BlackOut

      Одна половинка белая, другая — светло-зеленая. Энди выпил сразу три таких капсулы, глуша их безвкусную горечь водой. Шум в ушах постепенно становился тише. Стены перестали дрожать, стоило парню зажмуриться чуть сильнее. Выпавший из рук стакан разбился алмазным звоном, осколки переливались на солнце как настоящие драгоценные камни. Они ослепили Энди, стоило ему открыть глаза.       Как бы отвратительно он себя не чувствовал, Эндрю пересилил тошноту и слабость, сдавившие его плотным кольцом, и присел, чтобы собрать разбившиеся кусочки. Он бросил их в мусорное ведро и, бездумно потоптавшись на месте пару секунд, покинул кухню. Пора было собираться на работу.       Херли положил в сумку спортивный костюм, бутылку воды, гель для душа и бутыль с таблетками — на всякий случай. Его смена сегодня с семнадцати до десяти вечера, зал наверняка будет забит до отказа, значит, работы будет много. Энди никогда не боялся людей, но в этом деле лучше перестраховаться. Большая толпа — отличный катализатор для приступов, повторения которых Херли старался не допустить. Он и так почти потерял контроль этим утром.       Из-за Джо. И из-за того, что Энди до сих пор ему не позвонил, хотя обещал. Он бы соврал, если сказал, что дело не в том, что тот был (до сих пор, на самом деле) женат. Вероятность, что Джо испугается или передумает, казалась Херли достаточно высокой, чтобы испугаться самому. Или быть осторожным, по крайней мере. Никому и никогда не хочется оказаться брошенным. И Энди не настолько глуп, чтобы пытаться казаться героем, которому плевать на боль. Чувства второстепенны, к тридцати нужно быть рациональным.       Он был в зале без двадцати пять. Немного задержавшись у стойки ресепшена, чтобы поговорить с Мэр — девушка так настойчиво предлагала ему щенка, что он почти согласился, Энди направился в раздевалку. На телефоне, перед тем как выключить на нем звук и спрятать в шкафчик, парень увидел три пропущенных. Один неизвестный, второй от Патрика, третий от Джоан — ветеринара, которая осматривала Джека в последний раз. Нахмурившись, Херли решил перезвонить после работы, потому что время уже поджимало. Он затянул шнурки на кроссовках, отмечая усилившуюся боль в висках, но не придавая ей значение, и вышел в зал.       Работа всегда проходила быстро. Он позанимался с постоянными посетителями: миниатюрной брюнеткой, разбиравшейся в фитнесе также хорошо, как и Энди, и пользовавшейся услугами тренера только для того, чтобы было с кем поболтать, и юношей, которого казалось привели сюда силой. Он сидел, уткнувшись в телефон, пока Херли не дотронулся до его плеча, и доставал его из кармана все время, пока они занимались. Энди чуть не вышел из себя и не отобрал гаджет из маленьких пухлых рук. Помогли лишь самоконтроль и мысль о том, что этот гик, воплоти он свои мечты в жизнь, обязательно поднимет шум.       Потом были еще девушки и юноши, люди постарше, разной комплекции и с разными целями. Одни получали от тренировки удовольствие, по лицам других Энди видел, что они больше никогда сюда не вернутся и жалеют, что потратили время на первое бесплатное занятие.       Ровно в десять зал закрылся. Люди как будто испарились, и Херли, решивший немного задержаться, чтобы принять душ, остался один. Он как раз вышел в коридор, когда над ухом что-то щелкнуло. Словно под гипнозом парень прошел мимо раздевалки и дошел до самого конца — к синей двери. За ней скрывался бассейн, которым редко кто пользовался. Дверь оказалась не заперта.       Здесь было слишком тихо и темно. Ни одна из ламп, исчезавших на высоком потолке, не горела. Пространство вокруг освещал лишь лунный свет, пробивающийся через большие окна. Он падал на трамплин и неподвижную воду, создавая неповторимые блики. Энди стащил с себя футболку и шорты, оставшись в одних боксерах, и босиком подошел к краю бассейна. В прозрачной воде чернел его сгорбившийся силуэт. Абсолютно точно за его спиной никого не было, но…       Энди отчетливо почувствовал, как кто-то кладет руку ему на плечо и несильно сжимает. Высокий голос с нотками усмешки раздался прямо под ухом.       — Поплаваем?       Его толкнули в воду и, не давая опомниться, начали топить. Энди пытался выплыть, но тщетно. Ему давили на голову и спину, как будто пытаясь раздавить позвоночник. Парень пытался дотянуться ногами до соперника, чтобы ударить, но ощущал лишь воду, давящую на тело как латексный костюм.       Дышать становилось все труднее. Кто-то ударил его в живот, и Энди рефлекторно выдохнул, одновременно заглатывая воду. Он закашлялся, адреналин зашкалил. В легкие попала вода, и Херли уцепился за пульсирующую в висках мысль — это конец. На этот раз уж точно. Он проиграл.       Дальше сопротивляться не было смысла. Да и не было сил. Энди закрыл глаза, чувствуя, как падает вниз. Он уже был готов почувствовать холодную плитку дна, но этого не произошло. Лишь плеск воды, громкий смех, захлопнувшаяся за кем-то дверь.       Энди открыл глаза и замер, с ужасом наблюдая за тем, как вода переливается за края раковины. Его руки были намылены. Херли подставил их под едва теплую струю, морщась от неприятных ощущений. Мыльная вода тут же окрасилась в розовый. Энди повернул кран и поднес руки к лицу. Они пахли клубникой — точнее жидким мылом с ароматом клубники, он ненавидел этот запах.       Костяшки пальцев были разбиты. Энди не помнил, когда это произошло и не хотел вспоминать. Он знал, что ничего хорошего за этим не последует. Никогда не следовало. Парень вытер руки и, игнорируя чавканье воды под ногами, вышел в коридор. Еще за несколько метров от раздевалки он услышал, что телефон разрывается от входящего звонка. Странно, при условии, что парень точно помнил, как выключал на нем звук.       Энди удивился, увидев номер Джо. Он немного замешкался, потому что его внимание привлекло время — часы показывали почти три ночи, но успел ответить.       — Привет, надеюсь, не разбудил? — Джо звучал испуганно и возбужденно. И это пугало Херли, — ты можешь приехать? Это срочно.       — Конечно, скоро буду.       Он оделся наспех и, вытащив из глубины шкафчика аптечку, обработал заживляющей мазью руки. В пропахшую потом раздевалку врезался запах меда и медикаментов. Энди шумно втянул носом воздух. Он терялся в догадках — что могло заставить Джо позвонить ему так поздно. Неужели что-то случилось? С ним? Или с Патриком?       Почему-то только сейчас Энди вспомнил, что вообще-то Джо является соседом его друга. Эта версия казалась очень даже правдоподобной, потому что Энди знал, каким Патрик (хотя сам тот в этом никогда не признается) мог быть беззащитным.       Теперь Херли не мог избавиться от этой мысли. Он был уверен почти на все сто процентов, что дело именно в Стампе. С ноющим сердцем он запер шкафчик и вышел на улицу — благо у него уже давно были запасные ключи (дружеские отношения с директором зала помогли ему в этом) и не пришлось объяснять узколобому охраннику, что он делает здесь так поздно.       Ночные улицы Чикаго были подозрительно тихими и безлюдными. Энди нечасто совершал подобные ночные прогулки, но почему-то он думал, что этот город никогда не спит. Херли отчетливо слышал каждый свой торопливый шаг — то сливающийся с бешено стучащим сердцем, то, когда Энди срывался на бег, диссонирующий с ним. Где-то вдалеке завыла полицейская сирена и послышались нечленораздельные крики. Энди не стал останавливаться, чтобы выяснить, что произошло. Наоборот, парень прибавил шаг.       Он с трудом удержался от шумного выдоха, когда в темноте выросла знакомая многоэтажка. Свет в окнах не горел — только на шестом этаже, и Энди без труда вычислил, чья именно была эта квартира — Патрика. Джо встречал его у входной двери.       — Что случилось?       Лифт тряхануло, и они стали медленно подниматься вверх. Джо не ответил, и Херли, перехватив его взгляд, понял, что тот смотрит на его руки.       — На тренировке забыл взять перчатки, — он не был уверен, что Троман поверил ему, но тот поднял глаза и кивнул.       — Патрика кто-то избил.       Первое, что бросилось Энди в глаза — нигде не было Джека. Стамп лежал на диване с закрытыми глазами, на всем его теле были синяки и ссадины. Рядом с ним сидел Пит, касаясь пальцами его волос так, словно не отдавал себе отчета в том, что делает. На полу стоял таз с розовой водой. На журнальном столике — раскрытая аптечка.       Услышав шум за спиной, Пит обернулся. Его рука скользнула вниз, к разбитой скуле Патрика.       — Тот, кто это сделал, ударил Джека. Наверное, нужно его отвезти к ветеринару, он в спальне.       Энди сглотнул. Он так и замер в дверном проеме. Его словно парализовало. Он смотрел то на друга, то на дверь, за которой едва различимо было слышно болезненное скуление, но не мог пошевелиться. Жар снова прильнул к вискам. Его тошнило, кружилась голова, и все мысли слиплись в один большой ком, выцепить хоть что-то разумное из которого было попросту невозможно. Когда Джо дотронулся до его плеча, первой мыслью Энди стало вывернуть ему руку и отшатнуться. Но он пересилил себя и обернулся.       — Все нормально? — Троман выглядел напуганным.       — Да… нет… Я займусь Джеком.       На долю секунды Энди показалось, что Джо может помочь ему. Если он расскажет ему правду. Но почти сразу Херли подумал о том, что скорее всего случится обратное — узнай тот всё, что скрывает Энди, единственное, что сможет к нему испытывать — это отвращение. Поэтому натянув маску безразличия и криво улыбнувшись в ответ на непонимающий взгляд, Энди скрылся в темноте спальни.

ххх

      Пит попросил таксиста остановиться, расплатился и вышел, рассматривая дом Луи так, словно впервые видел его. Даллон звонил ему около часа назад, умоляя забрать — откуда? — и больше на связь не выходил. Единственным местом, где он мог быть, как казалось Питу, был дом его друга и по совместительству дилера.       Дверь открыла уже знакомая Вентцу афроамериканка. На ее лице, как и в прошлый раз, не было ни капли удивления или недовольства по поводу того, что кто-то приперся за очередной дозой на ночь глядя. Она скрестила руки на груди и прислонилась к дверному косяку, дожидаясь, пока Пит хоть что-то скажет.       — Луи у себя? — она хмыкнула.       — Нет, уехал сегодня утром в Лас-Вегас. Когда будет, не знаю, — её тон показался Питу насмешливым и в какой-то степени даже высокомерным.       — Шансов конечно мало, но здесь Даллон случайно не объявлялся? — заметив удивленно приподнятые брови, Вентц поспешил описать парня, — высокий брюнет, серо-голубые глаза… — девушка закатила глаза.       — Я знаю, кто такой Даллон. Просто удивлена, что ты ищешь его.       — Мы вроде как пара, и он звонил… — Пит почувствовал невероятную слабость, внезапно охватившую его. Он ведь мог сидеть дома, потягивая пиво, вместо того, чтобы носиться по всему городу в поисках того, с кем его объединяет лишь пристрастие к наркотикам и отсутствие обязательств. — Просил забрать его. Только вот не сказал откуда.       Девушка поджала губу и задумалась. Пит поежился — ночь выдалась холодной, а в дом его приглашать видимо не собирались. Он прокашлялся, привлекая внимание, и обернулся на дорогу.       — Ладно, я тогда пойду. Спасибо.       — Подожди, думаю, я знаю, кто может тебе помочь. Он часто приходил сюда раньше, чтобы забрать Даллона. Кажется, у него даже установлена программа, отслеживающая его через телефон, — сомнение словно тончайшие иглы врезалось под кожу, но Пит молчал, продолжая слушать. — Его зовут Брендон Ури, могу дать его телефон.       Конечно, Вентц не хотел звонить человеку, из-за которого Даллон и поперся в этот гребанный Нью-Йорк. Но он все-таки согласился и даже начал набирать номер, еще не сойдя с ухоженной лужайки. В трубке кроме немного охрипшего голоса были слышны крики и громкая музыка — видимо, Брендон был в клубе.       — Алло, — парень растягивал гласные и явно пребывал в хорошем расположении духа.       — Привет, это Пит, — Вентц поморщился, осознав, какую глупость ляпнул, — не важно, ты все равно меня не знаешь… Мне нужна твоя помощь.       — А ты всегда просишь о помощи у незнакомцев? — даже не видя лица собеседника и не зная, как он выглядит, Пит представил самодовольную улыбку, растянувшуюся на его губах.       — Нет, — холодный ветер хлестнул по лицу и Пит поднял ворот куртки. — Но мне сказали, ты можешь помочь найти Даллона.       На какое-то время в трубке повисла тишина. Нет, Вентц все еще слышал тяжелые биты и ор, но Брендон молчал.       — Поищи его в какой-нибудь канаве или у дилера, — если бы они говорили не по телефону, Пит бы точно не выдержал и врезал ему. Если конечно не замерз прежде, чем успел хотя бы замахнуться, потому что голос Ури звучал особенно холодно, словно был соткан из льда.       — Послушай, все серьезно, он просил забрать его и звучал так… черт, — ладонью свободной руки Пит надавил на переносицу, — не важно, слышу, тебе плевать, так что не парься, как-нибудь справлюсь.       Он сбросил вызов прежде, чем успел передумать. Пит чувствовал, что его переполняет злость и бессилие. Он ускорил шаг, сам не зная, куда идет. Телефон, который парень продолжал сжимать в руке, завибрировал.       — Чего ты такой нервный? Сразу трубку бросаешь, — Пит закатил глаза. На самом деле он не ожидал, что Брендон перезвонит ему, — Подъезжай к… — он назвал адрес и, сказав, что будет ждать, скинул вызов.       Пит остановился на светофоре. После того, как этот Ури согласился помочь, дышать стало гораздо проще. Словно в комнате, из которой, казалось, не было выхода, внезапно появилась дверь. Вентц понятия не имел, куда она ведет, но хотя бы не нужно было больше метаться в четырех стенах из угла в угол.       Брендон показался Питу абсолютно трезвым. Он как-то сразу выцепил его в пестрой толпе, подпирающего стену одного из популярных клубов Чикаго. Гораздо выше самого Вентца, сантиметров так на десять, брюнет с густыми бровями, прямым носом и темными глазами цвета кофе. И одет прилично. Он сам подошел к Питу, выбрасывая по пути выкуренную лишь до середины сигарету.       — Брендон, — парень протянул руку, и Вентц пожал ее.       — Пит. Будем знакомы.       Они сели в машину к Брендону, и Пит, застегнув ремень, почувствовал неловкость. Если до этого он ощущал к Ури злость, то теперь, когда она почти рассеялась, не знал, как себя вести и что говорить. Брендон буквально излучал уверенность: и когда настраивал на телефоне навигатор, и когда внимательно следил за дорогой через зеркало, пока выезжал с парковки. Но вместе с этим он вел себя так легко и непринужденно, что Питу хотелось пробыть рядом с ним как можно дольше.       — Даллон в Нью-Йорке, — Брендон покосился на Пита и, не увидев на его лице удивления, продолжил, — это около десяти часов езды, так что можешь пока расслабиться и вздремнуть.       Пит бы с радостью последовал его совету. Он был жутко вымотан, к тому же мир снова терял краски, и меньше всего ему хотелось встречать бесцветный рассвет. Но сам Ури выглядел напряжённым, явно переживая за Даллона. И Пит, постоянно напоминая себе о том, что встречается с Уиксом, не хотел показаться на его фоне равнодушным.       Они проехали в тишине два часа. Пит постоянно смотрел в окно. Брендон, включив негромко радио, внимательно следил за дорогой. Вентц, которому наскучили однообразные пейзажи и нудный голос ди-джея, повернулся к нему, разглядывая.       — Почему… вы до сих пор не нашли Даллону замену? — Брендон покосился на него. Они остановились на светофоре, и прежде чем ответить, парень сильнее сжал кожаную обшивку руля.       — Вообще-то мы уже давно нашли. Просто ему не говорим, — Пит дернулся и склонил голову в бок.       — Почему?       — Потому что это единственное, что сдерживает его. Сейчас у него хотя бы есть смысл контролировать себя и дозировку, — Пит опустил голову, хмурясь. Видимо, уже нет.       Еще полчаса прошло в молчании, прежде чем Брендон подал голос. Они успели остановиться на заправке, и когда Пит вернулся из магазина с двумя банками энергетика и пачкой чипсов, Ури снова заговорил.       — Ты тоже…? — Вентц понял, что тот имеет в виду, и не дал договорить.       — Да. Это звучит самоуверенно, но я серьезно знаю свою дозу и не принимаю ни граммом больше. Просто это для меня как лекарство, — Брендон кивнул, хотя по тому, как плотно была сжата его челюсть, сложно было судить, как он к этому отнесся на самом деле. — Даллон последнее время злоупотреблял, он сильно повысил дозировку. Я жалею, что не сказал ему остановиться.       — Он бы тебя и не послушал, — Брендон криво ухмыльнулся, — никого никогда не слушает. Подонок.       Они остановились там, где, если верить программе, должен был находиться Даллон. Перед этим Брендон объяснил, зачем вообще установил ее себе, словно оправдываясь.       — Мы встречались с Даллоном какое-то время. И он мог пропасть на очень долго, несколько дней, неделю. Однажды он пропал на целый месяц. Тогда я ему и подарил телефон, в который уже было установлено отслеживающее устройство. Можешь считать меня параноиком, но я очень волновался за него, — Питу показалось это чересчур, но он решил, что его мнение сейчас ничего не значит.       — Главное, что сейчас эта штука нам пригодилась.       Они вышли на улицу, и, пока Брендон закрывал машину, Пит осматривал местность. Две высотки и темный тупик между ними. Что-то подсказывало ему, что Даллон находится именно там. Брендон поравнялся с ним. Он тяжело выдохнул и направился прямо туда, махнув рукой Питу, чтобы тот следовал за ним.       — Даллон? — Вентц включил на телефоне фонарик и осветил пространство вокруг себя.       Коробки, мусорные мешки, из которых исходил отвратительнейший запах. Чья-то блевота, остатки еды и кости. Он сам не понял, как среди всего этого заметил своего парня, завалившегося между двумя большими ящиками.       — Даллон!       Он присел перед ним на корточки и дотронулся рукой до раны на виске, которая уже успела покрыться корочкой. Пит боязливо потянулся к его шее, чтобы проверить пульс, но задрожав, Даллон медленно открыл глаза. Он явно не понимал, где находится.       — Даллон?! — Брендон навис над ними. Он сел на колени перед парнем, не переживая за светло-голубые джинсы, и помог ему приподняться.       — Брен? Где мы? Что происходит? — он поморщился от головной боли и покачнулся.       — Мы в Нью-Йорке. Ты позвонил Питу, просил забрать тебя, — Даллон снова открыл глаза, показавшиеся Питу гораздо светлее, чем раньше, и непонимающе уставился на Брендона.       — Кто такой Пит?       Вентца словно облили ведром холодной воды. Он отстранился от парней, поднимаясь на ноги. Брендон обернулся на него и покачал головой.       — Твой парень. Далл, сколько ты принял? — Уикс глупо захихикал.       — Ты мой парень, Брендон, — он сжал пальцами ворот его футболки, прижался лбом к груди и всхлипнул. — Забери меня отсюда.       Брендон кинул ключи от машины Питу.       — Открой заднюю дверь, я приведу его.       Даллон сильно хромал. К его одежде прилипла грязь, а вся правая сторона лица была в крови. Ури усадил его в машину и, убедившись, что Пит сможет вести, сел рядом. Даллон, скрючившись, положил голову ему на колени и закрыл глаза.       — Может, сначала в больницу? — Брендон покачал головой.       — В Чикаго у меня есть знакомый врач, который не станет задавать лишних вопросов, — Вентц кивнул и, сев за руль, повернул ключ зажигания, — Эй, Пит, не переживай, он вспомнит тебя.       Ури с заботой прижимал к себе уснувшего Даллона, и Вентц, наблюдая за ними через зеркало заднего вида, почувствовал, как внизу живота закручивается тугой ком. Он не переживал, как подумал Брендон. И даже не ревновал, когда тот убаюкивал просыпающегося посередине дороги Даллона или, приобнимая, нашептывал что-то ласковое, отвлекая от боли. Он вообще не ощущал ничего по отношению к Уиксу. Если не считать зависти, потому что у Даллона был Брендон. А у него только серый мир и наркотики.