Беспризорный пёс

Закрываю глаза и выжидаю несколько минут, чтобы не видеть того, как реальность меняется на иллюзию. Неко проделывала этот фокус уже столько раз, что я выработал особый алгоритм самообмана. Если закрыть глаза и не видеть изменений, начинает казаться, что реальность на самом деле именно здесь. Лицо обдаёт свежим ветром, и я слышу совсем рядом знакомый весёлый голос: - Ты что-то готовил? Открываю глаза и вижу перед собой невысокую фигуру в школьной форме. Исана Яширо стоит прямо напротив, приветливо улыбаясь и слегка склонившись ко мне. Я уже не ощущаю того восторга, какой испытывал в первый раз, когда Неко из жалости ко мне провернула этот фокус. Тогда по спине бежали мурашки, я сорвался и закричал, что хочу вернуться. Кошка тут же свернула иллюзию, обеспокоено спрашивая, что случилось. Я до сих пор не знаю, почему тогда повернул назад. Зато каждый последующий раз стал для меня настоящей наградой. Неко может лишь проецировать тот образ Яширо, который помнит сама. Проецируемый Исана выглядит, как настоящий, говорит теми фразами, которые когда-то произносил в реальности, но к нему нельзя прикоснуться. Когда я это понял, наткнувшись пальцами на пустоту, стало так горько… Но теперь мне хватает даже простого призрака. Я растягиваю губы в привычной улыбке и начинаю играть роль счастливого пса, встречающего своего любимого хозяина. - Мы с Неко сегодня жарили рыбу. Названная девушка топчется в стороне, стараясь не смотреть на созданного ею самой блондина. В такие моменты она старается держаться подальше от нас. Наверное, она сильнее духом, её гордость и сила воли не позволяют кидаться на фальшивку. Неко ждёт настоящего хозяина, а вот я так не могу. Я слишком слаб, потому что этот ежедневный ритуал мне нужен, как воздух. Сегодняшняя обстановка - точное повторением холмистой равнины, покрытой сочной изумрудно-зелёной травой. Пасторальный пейзаж простирается на много километров вокруг, а над нами растянулось идеально голубое полотно безоблачного неба. Ярко сияет солнце. Но Серебряный король сияет ярче, затмевая собой дневное светило. Я, как был в рубашке, брюках и розовом фартуке, опустился на землю. Исана тут же лёг рядом, заведя руки за голову. - Когда ты вернёшься? - Кто знает. Уже несколько раз я задавал ему подобный вопрос, и всё время эта проекция отвечает одно и то же. Ну а чего я ожидаю… Ложусь на траву, не чувствуя её под собой. В этой реальности я вообще ничего не могу ощущать, только видеть и слышать. Повернувшись набок, пристально смотрю на аккуратный профиль. Яширо улыбается, смотря в небо, и ждёт следующего вопроса. Слишком много сил уходит у Неко на то, чтобы Исана проявлял инициативу. Тогда я произношу: - Я присягнул тебе на верность не для того, чтобы тут же потерять. Как ты мог так с нами поступить? Со мной и Неко. - Прости, - коротко, без тени вины в голосе отвечает блондин. Это невыносимо. Словно разговариваешь с куклой. Сначала я действительно желал получить ответы на все вопросы, но потом понял, что это не так важно. В последнее время я чувствую себя почти счастливым, просто видя этого человека и слушая его голос. Стало неважно, что именно он говорит, главное то, что он говорит в принципе. Когда, возможно, в данный момент уже просто не существует в реальном мире. Терять мастера Ичигена было больно. Он вырастил меня, сделал таким, каким я являюсь сейчас. И как неприятно осознавать, что воспоминания о нём постепенно стираются, их вытесняют скудные, но такие яркие воспоминания о Серебряном короле. «Мне было по-настоящему весело с ним, мастер», - думаю я, не отводя взгляда от бледного лица. Внезапно, даже для самого себя, я резко сажусь. - Я буду верен вам вечно, господин. Яширо смотрит на меня с не меняющимся выражением лица, словно ни одна из моих фраз не доходит до его сознания. Так оно и есть. Иллюзии не могут мыслить и чувствовать. Это лишь ожившее воспоминание, не больше. - Я ценю это, Куро. Холмы начинают разваливаться по клеточкам, и я с сожалением закрываю глаза, чтобы не видеть, как развалится Яширо. Отсчитав про себя определённое количество времени, поднимаю веки и возвращаюсь в унылую реальность. На полу, по другую сторону стола, лежит Неко, потерявшая сознание. Ей такие сложные задачи явно не идут на пользу, но я эгоистично раз за разом прошу об этих кратких вылазках в несуществующий мир. Подхожу к девушке, аккуратно поднимаю её на руки и отношу на кровать. Скоро она очнётся, примерно минут через десять. Это стало настолько привычным, что уже не пугает, но совесть всё равно не даёт спать спокойно. Уложив Неко, я расстилаю свой футон и ложусь спать, не снимая одежды. Закрываю глаза, и перед ними возникает бледное лицо с неизменной улыбкой. Некоторое время я ещё думаю о том, что спрошу у проекции в следующий раз, а потом проваливаюсь в поверхностный беспокойный сон.