Рыба в болоте

Если раньше счастье Бриндена Талли заключалось в турнирах и битвах, смехе племянников и в способности быть полезным семье, то теперь к этому списку добавилась Данни. Маленькая, озорная и чертовски сильная девочка. Она доверчиво жалась к нему во сне, а он улыбался, как деревенский дурак и боялся пошевелиться. Уже не первую ночь она засыпала у него под боком. Правда не снимая платья и прочей одежды. Довольствуйся тем, что есть, старый дурак! Может, она просто боится тебе отказать? Впрочем, он не думал, что частые поцелуи ей были в тягость. Казалось, ей это даже нравилось. Да, Талли, в войне ты смыслишь больше, чем в девицах. Со временем проще не становилось, и понимать ее лучше он почти не научился. На каждую разгадку приходились две новые, еще более сложные загадки. Да Тайвин Ланнистер в сравнении с ней казался предсказуемым олухом! Например, рассказы о жизни в замке, турнирах и подобном ее совершенно не увлекали, хотя он считал, что девушек интересует подобная ерунда. Зато ей было интересно слушать о битвах, в которых он участвовал. К огромному его удивлению, Данни так же проявила огромный интерес к его шрамам. Несколько часов она тыкала пальцем в разные части его тела с вопросами: «А чем это? А это откуда? А кто зашивал? А больно?» Рассказы о ранениях, его или чужих, вообще немало веселили и забавляли девушку. Впрочем, как и информация о лечении этих самых ранений. Поэтому, когда Бринден через несколько дней насобирал у какого-то ручья маленький букетик из небольших желтых цветков, он сомневался — оценит ли такая серьезная и практичная девушка подобную глупость? Когда она вернулась из деревни, он решительно протянул ей цветы. Кто знает, вдруг этот маневр окажется верным? Девушка порозовела и осторожно взяла букет, понюхала его и кинулась на шею рыцарю. Кажется, битва выиграна. Еще одна победа. Талли каждый день откладывал разговор о возможном ее переезде в Риверран. Девушка была привязана к этому домику, да и его самого мучала чуть ли не головная боль от одной мысли о приезде в родной замок. Несомненно, его были бы рады видеть, но Данни… Маленькая отшельница. Эдмур, несомненно, стал бы за ней увиваться. Да и другие мужчины тоже, особенно если самого Бриндена не станет. Кейтилин вряд ли скоро вернется в Винтерфелл, поэтому тоже будет в Риверране. Ну, а о ее нелюбви к бастардам разве что песен еще не поют. Как бы то ни было, Данни так же не укрыться от злых языков, которые будут шипеть в спину, даже если он женится на ней. Если это помешает планам Робба, возникнет угроза ее жизни. Да и вассалы Талли подымут вой, если узнают о его неравной женитьбе. Тогда имеет ли смысл возвращаться, если Данни в любом случае окажется в опасности? Эх, Хостер бы только обрадовался, узнай он, что Бринден задумывает вступить в брак. Когда Данни видела его чрезмерную мрачную задумчивость, она подбегала и немного обнимала. Иногда даже целовала, будто от этого проблемы могли уйти. Талли корил себя, однако поддавался мимолетному счастью. Плевать, женаты они или нет, девица стала частью его семьи. Она спасла его старую шкуру, пробудила ранее спящие чувства, заставила жить, в конце концов — это дорогого стоит! Благочестивые мысли о семье и долге вышвыривались безжалостной природой, что заставляла тело реагировать на девушку соответственно. Озорная Данни ситуацию не улучшала. Дитя, она хоть понимает, по какому тонкому льду бегает? Когда очередная ночь скрыла домик во мраке, девушка уже привычно лежала рядом с ним на узкой кровати. Бриндена разрывало на части от возбуждения, а Данни хихикала и продолжала его дразнить невесомыми поцелуями. Она не стала останавливать его ни когда он поцеловал ее грубее обычного, ни когда стал снимать с нее платье, ни когда он сделал то, что исправить было невозможно. Девушка только тихо охнула, но оттолкнуть не пыталась. Утром вид яркого пятна на простыне привел его в ужас, зато Данни отреагировала на редкость спокойно. В какой-то момент, Бриндену начало казаться, что она хотела, чтобы это произошло. Как же сложно с женщинами… После этого их ночи, а иногда и дни, стали куда разнообразнее и уж точно приятнее, для них обоих. — Чего страдать, если можно сделать процесс приятным? Многие девушки мучаются, да мужья их мучают. А все почему? Дураки потому что, не знают ничего. — Данни снова смогла восхитить его. Бринден полностью доверял ей и когда речь шла о беременности. Она сама готовила себе лунный чай и Талли не волновался, что девушку настигнет участь стать матерью бастарда. Жизнь была удивительно спокойной. Даже в домашних делах ему скоро нашлось применение. Набирать и приносить воду, собирать овощи с миниатюрного огорода, проверять сеть и силки, помогать Данни таскать по лесу корзины, которые наполнялись травами, шишками и ягодами. Конечно, отсутствие руки замедляло многие действия, но сидеть без дела Талли не мог и не умел. Привычка находиться в движении и что-то делать была неискоренимой. Несмотря на всё спокойствие его нынешнего быта, Бринден отказывался терять бдительность. Меч болтался на бедре круглые сутки, напоминая о войне вокруг. Вскоре, однако, боги решили преподать рыцарю урок, напоминая о его пути воина, о его долге. Слишком долго он игнорировал внешний мир и свое имя. Данни вернулась из деревни раньше обычного. О новостях она обычно не говорила, да он и не спрашивал. Но не в этот раз. Весь вид девушки говорил о том, что ему не понравится услышанное. Растрёпанная, с нервным румянцем и испуганными глазами. Она совсем запыхалась, будто убегала от кого-то. Вначале ему хотелось прижать малышку к себе и успокоить. После ее рассказа успокаивать потребовалось уже его. Свадьба! Их всех убили на свадьбе! Такой подлости нельзя было ждать даже от Фрея и Болтона. Если верить слухам, Эдмур еще жив. Конечно, этим тварям нужен наследник Талли. Кет, ее сын, эта его жена Вестерлинг с родней, сотни северян и речников — убиты. Перерезаны за столами! Бринден чувствовал на щеках влагу, хотя ощущал только гнев и злобу. Ярость сменилась ненавистью к себе. Где был ты, Черная Рыба, пока убивали твою семью? Молодец, Талли. Бросил свой отряд, бросил семью, бросил свое королевство. Ради чего? Ради времени с этой девочкой, которой ты, возможно, сломал жизнь? К великому своему стыду, Бринден не сожалел о времени проведенном с Данни. Будь его воля, он жил бы здесь вечно. Данелла так же рассказала, что теперь Риверран пожалован Фреям, а Север — Болтону. Этого стоило ожидать. От всей этой истории разило старой львиной шкурой Тайвина. Проклятый делец все рассчитал. Ненавидеть себя поздно, нужно действовать. Бринден не мог больше оставаться здесь. Нужно вернуть Риверран, а там и до всего остального недалеко. Сейчас отвоевать замок, потом… Впервые за долгие годы, рыцарь понятия не имел, что делать потом. В первую очередь, надо все-же объявить себя живым. Собрать людей, благо за ним точно пойдут, и захватить замок. Потом дело за малым: вернуть Эдмура и искать помощи в Долине. Или раскачивать Речные земли, продолжать бороться. План был относительно хорош, но Данни… Теперь ее точно нельзя взять с собой. Пока что, она должна будет еще побыть здесь. Позже, он заберет ее. Только вернет Риверран и сразу вернется за ней. Сначала он наведается к Блэквуду, как к ближайшему территориально, а заодно и самому надежному знаменосцу. Теперь пора собираться.