Белое и черное

Он помнил, в тот день шел дождь. Его куртка намокла и скользила под руками, а за воротник то и дело затекали струйки воды с мокрых волос. Нос распух и покраснел, и он шмыгал им постоянно, пытаясь остановить предательский поток еще и оттуда. Вроде бы он бежал куда-то, наверное, опаздывал в Институт или на встречу, или за ним гнался безумный оборотень, отбившийся от стаи. Он только помнил, как проскальзывал под подошвами асфальт и разлетались вокруг грязные брызги из луж. Он поднимал голову вверх, и дождь сыпался на него сверху, словно полчище стрел. И именно в тот день он познакомился с Магнусом. В Аликанте было холодно. И почему-то пахло яблоками. Тем навязчивым едва уловимым запахом, который сводит с ума, пока ты не догадаешься, в чем дело. Низкое серое небо, казалось, накрывало статую Разиэля с головой, отчего вид у него был немного смешной. Будто бы кто-то пытался прикрыть его сверху длинной белой простыней. Алек дернул молнию на куртке, задрал воротник. Впереди тускло светились двери Зала Соглашений. Еще немного, и все решится. Он помнил, в тот день было мороз. И руки пощипывало от холода даже сквозь карманы. Он никак не мог попасть по кнопкам мобильника, чтобы отправить смс. Кажется, тогда впервые в тот год пошел снег. И Алек замер, прислонившись к ледяному столбу, и поднял голову вверх. Снежинки таяли у него на щеках, и на лбу, чуть покалывая кожу. И за белым не было видно ни неба, ни солнца, ни крыш. Только медленно падающие на него хлопья. И именно в тот день он познакомился с Магнусом. Они приходили по одному. Молча рассаживались, отодвигая кресла и опираясь локтями на полированную поверхность стола. Если взглянуть на них сверху, можно было увидеть там их отражения. Множество темных голов, словно плавающих в светлой прозрачной воде. Алек стоял во главе, высоко задрав подбородок. Впервые среди нефилимов он чувствовал себя так, будто именно сейчас ему придется здорово бороться за свою жизнь. Он помнил, в тот день было жарко. Как бывает только ранней осенью или поздней весной. Когда тепло кажется чем-то странным, словно вдруг оказавшийся сладким суп или демон, который вместо того, чтобы напасть, заявился с букетом роз. Они шли с Джейсом по Центральному парку. Кажется, они оказались там случайно, а, может, где-то около озера назначил встречу фейри. Алек снял куртку, перебросил через локоть, и поднял голову вверх. Шумела на деревьях листва, а яркое низкое солнце грело лицо. И именно тогда он впервые познакомился с Магнусом. Они задавали ему вопросы. Вопросы, на которые он не мог ответить. «Кто такой Магнус Бейн?» И тысяча ответов, из которых за короткое время нужно было выбрать всего лишь один. Наверное, они и не думали, что пытка уже началась. Из фонтана, стоящего по центру комнаты, выливались вверх тонкие струйки воды. Когда он был здесь в последний раз, они добивали до стеклянного потолка. Сейчас они едва-едва поднимались на несколько сантиметров. Казалось, будто русалка задыхается от бьющей из нее воды. На самом деле он совершенно не помнил тот день. Обрывки каких-то картинок, звуков и запахов крутились в его голове, словно полустертые сны. И он никак не мог собрать воедино ни один. И ему казалось, что если он не вспомнит, вот прямо сейчас, каким был тот день — было ли холодно, или жарко, шел ли дождь или светило солнце, то все. Они все продолжали спрашивать его, а Алек даже не пытался задуматься. Что толку, если скоро в его руки вложат меч смерти, и вот тогда все наконец начнется по-настоящему. Зала перед ним переливалась радужным светом. Солнце наконец-то показалось из-за облаков, и по лицам сидящих вокруг стола нефилимов разлились разноцветные отсветы с витражей. Завтра ему дадут в руки меч смерти. И он не сможет лгать. Зато сможет спросить себя: «Каким был тот день, когда он впервые встретил Магнуса» и точно знать — вот она правда.