Тяжело быть Шредером

*** Воздух в лаборатории, казалось, наэлектризовался от повисшего напряжения. То, что началось как нелепая сцена с картонной коробкой, в одно мгновение обернулось вспышкой ярости, к которой на Технодроме давно привыкли, но которую всегда боялись. - А-а-а!!! Отпусти меня, идиот! Озлобленный Шредер неистово тряс инопланетянина в своих руках. Его пальцы в стальных перчатках безжалостно впились в скользкую плоть пришельца. Для Ороку Саки этот «сюрприз» был не просто дурной шуткой — это было оскорблением. Насмешкой над его холодным, безэмоциональным миром, который он так тщательно выстраивал годами. Ему пытались навязать привязанность, подсунуть кого-то теплого и живого, словно он был сентиментальным глупцом. В дальнем углу помещения, стараясь слиться с металлической обшивкой стен, жались две массивные фигуры Рокстеди и Бибоп. Они знали, что японец не в себе и тот час же может перекинуть свою злость на них. Бибоп всё ещё прижимал к своей груди теплый, недовольно пыхтящий комочек, прикрывая его огромной ладонью, чтобы босс не заметил их присутствия. - Щенка мне подарил! Собаку!!! – Лицо мужчины стало багровым, а вот пришелец наоборот побледнел. Слова вырывались из горла Шредера с рычанием. - У-а-а! Мои нежные щупальца! Отпусти-и-и!!! – Крэнг попытался укусить Шредера за руку, но у него ничего не вышло, тот ловко отдернул ее. Пришелец шлепнулся на пол, так как японец не смог удержать его одной рукой. Да если подумать он особо и не старался. Раздался влажный, чавкающий звук удара об холодный металл. Падение было не очень приятным для Крэнга. Мерзкая слизь брызнула в стороны, а сам пришелец жалобно пискнул, потеряв ориентацию в пространстве. - Идиот! Какой же ты кретин!!! – Инопланетянин из Измерения Х был в гневе, он неистово колотил всеми своими щупальцами по полу, на глазах из нежно-розового превращаясь в пунцового и покрывая всевозможными ругательствами нахального человека. Эта истерика выглядела настолько жалко и комично на фоне смертоносной, холодной стати Шредера, что ярость японца начала медленно отступать, уступая место привычному презрению. «Жалкий слизняк. Я бы мог спокойно раздавить тебя» – Подумал ниндзя и высокомерно вздернув подбородок оглянулся. Дыхание Шредера выровнялось. Эмоции снова были заперты в стальной клетке внутри него. - Рокстеди! Бибоп! Хватит прятаться за ящиками! Где собака? Голос звучал как удар хлыста — ровно, властно и не терпяще возражений. Мутанты испуганно переглянулись. Кабан аккуратно протянул щенка японцу. Бибоп двигался медленно, словно боялся, что Шредер прямо сейчас разрубит животное пополам. - Э-э-э… Глупое мычание мутанта повисло в воздухе. Шредер протянул руки. Словно невидимый барьер оттолкнул его ладони. Вблизи щенок казался еще более беззащитным. Его крошечное сердечко билось так быстро, что это было заметно невооруженным глазом. Ороку Саки, чьи руки были по локоть в крови, чья жизнь состояла из отнятия чужих жизней, физически не мог заставить себя снова прикоснуться к чему-то настолько хрупкому и чистому. Это вызывало в нем фантомную боль, природу которой он отказывался признавать. – Подойди сюда! - Рявкнул Шредер и скрестив руки на груди посмотрел на Крэнга. Тот тем временем уже уполз от ног ниндзя и даже почти вскарабкался на свой шагатель. Японец был немного удивлен тому, как быстро пришелец наловчился это делать. Для такого как Крэнг такие манипуляции были весьма затруднительны. Видимо, инстинкт самосохранения работал безотказно даже у инопланетян. Забравшись в стеклянную капсулу своего механического тела, Крэнг наконец почувствовал себя в безопасности. - Не трогай собаку, Шредер! Выслушай меня! – Злобно процедил инопланетянин. - Разве я услышал недостаточно? – Огрызнулся Шредер. - Да, чёрт возьми! Ты даже не дал мне договорить, а сразу набросился! Ты никогда меня не слушаешь, поэтому и постоянно проигрываешь! Слово «проигрываешь» резануло по слуху, как зазубренное лезвие. Атмосфера в лаборатории вновь стала тяжелой, свинцовой. Ниндзя недобро сверкнул глазами. Крэнг продолжил. - Это не просто какой-то там щенок! Это мой новый эксперимент! Смысл сказанного не сразу дошел до сознания человека. Японец ничего не понимал. Он посмотрел на животное покрытое морщинами. Щенок был спокоен, изредка вертел по сторонам своей пухлой мордочкой, но завидев на себе изучающий взгляд человека, он как прикованный уставился на него. В этих маленьких, влажных глазах не было ни страха, ни осуждения — только абсолютное, наивное доверие, которое никто и никогда не испытывал к Шредеру. И от этого становилось не по себе. Шредер скривился. До чего же уродливая была эта собака. Наверняка Крэнг выбирал похожую на себя, другого объяснения ниндзя не нашел. Это было защитной реакцией — обесценить, оскорбить, чтобы не дать странному чувству вины пустить корни в душе. Эксперимент? Над этим куском складок? - Так это… возьмете босс? – Это был Бибоп. Мутант продолжал держать щенка на вытянутых руках, напоминая гротескную статую. Жестом Шредер заставил мутанта замолчать. Короткий, резкий взмах ладони — и дурашливая суета прекратилась. Шредер переключился в режим полководца. - А теперь я хочу услышать внятные объяснения. Если изначально это… эта собака была твоим очередным подопытным, зачем тогда ты устроил весь этот спектакль с подарком? Крэнг понял, что просчитался. Он хотел сломать Шредера психологически, заставить его проявить слабость, но вместо этого лишь разбудил зверя. Пришелец молча оскалился. Нет, он определенно отомстит Шредеру, но позже. - Не важно. Ты же помнишь, что случилось с нашей лабораторией? Воздух стал еще плотнее. Упоминание о прошлых неудачах всегда было запретной темой на Технодроме. - Да. – В глазах японца промелькнула ярость. Тот день он никогда не забудет. Лаборатория Бакстера Стокмана, безумного ученого, союзника Шредера и Крэнга была уничтожена силами Черепашек-ниндзя. Такого провала и позора лидер клана Фут ещё никогда не испытывал. – К чему ты клонишь? Пальцы Саки непроизвольно сжались в кулаки. Воспоминания о зеленых мутантах всегда вызывали у него физическую потребность убивать. - Что если я скажу тебе, что сумею восполнить утраченные запасы мутагена? Слово «мутаген» прозвучало как заклинание. Оно означало силу. Оно означало власть. Шредер вскинул брови. Гнев мгновенно отошел на второй план, уступив место холодному расчету. - Ты нашел способ, как вернуться в Измерение Х? Пришелец покачал головой. Механическое тело тихо загудело, перераспределяя энергию. - Нет. Но я могу создать аналог Краататрогона. В лаборатории повисла тишина, нарушаемая лишь сопением щенка в руках Бибопа. Шредер не сразу понял, то ли пришелец снова над ним издевается, то ли он тронулся умом. В памяти японца всплыли жуткие образы из чужого мира. Краататрогоны - это раса инопланетных червеобразных млекопитающих-монстров из измерения X. Шредер видел это существо лишь единожды, но он знал, что его можно использовать как дойную корову и буквально выкачивать из него мутаген. Эти существа были большими и опасными. Саки медленно перевел взгляд на щенка. Существо, не больше буханки хлеба, которое только что так доверчиво смотрело на него, должно было стать заменой гигантскому космическому монстру? - Конечно я утрирую, но я вполне могу создать достаточно сильного мутанта, который может и не по габаритам, но в остальном сможет так же спокойно снабжать нас мутагеном... Не успел Крэнг договорить, как его прервал смех Шредера. Этот смех был лишен даже намека на веселье. Он резал слух, отдавая металлом и откровенной издевкой. Ороку Саки скрестил руки на груди, свысока глядя на пульсирующий мозг в механическом теле. - Погоди-ка, погоди… Не хочешь ли ты сказать Крэнг, что собрался сделать Краататрогона из собачки? Он кивнул в сторону крошечного, пухлого комка. Абсурдность ситуации переходила все мыслимые границы. Интонация Шредера пришельцу не понравилась. Розовые щупальца нервно дернулись. Крэнг ненавидел, когда его гениальные идеи подвергались такому неприкрытому обесцениванию. - Замечательно. Теперь у нас будет целых три тупых и уродливых мутанта. – Хмыкнул японец. Его взгляд скользнул по двум громилам, чья полезность в бою всегда обратно пропорционально соотносилась с их умственными способностями. - Вы совсем нас не цените, б-о-о-с-с. – Хныкнул носорог. Рокстеди виновато опустил огромную голову, переступая с ноги на ногу, отчего пол под ним слегка задрожал. - А зря. – Добавил кабан, сокрушенно качая головой. Сталь лезвий на предплечьях Шредера едва заметно лязгнула. Оправдываться перед подчиненными не входило в его привычки. - Собака не будет мутантом, она будет носителем мутагена! Она будет расти, а мутаген будет расти в ней… Голос Крэнга сорвался на визг. Он взмахнул щупальцем, словно дирижируя невидимым оркестром своей безумной науки. Слушать эти иллюзорные планы было невыносимо. Бремя постоянных поражений и нехватки ресурсов давило на плечи лидера Фут тяжелой плитой. Мужчина тяжело вздохнул. - Наши запасы на исходе, а ты балуешься экспериментируя на щеночках! Я из кожи вон лезу, да и ещё веду дела клана, а ты занимаешься ерундой! Гнев снова начал затапливать сознание. Саки шаг вперед, его тень зловеще накрыла инопланетянина. - Может ещё померимся кто полезнее, Шредер? Когда это мои опыты были пустым баловством? Или мне в очередной раз напомнить, из-за кого проваливались все наши планы? Это был удар по самому больному месту. Уязвленная гордость вспыхнула, как порох. - Из-за Черепашек! - Нет, идиот! Из-за тебя! – Взорвался Крэнг. – Ты самая большая и бесполезная вещь на Технодроме, Шредер! А сейчас наконец заткнись и слушай! Воздух в лаборатории, казалось, можно было резать катаной. Мутанты вжали головы в плечи, ожидая, что сейчас начнется кровавая бойня. Но всплеск ярости внезапно оборвался. Инопланетянин из Измерения Х замолчал и устало потер морщинистый лоб. Развернув свой шагатель он подошел к одному из столов, подцепив щупальцем устройство напоминающее пульт от телевизора, он повернул его на щенка и со словами «смотри», нажал на кнопку. Шредер напрягся. Его глаза хищно сузились, ожидая взрыва, вспышки лазера или трансформации. Несколько минут ничего не происходило, но неожиданно для всех собака взвизгнула, вывернулась из рук Бибопа и шмякнулась на пол. Кабан растерянно отшатнулся. Этот тонкий, полный неподдельной боли писк эхом отскочил от стен. Крошечное тело конвульсивно сжалось на холодном металлическом полу. И без того искаженное лицо Шредера под маской дрогнуло. Что-то внутри него — какая-то давно забытая, наглухо замурованная часть души — болезненно сжалась в ответ на этот беспомощный крик. - Я назвал это устройство – «ошейник послушания». Устройство вживлено под кожу на холке собаки, таким образом я могу ей управлять. Холодный прагматизм Крэнга контрастировал с дрожащим на полу существом. Японец зло выдохнул. Это было не возмущение. Это была попытка вытолкнуть из легких внезапно ставший тяжелым воздух. - И всё? - Это устройство так же подает мутаген в тело щенка и контролирует мутаген. Крэнг говорил, а Шредер слушал. Из сказанного было понятно, что цель эксперимента – вывести особь, способную удержать в себе мутаген, быть носителем, чашей. Введенный специальный раствор (Крэнг не стал объяснять что именно он намешал в мутаген, да это и не было важно) не убьет щенка, а будет формироваться в нем постепенно, по мере взросления. Когда особь достигнет определенного возраста и размера - полученный мутаген можно будет просто изъять. Таким образом, поддерживая в собаке жизнь, она сможет давать мутаген бесчисленное количество раз как самый настоящий Краататрогон. Конечно на словах это всё звучало просто, Крэнгу ещё предстоит провести ряд тестов и опытов, подкорректировать устройство вживленное щенку под кожу. И даже этого мало. План был гениально жесток в своей простоте. Идеальное паразитирование. И именно эта расчетливая жестокость, направленная не на равного противника, а на нечто абсолютно безобидное, вызывала у Саки странный, тошнотворный диссонанс. - Тут-то и выступаешь ты, Шредер. Японец тяжело вздохнул. На самом деле у него не было сомнений, что пришелец действительно способен провернуть такие опыты с собакой, Крэнг не раз демонстрировал подобные чудеса с мутагеном, техникой, оружием. Его интеллект был намного выше, чем у любого человека на планете Земля. Повелитель Измерения Х был слаб только физически. Поэтому и Крэнг и Шредер были нужны друг другу, и поэтому даже после недавней перепалки и куче выслушанных в свой адрес оскорблений, японец стискивая зубы делал то, что велел ему Крэнг. Щенок тяжело дышал, испуганно прижимая уши. Ороку Саки, человек, который ломал кости врагам не моргнув глазом, вдруг почувствовал, что просто не может вынести этого взгляда маленьких, слезящихся от недавней боли глаз. Ему отвели роль палача-сиделки. - Ладно. От меня то что нужно? Прививки собаке ставить? Так я не умею. Да и вообще, я собак ненави… - Японец осекся. Нахмурился. Замолчал. Слово застряло в горле. Внезапно он осознал, насколько жалко звучит ненависть по отношению к дрожащему комку со складками. Ненавидеть можно было Хамато Йоши. Ненавидеть можно было черепах. Но ненавидеть эту слабость... или, может быть, он боялся не самой собаки, а того, что она могла в нем пробудить? - А ты вообще кого-нибудь кроме себя любишь? – Фыркнул пришелец. Слова ударили точно в цель, поднимая со дна души старые раны. Шредер резко отвернулся, пряча глаза за металлом шлема. - Почему собака? Почему, скажем, не коза? Его голос прозвучал резче обычного — неловкая попытка перевести все в абсурд, чтобы скрыть минутную слабость. - С собакой проще. Ты хочешь, чтобы я подарил тебе козу? - Я вообще не хочу, чтобы ты мне что-то дарил, Крэнг! А дальше что, косички друг другу будем заплетать? Послышался гогот Рокстеди и Бибопа, но смех мутантов мгновенно захлебнулся под ледяным, обещающим мучительную смерть взглядом лидера. В лаборатории вновь воцарилась давящая тишина, нарушаемая лишь тихим поскуливанием маленького заложника. Крэнг нажал пару кнопок на панели управления своего шагателя. Механические руки андроида сошлись на груди, имитируя лекторскую позу, в то время как сам мозг пульсировал, словно наслаждаясь собственной гениальностью. Инопланетянин прищурил свои маленькие глазки, пытаясь заглянуть за стальную маску ниндзя. - Я долго изучал ваших земных животных и пришел к выводу, что собака это самое верное существо. Верная хозяину собака отдаст за него жизнь, не щадя своей. Собака - друг человека. Понимаешь, что это означает, Шредер? У собаки и человека есть невидимая связь, и она тянется уже на протяжении многих ваших веков. Слова о дружбе, самопожертвовании и преданности звучали дико и неуместно в месте, пропитанном предательством, страхом и запахом озона. На Технодроме верность всегда держалась исключительно на ужасе перед наказанием. «Невидимая связь», о которой вещал пришелец, казалась Саки сентиментальным бредом для слабаков, но в голосе Крэнга не было привычной насмешки — только холодный, прагматичный расчет биолога. Японец едва заметно повел плечами, словно стряхивая с себя эту навязчивую, липкую философию. Его лицо под шлемом оставалось каменным. - Да, я об этом знаю. Коротко. Сухо. Как удар танто. Он знал об этом факте в теории. Знал из древних трактатов, знал по наблюдениям за обычными людьми, которых так презирал. Но сам он никогда не примерял это на себя. Любая привязанность — это брешь в доспехах. Болевая точка, куда рано или поздно обязательно ударит враг. Ороку Саки давно вырезал из себя потребность в друзьях. Услышав этот сухой ответ, инопланетянин растянул тонкие губы в торжествующей, почти садистской улыбке. Он наконец-то захлопнул свою ловушку, сотканную не из титана, а из чистой человеческой психологии. - Так вот, с этой минуты, пока щенок будет расти и пока не достигнет желаемых мне результатов, ТЫ будешь его хозяином.