Волосатик

— Дра-ако, — протянул Гарри, перелистывая очередную страницу. — Чего-о? — передразнил тот. Вчерашний день мальчику показался, и правда, замечательным. Такой выброс эмоций, такой отрыв от реальности спас Гарри от надвигающейся хандры. Теперь ему уже не было так страшно, как раньше, думать, что в нем живет вполне себе осознанная часть другого человека, убийцы. Почему Поттер решил, что магия Волдеморта в его голове отличается от обычной? Все просто: она постоянно двигалась, изменялась; сложно объяснить, как именно, но Гарри это чувствовал. Окончательно мальчик примирился (но не смирился) с существованием загадочной субстанцией внутри, когда убедился, что она не желает ему вреда, хотя продолжающиеся головные боли утверждали обратное. Но ответ не лежал на поверхности. Пришлось проделать несколько экспериментов, из которых Гарри понял, что чужеродная сила способна самостоятельно взаимодействовать со внешним миром, реагировать на него. Так например, разговаривая вчера со Снейпом, Поттер протягивал нити ко шраму и встречался с магией, принимая ее колебания. Когда их амплитуда возрастала, боль становилась отчетливей, как и, предположительно, эмоции скрытой части. Особенно часто шрам беспокоил Гарри при встречах с директором или Снейпом, который, как мальчик недавно узнал, служил Волдеморту. Другие могли бы счесть такой поступок предательством, но Гарри не лез с обвинениями на ребят из Слизерина и на профессора, так как все, что было ему известно — общедоступная информация, а о настоящих мотивах он не ведал (он верил, что таковые имелись). — Ау, ты здесь? — выдернул Драко брюнета. — А, да… — замялся Гарри. — Я хотел тебя спросить, почему ты со мной общаешься? Малфой не ожидал подобного вопроса, поэтому не знал, что сказать. Через мгновение в голове Драко щелкнуло, и он смекнул, почему Гарри поддается таким глупым размышлениям. — Ты же это не всерьез? Не думаешь ли ты, что я с тобой все это время из-за одной лишь просьбы Снейпа? Гарри промолчал. Реакция Драко говорила за него, что предположения Поттера ошибочны, но хотелось в этом окончательно убедиться. — Тогда почему ты так добр со мной? — Может, Гарри был слишком впечатлительным, и поэтому у него в глазах немного защипало. Но он не привык к такому отношению. Да и Снейп тоже… Почему эти двое были так человечны к нему, как никто ранее? Драко, наблюдая за реакцией друга, не знал, что ему делать. Поведение Гарри, его шмыганья носом были похожи на надвигающуюся катастрофу для Малфоя, не умеющего успокаивать других. Кроме того, он не до конца понимал Поттера, его жизнь и все, что с ним происходило до школы. Ходили слухи, что мальчика, сидящего перед Драко, не любили в приемной семье, но чтобы настолько? Блондин аккуратно достал из рук Гарри книжку и отложил на стол, чтобы та не мешала. После Драко достал палочку и трансфигурировал из галстука на себе носовой платочек, который передал Поттеру со словами: — Признаю, изначально я присматривал за тобой из-за просьбы крестного, но, — Драко шевельнул кончиками губ, — на самом деле ты оказался интереснее, чем думают остальные. А вчера ты мне так понравился, что я решил тебя назначить своим другом. И да, возражения не принимаются! — Малфой поднялся со стула и посмотрел на Поттера сверху вниз; щеки блондина предательски порозовели. Гарри сжал платочек в руках сильнее и тоже встал. — Это что, должность такая? — Поттер усмехнулся и шмыгнул носом. Малфой смутился пуще прежнего. — Хорошо, я согласен! — Воскликнул Гарри и поспешил добавить, — Но мы будем на равных. — Мальчик высунул руку вперед для рукопожатия. На секунду Поттеру показалось, что он хочет слишком многого, но Драко, похоже, только сильнее обрадовался от услышанного. Малфою хотелось найти настоящего друга, не такого, как Крэбб или Гойл, которые перед ним выслуживались, и он его нашел. Пожав друг другу руки, мальчики застыли в неловкости. Каждому хотелось что-то сказать, но они не знали, что именно. — Возьми, мне это не надо, — Гарри протянул платок обратно. — Я же не девчонка, чтобы из-за парней слезы лить. — Малфой не чувствовал обиды, когда забирал свой трансфигурированный галстук назад. Узнав время, мальчики пошли на ужин. В столовой, как всегда, было многолюдно и шумно. За столом преподавателей Поттер нащупал Северуса, который уже закончил с едой и поднимался. Быстро все сметав, мальчик отправился следом за профессором. Гарри постучался в закрытую дверь кабинета Снейпа. Для всех детей в школе ему сегодня назначили отработку за специально испорченное зелье. Не заставив себя долго ждать, Северус снял чары, пропустил мальчика внутрь и протянул ему миску с Летучим порохом. — Ты знаешь, что делать. Лютный Переулок! — Выкрикнул зельевар, шагнув в камин и бросив под ноги горстку сажи. Гарри повторил все действия за учителем и оказался на незнакомой улице, не такой многолюдной, как другая. (Камин не был в здании) Северус по привычке взял Гарри за руку и повел в тату-салон; по дороге он понял, что делать это было не обязательно, но мальчика не отпустил. — Прошу, проходите, — добродушно встретил посетителей мастер. — Так, кто же тут у нас, — протянул он. — О, а я читал… — Не успел мужчина средних лет договорить, как был остановлен Снейпом. Профессор зельеварения громко выгрузил на стол увесистый мешочек с монетками. — Идите за мной. — Бросил хозяин. Гарри протянул свои нити к мешку, чтобы узнать, сколько денег внутри. По его быстрым подсчетам там лежало несколько сотен галлеонов. — Профессор, я все верну… — Ничего не хочу слышать. — Гарри закусил язык, но решил, что позднее они вернутся к этой теме. — Присаживайтесь. Меня зовут Ален Фрай, можно просто Ален. — Дверь, на которой Гарри нащупал плетения, захлопнулась. — Чем могу быть полезен? — Мы хотим нанести мистеру Поттеру волшебную татуировку, но так, чтобы никто об этом не узнал. — С нажимом сказал Снейп. — О, не беспокойтесь, вы обратились прямо по адресу! — Зашевелился Ален, стараясь не упустить клиента. — Подпишем договор или мне дать Непреложный обет? — Гарри не знал, о чем совещались двое мужчин, поэтому внимательно вслушивался. «Завтра возьму новые книги из библиотеки, все равно заняться нечем». — Обет. Нам не нужны посредники. Подойдя друг к другу поближе, Северус и Ален взялись за руки, и профессор произнес условия контракта, на которые Фрай по очереди отвечал вслух согласиями. Гарри напугала холодность профессора, когда тот говорил о смерти в случае нарушения правил, но, раз Ален не протестовал, то решил, что все так и должно быть, для его же безопасности. Магические путы связали обоих. — Гарри, скажи: свидетельствую. — Свидетельствую. Цепь из магии со вспышкой замкнулась на трех запястьях; Поттер почувствовал сильный всплеск, который закрутился вокруг него и впитался в невидимые браслеты на руках у каждого. — А теперь я вас слушаю. Что именно и куда вы хотите нанести? — Ален посмотрел сначала на Снейпа, а потом и на Поттера. Посовещавшись с профессором, Гарри решил, что он не будет в татуировке использовать руны, потому что их сможет понять любой взрослый, который хорошо учился в школе. Вникнув в суть проблемы: что чары должны быть такими, чтобы никто их не смог расшифровать, мастер Ален порекомендовал один эскиз, нарисованный секретной техникой написания, передаваемой в его семье из поколения в поколение. Протянув свои ниточки к листку, Поттер обнаружил, что он может разобрать рисунок. «Интересно…» Изображение походило на некую абстракцию, усеянную множеством неизвестных письмен и знаков, которые не переставая скручивались и переплетались, словно змеи в серпентарии. — Мастер Ален. А какие чернила вы используете для эскизов? — Снейп подозрительно покосился на Гарри. — Секрет фирмы, — улыбнулся Фрай. «Блин, нечестно! Впервые я что-то смог разобрать без кольца, и…» — Если вы не забыли, Гарри, то мы здесь находимся без должного разрешения от директора. Вернемся к работе. Татуировку было решено наносить на место внизу живота, где левая тазобедренная косточка держала на себе резинку от трусов. Гарри было неловко раздеваться перед двумя мужчинами, потому что они не были такими щуплыми и тощими, как он. О худобе Поттера можно много не расписывать, достаточно только сказать, что между его животом и тканью от боксеров свободно смогла бы протиснуться чья-то ладонь, при этом не задев ничего. — Потерпите, сейчас будет больно. — Предупредил Фрай. Кожа, где Ален начал выцарапывать татуировку, адски горела. Ощущение было схожим с тем, когда на открытую рану сыплют сначала соль, потом соду, и сверху заливают все перекисью. Но реакцией Гарри стал почему-то не крик и даже не плач, а нервный смех. Рука мастера, которая натягивала кожу для лучшего затекания краски, проходилась именно по тем местам, где располагалось больше всего нервных окончаний, щекотя тем самым мальчика. Поттеру нельзя было шевелиться, чтобы не испортить рисунок, но проще было сказать, чем это сделать. Через час, когда пытка, наконец, закончилась, Гарри оказался выжатым, как и его нервы. Выслушав некоторые рекомендации Алена, Поттер со Снейпом поблагодарили мастера и покинули салон. Что уж там говорить, Гарри чувствовал себя настоящим мачо! Он все вытерпел и теперь вел себя немного увереннее и старше, что вызывало подобие улыбки на лице Северуса: «Я после татуировки Лорда принимал обезболивающие несколько дней, а он, упрямец… Может, приготовить ему целебный отвар?» По дороге до общественного камина, прихрамывая на один бок, Гарри вспомнил, что задолжал Северусу. — Профессор, спасибо вам огромное, что отвели меня в салон искренне заботясь, но давайте, все же, заглянем в банк? — Мальчик остановился, показывая, что должником он быть не намерен. Снейп тоже встал, но не из-за того, что остановился Гарри, а из-за его слов. «Вздор! Кто это тут о нем заботится? Еще чего! Я просто выполняю долг перед Лили…» — подумал Северус, но вслух не сказал. — Идемте в банк. — Сухо ответил зельевар, все еще прокручивая в голове последнюю фразу ребенка. *** — Рон, мы ведь с тобой это уже обсуждали, — попыталась спокойно произнести МакГонагалл. — Но он не ставит меня ни во что! Везде только и ходит с Драко Малфоем, который меня обзывает! Если бы Гарри был героем, то он бы за меня заступился! — Пыхтел и пыжился рыжий. — Охх, — вздохнула ведьма. Она не думала, что все будет настолько тяжело, и уже сама была не против сдаться, если бы не Дамблдор. «Гарри, определенно, не тот герой, которого мы все ждем — это было понятно еще в день его поступления, но почему-то я, как и Альбус, в него поверила. Совершенно неоправданные ожидания, пора с этим завязывать». — Хорошо, — продолжила МакГонагалл, — ты можешь больше не пытаться подружиться с Гарри. Ступай. *** После посещения Гринготтса Северус сказал, что у него есть какие-то дела, о которых Поттеру знать не обязательно, и оставил мальчика одного с мешочком и порохом на улице. Но Гарри не растерялся и нашел дорогу до пивного бара своими волосками. Ему было ужасно неловко и даже неприятно, когда незнакомые люди подходили к нему здороваться, благодарить и расспрашивать, узнавая героя. «С профессором на меня практически никто не обращал внимания… Может быть, он использовал чары? Надо бы узнать какие, пригодится». И вот Гарри стоял в кабинете Северуса, отряхиваясь от остатков сажи. — Врр, — прорычал Поттер, стараясь заглушить боль в области живота. «Снейп не разрешал, но… Нет, я не буду ничего брать без спроса!» … «Опасно, конечно, но я больше так не могу!», — через каких-то полчаса после возвращения подумал Гарри и направился в медкабинет за обезболивающим. Поттера приятно удивило, что мадам Помфри, не стала задавать лишних вопросов, а просто сделала свою работу. *** — Ты тоже это видел? — М-гм… — Он даже стен не касался. — Да он вообще бежал! *** — Альбус, я выхожу из игры. Гарри — инвалид, и это мы должны его защищать, а не наоборот... Он не станет храбрым, он не спасет мир во второй раз хотя бы потому, что он этого не хочет. Рон его уже дважды звал в запретный коридор и намекал, что за дверью что-то может быть спрятано, но вы же знаете, что ответил мистер Поттер. Он, как и остальные Слизеринцы, не полезет в самое пекло. Почему бы и вам тоже не сдаться, Альбус? — Минерва, — Дамблдор смакуя отпил чай, — мы с вами знаем, что под пророчество подходит не только Гарри, но… — Но в чем тогда проблема? Да, именно мистер Поттер отразил в тот день смертельное заклятие, но посудите сами! — Х-мм, — протянул Дамблдор. — Вы считаете, что стоит дать шанс Невиллу? — Не то, чтобы… — Грустно выдохнула брюнетка. — Альбус, я не могу быть столь дальновидной, как вы, и вам лучше знать, как стоит воспитывать героев. Несомненно, магическому миру требуется новый лидер, способный повести за собой других, но… Я, правда, в этом не разбираюсь. Я все же больше учитель, нежели боец. — Понятно… Вы можете идти. Дамблдор отпил еще глоток чая и задумался в абсолютной тишине. Время шло, а поиски нового героя непозволительно затягивались. Вдруг, очки-половинки заговорчески сверкнули, а в голове зародилась потрясающая мысль: «Хэллоуин!» *** Дни сменялись днями, татуировка уже перестала болеть и не смотрелась воспаленной. Теперь Гарри не было обязательно ее так сильно скрывать, и поэтому он ходил по школе менее зажато и быстрее. Появлялись любопытствующие, которым мальчик объяснял, что все дело в загадочном артефакте, рассказать о котором он не может в стратегических соображениях. Такая напускная таинственность Поттера стала поводом для новых обсуждений. Кто-то кричал, что секретный предмет — это сережка, кто-то вообще считал, что Гарри на самом деле все видит и притворяется. Но среди старших курсов прошел интересный слушок, что у Мальчика-Который-Выжил имеется интимный пирсинг и именно поэтому он отказывается показывать другим свой артефакт. *** В канун Хэллоуина Гарри уплетал печёный картофель, когда в зал вбежал профессор Квиррелл в покосившемся тюрбане, с выражением ужаса на лице. Все наблюдали, как он подбежал к креслу профессора Дамблдора, и, тяжело навалившись на стол, выдохнул: — Тролль… в подземелье… подумал, что вам надо знать. — После чего упал в глубокий обморок. Поднялся шум. Потребовалось несколько фиолетовых фейерверков из палочки профессора Дамблдора, чтобы восстановить тишину. — Префекты! — прогремел он. — Немедленно уведите учеников своего Дома в спальни! Все вышли из столовой и направились в факультетские гостиные. — Но, ведь тролль в подземелье, где и наши комнаты… — Пробурчал мальчик с четвертого курса, и он был услышан старостой. — Хм, верно! Молодец, Билл. — Ответила Джемма. — Оставайтесь здесь, я сейчас узнаю у профессора Снейпа что делать. Гарри волосками нащупал Драко, который смотрел на него и ухмылялся. — Боишься, Потти? — Поддразнивая спросил тот. Гарри не знал, сердиться ему на новую кличку, граничащую с обзывательством, или нет, поэтому просто улыбнулся Малфою. — Кого именно: тролля в подземелье или директора, отправившего нас туда? — Драко гаденько засмеялся, чем раззадорил Гарри. — Эй! Пссссс! — Послышался чей-то шепот из-за угла. — Гарри!! — Зов повторился, и Поттер направил в ту сторону нити, где нащупал большие глаза и нос картошкой. — Я сейчас, — бросил он Малфою и незаметно для других свернул по коридору. Драко округлил глаза от такого пренебрежения к своей персоне и осторожно проследовал за Поттером. — Гарри, ты чего так долго? — нервничал Рон. — Я тебя зову-зову… — Ты разве не должен был уйти с остальными? — Должен, но, понимаешь… — Уизли неловко заломил пальцы на руках за спиной. — В общем, я обидел Гермиону, и она не появлялась на ужине, да и на обеде тоже… — Ты хочешь сказать, что она не знает о тролле? Нужно кому-нибудь сообщить из взрослых, чтобы они ее нашли! — Нет! — Воскликнул Рон. — Если ты скажешь это кому-то, то они сразу спросят, почему она не была в столовой, и тогда… — И тогда твоя рыжая задница окажется под ударом, Уизли? — Показался Малфой, который все это время выжидал момент, чтобы эффектно появиться. Не то, чтобы Гарри не почувствовал его… — Малфой! — зашипел Рон. — Драко, зачем так грубо? — упрекнули блондина. — И что ты тут делаешь? — Попытался удивиться Гарри. — Тот же самый у меня вопрос и к тебе: что ты тут забыл вместе с Уизли? — Малфой! — прорычал Рон. — Это вообще не твое дело! — Прекратите. — Серьезным тоном сказал Гарри. — Нам срочно нужно позвать кого-нибудь на помощь к Гермионе! — Нет! — Взвизгнул Рон, и его голос эхом прошелся по коридору. Все трое замерли, прислушиваясь, но, когда поняли, что никто не пришел на крик, Гарри нарушил тишину: — Ты хочешь, чтобы она умерла? — На лице Рона показался испуг. — Н-ннет. Я просто подумал, что ты мне поможешь, но раз так, то я пойду один, — и развернулся. — Бодаться с троллем? — усмехнулся Драко в спину рыжему. — Не смеши меня! Да у тебя ни одного заклинания ни на чарах, ни на трансфигурации как следует не вышло! — Но Рон его не слушал и продолжал удаляться, крепко сжимая кулаки. — Послушай Драко, Рон! — крикнул вслед Гарри. Когда рыжий скрылся за поворотом, Поттер решил: — Драко, пожалуйста, расскажи все учителям! — и побежал вслед за Роном. Малфой очумело замер. Не то, чтобы он не переживал за Грэйнджер. Учителей, может, и стоило позвать для подстраховки, но для Драко первостепенной задачей сейчас стояло защитить Поттера, и он побежал следом. — Рон, постой! — крикнул Гарри на одной из развилок. — Гарри, я так рад! — рыжий обернулся и остановился. — Знаешь, я рассказал про Гермиону Невиллу, но он не пошел со мной. Я тебе очень благодарен. Гарри услышал стремительно приближающийся звук шагов и неразумно обрадовался, когда волоски нащупали высокий лоб Драко. «Мы все в опасности, но, каким бы храбрым я не казался, без Драко я чувствовал бы себя как без рук». — Гарри, с ума сошел! Хоть у тебя и есть какой-то там артефакт (кстати, какой?), но это не означает, что ты бессмертен! — Драко, — тепло прошептал Гарри. — А ты, Уизли, не думай, что я это делаю ради тебя! — Рон возмущенно хмыкнул, и маленькие соучастники побежали по коридорам дальше. По пути Рон сказал, что Гермиона находится на втором этаже в туалете для девочек, а на вопрос, кто ему об этом рассказал, пробурчал, что Парвати. — Я слышу чьи-то шаги! — Первым заметил Гарри и утащил мальчиков с прохода за большого каменного грифона. Но, когда он понял, кому эти шаги принадлежат, то не сдержался и выкрикнул: — Профессор Снейп! — все звуки стихли; Рон ударил Гарри под дых, а Драко зажал тому рот рукой. — Кто здесь?! — Гаркнул Снейп. — Немедленно выходите, или я сниму с ваших факультетов по 50 очков! Драко встрепенулся и выбежал первым: — Профессор, это я и Гарри. Уизли вынудил нас пойти за ним. — Неправда! — Возмутился Рон из-за укрытия, но, когда осознал, что себя тем самым выдал, ударил себя по лбу. Гарри стало гнусно, что он подставил Рона, доверившегося ему, но трезвый рассудок вторил, что мальчик сделал все правильно. Затем двое по приказу Снейпа подошли к профессору ближе. — Я вас слушаю, — безапелляционно скомандовал зельевар. Рон сразу же зажался и забормотал неуверенно: — Ну, в общем, это… я… — Гермиона Грэйнджер в опасности, сэр! — Доложил Гарри. — Она не появлялась на ужине и совсем не знает об угрозе… — И поэтому вы, вместо того чтобы сообщить все учителям, отправились за ней в одиночку?! — Все трое умолкли. Гарри принюхался и почувствовал ужасную вонь — смесь грязных носков и давно не убиравшегося общественного туалета. — Вы это чувствуете? А потом они услышали это — низкий рев и шаркающую поступь гигантских ног. Рон показал на что-то пальцем — из-за поворота в другом конце коридора, прямо на них надвигалось что-то огромное. Все четверо спрятались в тени, наблюдая, как это нечто выходит на освещенный луной участок. Гарри же ничего не понимал; он чувствовал исходящие волны угрозы, но его ниточки не дотягивались до противоположного конца прохода, поэтому он начал жертвовать количеством волосков ради их длины. Тролль остановился у двери и заглянул внутрь. Пошевелив длинными ушами и что-то решив, он, сгорбившись, медленно протиснулся в помещение. — Ждите здесь! — Скомандовал Северус. — Кто сдвинется с места хоть на фут, у того я сниму с факультета сто очков за безрассудство! — Все трое замерли и не смели пошевелиться, даже вздохнуть. Снейп же быстро прокрался до двери в женский туалет и прошмыгнул внутрь. Гарри бы сейчас мысленно пошутил об этом, но ситуация была немного не та. Он сосредоточенно ощупывал контуры профессора, гигантского тролля, чья голова была непропорционально малой, а тело бугристым, напоминающим валун. Под одной из раковин Гарри нашел лохматую девочку. В то же мгновение послышались звуки бьющегося фарфора, высокий девчачий визг и с огромной силой падающее тело; дрожь от удара по полу прошла до ребят. Все звуки резко стихли, кроме шума воды, льющейся из сломанной сантехники. Гарри сейчас, как и каждый из ребят, боролся сам с собой, чтобы не сорваться с места и не кинуться на выручку. Поттер сейчас волновался о тролле, потому что был уверен в победе профессора, Драко о крестном, а Рон о Гермионе. Мучительные пятнадцать секунд прошли в ожидании, и из-за дверей показался Снейп с дрожащей девочкой на руках. Тут же, словно по команде, из-за угла выбежала профессор МакГонагалл и побежала в туалет осматривать масштабы трагедии. — Уизли, лучше молчи и тихо прячься, — шепотом пригрозил Драко, — если ты не хочешь лишиться очков не только от Снейпа, но и от МакГонагалл! — «Впрочем, как и мы…» — Профессор Снейп, что здесь происходит?! Мисс Грэйнджер, что с вами? — Замерла с открытым ртом Минерва. — Наверное, об этом мне следует спросить у вас, как у декана Гриффиндора: почему двое ваших учеников не соблюдают общественных порядков и втягивают в это моих подопечных? — Что?! — Возмутилась она! — Кто еще? — Вы можете подойти, — повысив голос, чтобы его услышали, сказал Снейп. — Мистер Малфой!? Мистер Поттер!? Мистер Уизли!? — Вскликивала женщина каждый раз, когда замечала новую фигуру на горизонте. — А теперь, вы нам все объясните. — — Потрудитесь объясниться! — Почти хором сказали учителя. Выслушав историю от одного самоуверенного Слизеринца, одной раскаивающейся Гриффиндорки, одного маскирующегося Слизеринца и одного краснеющего то ли от злобы, то ли от стыда Гриффиндорца, профессора сошлись на следующем: Решено было добавить каждому из присутствующих месяц отработок у Филча за нарушение порядка, снять с Гриффиндора 50 очков за мисс Грэйнджер, из-за которой все чуть не пострадали, снять со Слизерина 100 очков за Драко и Гарри, которые повели себя не по школьному уставу, но добавить им по 50 очков каждому за то, что в итоге благодаря то ли их трусости, то ли уму, они позвали Снейпа на помощь. И в заключение у Гриффиндора отняли еще 100 очков за Рона, пренебрегающего правилами и склоняющего к тому же других. Дополнительным камнем в огород рыжего стали слова Драко, что Рон предлагал также и Невиллу отправиться за Гермионой. Но Грэйнджер, оценив порыв Уизли, заступилась за него: когда Малфой рассказывал, что Рон довел Гермиону до слез, девочка сказала, что это неправда, и ей просто хотелось сразиться с троллем, и Рон ее не обижал, а наоборот, останавливал. В конце концов, львиный факультет лишился ста пятидесяти очков в своей копилке, а змеиный остался при всех своих баллах, поэтому в гостиной Слизерина Драко и Гарри встречали как героев, подбрасывая на руках сначала одного первогодку, а затем и другого.