Темные тайны

Гермиона лежала на своей кровати и перебирала задания, которые принесла ей Полумна. — Не хочу сказать, что тебе повезло, но ты уже какую неделю торчишь дома… Эх, — Полумна потянулась на кресле и, посмотрев на прикрытые ноги Гермионы, отвела взгляд, — Побыстрей бы каникулы. Снейп уже достал своими придирками, да еще и домашки куча. А бабушка Невилла, пока не проверит его тетрадки, не отпускает гулять. Мы стали все реже проводить время вдвоем после школы. Девушка с тоской посмотрела в окно. Гермиона подавила в себе желание сказать, что с ней они проводят времени еще меньше. Раньше, когда Невилл и Луна не встречались, они проводили время вместе. Иногда ходили в кафе, где пили кофе с сэндвичами, ходили в библиотеку и делали там уроки, гуляли по парку по пути домой, кормили белок и уток в пруду. Или просто зависали у нее или Полумны дома, особенно зимой. У Гермионы на кухне всегда можно было найти горячий шоколад, а у Полумны травяные чаи, которые выращивал в небольшом садике у дома ее отец. Невилл приносил печенье, немного твердое, но безумно вкусное, которое выпекала для них помощница его бабушки. Они были счастливы, что у них была компания. А потом произошла любовь. И встреч стало меньше. А дальше Гермиона стала видеться с друзьями только в школе: на переменах, в классе или столовой. Они по-прежнему болтали, смеялись, сплетничали. И, казалось, ничего не изменилось, но изменилось многое. У друзей появилось что-то общее, только их, что Гермионе было не доступно. А у нее появились от них довольно опасные секреты, которые она не смогла бы раскрыть ни за что на свете. Вот и сейчас, короткая встреча с Полумной, неловкое обсуждение последних событий и Невилла, закончилось с приходом последнего. Они едва перекинулись парой слов, как выпорхнули за дверь. Хотя, признаться, Гермиона была этому рада. Ей безумно хотелось побыть одной. В последнее время это удавалось сделать крайне редко. Родители не спускали с нее глаз, часто заглядывала Луна, иногда Невилл. И друзья от нее ничего не скрывали, а вот Гермиона… Но не могла же она рассказать правду. Единственные, кому она могла довериться, Поттер и Малфой, но и те были не настолько близки, чтобы Гермиона открыла им все свои переживания. Ей было стыдно и страшно признаться в слабости, признаться, какой ужас она испытала, глядя прямо в темные глазницы монстра. Да и не было на это времени. Единственный раз, когда они ее навестили, был в больнице. Рядом была мама, Гермиона выглядела особенно жалко, поэтому ей хотелось побыстрее остаться в одиночестве или в родительских объятьях. А еще ей не хотелось вспоминать детали произошедшего. Она знала, что парней заинтересует нападение, но все, что Гермионе помнилось, так это всеохватывающий ужас и дикая паника. Она думала, что умрет, что это конец ее истории, что дальше не будет ничего. Она жалела, что полезла в библиотеку, а не сидела дома или не проводила время с друзьями на вечеринке Малфоя, и теперь никогда его так не проведет. А потом она оказалась жива. И те следы от укусов и царапины, что сейчас красовались на ее теле, напоминали о том, что она могла бы сделать иной выбор. Возможно, монстр добивался именно этого. Гермиона была умной девочкой. Она получила урок, теперь нужно быть готовым к тому, что у этого урока может быть продолжение, и на этот раз могут пострадать ее близкие. В конце концов, любопытство — это всего лишь прихоть, и жизни родителей не могут быть принесены этому в жертву. Дело оставалось за малым. Нужно было уничтожить все, что могло бы навести на след. Вернуть книгу, удалить фотографии и скрин с сообщением. И молчать. Ничего не говорить ни Поттеру, ни Малфою. Разорвать с ними все отношения и жить как жила. Вот только сможет ли? Гермиона облокотилась на подушки. Если монстр напал на нее неспроста, если допустить, что им кто-то управляет, тот, кто следил за ней в библиотеке, то значит, она могла что-то нащупать. Возможно, тот комментарий не был пустышкой и Хогсмид окажется весьма полезным местом. Дело оказалось за малым. Решить, что с этим делать. Это был слишком сложный выбор. Ей хотелось правды. Ей хотелось, черт возьми, надрать монстру его костлявый зад. Но у нее фамилия Грейнджер, а не Винчестер. Ее родители не хранят в подвале коллекцию оружия и святую воду. У них даже подвала-то нет. Она встала и похромала вниз, на кухню. Кот вертелся под ногами, мяукая, словно уговаривая ее принять верное решение. Она насыпала ему корма и включила телевизор, чтобы немного передохнуть от своих мыслей. Перекусив тостами и выпив теплое какао, Гермиона принялась за задачи по физике. Даже пропустив несколько тем, она все равно была на шаг впереди своего класса, поэтому не столкнулась с трудностями. Макгонагалл даже передала ей несколько олимпиадных заданий, над которыми Гермиона с удовольствием поломала голову. Кот все это время лежал рядом, лишь изредка подергивая во сне хвостом. Телевизор медленно что-то вещал на фоне, создавая легкий белый шум. Тишина оглушала и пугала девушку, особенно после произошедших событий. Подбираясь к эссе по истории, она услышала вибрацию телефона. Гермиона посмотрела на экран и тут же кинула его обратно на диван, пытаясь сосредоточится на уроках. Но вибрация повторилась. Потом еще и еще. Она знала, что поступает глупо. Но ей хотелось как можно дольше молчать о произошедшем. Ей хотелось собраться с мыслями и решить, как поступить. Самой. Без науськиваний, без давления. Гермиона несколько раз выдохнула и прислушалась. Телефон больше не подавал признаков жизни, а значит, ее невидимый собеседник успокоился. Возможно, он решил, что она отдыхает, спит или просто не хочет с ним говорить. Собрав бумаги и несколько учебников, Гермиона поднялась в свою комнату. Ее рюкзак, с которым она в последний раз была в библиотеке, так и стоял неразобранный возле кровати. Гермиона потянулась к нему, чтобы достать свои записи. Открыв ежедневник, она сделала там несколько пометок о проделанной работе. Ей оставалось не так много доделать, и после она смогла бы посмотреть какой-нибудь фильм или приготовить родителям ужин. Ее взгляд вновь скользнул внутрь рюкзака и внутри все похолодело. Она схватила рюкзак за лямки и вытрясла все содержимое на кровать, перебирая каждую книжку или бумажку, с ужасом задерживая дыхание. И с каждой секундой внутренности сжимались все сильнее и сильнее. Она оглядела комнату, подскочила к собственному столу и перевернула все учебники, открыла шкафчики, оглядела полку, заглянула под кровать и в гардероб. Ее нигде не было. Книги, которую ей дала библиотекарь Пинс, нигде не было! Гермиона осела на пол, судорожно дыша. Она пыталась вспомнить, где она была, что делала, когда открывала рюкзак, но мысли скакали одна к другой и никак не могли остановиться. Гермиона в спешке проковыляла вниз, цепляясь за перила. Ей срочно нужен был телефон. Нужно было позвонить матери, возможно, она взяла ее книгу, или ее забрали копы, или они с папой отнесли ее в библиотеку и забыли рассказать об этом ей, Гермионе. Но перед этим, девушка заглянула в галерею телефона, вспомнив, что она что-то фотографировала перед тем, как взять книгу домой. Но галерея была пуста. Не было даже последних фотографий кота и того скрина с комментарием. Кто-то отформатировал файлы, накопившиеся в телефоне за последние несколько недель. Гермиона осела на пол. Это уж точно не смогли бы сделать ее родители. Зачем им? Да и не умеют они пользоваться такой техникой. Мама с трудом справляется с кнопочным телефоном, а папа каждый раз путает кнопку звонить и выйти в интернет, куда им до удаления файлов. Гермиону затрясло. Кто-то забрал ее книгу и удалил все фотографии с телефона. Стер все следы, чтобы даже если она кому-то и рассказала о произошедшем, ей никто не поверил. Ведь у нее нет никаких доказательств. Даже не докажешь, что на нее напала не собака. Ребята могли бы ей поверить, ведь они своими глазами видели того монстра, вот только произошедшее с ней ясно дало понять, что интересоваться всем этим не стоит. Она рухнула на кровать и расплакалась, уткнувшись в плюшевого медведя. Его ей притащил Малфой, когда ребята навещали ее в больнице. Он сказал, что у каждой девчонки должен быть такой плюшевый друг. Хотя бы один. И, несмотря на то, что ее бесили плюшевые игрушки, она сохранила его. Теперь у нее не было иного выхода, ведь рассказать о произошедшем без вреда она могла только глупому медведю. *** Поттер разглядывал страницу Гермионы уже полчаса. Она не отвечала на сообщения, и он слегка беспокоился, не случилось ли чего. Снова. Он давно чувствовал, что с ней что-то неладное, но приставать со своими подозрениями к девушке так и не решился. Гермиона ясно дала понять, что справится со своими переживаниями самостоятельно. А Малфой выглядел так, словно вообще не думал о том, что с ними произошло в автобусе. Он ко всему относился легкомысленно, и Поттер опасался, что раскрыв Малфою свои чувства, он только сильнее оттолкнет его от себя. Драко терпеть не мог обсуждать чьи-либо переживания, а между ними только-только наладились приятельские отношения. Гарри не стал рисковать. Поэтому решил для себя жить как ни в чем не бывало, да только те события все не выходили у него из головы. Стоило погасить свет в комнате, как та ночь словно оживала перед его глазами. И он снова и снова вспоминал того монстра, снова и снова вставали перед глазами его жертвы. И родители. Поттер не знал своих настоящих родителей, они погибли, когда ему не было и года, но он будто чувствовал, что с ними случилось что-то невыносимо плохое. Он встал и немного походил по комнате. В их последнюю встречу в школе, Гермиона явно что-то скрывала, а потом на нее напали. Да, укусы вроде бы принадлежали собаке, но все же подозрительно, что в мирном пригороде бродит дикая собака и нападает на людей. Как, впрочем, странен и случай с автобусом. Потер был почему-то уверен, что это явно не совпадение. Скорее всего Гермиона что-то раскопала и ее пытаются убрать. А если ей требуется помощь, то Гарри просто обязан ей помочь, даже если Гермиона будет против. *** Гермиона утерла слезы и поднялась. Ей не хотелось, чтобы родители застали ее в таком состоянии. Начались бы вопросы, а ей не хотелось врать им без особой нужды. Между ними и так достаточно лжи и притворств. Она вообще в последнее время редко кому говорила правду. Гермиона уселась на кровати и открыла ноутбук. Зайдя на сайт библиотеки, она ввела номер своего читательского билета и, немного подождав, уставилась на ровную и совершенно неправдоподобную надпись «книг на руках нет». Может быть, книгу все-таки вернули родители? Она написала матери сообщение, и тут же получила ответ, что никаких книг они с отцом в библиотеку не возвращали. Они вообще ее вещи никогда не трогали. Гермиона была склонна с этим согласиться. Мама в ее комнате даже не пылесосила. Вся уборка комнаты была на Гермионе. Все вещи — ответственность Гермионы. Тем не менее книга пропала. Хотя Гермиона точно помнила, что она брала ее домой. Она помнила, как делала фотографии, как оформляла книгу и клала ее в рюкзак. Это было странно. Кто-то стер ее галерею. Кто-то ей угрожал. И похоже сделал все так ловко, что ей даже нечего предъявить этому типу. Хотя... Она подняла голову и посмотрела на экран ноутбука. Она же просматривала сайт с него... а значит... Она быстро открыла галерею скриншотов. Среди кучи картинок она отыскала ее. Она была еще в облаке. Создав запароленную папку, Гермиона переместила туда скриншот. И откинулась на подушки. У нее все же была зацепка. Звук звонка отвлек ее от размышлений. Родители не могли вернуться так рано, а Полумна с Невиллом не так давно покинули ее. Не могли же вернуться? В груди что-то тревожно екнуло. Неужели за ней велась слежка? Может быть ее компьютер проверяют? Гермиона медленно спустилась, прокручивая в голове предметы, хранившиеся неподалеку от двери. Она могла бы использовать зонт как оружие? Если хорошо размахнуться… — Кто там? — спросила она. — Гермиона? Это Гарри. Она поспешила открыть дверь и уставилась на виноватое выражение лица Поттера. — Ты мне не отвечала и я подумал.., — он замялся. — Я делала домашку, — прервала она его. Он кивнул и оглядев ее, спросил: — Ты плакала? Что-то случилось? Гермиона замерла, не решаясь ответить, а потом, осознав, что держит одноклассника в дверях, кивнула ему и пригласила внутрь. — Спасибо, — Гарри зашел, разделся и прошел за Гермионой на кухню. — Сделать тебе какао или горячий шоколад? — А что вкуснее? Гермиона улыбнулась. — Сделаю горячий шоколад. Несколько минут, пока Гермиона заваривала напитки, они сидели в полной тишине. Когда она села напротив, Поттер вновь спросил ее. — Так что случилось, почему ты плакала? — Да так, — Гермиона ухмыльнулась, крутя в голове все произошедшее. В голове мелькнула мысль, что она могла бы все сейчас рассказать. Уж Поттер бы ее точно понял и смог бы сказать, что ей делать. В конце концов она решилась. — Помнишь, я хотела с тобой поговорить? Писала сообщения? — Да, но ты же сказала, что ничего серьезного… Соврала? Гермиона покачала головой. — Я все обдумала и решила, что ничего серьезного. Я просматривала новости и увидела в комментариях упоминание, что подобные нападения были и в других местах. Например, в деревеньке Хогсмит. В «Визжащей хижине». Но на следующий день комментарий был удален. Я перерыла весь интернет, чтобы найти упоминания об этом случае, но ничего не нашла. Такая деревня есть. И «Визжащая хижина». Но никаких упоминаний о монстрах. — Ну, люди могли скрыть правду, как мы, — пожал плечами Гарри. — Да, я тоже так подумала, — Гермиона глотнула шоколад и тепло растеклось по ее телу, мгновенно стало спокойно, словно они прогноз погоды обсуждают, а не убийства, — Но ведь мужчина почему-то упомянул эти места? Я подумала, вдруг он местный житель? Я хотела съездить туда, но не набралась храбрости. — И хорошо. Вдруг бы с тобой что-то случилось? Неизвестно где… — Со мной и случилось, — перебила она его. Поттер уставился на нее, не веря. — На меня напало то существо. Не собака. — Что… — Оно было худым, в темном облачении и под его капюшоном не было ничего, кроме зияющих пустотой глазниц. И рта, будто он кричит, но его крика не было слышно. Было холодно, и пусто от его присутствия. А еще у него костлявые руки с длинными острыми пальцами. Он обхватил ими меня и… Будто бы они оказались внутри меня. Я от ужаса не могла пошевелиться. Было так... страшно и так холодно. И так больно в груди. Я чувствовала, что умираю, что постепенно вся жизнь меня покидает. Я чувствовала это, Гарри, — слезы покатились из глаз, Гермиона всхлипнула, - Я не могу поверить, что он оставил меня в живых. Потому что мне казалось, что моя душа уже покинула меня. Гарри смотрел на нее, слегка приоткрыв рот, рука, с силой держащая кружку, побледнела. Он смотрел на девушку, по лице которой текли слезы, и в груди стало тесно, будто бы сердце его было готово выпрыгнуть от переполнивших его чувств. — Почему ты? — только и смог вымолвить он. — Я в тот день пошла в библиотеку. Я чувствовала, будто на меня постоянно кто-то смотрит, что кто-то наблюдает за мной.Но в последнее время у меня паранойя, поэтому я старалась задавить в себе это чувство. Я просматривала книги, где могло быть хоть какое-нибудь упоминание об этом существе. Я взяла одну из таких книг домой. Но сейчас ее нигде нет, а самое странное, что на мой читательский билет никаких книг и не было записано. А еще, — Гермиона потянулась к телефону, — Я сфотографировала несколько страниц из этой книги, но все фотографии пропали. Пропали фотографии, которые были сделаны мной в последние несколько недель. Кто-то подправил память моего телефона, — девушка стукнула рукой о стол, обернулась и вновь уставилась на Поттера, — я не знаю, что происходит, но это все точно не случайное стечение обстоятельств, — Она посмотрела на него, — Знаю, в это сложно поверить… Гарри кивнул. — Теперь я понимаю, почему ты в последнее время такая дерганная. Гермиона нахмурилась. — Я не дерганная. — Ты бегала от меня и Малфоя и не хотела говорить. Даже в чате не отвечала. Гермиона пожала плечами. Гарри вздохнул. — Нужно поговорить с Малфоем. Может… — Или может вообще ничего ему не говорить? — Гермиона вцепилась в свои волосы и чуть потянула пряди назад, пытаясь сосредоточится, — Что, если мы должны оставить все это в покое? Что, если нападением на меня намекнули, что копать не стоит, если жизнь дорога? Что, если мы не прекратим, а они нападут на наших близких? Родителей? Как мы будем с этим жить? — А как будем жить, если нападут на кого-то другого? Как будем жить со знанием, что мы могли это предотвратить, но не стали? Гермиона закрыла лицо руками. Она будто знала, что Поттер так и скажет. Он, в конце концов, всегда был альтруистом. — Хорошо, — она посмотрела на него и глаза Гермионы горели решимостью, — Допустим, мы найдем следы монстра. И даже узнаем, кто он, как его создали и кто. Что будем делать? Пойдем в Скотланд-Ярд? А нам там поверят? Что будем делать, если не поверят? Если решат, что мы спятили? Или что мы во всем замешаны, а теперь рисуем себе алиби? — Но ведь у нас будут доказательства… — Какие? Фотографии? А есть гарантия, что они не заберутся к тебе домой и не уничтожат их, как было со мной? Гарри вздохнул. — Стоит попытаться. — И я попыталась, — возразила девушка, — И куда это меня привело? Она обвела себя руками, намекая на укусы и ссадины, оставленные монстром. Гарри не ответил. Он молча разглядывал свой напиток и вскоре, попрощавшись ушел, оставив на сердце Гермионы беспокойство и печаль. — Это все неправильно, — сказал он, глядя себе под ноги и пошел, удаляясь все дальше от ее дома. Поттер был с ней не согласен. А значит, он попытается поговорить с Малфоем. Если они решат действовать, сможет ли она остаться в стороне? Сможет ли игнорировать правду? Гермиона поднялась в свою комнату и опустилась на кровать. Компьютер по-прежнему показывал страницу библиотеки, где красовалась надпись «книг на руках нет». Все казалось сном. Ее жизнь не могла быть такой сложной. Гермиона взяла в руки свое эссе по истории, но на сердце было неспокойно. Она представила, что именно то, что случилось с ней, с тем водителем и ребенком на дороге, что это произойдет с Невиллом, с Луной, с ее родителями. Что они будут одни на пустой улице, что они будут чувствовать холод, страх, а над ними будет нависать чудовище, которое медленно высосет из них жизнь своими длинными когтями и пустыми глазницами. Что его острые зубы будут впиваться в плоть, а их единственной мыслью будет отчаяние. Они будут надеяться на спасение, но оно не приедет. И никто не узнает. А что если жители той деревни знали о том монстре, но промолчали? Виноваты ли они в том, что напали на нее? Виновата ли Гермиона, что она молчит? Что она врет? Гермиона сжала листок в руке. Она спустилась по лестнице. Сквозь разросшийся под окном кустарник она увидела темные кудри. На лавочке возле дома сидел Поттер. Прошло минут десять, которые она потратила на раздумья, но он все еще ждал. Будто бы знал, что она передумает. Гермиона вышла на порог дома, все еще не до конца уверенная в своем решении. Он посмотрел на нее и поднялся. — Я, кажется, знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понять, что ты не позволишь этому произойти еще раз. — Альтруизм, кажется, не только твоя черта, — пожала плечами девушка, — Впрочем, — прошептала она, — как и глупость. — Что это? — взгляд Поттера упал на смятое в руках эссе по истории. — Черт, — Гермиона попыталась разгладить бумагу, но тщетно, — Придётся переписать. Она посмотрела на парня. Впервые она ощутила какую-то связь с другим человеком, благодаря, мрачной, покрытой вязкой неизвестностью, темной тайне.