It seems like you broke something, Monika

Мы с Юри сидели на полу и читали очередную книгу, наслаждаясь, а в моём случае — отпаиваясь горячим чаем, пока Нацуки занималась чем-то в другом конце класса. Правда, вопреки тому, что сюжет наконец-то начал набирать обороты и мы вплотную приблизились к ответу на один из самых главных вопросов истории… мне в общем-то не было до неё никакого дела. — Ты… прочитал? — Услышал я её неуверенный голос, пробивающийся сквозь пелену собственных мыслей. И тут же поспешное: — Прости, прости, если отвлекла. — А? Нет, — пробормотал я. — То есть — да, конечно! Я думал, ты… — Ну и как тебе? — Глаза Юри прямо-таки загорелись. — Не ожидал, кто в итоге всё устроил, а? — Ну… д-да, конечно. Так внезапно. Я всё время ставил на эту, как её… — А вот и нет. Мы ещё не добрались до того момента. — Правда? — Правда. Все последние полчаса ты витаешь где-то в облаках. — Она смутилась. — Я не хотела сказать, что это плохо или вроде того, просто… Да нет, как раз-таки плохо. Раз уж даже ОНА это видит. Ну, а что прикажете делать?! Новость про то, что ты живёшь в искалеченном симуляторе свиданий, не может восприниматься с тем же спокойствием, что прогноз погоды на завтрашний день. И потом, как об этом вообще говорить? Я сам себя-то слушать не могу. Подумать страшно, ЧТО мне скажет та же Нацуки, например. Вот если бы был способ привести их в это… этот… Лимб? Моника смогла бы изложить эти мысли гораздо лучше. Видимо, Юри истолковала мою заминку по-своему, тихо добавив: — Ты не злись на Нацуки. — А? — Даже в мыслях не было. — Просто… она такой человек. Словно в завершение нашего разговора, позади раздался скрип задвигаемого стула. — Ребята… я, наверное, пойду. — Нацу направилась к выходу, и во всей её походке, осанке, во взгляде ничего не осталось от той остренькой на язычок девочки. Она выглядела расстроенной и какой-то немного смущённой. Может, всё ещё переживает за тот инцидент? Так я вроде сказал — всё хорошо, зла не держу. — Уже поздно, а мне ещё нужно успеть к ужину. Увидимся завтра. Юри одобрительно кивнула. Нацуки открыла дверь. «Иными словами, вам нельзя разбредаться, если хотите жить!». Последние слова Моники мелькнули как молния среди ясного неба. Ну конечно! Когда мы расстались в прошлый раз, с Сайори случилось нечто ужасное. А на следующий день мир словно… уже забыл об этом. — Постой! — выкрикнул я. Она застыла. Думай, думай… чёрт! Почему у меня так мало информации? Может быть, получив больше, я смог бы что-то объяснить? «Тогда Сайори заняла моё место. Место Президента Литературного Клуба. Соответственно, вместе с титулом и большинство информации о произошедшем здесь тоже передалось ей. Так уж устроена эта игра!». Раз так, может быть… — Девочки! — Обе в замешательстве обернулись ко мне. — А я могу стать Президентом Клуба? — Вот ещё. — Фыркнула Нацуки. Кажется, привычный цинизм начал потихоньку к ней возвращаться. — Поговори лучше об этом со своей Сайори. — А если её нет? То есть, БОЛЬШЕ нет. — Если её нет или по какой-то причине она не может продолжать участие в клубе, — тихо добавила Юри. — То нас уже трое. Клуб считается официальным при наличии не менее четырёх человек. А значит, — Она почему-то взглянула на подругу. — Мы превращаемся в Тук-Тук Несколько Человек, Которые Почему-то Не Хотят Уходить Домой, и всё. — Я не уловил, что она пытается этим сказать, а вот Нацуки вздрогнула. — В таком случае у нас нет никакого Президента. А что? — Да так… — пробормотал я. — Просто. Нацу многозначительно покрутила пальцем у виска. Значит, это не сработает. Значит, что-то уже позаботилось о том, чтобы это не сработало. Нельзя, чтобы она ушла. Нельзя, чтобы кто-то из них ушёл. И снова пришлось выпалить первое, что пришло в голову: — Не хотят домой, значит… а давайте останемся здесь?! — С тобой? На ночь?! — Нацуки посмотрела на меня как на идиота. Н-да, согласен, это вызывает разные мысли… — Я буду не против остаться и посмотреть, как ты спишь, — томно прошептала Юри, а когда я обернулся, тут же уткнулась в книжку. …При том не только у меня. Впрочем, вопреки моим ожиданиям, Нацу всё ещё торчала в дверях. И момент этот казался тем более странным и неловким, что если бы она хотела уйти, давно бы ушла. Но она не ушла. Пока ещё не ушла. — Кажется, я видела где-то здесь Монополию и Уно, — Вот уж от кого не ожидал. Внезапно ситуацию спасла Юри. Она кивнула на стоящий рядом шкаф и снова быстро забормотала: — То есть, не то, чтобы я так уж любила эти игры… или вообще играла в них… но… там много чего есть, да. Вот. Возможно, только таким она видела свой шанс остаться здесь (остаться со мной), а потому использовала решающий козырь, дабы нам не расходиться. Не знаю, откуда у меня столько мыслей в таком ключе. Даже думать не хочу. Но тихоня послужила благому делу — факт. Или пыталась послужить. Нацуки сложила руки на груди, сдула упавшую на лоб розовую прядь: — Но это же глупо. Остаться одним в пустой школе после того, как всё закончилось… — Она бросила тревожный взгляд на темнеющее за окном небо. Надо же, а время в Клубе действительно пролетает незаметно. — Может прийти в голову только кому-то вроде тебя! — А мы запрёмся изнутри, сделаем себе чаю и будем тише воды. — Я подмигнул Юри. Кажется, что-то начинает получаться. — Можем писать стихи, можем даже кино посмотреть, если найдём тут хороший интернет. Буду удерживать их, сколько смогу. Под любым предлогом. Пока не появятся по-настоящему хорошие идеи. — А потом пробьёт полночь и начнутся эти ваши любовные штучки! — Победоносно усмехнулась Нацу. Однако толика неуверенности из её голоса по-прежнему никуда не пропала. — Иди уже, — внезапно бросила Юри, да ещё таким тоном, о котором наша Мисс Высокомерное Безразличие может только мечтать. — Мы и без тебя повеселимся. — Она обернулась ко мне, начав нервно теребить длинную тёмную прядь. — То есть… если ты всё ещё хочешь, конечно. Нацуки, будто ошпаренная, вскочила обратно в класс, захлопнув за собой дверь. Хотела Юри или нет, но явно задела что-то в ней. Что-то очень важное: — Ещё чего! То есть… я передумала. Вы же совсем ничего не сумеете, если не показать вам, как надо развлекаться! Тихоня и Книжный Червь! Так что подвиньтесь, Нацуки остаётся. — Как скажешь, Королева Вечеринок. Ну вот, хоть что-то хорошее.

***

С трудом напополам мы наконец-то объяснили Юри правила Уно и значение «особых» карточек. Игра шла на удивление гладко. Но чем больше она затягивалась, тем чаще Нацуки нервно оборачивалась на свой мобильник, оставленный в одиночестве на соседней парте. Ей постоянно кто-то писал, а последние полчаса — так и вовсе каждую минуту. В один из таких моментов я не удержался и схватил телефон. Потому что бесить это начало уже всех, но Юри слишком скромная, чтобы прямо сказать, а Нацу… она даже не пыталась что-то сделать. — На, ответь уже. Или звук отключи. — Я протянул ей трубку. И застыл, заметив, как округлились глаза девочки. — П-положи на место! — Она тщетно старалась придать своему голосу привычно грозный тон. А потом раздался ещё один осточертевший «пилик», осветивший экран мобильника новым сообщением. — НЕ ЧИТАЙ! ЭТО НЕ ТВОЁ ЧЁРТОВО ДЕЛО! Но поздно. Как бы там ни было, часть этой односторонней переписки я уже увидел, и забыть такое не выйдет при всём желании.

Папа «…ТОГДА МНЕ ВСЁ РАВНО, ГДЕ ТЫ БУДЕШЬ ЖРАТЬ СВОЙ ГРЁБАНЫЙ УЖИН, МАЛЕНЬКАЯ ПАРШИВАЯ ДРЯНЬ» «ДОМОЙ БОЛЬШЕ НЕ ПРИХОДИ»

— Зато теперь ты можешь больше времени проводить в Клубе! — По неестественной улыбке Юри я так и не смог понять, была ли это попытка поднять подруге настроение… или что-то другое. — Твой отец всегда такой? — пробормотал я в потугах хоть как-то сгладить ситуацию. — В последнее время. Это не твоё дело! — Осеклась она. Встала из-за стола, тщетно стараясь скрыть проступившие слёзы. — Мне… мне надо идти! — Ну, тогда пока, — отозвалась Юри, как ни в чём не бывало. — Ты ведь завтра придёшь? В самом вопросе было достаточно ответа. И мне решительно не нравится, куда это идёт. — Стой! — Я схватил бедняжку за руку. — Ты действительно думаешь, что СЕЙЧАС — лучшее время, чтобы уйти? Взгляд Нацуки застлала влажная пелена, но даже так в нём проглядывалась какая-то жуткая отрешённость. — Я ужасный человек, да? — Что ты. — Снова эта сахарная улыбочка. — Никто так не думает. — Юри, заткнись, ты ни черта не помогаешь. Я сам удивился подобным словам. Услышать такое в адрес этой тихони было ожидаемо только от одного участника нашей «команды». Раньше. А теперь Нацуки сжалась и побледнела. — Стой! Вернись же! Ну вот. — Я усадил её «ватное» тело обратно на стул. Никакого сопротивления. — Посмотри на меня. Посмотри на меня, слышишь? — Она подняла свой мутный взгляд. — Всё будет хорошо! Обещаю тебе. Нацу ничего не ответила. Только мелко-мелко дрожала. — Налью ещё чаю. — Юри поднялась и пошла заниматься своими делами, как ни в чём не бывало. Эта девочка что, живёт в параллельном мире?! Ладно. Так. Плевать. Сейчас не о ней. Среди всхлипываний Нацуки я наконец-то расслышал три тихих слова, повторяемых снова и снова: — Он меня найдёт. Между тем, телефон продолжал разрываться от новых и новых входящих сообщений. Похоже, теперь папаня строчил не переставая. Интересно, надолго его хватит? Я взял трубку. На сей раз никакого сопротивления со стороны хозяйки не последовало.

Папа «РУКИ ПРОЧЬ ОТ МОЕЙ ДОЧЕРИ»

Я попытался что-то ответить, но, похоже, клавиатура заглючила. Спустя целую минуту стараний получился лишь набор невнятных символов. СМС-ки по-прежнему приходили. Тогда я решил вырубить мобильник. Да, точно. Так будет надёжнее всего. Хрена с два. Кнопка выключения тоже не отзывалась. И вот тут-то, словно напоминая мне, где мы есть, звуки оповещений слились единым воплем. Да, вроде тех, из Лимба. Вряд ли человек может писать с такой скоростью. Вряд ли КТО-ТО может. Пространство потонуло в оглушающем крике. Юри тихонько наливала себе остывший чаёк. Точно. Это не телефон глючит, это мир глючит. И как сразу не додумался? В приступе нервного хохота я бросаю мобильник на пол и растаптываю его. Долгожданная тишина возвращается в комнату.

***

Естественно, после такого инцидента ни о каком продолжении игры не может идти и речи. Уходить, хвала Небесам, никто больше не думал. Тихие, безмолвные, опустошённые, мы заняли свои места в беззвучном классе. Нацуки стало лучше, потому что она прекратила плакать. И подпускать меня к себе, что в её случае тоже хороший знак. Юри черкала на добытом где-то блокнотном листке очередное стихотворение. Вот и славно. О том, что же сейчас творится у неё в голове, думать совсем не хотелось. А думал я о Лимбе. Нам во что бы то ни стало нужно попасть туда и увидеться с Моникой. Только вот… Как это сделать? В прошлый раз меня хорошенько вырубили. Бить девочек не является одним из моих любимых занятий, тем более, одной и так только что досталось на годы вперёд, а ко второй мне не хотелось даже подходить. И что тогда? Как и всё хорошее, идея пришла внезапно. — Может, ну его, потушим свет, ляжем спать? Взгляд Юри сказал всё сам за себя, а Нацуки даже не подняла головы. — Он меня найдёт. — С чего ты взяла? Никто не додумается прочёсывать школу посреди ночи в поисках каких-то там трёх человек. — Сегодня или завтра — это не имеет значения. Мне больше некуда идти. — Ну… ты можешь пожить у меня. — Предложил я неожиданно даже для себя. Хотя с другой стороны, учитывая обстоятельства, хорошая же идея. — Да чтоб ты знал, я!.. — Она осеклась. — Я подумаю. — Вот и здорово. — Улыбнувшись, я положил голову на руки и опустился на парту. — Всем нам сейчас нужно немного успокоиться и… отключиться. Сегодня был тяжёлый день. И завтра, по ощущениям, будет ничуть не легче. Только закрыл глаза и расслабился, как снаружи раздались громкие, ритмичные шаги. По ощущениям, на госте были надеты военные сапоги, никак не меньше. Приснилось?.. Однако первое, что я увидел, вновь выскочив из объятий Морфея — преисполненный первобытным ужасом взгляд Нацуки, мечущийся из стороны в сторону. А топот и не думал прекращаться. Наоборот, его источник как раз направлялся к нам. — Это конец, — прошептала Нацу, обхватив себя и дрожа, как осиновый лист. — Здесь негде спрятаться… — Да с чего ты взяла, что… — Я прикусил язык. Блин, с чего Я взял, что в игре, которая хочет тебя убить, всё не пойдёт по самому худшему сценарию?! Что-то с неистовой силой затарабанило в нашу запертую дверь. — Я ЗНАЮ, МЕЛКАЯ БЕСТИЯ, ТЫ ЗДЕСЬ. КУРИШЬ ДУРЬ, СНОШАЕШЬСЯ СО СВОМИ БЕСПУТНЫМИ ДРУЖКАМИ, ИЛИ ЧЕМ ТАМ ЗАНИМАЮТСЯ МЕРЗКИЕ ДЕВОЧКИ ВРОДЕ ТЕБЯ. — Казалось, в такт этому низкому громогласному голосу сотрясалось само мироздание. — КОГДА-НИБУДЬ ТЕБЕ ПРИДЁТСЯ ВЫЙТИ ОТСЮДА, МАЛЕНЬКОЕ ПАПИНО РАЗОЧАРОВАНИЕ! И ТОГДА Я ТОЧНО НАКОРМЛЮ ТЕБЯ УЖИНОМ. Я ВЫРВУ ТВОИ ВОЛОСЫ И ЗАСТАВЛЮ ТЕБЯ ИХ СОЖРАТЬ, ВОТ КАКИМ УЖИНОМ Я ТЕБЯ НАКОРМЛЮ! С той стороны звучно рассмеялись. Нацу вжалась в стул настолько, насколько это было возможно. Она попыталась встать и не смогла. У неё дрожали ноги. — НО ТАК И БЫТЬ, ЕСЛИ ТЫ ПОРАДУЕШЬ ПАПОЧКУ И ВЫЙДЕШЬ ПРЯМО СЕЙЧАС, Я ПОДУМАЮ О ТОМ, ЧТОБЫ СМЯГЧИТЬ ТВОЁ НАКАЗАНИЕ! — произнесли за дверью уже немного мягче. И она поднялась. Сама не своя, она подчинилась и медленно направилась к выходу. «Не выходи, не выходи, ПОЖАЛУЙСТА, НЕ ВЫХОДИ, ПОКА ВСЁ НЕ ЗАКОНЧИТСЯ!» Я метнулся к двери и перехватил руку Нацуки, как раз когда она в нерешительности застыла над засовом. — Ты не должна его слушать! Разве сама не понимаешь, что это выльется тебе в ОЧЕНЬ большие проблемы?! — А что ты предложишь?! — Она с силой оттолкнула меня. Гнев и паника читались на её лице. — Забить и лечь спать, да?! — В дверь продолжали колотить. — Очень хорошая идея! Спокойной ночи. Нацу всё-таки собралась выйти. И, что ещё хуже, как вариант, пустить ЭТО сюда. Сомневаюсь, что оно было её отцом, и очень не хочу повторить финал Сайори. — Злые отцы, маленькие девочки*… знаешь, кто бы это оценил? — За моей спиной тёмным изваянием выросла Юри, про которую я уже, признаться, и позабыл. — Стивен Кинг. Я думаю, то, во что вылилось наше сегодняшнее собрание, вполне в его духе. Из-за скрывающих лицо выбившихся локонов, а также игры света и тени было сложно понять, улыбается она или нет. Чего ещё было не понять — зачем она вообще всё это говорит. — Может, хватит уже играть в зрителя? Может, сделаешь хоть что-нибудь?! — Не выдержал я, пока дрожащие пальцы Нацуки отпирали тугой засов. Казалось, всё тело отвергало это её роковое решение, и всё-таки… она действительно упёртая. Упёртая маленькая девочка**. Наверно, Кингу и правда понравился бы такой расклад. Совсем некстати меня поразила предательская мысль. А ведь если всё действительно обернётся тем, к чему идёт, может статься и так, что останемся только мы с Юри. Да, она странная и, как показывает практика, немного не в себе, но она такая же жертва обстоятельств, как я, которая, вероятно, даже не осознаёт в полной мере, насколько мы влипли! Как можно требовать чего-то от тихони, которая при разговорах даже взглянуть на тебя боится?! Наверняка этот стресс для неё и так всё равно что смерти подобен. — Нацуки. — Её спокойный, ровный голос вновь заставил меня во многом усомниться. — Возьми. — Она протянула подруге руку. В ладони что-то лежало. При ближайшем рассмотрении это оказались три таблетки. — Здесь на всех. Я надеялась, до этого не дойдёт. Потому что они последние. — Что это?! — стройным хором спросили мы, на несколько мгновений даже позабыв про Большого Папочку, усердно старающегося со всеми нами познакомиться. — Они помогают избавляться от навязчивых мыслей. Обычно хватает половинки. От целой нас точно на какое-то время… — Юри обернулась ко мне, — Унесёт. Ты ведь хотел этого, правда? В любой другой ситуации после таких вопросов мне следовало бы бежать от задающей их девушки, будь она хоть трижды звездой класса, куда подальше. Но сейчас я готов был её расцеловать. Только вот виду не подал. Обойдётся. Я согласно кивнул. — Побег от реальности? Не думаю, что это хоть как-то поможет. — Похоже, к Нацуки начало возвращаться её верное здравомыслие. Аминь. — Он же меня убьёт. — Она кивнула за дверь, понизив голос до шёпота. Вот тут ты права. — Ещё как поможет. — Я подмигнул обеим девочкам. — Просто поверьте, вы увидите, про что я говорю! И нет, это не то, о чём ты думаешь, Нацуки. — … — Смелее, Нео! Синяя таблетка — всё забыть, красная — узнать правду! — Но тут все красные, или ты ослеп? — Нацу недовольно посмотрела на меня. В отличие от краешком губ улыбнувшейся Юри, она не оценила шутку юмора.