stupid youth (or we are stupid?)

      Донён такой упрямый до невозможности. Бесит Тэёна больше всего на свете. И является его тайной слабостью и сильной зависимостью. Без него было бы куда скучнее жить. — Ну что тебе опять? — возмущенно вскрикивает Ли, выглядывая в окно, по которому уже не то что камушком — горстью камней кидали, чтобы привлечь внимание, направленное на книги. — Ты обещал дать мне лекции по социологии, помнишь? — Мне кинуть в тебя тетрадкой? — в шутку, но серьезно спрашивает Тэён. — Больной, что ли? Впусти меня. На улице прохладно, вообще-то!       Ли усмехается и идет к домофону, чтобы сразу по звонку открыть дверь, спросив издевательски: «кто там?» — Ты бы ещё в футболке вышел! Конечно, тебе холодно, мудила! — с порога причитает Тэён, рассматривая Донёна. Тот действительно с погодой не рассчитал, и красного свитера оказалось мало для плюс шести по Цельсию. — Дай мне лекции, и я уйду отсюда, чтобы не выслушивать тупые замечания. — Такие же тупые, как и ты! — едко усмехается Тэён, уходя вглубь квартиры. — Выпей чай, согрейся. Сдохнешь по дороге от холода, кто мне лекции вернет?       Донён закатывает глаза, но всё равно стягивает грязные кроссовки и идёт прямиком на кухню. Тэён наливает ему горячий чай с бергамотом, как тот любит, в пастельно-бирюзовую кружку с белой ручкой и выпирающей малиной на стенке и садится напротив, взяв свою чёрную кружку со «Звёздными войнами». — Почему тебя так долго не было на парах? — Болел, разве не очевидно? — Чем? — Гриппом. — Ты сейчас не заразен? Мне не придётся выбрасывать кружку? — С собой заберу! Нет, я выздоровел, всё нормально. Два месяца лечился.       Ещё немного разговаривают об учёбе и жизни. Тэён отдаёт толстые тетради с лекциями и идёт провожать до двери. — Когда перепишу, отдам. — Ты ку-ку? Там столько переписывать! Выучи по моим и не мучайся. — А ты? — Я знаю, что ты не можешь учить по фотографиям, а мне не привыкать. Я редко записываю за преподами. — Хорошо, — недоверчиво отвечает Ким, положив тетради в портфель, — спасибо. ____       Зима совсем без снега, только дожди, а от них лужи и слякоть. Но хотя бы не холодно — ниже девяти не опускается, единственная радость. От мокрого асфальта идёт лёгкая испарина. После пар очень здорово гулять по парку, если бы не грязь…       Они толкают друг друга плечами, пытаясь загнать в лужу, но пока ещё не получилось ни у кого. Потому что поддаются около больших, чтобы не пачкать джинсы и кроссовки. — Смотри, это ты! — говорит Ли, указывая пальцем на извивающегося на влажном асфальте дождевого червя. Донён закатывает глаза — это уже привычный жест рядом с Тэёном, но сразу же взглядом ищет, с чем бы сравнить его. — А ты вон там! — указывает на старого грязного голубя, еле перебирающего лапками и пытающегося склевать червей. — В плане, что я могу съесть тебя? — игриво произносит Ли, щелкнув зубами над его ухом. — Нет. В плане, что ты такой же потрёпанный и на тебя жалко смотреть. Ещё и больной к тому же.       Тэён обиженно толкает Кима, не рассчитав силу, и тот становится в лужу по щиколотку, пачкая синие кроссовки и светлые джинсы. По его взгляду Ли понимает, что лучше бежать, иначе его жизнь закончится в этой же луже. Нелепо и глупо.       Донён бежит за ним через весь парк, крича вслед оскорбления и обещания того, что он с ним сделает, когда поймает. А Тэёну смешно и до жути весело. Злой Донён — искусство. И Тэён любит, когда это искусство сотворяет он лично.       Ли забегает за дерево и бегает вокруг от Донёна, дразня и громко заливаясь смехом. Наконец, Ким его ловит и прижимает к дереву. Он до безумия устал гоняться, поэтому не спешит что-то делать — все силы уходят на тяжёлое дыхание и строгий взгляд. — Стирать… сам будешь! — наконец-то проговаривает он. — Да, конечно! — Ли пытается убрать его руку от своей ветровки, но хватка Донёна мёртвая, он не намерен отпускать. — Сейчас!       От приказного тона Тэёну уже не смешно. Он сглатывает, испуганно глядя в тёмные глаза, и кивает. Без лишних вопросов идёт за ним домой, чтобы стирать эти чёртовы джинсы.       И это был первый раз — когда внутри Тэёна что-то треснуло и появилось желание подчиниться. ____       Донён снова кидает в окна камешки. Кто-нибудь, пожалуйста, скажите ему о существовании телефона! Спасибо.       Тэён нехотя закрывает учебник и идёт к окну. Как обычно. — Чего тебе? — Мне скучно. Пошли в кино. — А вот ты знаешь, что иногда при реакции распада испускается мюонное нейтрино? — Если ты таким образом хочешь сказать, что с тобой скучнее, и отговорить меня, то у тебя не получится. Жду через пять минут.       Идея с фильмом занимательнее лептонов, поэтому Тэён соглашается, даже не спрашивая, что за фильм. — Если я завалю зачёт по квантовой физике, тебе конец! — Это твои проблемы. Было время выучить, тебе две недели дали. — Зануда, — Тэён закатывает глаза, и Донёну это почему-то не нравится. Он толкает его в плечо и снова строго смотрит. — Не закатывай глаза рядом со мной. Это моя прерогатива.       Внутри Тэёна что-то откололось на этот раз, и он чувствует себя как-то неважно, поэтому говорит тихое «извини» и опускает взгляд себе под ноги, сам удивляясь своему поведению.       Фильм какой-то не очень, но Донён смотрит, кажется, с интересом. Тэён вообще не в восторге от всяких там триллеров. Он по комедиям и мелодрамам, но о последнем никто не знает. До конца сеанса ещё час, а он уже жалеет, что зря не остался учить постулаты Бора и мезоны с барионами.       Из зала выходят с разными эмоциями — Тэён устал, а Донён в восторге. — Не понимаю, почему женщину стошнило, вроде отличная картина. — Там вскрыли человека. — В меде у патологоанатомов и не такое бывает. Я как-то пил кофе среди трупов бомжей в подвале. — Тебя никто не просил туда идти. — Чону просил. Ему нужно было дотащить труп до лаборатории, чтобы исследовать. Но я был голодный, поэтому решил времени не терять. — Постоянно в какую-то задницу попадаешь, Ким Донён.       Тут внезапно Донён хватает его за руку и притягивает на себя, а за спиной слышится гул и сигналы проезжающей машины. Сердцебиение отдаёт в ушах, а адреналин усиливает звук ударов, заглушая. Перед глазами начинает всё плыть, слышится звон, а потом взволнованное лицо Донёна напротив и его голос эхом. — Тэён! — слышится более отчетливо. Ли приходит в себя и наконец-то начинает подавать хоть какие-то признаки здравого ума. — При реакции распада испускается мюонное нейтрино… — Господи, ты меня напугал, — Донён прижимает его к себе, и Тэён чувствует его пульс, бьющийся, наверное, даже быстрее. — Смотри по сторонам, когда идёшь, кусок идиота! Что бы было, если бы ты сдох на моих глазах? Мне пришлось бы пить кофе с Чону уже около твоего трупа?       Он ещё много-много говорит и причитает, но Тэён не слышит его. Внутри него что-то окончательно сломалось. ____       Уже полчаса Ли игнорирует звонки и риск разбития окон камнями, которые на этот раз больше, чем предыдущие. Настойчиво заучивает цепные ядерные реакции для пересдачи. Но телефон всё продолжает настойчиво вибрировать и донимать его, а камнепад не прекращается.       Тэён демонстративно завешивает шторы и кладёт телефон под подушку. — Ядерной цепной реакцией называется реакция, в которой частицы, нейтроны, вызывающие её, образуются как продукты этой реакции, — как можно громче повторяет он определение, совсем не запоминающееся, ведь для него нет места в голове Тэёна сейчас. Или вообще никогда не будет. Телефон даже под подушкой раздражает, и Ли не выдерживает. — Что? — Открой окно, Тэён, давай поговорим. Пожалуйста. — И что изменится? — Прошу! Мне не нравится то, что происходит.       Тэён подходит к окну и отодвигает шторы, смотря на стоящего под ними Донёна с очередным камнем в руках. Хорошо, что он взял трубку — этот «малыш» точно бы пустил трещину по стеклу. Однако окна он всё же не открывает, смотрит сквозь них. — Слушаю тебя. — Я знаю, что нравлюсь тебе. Мне Джэхён сказал.       Тэёна обдаёт холодным потом, он чувствует себя никчемно и паршиво. Хочется запереться и плакать, бессмысленно повторяя определения из квантовой физики. — Это не повод меня избегать, ясно? Всё нормально. Я не буду тебя никак осуждать. — Мне тяжело рядом с тобой. — Зачем ты вообще скрывал это как-то? Я твой друг и не стал бы тебя из-за этого ненавидеть или что-то в этом роде. — Лучше бы просто ненавидел, чем пытался наладить со мной хорошие отношения. Отстань, мне больно… — Почему ты не думал, как больно мне, когда ты вот так избегаешь меня? — Это же совсем другое. — Нет, то же самое. Какой ты тупой, раз не видишь очевидного. Я в тебе не ошибался. Мозг как у голубя. — Дождевой червяк, — улыбается Ли, закусывая нижнюю губу. — Впусти меня уже к себе. Тут холодно. — Конечно, холодно. Ещё бы футболку надел, мудила.