Рыба в болоте

Проверка сетей утром — занятие привычное, неинтересное и необходимое, если хочется съесть на ужин что-то существеннее унылого супа с морковкой. Обычно за ночь в сеть попадало две — три рыбешки, которые либо потом сушились, либо елись за ужином. Так было всегда. Однако этим утром судьба решила изменить привычный порядок вещей. Идя по берегу, Данелла еще из леса заметила, что рядом сетью то ли лежит, то ли плавает что-то темное и большое. Как бы ей ни хотелось, чтобы это оказался сом или другая крупная рыба, она понимала, что это человек, хорошо, если не пьяный. Хотя какой пьяный заберется в эту глушь? С другой стороны, трезвому лезть сюда и в голову не придет. Она подошла ближе и картина немного прояснилась. Раненый мужчина. И даже живой. Склонившись, она бегло осмотрела его. Рана на руке плохая, плоть была рассечена до кости, на ноге кровила рана поменьше, менее глубокая и не внушающая опасений. Еще был порез на ладони, но это совсем чепуха. — Угораздило же пойти плавать с такой раной! Экий дурак.… Встать можете? Человек смотрел на нее осоловевшим взглядом синих глаз, изумленно моргал, но ничего не говорил. Недолго думая, Данни с трудом вытащила мужчину на сухую землю и кинулась за своими носилками. Обычно, ее саму вели к больному или же его приносили к ней. Но иногда случались подобные случаи. Маленькая тележка с крохотными колесами обычно служила для перевозки от двора к поленнице дров, но иногда на ней приходилось возить неходячих несчастных, которых недуг застиг неподалеку от дома Данни. Хотя этот случай стал уникальным, мужчина был тяжелее обычного. Не вечно голодный крестьянин и не тощий подросток, а рыцарь, вероятно с хорошим аппетитом. Данелла выбилась из сил, даже не пройдя половины пути. Тележка предательски скрипела. Периодически, Данни склонялась над мужчиной проверяя, жив ли. Удивительно, но жив. Рана на ноге начала кровить с новой силой, совсем окрасив перевязку багровым. Данни попыталась ускориться. Вот же досада, сеть наверняка испортил, еще кровью тут истечь хочет! Мужчина отреагировал на тряску и тихонько недовольно застонал, впрочем, он тут же потерял сознание. Мысленно Данни уже прикидывала, сколько сейчас всего придется сделать. Благо, ее домик был не так далеко. Завезя тележку аж в центр главной комнаты, девушка поняла, что сил затащить рыцаря на скамейку у нее точно не хватит. Придется прямо на полу. Хотя потом, если не умрет, придется все равно затаскивать его на кровать. Вздохнув, она стала искать пилу. Маковое молоко и вино уже были готовы. Она сама отрезала руку лишь раз, и то под присмотром отца, но тогда она хорошо справилась. Значит и теперь придется. Руку необходимо отрезать. От раны несло ужасно и будет хорошо, если он не умрет потом от заражения крови. Данни села на пол, разложив вокруг необходимое. Главное, ничего не забыть. Вино, маковое молоко, отвар крапивы, калины и тысячелистника — это должно остановить кровь, пила и нож, которым предстояло разрезать кожу и мышцы, иголка и нить. Рядом горела свечка. Девушка стащила с рыцаря куртку и рубашку, затем затянула ремень над раной. Расцепив сомкнутые челюсти, она влила в него приличную порцию макового молока, а через какое-то время кровоостанавливающий отвар. Дыхание стало ровнее. Пора. Она промыла рану сначала водой, а после вином. Разрезая кожу и мышцы, девушка старалась работать как можно ближе к краю раны, надеясь сохранить хотя бы часть руки ниже локтя. Рана находилась на ладонь ниже сустава, однако заражение уже началось. Когда она дошла до кости, то решила еще немного полить место среза вином. Вообще, отец всегда делал это в конце, но Данни предпочитала лишний раз подстраховаться. Пришло время пилы. Это была долгая и тяжелая работа. Кровь все же текла из его руки, заставляя пилу скользить там, где не следовало. Пот заливал глаза. Когда кость была почти распилена, мужчина начал приходить в себя, опять тихо постанывая. Данелла быстро залила ему в глотку остатки макового молока, и он снова стих. Ничего, еще козлом скакать будешь, если не умрешь. Момент, когда отрезанная часть тела безвольно отделялась от хозяина, всегда был пугающим, однако на размышления и испуги не было времени. В очередной раз она обработала вином руку. Подставив свечу ближе и нагрев на ней иголку, Данелла приступила к закрытию культи оставшимися кожными лоскутами. Кропотливая работа была сделана довольно скоро. Наложив заживляющую мазь, она перевязала обрубок. Затем снова дала рыцарю кровоостанавливающее, чтобы не так кровило, если он будет вертеться во сне. Благо ее кровать была низкой и перетащить его с тележки оказалось не сложно. Данелла надеялась, что это все не зря. Убедившись, что мужчина крепко спит, она поспешила к сетям. Нужно же узнать, каков улов и какие повреждения у сети. В ловушке оказалась приличного размера щука, хватит на пару дней. Каким чудом эта щука удержалась в сети — не ясно. Сама сеть печально порвалась аж в нескольких местах, а все из-за пенька, который зацепился за нее веткой. Придется чинить. Завернув рыбу в сеть, Данни побежала домой. Вдруг кто-то пришел? Или рыцарь очнулся. Зайдя в дом, она увидела, что мужчина по-прежнему спит. Видимо макового молока было достаточно. Хорошо, пусть спит, быстрее поправится. Отец всегда говорил, что больным надо больше спать: и мучаешься меньше и лечишься скорее. А ей еще необходимо разобрать травы, собранные вчера, подготовить грибы к сушке и вечером проверить силки. Глядишь, кролик попадется… Данни решила работать в той же комнате, где лежал раненый, так спокойнее. Втащив в комнату две больших корзины трав, она принялась за дело. Формируя одинаковые пучки из шалфея, обрезая корешки, она напевала давно забытую колыбельную, услышанную в далеком детстве. У ромашки были оторваны головки. Полынь изрезана и отправлена в большой холщовый мешочек. Крапива лишилась своих листьев, которые уже завтра станут отваром. Время от времени, Данни подбегала к спящему, когда ей казалось, что он не дышит. Но он дышал. Тихо и спокойно. До заката она еле успела пробежаться по местам, где были расставлены силки. Увы, всего один кролик. Бедолага видимо попался еще днем. С толикой жалости, Данни свернула ушастому шею. Дома она сняла с него шкуру и выпотрошила. Мясо было сразу положено в бочку, для засолки. Данни старалась экономить продукты, понимая, что лучше летом лишний раз поесть чего попроще, чем потом голодать зимой. Ведь кто знает, сколько эта зима продлится…