Вечные шестнадцать

      Шум воды и закрытая дверь ванной не помешали чуткому слуху Адриана уловить три коротких глухих стука во входную дверь.       Он же просил ровно в девять. Ещё слишком рано. Он не успел не только по-быстрому сбежать из номера, но и нормально помыться. Ну ничего, сейчас он позабавится.       Агресту приходится вылезти из-под тёплого душа, наскоро обернуть полотенце вокруг бёдер и, едва не поскользнувшись по пути, прошлёпать мокрыми ногами по направлению к двери. Он приоткрывает её и лицом к лицу сталкивается с молодой сотрудницей отеля в униформе, в руках она держит поднос со свежим завтраком.       — Доброе утро, месье. Позволите?       Адриан прикладывает указательный палец к губам и произносит: «Тсс» — чтобы горничная ненароком не разбудила девушку, всё ещё спящую в номере. Распахнув настежь дверь, он обворожительно улыбается и принимает поднос из рук покрасневшей с головы до пят блондинки.       — Большое спасибо, мадемуазель. Дальше я справлюсь, — шепчет он, подмигивая женщине напротив.       Реакция на полуобнажённое прекрасно сложенное тело Агреста не заставила себя ждать: бедная горничная опустила глаза и, промямлив нечто невнятное в качестве извинения, тихо ретировалась.       Сама виновата: не стоило приходить раньше назначенного им времени. Не виноват же он, в самом деле, в том, что не успел накинуть халат.       Наскоро одевшись, он подходит к прикроватной тумбочке, берёт авторучку и, задумавшись, постукивает ею по верху тумбочки. В спешке придумав содержание записки, пишет:       «Приятного аппетита. Завтрак принесли раньше, чем ты просила, надеюсь, он не остыл. Ты была восхитительна. К сожалению, вынужден идти. Будет замечательно, если ты не станешь распространяться о нашей встрече…»       Эта наспех набросанная им записка не выглядела бы столь наиграно, вспомни он хотя бы имя девушки. Но хоть убей — в голове ни зацепки. Да ладно. Если он сейчас же не уедет отсюда, потом придётся выдумывать какие-то отговорки и оправдания. И хотя обе стороны заранее знали, что к утру их уже ничто связывать не будет, номер мобильного эта девушка у него бы точно спросила. Уж ему ли не знать.       Запрыгнув в ботинки, Адриан последний раз оборачивается назад, чтобы запечатлеть в памяти образ вчерашней спутницы, и уходит. Конечно, ему жаль покидать её. Ну, разве что совсем чуть-чуть, но жаль… Кому он врёт? Если даже имя запомнить не удосужился. А может, и вовсе не спросил. Да и неважно, на самом деле. В любом случае, эта девушка была не против такого расклада событий.       Дождавшись лифта, он заходит в кабину, и, как только захлопываются двери, из кармана его помятого пиджака пулей вылетает взъерошенный и недовольный чёрный квами. Утро добрым не бывает. Не успев сказать и слова, Плагг попадает в плен рук своего подопечного.       — Да, да, Плагг, ты голодный, а я засранец. Камамбера нет, дома будем — получишь. Не начинай даже, голова трещит, — устало проговаривает Агрест, крепко держа в руке чёрного прожорливого котёнка.       Тот, еле выбравшись, раздражённо бурчит в ответ:       — Пф, тоже мне знаток.       Адриан молчит, потому что знает, что предугадал реакцию квами. Но тот не теряется:       — А ты тот ещё Дон-Жуан, — довольный подобранным сравнением, протягивает Плагг, зная, что сейчас он позабавится желанием Агреста это оспорить.       — Я просил прийти не раньше девяти утра по просьбе… эм-м… той девушки.       — Сесиль. Её зовут Сесиль, — поучающим тоном докладывает котёнок и продолжает: — При всём желании ты бы успел одеться: в этих ваших дорогих отелях девчонка-горничная ждала бы тебя снаружи ещё как минимум полчаса после первого стука.       — Ну, иногда можно воспользоваться преимуществами своих внешних данных, — по-нуаровски ухмыляясь, протягивает Адриан.       Плагг хохочет на всю кабину лифта.       — Умо-ора! Всю ночь пользовался и всё равно никак не угомонишься. Думаю, она ещё долго не сможет без дрожи в руках развешивать эти полотенчики по душевым посетителей.       — Комплиментами меня одариваешь?       — Хм, признаешь всё-таки, что намеренно ввёл её в ступор? Настоящий Кот… Мало тебе вчерашней девицы?       — Это природное очарование, что же я могу поделать, — хвастается Адриан, соревнуясь с Плаггом в остроумии.       — Если бы у меня было столько сыра, сколько у тебя девок, даже я бы лопнул, слышишь? Я!       Двери лифта открылись, и Плаггу пришлось юркнуть в карман, не дождавшись ответного выпада со стороны обидевшегося на него Агреста.       Плагг не прав. Нет у него кучи девок. Безобидный флирт да редкие встречи. С которыми нужно заканчивать, однако. Прошлая ночь не принесла новых ощущений: не зря он хотел с этим завязать. Да и последний раз он так развлекался около полугода назад. Просто… Слишком уж трудно иногда справиться с потребностью в женской ласке.       Сев на заднее сидение автомобиля, Адриан окидывает взглядом салон: светло-бежевая кожаная обивка, идеально подстриженный затылок водителя, как всегда держащего идеально ровную осанку, ненавязчивая музыка и, конечно же, привычная вибрация смартфона в кармане. Мысленно он уже готов к предстоящим нотациям.       — Адриан? — сухой монотонный голос Габриэля одной фразой заставляет Агреста-младшего напрячься.       — Да, доброе утро, отец, — стараясь звучать как можно непринуждённее, отвечает Адриан.       — Думаю, ты понимаешь, зачем я звоню.       — Да, извини, что так вышло…       — Мы ведь обговаривали это, и не один раз. Не кажется ли тебе, что слишком молодому для таких кутежей человеку чересчур многое позволено? — чётко проговаривая каждое слово, спрашивает его отец.       — Думаю, иногда позволено. В качестве награды за упорный труд, — стараясь не выдать собственного волнения, отвечает сын.       — Никто и не спорит с этим, Адриан. Просто мне не нравится, что моя репутация страдает от твоих ночных похождений.       Сейчас спорить нельзя, иначе потом несдобровать, ведь сам сглупил.       Габриэль тем временем продолжает:       — Почему я должен лицезреть многочисленные фотографии, на которых мой сын снова ведёт какую-то девушку в отель? Почему ты позволяешь себе так наплевательски относиться к имиджу нашей семьи? Неужели не было других вариантов? Зачем выбирать те места, где тебя так легко заметить?       — Это больше не повторится.       — Год назад ты говорил точно так же. Скажи спасибо, что я не запрещаю тебе жить так, как вздумается, и заниматься тем, чем тебе хочется.       — Мне не пятнадцать, пап.       — Ты ещё молод, Адриан. И несмотря на это, я всё равно разговариваю с тобой как со зрелым человеком — уважай это. Будь добр: сделай так, чтобы мы больше не возвращались к этому вопросу, начиная с сегодняшнего дня.       — Обещаю, что следующего раза не будет.       — Замечательно. Повторюсь: веди свою личную жизнь подальше от глаз общественности, и тогда я не буду в неё вмешиваться.       — Да понял-понял. Приношу свои извинения. Впредь буду осторожнее.       — Впредь… — вторит ему отец, печально вздыхая, но затем, собравшись, договаривает мысль: — Меня напрягает твоё отношение к жизни.       — Я постараюсь тебя не напрягать.       Выждав паузу, будто намереваясь сказать нечто ему несвойственное, Габриэль холодно завершает разговор:       — Уж постарайся. Настоятельно прошу меня не расстраивать, помни, кто о тебе заботится, и не забывай о работе.       — Да, пока, пап.       — До встречи.       Разумеется, от него не ускользнуло волнение в голосе отца. Вряд ли он звонил чисто для того, чтобы напомнить об их договорённостях. Это был повод поговорить. Отношение к жизни? Кто бы говорил. Будто отец сам умеет жить как нормальный счастливый человек. Чего же он ждёт от сына?       Но Адриан согласен — нужно быть осторожнее. Что-то он утратил хватку и даже не подумал о месте поукромнее: это ж надо было додуматься повести её… Сесиль вроде бы… в люкс-апартаменты, где невозможно не засветиться перед папарацци.       Стоила ли прошлая ночь этого риска? Наверное, нет. Да, возможно, если тебе чуть больше двадцати — грех не воспользоваться всеми преимуществами богатой жизни и известности. Особенно, если вокруг столько красивых девушек. Можно ли это назвать несдержанностью? Скорее да, чем нет. Но он не бабник. Разгульная жизнь не для него, хотя послушать отца — так он вообще повеса.       Но Плагг и отец ошибаются: всё это видимость. Нет у него ни времени, ни желания таскаться за каждой юбкой. Просто всем нам иногда нужно сбросить напряжение. Особенно… Особенно, если тебе повезло так часто находиться в обществе самой прелестной девушки в Париже и вдобавок самой недоступной.       Однако это вопрос времени. Уж он постарается повлиять на её холодное отношение.       Мысли прерывает голос водителя:       — Месье Агрест, вы так улыбаетесь, будто что-то замышляете, — изумлённо произносит Ламар, видимо, заметивший в зеркале заднего вида его хитрую улыбку, появление которой Адриан не смог предотвратить.       — Хех, вы преувеличиваете, Ламар. Так… Просто вспомнился кое-кто.       — Искренне сочувствую этому человеку, — отвечает водитель шутливым тоном.       — Неужели я похож на того, кто способен выкинуть что-нибудь плохое?       — Ни в коем случае, — разубеждает Ламар Адриана и будничным голосом констатирует: — Мы приехали.       — Благодарю, тогда до вечера, — бросает Агрест напоследок, хлопнув дверью машины.       Что-то замышляет? Хм, если вспомнить все его адресованные Ледибаг шутки с подтекстом — возможно, он и вправду достоин таких слов. Ей-богу, не хуже Бражника.       Улыбаясь собственным мыслям, Адриан входит в пустую одинокую квартиру. Заходит на кухню, чтобы выпить лекарство от похмелья. Возможно, не напившись, он не полез бы в кровать с Сесиль. Отцу, видимо, есть за что считать его поступки незрелыми.       Запив таблетку и перекинувшись парой словечек с Плаггом, Адриан идёт к себе в комнату.       Взгляд невольно натыкается на жуткий бардак на письменном столе: разбросанные фломастеры, клей, цветная бумага… Будто кружок творчества в детском саду. Чего только не сделаешь ради внимания Леди. Если бы кто-нибудь застал Адриана Агреста за тем, как он сидел несколько часов кряду, корпя над цветными бумажками и придумывая весёлые фразочки, чтобы поздравить с днём рождения героиню Парижа, — его бы сочли сумасшедшим и упекли в психбольницу.       Она же оценила его подарок? Если нет, то придётся нелегко. Дай бог, чтобы она не выбросила те карточки. С одной стороны, может, и не следовало дарить ей подобное, но вдруг это хоть как-то откликнулось в её равнодушном сердце? Хоть как-нибудь её это затронуло? Ну, если пол-Парижа сходит с ума от одного вида его лица на рекламных стендах или от вида его тела в обтягивающем латексе, то… Неужели после стольких оказанных им знаков внимания. После стольких страстных взглядов, подаренных им ей за последние годы. Неужели даже одной клеточкой своего тела хотя бы на сотую долю секунды Леди не возжелала его?       Он поудобнее располагается на диване, чтобы вздремнуть перед вечерней фотосессией. Но сколько бы он ни пытался — сна ни в одном глазу. Самое время достать ноутбук и открыть архивы с фотографиями, артами, интервью и видео, связанными с жизнью парижских героев. У Адриана чересчур мало времени, чтобы часами любоваться фотографиями своей Леди, сделанными бегающими за ней толпами поклонников. И, конечно же, он не читает фанатских историй и не покупает атрибутику в красно-чёрных цветах. А ведь когда-то он и сам был таким. С тех времён и осталось столько материалов на флэшке.       Плагг, наевшись до отвала, уснул как нельзя кстати: теперь можно заняться тем, чего Агрест так долго хотел. Единственное из всего этого бесчисленного множества материалов о Ледибаг, на что он всё ещё готов тратить время, — то самое интервью. Давненько он его не включал.       Это самый лучший репортаж о нём и его напарнице за все годы их геройской жизни. Фантастическое видео, снятое его бывшей одноклассницей Альей Сезер на пару с её одногруппником из университета, которое они, видимо, сдавали в качестве проекта по учебной программе. За год своего существования видео стало настолько популярным в интернете, что набрало миллионы просмотров пользователей со всего мира. Героям тогда пришлось нелегко: они едва отбивались от фанатов, которых стало в разы больше. Алье и Эльрою эта работа обеспечила завидное будущее. Адриан смотрит это интервью далеко не первый раз, и неважно, что сам принимал в нём непосредственное участие.       Из динамиков доносится выученная им наизусть фраза:       «Сегодня я и мой верный товарищ Эльрой приоткроем завесу тайны жизни тех, кто уже пять лет верно защищает парижан от нападений акум».       Сзади Альи и Эльроя виднеются знакомые очертания парка неподалеку от центра Парижа.       Эльрой смотрит на часы и произносит в камеру:       «На этом самом месте уже через пять минут мы встретимся с Ледибаг и Котом Нуаром, а пока есть время — расскажем вам план сегодняшнего путешествия».       Алья садится на скамью, переводит взгляд на напарника и дополняет его слова:       «Наш репортаж будет необычным: мы не только поболтаем с кумирами о жизни, выведав у них всю подноготную…», — на этом моменте Сезер полушутя потирает ладони, намекая на то, что интервью будет крайне интересным.       Адриан смеётся от души — это видео стоит смотреть только для того, чтобы увидеть непомерное счастье на лице бывшей одноклассницы, которая так сильно увлекалась (и, скорее всего, до сих пор увлекается) Ледибаг и всем, что с ней связано.       Фразу подхватывает Эльрой: «…но и проведём по целому часу с каждым из них, гуляя по столице».       Подняв указательный палец вверх, Алья посвящает всех в подробности предстоящего мероприятия: «Специально для наших зрителей мы заранее организовали возможность задать героям вопросы. Самые интересные из них уже отобраны, поэтому желаем этим везунчикам вдвойне насладиться нашей прогулкой».       Переведя камеру на себя, Эльрой демонстрирует изумление зрителям, а затем кадр перемещается на парковую аллею. Алья вскакивает со скамьи и с широченной улыбкой на лице произносит:       «А вот и наша героиня!»       Коснувшись экрана пальцем, Адриан ставит видео на паузу, морально подготавливаясь к просмотру одного из самых любимых отрывков этого фантастического ролика. Эльрой и Алья оказались не только хорошими журналистами, но и талантливыми операторами, что сыграло на руку Агресту. Наконец, он продолжает просмотр.       Изящно держа в руках леску йо-йо, Ледибаг мягко приземляется и машет рукой, приветствуя молодых журналистов.       Он останавливает кадр, чтобы полюбоваться своей напарницей.       Плавные движения, уверенная поступь и… Да, она нечаянно споткнулась о камень, когда ступила на дорожку, но это тоже по-своему очаровательно. На миг каждый зритель смог увидеть, что из себя представляет всем знакомая Ледибаг на самом деле. К счастью, она не упала, а лишь неуклюже качнулась и теперь направлялась к скамье. Подул лёгкий ветерок и растрепал её чёлку, Леди убрала прядь тёмных волос за ухо и улыбнулась краешком губ в камеру. Бесподобно… Видимо, он сумасшедший, раз способен так упиваться при виде походки своей напарницы.       Да, он видит её несколько раз в неделю, да, он бок о бок сражается с ней в битвах, да, летом он часто сидит с ней на пыльных крышах парижских зданий достаточно близко для того, чтобы любоваться своей ненаглядной Леди… Но это не то же самое.       Здесь он волен пересматривать любимые моменты десятки раз, останавливаясь на тех кадрах, на которых пожелает. Он представил, что было бы, если бы на одном из патрулей он командовал, как Ледибаг должна повернуться, что ей, пожалуй, не помешало бы отойти назад, подойти поближе или постоять несколько секунд, чтобы он мог налюбоваться ею вдоволь. Адриан инстинктивно потёр макушку, представляя удар йо-йо по своей голове за такие наглые взгляды в сторону напарницы. Вот почему он не видит в своей одержимости ничего странного. Ну, разве что немного, совсем чуть-чуть.       В следующем кадре Адриан замечает самого себя в чёрном костюме и перематывает интервью, которое знает наизусть, пропускает добрую половину видео, где он и Сезер ходили по столице, ели мороженое и разговаривали обо всём на свете… Ему понравилось проводить так время: интервью, которые он даёт модным изданиям и на разных телешоу, никогда не отличались непринуждённостью и дружелюбной атмосферой.       Он останавливает запись на том моменте, когда Ледибаг и Алья присели на траву передохнуть, а Эльрой — напротив. С удачно подобранного им ракурса видны обе девушки. Защитница Парижа, румяная от быстрого бега и прыжков, которые так умоляла её продемонстрировать Алья, сидит напротив объектива, вытянув ноги вперёд. Её вздымающаяся грудь, голубые глаза и развевающиеся на ветру волосы оказывают поразительное действие на Адриана даже после сотого просмотра этого видео. Она ведь просто сидит в расслабленной позе, изредка переводя взгляд с Альи на зрителя, а он уже нервно сглатывает. Вероятно, только он один так помешан на своей Леди.       Комментарии пользователей доказывают обратное: многие сходят по ней с ума. Она и вправду просто потрясающе выглядит в кадре: стройный силуэт, блестящий спандекс, обтягивающий где нужно, охваченные леской йо-йо бёдра.       Иногда во время патрулей, когда он заглядывается на неё, Коту так и хочется оттянуть когтём эту треклятую леску как можно дальше и отпустить, чтобы леска звонко шлепнула по бедру, обтянутому красным в чёрную точку материалом, а Леди вздрогнула бы от неожиданности происходящего. Это так заводит.       Она улыбается в камеру, и каждый раз, пересматривая этот момент, Адриан останавливает кадр не только для того, чтобы полюбоваться этой лучезарной живой улыбкой, но и потому что сердце замирает при виде её эмоций. Она просто сногсшибательна! Улыбается так, что, не лежи он сейчас на диване, начал бы шататься. Он совсем не преувеличивает, ведь такой улыбкой Леди редко одаривает его. Вот почему пересматривать этот момент по сто раз — бесценно. Интересно, что так Леди улыбнулась на камеру после того, как Алья спросила:       «Ледибаг, следующий вопрос от одного из фанатов: что для тебя самое дорогое в жизни?»       Вот. На этом моменте она, прикрыв глаза от солнца рукой, задумалась о чём-то на секунду и искренне произнесла:       «Думаю, это очевидно. Что может быть дороже дружбы, правда?» — её голос отзывается теплом в душе.       Будто бы она раскрыла ему какую-то тайну о себе. Нет, слова, казалось бы, самые что ни на есть обычные — всем известная истина. Но то, как она это преподносит… Смотрит в объектив, заглядывая зрителю в душу. Говорит бодро, желая донести до всего мира, что у неё есть друзья и близкие, что дружба для неё, а значит, и для всех остальных — не просто слово.       Далее кадр снова снимает её крупным планом. Алья уточняет: «Много ли друзей у героини Парижа?»       «Нет, всего двое. Но дороже них для меня никого нет», — отвечает Леди уже немного тише и почему-то задерживает свой взгляд на Алье дольше положенного.       Помнится, он спросил у неё, кто же эти друзья, а она засмеялась. Легко и звонко. А потом назвала его глупым Котом.       Адриан проматывает очередную часть видеозаписи, содержание которой тоже помнит как свои пять пальцев. Любимые еда и музыка его Леди, её досуг, планы на будущее. Благодаря этому интервью он знает, что она творческая личность и любит рок-музыку. Если бы не Алья, он, возможно, так и не осознал бы, что его любимая Багибу на самом деле простая девушка, которая не мнит о себе невесть что, а живёт и довольствуется жизнью, как и любая другая молодая парижанка. После этих слов он стал ещё больше дорожить ею.       Всего за один час журналисты-студенты смогли раскрыть парижанам очень многое о героях, не затронув при этом подробностей их жизней, личностей или отношений между ними. Наверное, именно поэтому Сезер сумела расположить к себе и его самого, и Ледибаг.       А вот и самая любимая часть Адриана: здесь Эльрой включил какую-то композицию по просьбе одного из фанатов, и они с Альей издалека засняли импровизированный танец Леди, который вблизи она, видимо, постеснялась исполнить.       Две минуты незатейливой мелодии. Простые движения и парочка акробатических трюков с йо-йо. Она танцует и смеётся одновременно с журналистами. Танцует так, что его дыхание до сих пор учащается при просмотре этого момента. Движения, которые можно увидеть в исполнении множества девушек на концертах и дискотеках. Согнув руки в локтях, она двигает плечами в такт музыке. Поворот вокруг себя на носочках. Как балерина. Прогиб в талии или грациозный поворот головы, стойка на руках или завершающий это представление шпагат не преследуют цель удивить кого-нибудь своей оригинальностью или красотой движения. Нет. Танец Леди исполнила в шутку, кое-где кривляясь и махая руками в камеру. Просто… Просто она так ловко проделала всё это. Видно, что она наслаждалась моментом, дурачась вместе со зрителями. Была лишь самой собой: очаровательной и непосредственной.       Но даже так Адриан сумел заметить манящую плавность движений, аккуратные, но такие соблазнительные изгибы подтянутого тела, взмахи изящных рук и ритмичную поступь ног. Он не против, чтобы они вдвоём так же дурачились на краю Парижа в каком-нибудь забытом богом ресторанчике, чтобы их разгорячённые танцем тела иногда нечаянно соприкасались друг с другом, чтобы притяжение между ними росло, а мелодия не кончалась.       Зачем она так с ним? Жестокая в своей беспечности. Её неосознанность собственной притягательности лишь добавляет масла в огонь. Для Леди быть упоительно прекрасной, эффектной и при этом беззаботной — естественно как дышать.

***

Yann Tiersen — Le Moulin

      Вечная суматоха городской жизни и нескончаемая череда рабочих будней могут любого романтика превратить в равнодушного к красотам природы человека. И всё же Адриан вполне может назвать себя романтиком. Он осознаёт это именно в такие минуты. Иногда щемящая душу тоска по прекрасному и далёкому одолевает его внезапно. Дыхание ночного Парижа, окутывающее их с Леди вдвоём на патрулях. Или пробирающий до костей холодный ливень, смешивающийся с пылью асфальта осенним днём, когда он спешит на работу. Или закат, которым он невольно залюбовался, сидя здесь на берегу озера, отражающего медленно плывущие облака, так и манящего прикоснуться к блестящей глади воды. Едва слышимый шелест листьев деревьев по ту сторону водоёма, пение птиц, дурманящий запах лета заставляют его вдохнуть полной грудью, помогая освежиться после долгого рабочего дня.       Иногда ему везёт с местом проведения фотосъёмок. Сегодня как раз один из таких дней: совсем недавно закончилась фотосессия в честь новой свадебной коллекции одного из модных домов. Он остался здесь, на месте съёмок, в местечке Бют-Шомон*. Это место славится своим потрясающим видом. Великолепная сцена Храма Любви, расположенного по ту сторону озера в густой листве деревьев, навевает мысли о далёких временах, когда молодые виконты и маркизы приводили сюда своих дам прогуляться на свежем воздухе.       Время будто не властно над этим островом. В отличие от города, где почти на каждом углу проложены автомобильные трассы, стоят современные постройки и прочие атрибуты современного мегаполиса. Адриан устал. Хочется вырваться куда-нибудь, вновь почувствовать себя живым. Подальше от модных домов, фотосессий, отца, назойливого общества «сильных мира сего». Взять бы с собой драгоценную Леди да унести на руках далеко-далеко в какой-нибудь оазис, спрятав ото всех: от Бражника, акум, приставучих журналистов и поклонников. Но куда же он её унесёт? Насильно ведь мил не будешь.       Адриан горько усмехается. Даже сидя здесь в окружении лучей предзакатного солнца, криков пролетающих птиц и потоков свежего летнего воздуха, он умудряется расстроиться. Причина проста: романтика старой архитектуры и живописность острова Иль-де-Рёйи* создают особую атмосферу, так полюбившуюся парочкам, приходящим сюда за новыми впечатлениями. Несмотря на будний день и то, что это окраина города, всё равно нашлось двое молодых людей, устроивших здесь свидание.       В ста метрах от места, где отдыхает Агрест, пришвартованы лодки, на которых можно переплыть на другую сторону озера непосредственно к Храму Любви. Вечером здесь мало людей, и трудно не заметить парочку, желающую перебраться на остров. Проходя мимо несколько часов назад, Адриан заметил, что у каждой лодки есть имя, наверное, на случай, если влюблённые захотят выбрать наиболее подходящую. Он бы мог назвать это слишком слащавым. Тогда от чего же его настроение так испортилось при виде счастливых парня и девушки? Зачем лукавить — он хотел быть оказаться здесь посетителем и сопровождать свою любимую.       Невольно Адриан во всей красе представил, как бережно придерживает за руку Леди, ножка которой аккуратно ступает на покачивающийся борт деревянной лодки, а потом она держится за его плечи, чтобы не упасть. Он крадёт её поцелуй и, подняв на руки, сажает в лодку. Кто бы помог подумать, что принимаемый всеми за Казанову Адриан Агрест, а по совместительству не менее уверенный в себе Кот Нуар, столь сентиментален?       Смотреть на этих двух и вправду невыносимо. Счастливые парочки всегда раздражают его искренностью чувств, сквозящей в их эмоциях и движениях. Зависть мешает спокойно воспринимать происходящее. Адриан тоже хочет быть таким. Счастливым, восхищённым и беззаботным. Как эти парочки. Вот только как бы он ни пытался, почему-то у него так и не получилось почувствовать нечто особенное к тем девушкам, с которыми проводил время.       Хотя вспомнилась одна. Пару лет назад он совершенно случайно пересёкся в городе с бывшей сокурсницей по фехтованию. С Кагами было интересно: им было что обсудить, куда сходить и чем заняться. Очень уж она ему нравилась. Наверное, это единственная девушка, которую он подпустил к себе настолько близко. Адриан хоть и чувствительный, но всегда считал себя реалистом.       Будучи подростком, Кот Нуар всё же осмелился подойти к Ледибаг и рассказать о своей любви. Наверное, сказав больше, чем следовало, он её спугнул. Тогда Адриан, конечно, сильно расстроился, а потом привил себе мысль, что любовь — это сказки, придуманные для того, чтобы жизнь имела хоть какой-то смысл. После этого он был твёрдо уверен: люди преувеличивают значение любви, возвышая её до небес и считая даром. На самом деле глубокое чувство зарождается из простой симпатии, потом растёт с каждым годом, и вы строите доверительные отношения, не считая ссоры признаком того, что вы ошиблись с так называемой «второй половинкой». Он был готов строить. Искал кого-то в своём вкусе, кого-нибудь, с кем будет нескучно, кого-нибудь, кого бы он уважал, того, к кому бы хотелось возвращаться. Ею и оказалась Кагами. Вот только…       Очередной патруль с Леди — и Кагами уже не казалась такой исключительной. Разве можно быть настолько безнадёжным? Придержать Леди за талию в полёте с крыши на крышу во время битвы по ощущениям ничем не уступало страстному поцелую с собственной девушкой. Однажды Кот снова легкомысленно бросился прикрывать свою напарницу, и она так распереживалась, что кинулась к нему в объятия после сражения. Вот тогда он прочувствовал… Не познал разумом, но ощутил сердцем, что значит страсть и глубокое чувство. Не симпатия, а нечто затаённое глубоко в душе, слишком интимное, чтобы он был способен выразить это словами. Всего пары минут в обнимку с Ледибаг хватило для того, чтобы почувствовать себя будто… Изменщиком что ли. Да и на что ему синица в руке, если есть божья коровка в небе?       И уже потом он пришёл к выводу, что Кагами ему не нравилась. Эта девушка была похожа на неё… Вот тогда Нуар окончательно запутался. Всё-таки любовь существовала? Но разве не должно такое сильное чувство быть взаимным? Пришлось отпустить ситуацию и признать, что все его попытки рационально воспринимать своё влечение к Леди и быть реалистом с треском провалились.       Незаметно подкравшиеся сумерки и ветер, пробирающий насквозь, заставляют его подняться с земли и направиться в сторону автомобиля, который увезёт его назад в пыльный, шумный, поднадоевший Париж. Задержаться бы здесь подольше, но его ждут. Не скажет же он своим приятелям, что не сможет пойти с ними развеяться, потому что ни с того ни с сего залюбовался закатом и забылся, размышляя на тему любви и отношений.

***

      Зачем он пошёл? Обещание есть обещание, но Адриан предпочёл бы выслушивать нытьё и шутки Плагга дома, чем сидеть здесь в компании Ноэля и Трея. Дело не в том, что с ними некомфортно или скучно, дело в их спутницах. Ребята любят заходить в различные VIP-бары, где всегда можно встретить одиноких девушек, желающих познакомиться. Адриану не нравится чересчур заинтересованный взгляд рыжей незнакомки, сидящей между ним и Треем. Он потянулся к стакану с напитком и, делая глоток, заметил, как она подмигнула ему.       Что делать? Трей однозначно имеет виды на эту дамочку. Адриану же всё равно, он устал от напряжённого рабочего дня, уже полночь, и хочется домой. Но ведь они здесь всего полчаса. Зачем обламывать приятелю хороший вечер? Сказав, что желает сходить за ещё одной порцией виски с колой, он отходит к барной стойке.       Свет фиолетовых ламп, зеркало позади бармена, в котором отражается его подуставшее лицо, и долбящая по ушам музыка создают мрачноватую атмосферу. Современные питейные заведения, даже весьма дорогие, не всегда имеют приятную обстановку. Но, очевидно, его друзьям это никак не мешает отлично проводить время в компании тех двух девушек. Адриан сделал ещё глоток и, подперев голову левой рукой, завёл будничный разговор с барменом то ли о погоде, то ли о музыке.       Звонко хлопнув ладонью по столешнице барной стойки, Ноэль склоняется к Адриану и внимательно разглядывает его несколько секунд. Странный взгляд. Вдруг он, понимающе вздохнув, произносит:       — Знаешь, Агрест, иногда мне кажется, что сколько ни вытаскивай тебя из твоих размышлений и сколько ни развлекай — ты всё равно будешь таким.       Адриан лишь вопросительно поднял бровь, взглянув на приятеля. Тот, отпив виски из стакана, продолжает:       — Хм, как бы сказать. Ты популярен, общителен, душа нашей компании, мечта всех девушек, — на этом слове он указал взглядом на столик, за которым они оба сидели пять минут назад, видимо, намекая на провал Трея, потому что девушка увлеклась Адрианом, — но при этом… Ты будто бы замкнулся в себе, знаешь. Уходишь от внешнего мира, хотя вроде и сидишь рядом, и порой ты даже в процессе разговора думаешь о чём-то постороннем.       — В себя ухожу? Разве я похож на интроверта? — слегка изумившись, спрашивает Адриан.       — Н-нет… Я не об этом. А о том, что ты вечно находишься в своих размышлениях. Выпадаешь из пространства, понимаешь? Будто хочешь отключиться от всего, что происходит вокруг.       Ноэль замолк, но Адриан не знает, что ответить, потому что по сути всё, что он сейчас услышал, похоже на правду. Тогда тот продолжает мысль:       — Ты извини, я чисто ради интереса. Как воспринимать — твоё дело. Но разве люди, довольные своей жизнью, ведут себя так? Нет… Я понимаю, что у каждого бывают взлёты и падения, но ведь не первый месяц уже.       — Не сказал бы, что у меня есть проблемы, — уклончиво отвечая, улыбается Адриан волнующемуся за него другу.       — Да, извини, что тему затронул. Просто нечасто встречаю таких занятных людей, как ты.       — Уж какой есть, прости, — шутливо протягивает Адриан.       Немного смущаясь, Ноэль хлопает того по плечу и сообщает:       — Ну, вернусь-ка к нашим девчонкам, а то Трей сейчас взбесится.       Адриан лишь небрежно отсалютовал тому на прощание.       Ноэль — фотограф, с которым Агрест-младший работает рука об руку уже несколько лет. Он хороший парень, чувствующий настроение других. Он понимает, когда пора остановить разговор или вовсе оставить его одного, осознавая, где находятся личные границы. Приятно работать с такими людьми.       Ревность в глазах второго парня, Трея, который сам по себе довольно импульсивен, не ускользнула от Адриана. Видимо, приятель завидует его популярности у женского пола. В такие моменты хочется сбросить с себя клеймо «воплощения женских мечтаний». Почему Трей вообще ревнует новоиспечённую знакомую к своему коллеге? Они знакомы не больше часа.       Вот ревновать Леди — другое дело. Он знает, что чувство собственничества не есть хорошо, но всё равно ревнует её к каждому встречному. А ведь Ледибаг ему просто напарница… Коллега… Если подумать, несмотря на то что точного возраста своей Леди он не знает, она ему когда-то сказала, что они ровесники, а он точно упоминал, что ему семнадцать и он заканчивает лицей. Значит, она сейчас вполне может проводить время в компании какого-нибудь парня или мужчины. Которому позволено её обнимать, когда вздумается, пробовать её губы на вкус, зажимать её в углу своей прихожей или пробегаться пальцами вдоль её бедра.       Адриан с громким стуком ставит стеклянный стакан на столешницу барной стойки.       Невыносимо. А если она тоже экспериментирует с отношениями, как и он? Вдруг у неё уже есть кто-то посерьёзнее? Вдруг прямо сейчас, пока он прозябает в этом скучном месте, она греется под душем вместе с каким-нибудь парнем, который сжимает её в своих объятиях, а её щёки пылают от смущения и возбуждения при нахождении рядом с ним? Брр… Лучше не распалять собственное воображение. Но как же хочется оказаться на его месте.       Вспомнились слова вредного, но в редких случаях мудрого чёрного квами о том, что тот, кто тратит своё время на других, ревновать не имеет права. Иначе несправедливо выходит. А ведь она когда-нибудь обязательно встретит кого-то, с кем захочет провести свою жизнь, а потом выйдет замуж, пусть не скоро, но всё же выйдет… И ему будет больно. Очень больно, Адриан это знает. Так почему он вообще продолжает встречаться с теми, чьих имён уже не помнит?       Наверное, потому, что сдерживать рвущееся наружу несгораемое желание, мятежное и безотчётное, становится всё труднее. В баре включается красный свет, под стать его беспокойно роящимся в голове мыслям. Настало время дискотеки для посетителей, а для Агреста — время, наконец, покинуть это место.

***

      Только Адриан переступил через порог квартиры, как не менее вымотанный Плагг решил в отместку за тяжёлый день завести свою шарманку:       — Ну что, подцепил кого-нибудь? — спрашивает квами, смакуя каждое слово.       — И не собирался, — бросает Адриан, небрежно снимая тугой галстук и откидывая его в сторону.       — Какой ты унылый. Раньше было интереснее наблюдать за тобой.       — Ну, извините, что не устраиваю тут реалити-шоу для того, чтобы тебя веселить, — саркастично отвечает Агрест.       — Зато сейчас бы не сидел тут один, а чем-нибудь весёленьким занимался.       — Перестань утрировать. Мне просто нужно поспать. И я решил завязать со всеми этими похождениями, — унылым голосом проговаривает хозяин квартиры, наконец, откинувшись в кресле. Об этом он грезил последние полчаса.       Чёрный летающий котёнок смотрит на своего подопечного неверящим взглядом, но, сдавшись, оставляет того в покое, улавливая серьёзный тон голоса. Считай Нуар это дело таким безнадёжным, не стал бы оказывать столько внимания этой Ледибаг, с которой так носится в последнее время.

***

      Первый за долгое время совместный патруль. Напряжённые выходные, которые на самом деле были рабочими, можно считать, окупились. Кот Нуар и Ледибаг осматривают Париж в поисках необычных инцидентов.       Автомобильная авария на одном из перекрёстков. После вызова скорой помощи пострадавшему и успокаивания его матери Ледибаг пришлось отлучиться в аптеку неподалёку: в вечер понедельника в столице пробки, и как скоро подъедет неотложка — неизвестно. Нуар ждёт уже семь минут, а её всё нет и нет. Отсюда же рукой подать! А с её способом передвижения она бы мигом управилась. Вдруг что-то случилось?       Кот решает быстро пробежаться до аптеки и посмотреть, почему напарница так задерживается. Едва выйдя из-за угла, он замечает знакомую фигуру: держа в руке пакет с необходимыми пострадавшему медикаментами, она почему-то не двигается с места. Леди молча стоит перед витриной аптечного киоска и изумлённо смотрит на собственное отражение. Не секунду, не две, не три, а будто целую вечность.