Ветер над Рекой

«Интересно я уже умерла?» — колыхнулась одинокая мысль. Я не понимала нигде я, ни что произошло. Я не ощущала собственного тела и, тем более, не могла пошевелиться. Кажется, было тепло. В лицо бил яркий свет, вызывая перед глазами странные пятна. Темные, светлые. Некоторое время они танцевали, выстраиваясь в замысловатые узоры и формы. Сознание лениво дорисовывало их, придавая знакомые черты, взывая к дремлющей памяти. Неожиданно из сияющего Ничто появился ветер. Прохладное дуновение облизнуло кожу, нежно коснулось волос и защекотало в носу легким запахом дыма. Глаза распахнулись сами, позволяя солнечному свету обжечь себя. Брызнули слезы, и я часто заморгала. Небо было удивительно синим и чистым. Светило стояло высоко, равнодушно взирая с высоты на распростершееся тело. Лишь ветерок продолжал щекотать меня, словно поторапливая. Далеко не сразу я поняла, что лежу на песчаном пляже. Отчего-то странно было ощущать под собой твердую землю, но понимание приходить не торопилось. У моих ног плескалась река. Заглядывая в ее глубину, волшебная синева любовалась собственным отражением, едва-едва нарушаемым мелкой рябью. Я жива? Словно в подтверждение, пробудилась боль, расползаясь огнем по правому бедру. Вслед за ней в памяти вспыхнули картины недавнего прошлого. Междустенье, грязная вода, тьма… Я попыталась сесть, отчего боль вспыхнула так, что потемнело в глазах. Но я заставила себя стиснуть зубы и даже зажать руками рот, внезапно понимая — я снаружи! Выгнувшись, насколько хватало мне гибкости, я огляделась. За песчаной полосой всего нескольких метрах от меня раскинула ветви молодая роща. Листва уже окрасилась в золото и начала опадать. Дальше между стволов угадывались какие-то постройки. Влево от меня берег словно уходил в бесконечность. Иногда к воде выступали покинутые здания, иногда они скромно прятались за растительностью. По правую от меня руку берег изгибался, открывая вид на серую громаду. Я видела Оплот со стороны впервые, и это мне вовсе не нравилось, как не нравилось знакомое рычание где-то совсем неподалеку… Я словно вернулась в прошлое, в день, когда мое глупое желание едва не лишило меня жизни. Тот случай ничему меня не научил и меньше чем через месяц, я умудрилась попасть в передрягу похлеще. Я не смогла встать на ноги. Потому, скрепя зубами и до крови кусая губы, в попытках сдержать стоны, я каким-то чудом доползла до заброшенных зданий за рощей. На улице за углом слышались шаркающие шаги и сильно пахло гнилью. Трясясь от страха и боли, я заползла в первую попавшуюся дверь. Хотелось кричать и плакать, звать на помощь, но я лишь зажимала руками рот и обливалась слезами. Звук отстукивающих чечетку зубов казался мне раскатами грома, которые вот-вот услышит одно из чудовищ и придет за мной. Умирать я не хотела. Несмотря на весь ужас происходящего со мной, несмотря на страшную боль и внезапно усилившийся озноб. Осознав, что меня лихорадит и пот льется рекой, я снова попыталась ползти. О подъеме на второй этаж и речи быть не могло, но… Кажется, я добралась до спальни… По крайней мере, деревянные обломки посередине напоминали каркас кровати. Небольшое окно скалилось разбитыми стеклами, смеясь надо моими усилиями. Голоса мертвых слышались тут куда громче, чем снаружи, а значит, все зря… Я проснулась и резко вскинула голову. Свет из спальни постепенно угасал, создавая жуткие тени. Унитаз и разбитая раковина светлым пятном привлекали взгляд, когда смотреть я должна была совсем не туда. Моим убежищем стала обычная ванная. Гладкая эмалированная поверхность приятно холодила кожу, стоило мне хоть немного пошевелиться, а значит, жар еще не прошёл. Тишину нарушало лишь мое сбивчивое дыхание и поскрипывание распахнутой двери. На сквозняке едва-едва колыхалась целлофановая шторка — единственное, что могло укрыть меня от хищного взгляда мертвецов, загляни они в это здание. Воспоминание о хозяевах внешнего мира, заставило меня торопливо улечься обратно и крепко сжать игрушечную обезьянку — подарок Такеды. Наверное, узнай об этом кто-то до случившегося, меня подняли бы на смех. Ведь с некоторых пор я взяла за привычку всегда и всюду носить с собой самое ценное. Ценное не всегда полезное. Вытряхивая содержимое в поисках бутылки воды, я нашла внутри и фотографию родных и даже форму для хлеба, подаренную Дэйном. Слишком сентиментально. Хорошо, что одна пластиковая бутылка все же была в рюкзаке. Это позволит мне продержаться еще немного и прийти в себя. И все же игрушка меня успокаивала. Прижимаясь к рыжему боку, я могла ненадолго погрузиться в мысли о дядюшке. Я надеялась, что мое отсутствие он уже заметил. Что небольшой отряд с ним во главе уже прочесывает окрестности Оплота и вот-вот наткнется на мое укрытие. А потом, самое позднее к утру, я снова буду дома. Скорее всего, меня отругают, и несколько дней опять придется пролежать в своей комнате, но зато… Наутро никто не появился. Жар спал, а от воды почти ничего не осталось. Найденная в закромах спасительного рюкзака шоколадка немного утолила мой голод, но этого было недостаточно. Некоторое время я лежала, пытаясь обдумать свое положение. Страх удерживал меня на месте, пытался убедить, что лучше продолжать ждать. Еще час, два, не больше дня, и сюда придут. Он же словно посмеивался. Придут… Придут ОНИ, и тогда бежать будет некуда, тогда не скрыться, никак не ускользнуть! Перед глазами всплыло жуткое лицо мисс Кит. Девушка сжимала в руках окровавленный нож и улыбалась. НЕТ! НЕТ! НЕТ! Я вывалилась из ванны на потрескавшийся кафель. От удара больная нога мстительно обожгла меня болью. Потемнело в глазах. Почти на ощупь, хватаясь за унитаз дрожащими руками, я смогла сесть. Взгляд упал на обломки кровати в комнате за дверью… Опираясь на длинную доску, я осторожно шагнула к двери и выглянула. Площадка перед домом была пуста. Чуть в стороне темнела ржавая машина без единого уцелевшего окна и белеющими останками на месте водителя. «Скелеты же не кусаются?» — подумалось мне, а кого-то более целого… Порыв ветра донес неприятный запах и отдаленное рычание… Выходить сразу расхотелось… Я перебирала тяжелой доской по потрескавшемуся асфальту со всех сил. Нога болела так, что поток слез не прекращался, а губы уже были искусаны в кровь, но остановиться я не могла. Та самая группа мертвецов, что преградила мне путь к дому, почувствовала мое присутствие и двигалась следом. Они не спешили, не бежали за мной, но булькающие рыки и стоны не утихали. Иногда жуткие фигуры с шумом падали, ворчали и ползли по земле, оставляя грязно бурые следы. Я старалась не оглядываться. Перед глазами снова все плыло, силы стремительно покидали меня и никакого спасения! Мертвая улица скалилась черными проемами окон и дверей. Возможно, когда-то это был вполне себе приятный район, но сейчас разруха и опустение лишь отдаляли меня от цели… Выхода не было. Я не могла просто убежать. Расстояние до преследователей постепенно уменьшалось, и двигаться становилось все труднее. К разрывающей бедро боли прибавилась новая, навязчивая и пульсирующая, вкручивающаяся в мой бедный мозг стальным штопором. Я метнулась в сторону, к зияющей тьме ближайшего здания. Похоже, это движение сильнее спровоцировало чудищ, и рыки усилились. — Я умру… Умру… — стонала я, теряя рассудок от боли и ужаса. В помещении было темно, но где-то впереди мелькнуло пятно света, к которому я и заковыляла. Я уже почти ничего не видела перед собой, кроме этого яркого пятнышка, потому и не заметила, что часть прохода перегорожена чем-то и врезалась в преграду плечом. Послышался треск, с потолка посыпалась крошка, но мне было не до того, так как я кубарем полетела на пол. За спиной началась возня. Резкий запах гнили вторгся в помещение с новой силой, дорисовывая картины толкающихся в узком проходе мертвецов. Страх, боль толкнули меня вперед. — Крис… Кристофер… — испуганно я звала, но отвечали мне только они. Только грязные, лишенные разума создания, испытывающие лишь единственное чувство — голод. — Прости меня, Кристофер… — совсем отчаявшись, я перевернулась на спину. Зловонные силуэты, в потемневших от грязи и крови лохмотьях яростно толкались друг с другом в стремлении оказаться первыми. Мелькнула запоздалая мысль, что смотреть на это не стоило, но костлявые руки метнулись ко мне в последнем прыжке! Преграда, с которой я столкнулась, внезапно не выдержала, потолок треснул и встретился с полом, погружая меня во тьму…