когда Энди вспомнил о Патрике. Джо больше не отрывал взгляд от тарелки. Он съел всего чуть-чуть, остатки салата размазывая по дну.       — Тебе не понравилось? Ты можешь заказать что-нибудь другое. Что-нибудь, где есть мясо, я не против, — Джо коротко посмотрел на него и покачал головой.       — Нет, я просто не голоден.       Эта дежурная вежливость раздражала. Энди смотрел на Тромана и не понимал, что происходит. Этот парень очень нравился ему, красивый и довольно милый, особенно его редкая улыбка, но их отношения явно застряли в самом начале, словно увязнув в трясине.       — Что-то не так? Кажется, ты чем-то расстроен.       — Нет, все нормально, — и снова улыбка, за которой, Энди казалось, скрывались абсолютно противоположные чувства. Разочарование, например.       — Ты жалеешь, что согласился встретиться со мной?       — Я? — во взгляде Джо и правда отразилось удивление, — мне показалось, это ты жалеешь.       Энди засмеялся. На улице торопливо шагали люди, в вечной пробке гудели машины. А он сидел здесь, отгородившись от всей этой суеты, и смотрел на человека, которого как подарок подкинула ему судьба.       — Ты неправильно понял. Просто когда я переходил дорогу, кто-то толкнул меня в плечо, а я травмировал его еще на прошлой тренировке.       — Тебе больно? — взгляд Джо остановился на руках Энди, словно сканируя их.       — Немного.       — У меня дома завалялась мазь, помогает при ушибах и травмах, здесь недалеко…       — Ты приглашаешь меня к себе? — Херли и не думал, что сумеет смутить взрослого мужчину, но, кажется, сделал это. Джо допил залпом заказанный чай и кивнул. — Я не против.       Когда Джо открывал дверь, Энди заметил, что его руки немного дрожат. Он оставил портфель на комоде и, не разуваясь, прошел на кухню, поманив за собой и гостя. Энди ботинки все-таки снял, вдыхая горьковатый запах холостяцкой берлоги — пицца, дешевое пиво, грязные носки. Всё по канону, и почему-то Херли нравилось вдыхать это, осознавая, что у хозяина квартиры никого нет.       Джо попросил Энди снять футболку, перед тем как скрыться в спальне. Энди выполнил его просьбу и присел на край стола. Он изучал обстановку, пытаясь выхватить каждую мелочь, которая могла бы помочь ему понять, кем является человек, живущий здесь. Грязная посуда в раковине. Несколько конфет, небрежно оставленных на столе. Много деловых бумаг.       — Любишь сладкое? — Джо смущенно улыбнулся в ответ.       Как можно аккуратнее Троман втирал мазь, которая пахла просто ужасно, в травмированное плечо. Энди чувствовал жар — кожа в этом месте буквально горела, едва покалывая. Но боль заметно стихла, и это было самое главное. Закончив, Джо протянул ему тюбик.       — Здесь еще больше половины, возьми себе.       — Спасибо, но может, лучше я буду приходить к тебе? Просто неудобно мазать плечо самому себе, — у Джо даже корни волос покраснели, только на кончике носа осталось бледное пятнышко. Он кивнул и опустил руку, заводя ее за спину.       К сожалению, Троману нужно было возвращаться на работу. Он сообщил это Энди с такой вселенской грустью в голосе, что Херли внезапно захотелось крепко обнять его, защищая от повседневной рутины. Они вышли на улицу, и Энди вызвался проводить его до офиса. Джо молчал всю дорогу. Он иногда косился в сторону идущего рядом парня, и Энди никак не мог разобрать, что значит его взгляд. Словно Троман хотел что-то спросить или ждал, что Энди спросит сам. Они остановились у ступеней, понимая, что пора прощаться.       — Я позвоню вечером? — Джо кивнул. Энди снова просканировал его взглядом, внезапно цепляя след от кольца на безымянном пальце. — Можно вопрос?       — Конечно, — Троман нахмурился, вздрагивая. Он покосился на дверь, за которой только что скрылся его коллега.       — Ты… — Херли запнулся. Он понял, что не знает, как тактично спросить об этом. — женат?       Джо судорожно вдохнул холодный воздух и опустил глаза. Энди смотрел на него, дожидаясь ответа. Хотя к черту, он уже жалел, что задал именно этот вопрос, предчувствуя, что ему не понравится то, что он услышит.       — Да, — мимо проехала скорая с включенной мигалкой, — точнее нет. Почти. Мы разводимся.       — Оу, извини, — Джо покачал головой.       — Ничего, это должно было произойти. С меня хватит, — Энди непонимающе посмотрел на него, и он хмыкнул, — сидеть в шкафу.       Энди шел домой, проклиная свою нерешительность. Он так и не задал главный вопрос, и теперь не был уверен, что когда-нибудь осмелится спросить. Джо, конечно, прозрачно намекнул, но Херли было этого недостаточно. Парень хотел услышать, гей он или нет. Если бы он не узнал про то, что Троман состоял в браке, неуверенности было меньше. Их переглядки, улыбка, появляющаяся на лице Джо, когда их взгляды пересекались, неловкие мимолетные касания. Разве они не были подтверждением тому, что Херли ему симпатичен? Теперь Энди сомневался, а не обычная ли это вежливость. Может, он просто стеснительный парень, который краснеет каждый раз, когда общается с людьми.       Энди был еще далеко от крыльца, но уже заметил, что возле двери его поджидает чисто-белый конверт. Ни отправителя, ни адресата. Херли вскрыл его, не заходя в дом. Почерк был ему не знаком, но того, кто это написал, Энди прекрасно знал.       «Он довольно милый, этот Джо. Но Энди, а как же я?»