Devil_s Tatoo

Сырая земля неприятно прохладная, вызывает ощущение легкой дрожи. Тори слышала монотонный голос парня, но только прикрыла глаза – она спит, и слушать вовсе его не хочет. В голове создается легкое головокружение от резкой смены горизонтали. Чувствует, как Чонгук дышит и сопит над ней. Не открывает глаза. От осознания, что он здесь из-за нее, нереально кроет вдвойне. Ее сейчас заботливо поднимает на руки и уносит куда-то. Прижав руки к груди своей, она уместила голову на чужом плече. Она слышит вблизи, совсем близко, как он дышит, как сглатывает, как незаметно шмыгает носом, который вовсе не заложен – просто привычка. Чувствует его приятный аромат, где он особо сильно ощущается на груди и шее. Хочется потянуться губами к ней, чтобы только слегка коснуться и почувствовать, как горячо пульсирует она. Пальчик слегка совсем незаметно теребит его одну пуговичку на рубашке, вызывая незабываемое умиление на ее губах. - Я все вижу, - говорит Чонгук, поднимаясь по ступенькам. Тори ничего не ответила. Только спрятала палец в кулаке, чувствуя неловкость. «А мне сегодня можно» – думает она. - Если не спишь, то открывай дверь и иди в дом, - продолжил он. – Прохладно на улице. - Ты знаешь его, - сонно отвечает она. - Чего? - Ты знаешь его, - повторяет она. - Ну, так ты введи его, - уже раздражается он, чувствуя внутреннюю злость на абсолютное безразличие с ее стороны. Тори только приоткрыла глаза и повела руку к домофону, вводя код. Чонгук внимательно наблюдает за ее действиями и уже понимает, что это за код. Только пальцы так лениво скользят по кнопкам, отчего не попадают по нужным цифрам. – Тори, блять, - рычит Чонгук. Он уже сам потянулся рукой, который он держал ее на спине, к кнопкам, чтобы ввести код. Дверь пиликает, оповещая о правильно введенном коде. Дернув ручку, он потянул дверь на себя, замечая кромешную темноту внутри дома. Видимо родители не ожидали, что Тори вернется сегодня домой, или они не из тех, кто караулит своих детей у самого порога, чтобы прочитать им нотации. Чонгук легко ступает за порог, аккуратно смотрит под ноги, куда еще падал свет от крыльца, освещая половину прихожей. Развернувшись вместе с девушкой на руках, он сказал ей закрыть дверь. Погрузившись в темноту, Чонгук стал опускать ее, чтобы она встала на ноги, но она руками схватилась за его рубашку на груди, протестующе мотая головой, не понимая, что Чонгук этого не увидит. - Что? – тихо спрашивает Чонгук, повернув голову к блондинке, фокусируя взгляд на мутных очертаниях ее лица, когда глаза уже привыкли к темноте. Чонгук чувствует на уровне губ чужое дыхание. Взгляд неосознанно направляется к предположительно ее губам. Она слишком близко, чтобы не поддаться искушению. Какого черта он здесь делает? Снова смотрит на нее, чувствует аромат ее, ощущает ее желанную близость. - Мне к Соён нужно ехать, - говорит она уже не то что заплетающимся языком, а уже сонным, будто она уже готова вот-вот уснуть. Чонгук в ту же секунду чувствует, как ее голова ложится на его плечо. Вздохнув судорожно, он выпрямился, пяткой поддевая обувь, чтобы снять. Он в темноте мало что видит, но свет от дальнего окна, освещал лестницу, ведущую на второй этаж. Чонгук здесь впервые, поэтому тихими шагами следует к лестнице, все еще держа на руках девушку. - Блять, и где ее комната? – ругается он, ступая на первую ступеньку. Поднимаясь максимально тихо, Чонгук сглатывает судорожно, потому что страшно. Не дай Бог кто-то из ее родителей проснется. Он даже боится представить, что они могут подумать. Тем более тот не в трезвом сознании. О Тори он не хочет думать вообще. Оказавшись на втором этаже, он подтянул на руках Тори, удобнее перехватывая ее. Он почувствовал, что она с плеча уронила голову на его шею, теперь уже носом дыша ему в шею, вызывая табун мурашек по спине. Пройдя за поворот, он увидел, что дверь в ванную открыта, а свет оттуда освещал половину коридора, где на противоположной стороне от ванной комнаты, была закрытая дверь. Чонгук только по одним ярким рисункам и наклейкам понял, что это комната Тори. Она как-то рассказывала, что однажды повесила картинку с протестующей надписью о том, чтобы к ней никто не входил и не беспокоил. Чонгук тогда просто легко улыбнулся ее прихоти, но только сейчас понял, что она действительно могла такое сделать. Дернув ручку двери, он толкнул дверь, быстро заходя в комнату. Не нащупав выключателя, он осторожно опустил ее ноги, вынуждая ее встать и тут же опереться на него полностью. Тори только поморщилась во сне, опустив ткань рубашки, которую до этого сжимала в руке. - Чонгук, - шепчет она тихо, почувствовав знакомый аромат. Только Чонгук может так приятно пахнуть. Только он так свеж для нее всегда, не смотря на то, что тот выпивал. - Что? – тихо спрашивает Чонгук, резко включая свет. Он сильно поморщился от света, отчего быстро его выключил снова, успев увидеть кровать в углу комнаты. - Я хочу воды. - Тебе плохо? – пугается он, так как он и так рискует тем, что вообще находится здесь, в чужом доме. - Нет, я просто хочу воды, - говорит она. Чонгук отстраняет ее от себя, но она уже просто не в силах стоять на ногах. Чонгук только сейчас понимает, что она пила виски, которые только сейчас дошли до своего пика, опьяняя сознание. - С начало ты ляжешь в кровать, - говорит он тихо. Подхватив ее на руки, он понес ее до кровати, уже после укладывая ее, предварительно откинув одеяло. - Мне хочется воды, - снова повторяет она, схватив его за руку, повалившись на бок чуть свиснув головой с кровати. - Блять, ты сейчас сама пойдешь за ней, - злится Чонгук, не видя выхода из данной ситуации. Если он пойдет сейчас искать кухню, то точно может нарваться на неприятности. Нащупав на прикроватной тумбочке светильник, он включил его. Осмотревшись, он увидел стоящую на столе бутылочку с мишкой. Вырвав руку, он встал и взял ее, убедившись, что там что-нибудь есть. – С мишкой, блять, - фыркает он, относя ее Тори. - Чонгук, почету ты снова здесь? – бормочет она, снова улегшись на спину. Она приоткрывает веки и видит, что он протягивает ей бутылку с мишкой, куда она обычно наливает себе сок или просто воду. Жадно присосавшись к горлышку, она готова была все выпить разом, но только подавилась от жадности. – Спасибо. - Подавись на здоровье, - откровенно издевается парень, принимая баночку назад. Сделав глоток, он присел на край кровати, отставив баночку на тумбочку. - Эй, - говорит она, а сама широко растягивает губы в улыбке, которая совсем не контролируется. – Я же не говорю тебе так! - Тише будь. Тебе смешно? – хмыкает он, уже отставив в сторону обиду и возмущение, дав волю своим эмоциям. Его уже мало волнует то, что он может быть застукан ее родителями. - Да, - говорит она, замешкавшись, чтобы присесть на кровати напротив парня. Она только рукой опирается на край кровати, чтобы не свалиться на спину снова. Рухнув лбом Чонгуку на плечо, она пальцами повела по его мирно лежащей на бедре руке. Чонгук с толикой нервозности наблюдал за ее движениями, невольно отмечая, что она действительно вовремя вернулась домой. А возможно и вовсе сбежала оттуда, раз вообще не планировала ночевать дома, а у подруги. Чонгук слышит, что на кровати гулко вибрирует ее телефон. - Алло? – отвечает за Викторию Чонгук, перевернув руку, чтобы рука Тори попала в его раскрытую ладошку. - Алло? Это кто? – громко говорила Соён, явно все еще на вечеринке. - Тори уже спит, - тихо говорит Чон, позволив себе переплести свои пальцы с ее пальцами. - Это Соён? – спрашивает Тори, подняв голову с плеча Чонгука. – Чонгук… - Да, - нехотя отвечает он, пытаясь услышать, о чем говорит девушка в трубке. - Что? Чонгук? Это ты? Где Тори? - Дома, - уже раздражается он. - А ты где? – продолжает она задавать вопросы. - Слушай, иди домой и спи спокойно, - бросает он раздраженно напоследок, сбросив вызов. – Блять, такая надоедливая, - высказывается он. – Как ты ее терпишь? - Я же ничего не говорю, про твоих друзей, - обиженно бубнит она. - А ты их знаешь? – усмехается он. Он видит, что ей нечего ответить. – Вот и молчи. – Чонгук снова перемещает взгляд с глаз ее на сплетенные пальцы. Он задумчиво водит большим пальцем по тыльной стороне руки, отмечая про себя, что у нее очень нежная кожа. - А ты никогда и не знакомил меня с ними, - говорит она, спустя пару минут молчания. - Чтобы ты ебала им мозги, как мне? – Сверкает он раздраженным взглядом. - Ревнуешь? – застает она его вопросом, на котором парень зависает, сам не понимая мотив своих действий. Но упорно твердит себе, что просто не хочет ее знакомить со своими друзьями, которых не так много. Только самые близкие. А ревнует ли он? Сложный вопрос на который он пока сам не найдет ответ, не ответит ей. - Спи, давай, - говорит Чонгук, уже мягче посмотрев ей в глаза. - Не хочу. - Я сейчас уйду, - тихо говорит он, почти шепчет, скользнув по ее лицу усталым взглядом. Он и сам уже устал, но осознание, что это возможно последняя близость с ней и возможность так свободно говорить с ней - без споров и скандалов, не дает ему встать и уйти. - Уйдешь и оставишь меня? - Да, - усмехается он. Рукой, сплетенной с ней, оттягивая ее на себя. Тори резко вдыхает, чувствуя, что ее тело ее не слушается. Выпустив ее руку, он положил свою с другой стороны от ее бедра, уже больше развернувшись к Тори лицом. Свободной рукой он поправил за спину ее блондинистые волосы, поправляя лямку платья. - Почему ты сегодня так одет? – Кивает она на его костюм. – На свидании был? Понял, что не твоя и пришел сюда? - Ревнуешь? - Что, если да? – В тон ему отвечает она, вызывая бурю в груди Чона, вызывая сильный порыв бьющегося сердца, гоняющего кровь с удвоенной скоростью. - Дура, значит, - заключает он. Чонгук легко касается ее слишком близко находящиеся губы, внимательно смотрит ей в глаза. Отстраняется от губ, а после снова мягко касается их. Просто мягко сминает. - Что ты делаешь? – улыбается она иронично, но не прекращает его попытки. Сама сильнее сжимает руку в области живота, чувствуя, как там связывается и натягивается узел. Слишком желанно, слишком запретно. Он не идет на контакт, а она и не спешит кидаться в объятия. Он был с другой. Возможно, у него уже есть девушка. Ей больно от этих мыслей. Но они никуда не пропадают, а оседают на краю сознания. Хочется полноценно его сейчас поцеловать, но он смотрит отчаянно, будто ждет, что она первая сдастся. Она держится и не действует. Чонгук снова смотрит глубоко и силой своей воли отстраняется, тяжело выдохнув. -Я пошел, - говорит он неожиданно. Тори сильнее сжимается от нехватки воздуха. Она до дрожи в руках хочет, чтобы он сейчас остался и побыл с ней еще чуть-чуть. Просто сидел вот так и все. - Чонгук, подожди, - тихо, почти не слышно, зовет она его. Чонгук замирает и смотрит на Тори. Ждет, что она скажет. - Что? – говорит он, когда она продолжает молчать и не смотреть на него. Закусив онемевшую губу, она опустила голову и улыбнулась. – Долго смеяться будешь? – высказывает он недовольство. Только Тори подняла голову и готова была что-то ему сказать, как Чонгук резко обернулся в сторону закрытой двери. За дверью стали слышны шаги и голоса. Родители Тори видимо проснулись. Но так рано? Чонгук достает из пиджака телефон и смотрит на время – три ночи. - Твои родители проснулись, - говорит ей Чон. - Они сегодня уезжают, - говорит она на удивление спокойно. – Хотят уладить кое-какие дела по работе, чтобы больше провести времени со мной до моего отъезда. – От услышанных слов, Чонгук весь бледнее и холодеют его пальцы рук, которые сжимаются в кулаки. Он и забыл, что Тори уезжает. Но не думал, что это случится так скоро. Сердце болезненно сжимается, а в горле встает ком обиды и боли. Он хочет попросить ее остаться и никуда не уезжать. Чертова гордость съест с головой, но он ничего больше не скажет. - Ясно. Вот только на пороге стоит моя обувь, а на крыльце мотоцикл, - напоминает он как бы, между прочим. - Боишься? – усмехается она, скинув одеяло с ног, чтобы подползти к краю кровати за спиной Чона. – Ах, - пытается она встать, но только заваливается непослушным телом на Чонгука, что уже лениво ее придерживает за плечи. - Куда ты собралась? – Раздраженно роняет он ее на кровать. - Закрыть дверь, - сдавленно говорит она. Чонгук ведется на нее. Сам встает и закрывает дверь, прислушиваясь к тихому шуму за дверью. - Мама знает тебя, - говорит она, глупо улыбаясь. - Говори тише, - слышит она его голос уже рядом с собой. Повернув голову на бок, она встречается с его глазами. – И что дальше? – продолжил Чон, когда она снова замолчала. - Назвала тебя моим парнем. – Чонгук внутренне представляет, что если бы это была правда. Как бы они общались бы сейчас? - Это должно мне льстить? – победно улыбается Чонгук, положив голову на согнутую в локте руку. - Да, наверное, - не подумав отвечает Тори. Она прикрывает глаза и закидывает руки над головой, выпрямив их. Чонгук думает, что она бы идеально могла подойти на роль его девушки. Но чертово упрямство ее, доведет его когда-нибудь. - Зачем ты уезжаешь? - Подальше от тебя, - уже сонно говорит одними губами. - Только в этом причина? – спрашивает он, нависнув над Тори, все еще опираясь на один локоть сбоку от нее. - Да. – Чонгук продолжает смотреть на ее лицо, подрагивающие реснички и приоткрытые губы. Он ведет руку, чтобы поправить ее волосы, но отдергивает себя, вспомнив о том, из-за чего они рассорились. Не хочет чувствовать себя полным идиотом, который может так легко воспользоваться кем-то. - Вы…- удивилась женщина, приложив руку к груди, так как слегка напугалась. Чонгук чувствует себя совсем неловко в присутствии матери Тори, которая первая застала ночного гостя в доме. – Что вы… - Извините, - склоняет он голову, сложив руки в замок за спиной. – Я Чонгук. А…друг Тори, то есть Виктории. Я проводил ее. - А, я знаю тебя, - как-то настороженно она говорит, но прищуривается. – Но что ты делаешь здесь? Ты был с моей дочкой? – задала она ряд вопросов. Чонгук на секунду растерялся, а потом и вовсе весь покрылся холодным потом, когда услышал мужской голос. - Ты кто такой? - Дорогой, это друг нашей Тори, - мягко говорит мама девушки, быстро подойдя к грозно нахмуренному мужу. - Здравствуйте… - Ты время видел? Это что, проходной двор что ли, когда захотел, тогда пришел? - Извините, - Чонгук уже успел пожалеть, что не остался в комнате Тори. - Не злись, - успокаивает его женщина. – Он пришел с Тори. - Что?! – вскидывает он брови, еще яростнее взглянув на парня. – Ты был в комнате моей дочери? Что ты там делал? – он быстро подорвался к Чону, чтобы стоять к нему вплотную. - Я только встретил ее и проводил, - быстро ответил Чонгук, посмотрев в глаза отца Тори. – Извините, что без вашего разрешения. - Уходи, - твердо высказался хозяин дома. – Сейчас же. – Чонгук только на секунду осмелился понять глаза на разъяренные глаза мужчины, который был в два раза больше самого парня. Он превышал его и в росте и в плечах, что невольно заставляло проклинать злую шутку природы. Раздраженно надев на себя шлем, Чон снова кинул взгляд в сторону окна второго этажа. Все закончилось здесь и сейчас. Сейчас, когда он больше не увидит ее. Она вот-вот уедет и больше ее в его жизни не будет. Обидно, что он потерял время рядом с ней. Знай он, что все так закончится, он бы даже не начинал бы этого безумия. Чертова симпатия. Чертова сука привязанность. В палате тихо и слышно иногда редкие шаги за дверью. В больнице мужчина больше совсем не хочет находиться, но врач ясно дал понять, что тому надо быть под наблюдением как минимум недели две. Чон старший только отмахивался на это рукой и тяжело вздыхал. Он хотел поскорее выбраться к себе домой и как обычно позвать своего хорошего доктора, который позаботится о нем не хуже, чем в больнице. Сухие сморщенные пальцы монотонно перелистывали страницы книги, вызывая только больше раздражения. На столе справа от него лежит стопка бумаг, которые ему принес его секретарь. Даже будучи в больнице, он не прекращал думать о работе, хоть это и было противопоказанно. В палате просторно, поэтому он иногда просто иной раз наворачивал круги от несущей скуки. Проходили медсестры, которые проверяли его давление и состояние здоровья в общем. - Что? – отвечает он на телефонный звонок. Это был все тот же домоправитель. - Ваш сын вернулся только что, - говорит мужчина. - Где он был? – Вскидывает он брови, когда резко смотрит на время. Время четыре утра. - Младший господин не сказал, - все тем же тоном отвечает работник. - Ясно, - вздыхает Чон отчаянно. – Звони мне независимо от времени, ты понял? Даже, если его нет дома. Говори мне, что он делает дома. Я просто хочу знать, что у моего сына все хорошо. - Я вас понял, господин Чон. - Как там Мина? - Спрашивает постоянно о вас. Сбросив тяжелый рюкзак на пол рядом с ногами, Мина следом скатилась спиной по стене, присаживаясь на корточки. Руки легки на коленки, а подбородок уместился на них. Грустно смотря вперед себя, она одними губами считала секунды. Звонок еще не прозвенел, но она посчитала, что нет смысла идти на урок – она уже опоздала. Чонгук не разбудил ее в школу, поэтому она сейчас сидит на корточках в школьном коридоре. Из-за двери сбоку слышится громкий голос преподавателя, который говорит всем, что время сдавать контрольные тетради. Она пропустила контрольную. Прикусив нижнюю губу, она поднялась на ноги. Из кармана доносится тихий звук звонка телефона. Звонит отец. Стоит и встревоженными глазами смотрит в телефон. Ей совсем не хочется отвечать. Боится, что отец уже знает о ее прогуле. Закинув телефон в рюкзак, она пошла по коридору, уже наплевав на следующие уроки. В сердце неожиданно больно жжется, вызывая голос отчаяния и одиночества. Она все понимает и все знает. Если брат ничего не говорит ей сам, она сама обо всем узнает. А точнее уже догадывается. Может быть, покажется это детским лепетом, но она тоже не бесчувственная и черствая. Резко столкнувшись плечом за поворотом, она не поняла сначала, с кем столкнулась. - Эй, извинись, - требовательным голосом заговорила одноклассница. Мина помнила, что учителя не приветствуют скандалы среди учеников, но не тот случай. Особенно, если это твой враг, с которым у тебя частые конфликты. - Что сказала? – Мина окинула ее сдержанным взглядом. - Что слышала, - возмутилась Сиджин, поправляя длинные блондинистые волосы за плечи. – Мина. Вот уж не думала, что будешь прогуливать. Папа больше не присматривает за тобой? – дразнит она брюнетку. - Тебе какое дело? Почему не оставишь меня в покое?! – срывается Мина, толкая собеседницу в грудь, отчего она отшатывается на пару шагов назад. - Ты с ума сошла?! – возмутилась блондинка, подрываясь к Мине за ответным ударом. - Что, твоих «собачек» нет, и ты не можешь без них на меня накинуться? – Мина злобно скалится, снова приближаясь к Сиджин. Прозвенел звонок, но ее и это не остановило. Мина еле прикрытыми глазами сидит на мягком стульчике в кабинете директора, сминает пальцы, иногда ногтями впиваясь в нежную белоснежную кожу на тыльной стороне рук. В кабинете тихо, не считая еле доносящиеся голоса учеников за дверью в коридоре. Все, как только увидели развязавшуюся драку, тут же сбежались, чтобы посмотреть и поснимать на телефоны, а теперь и вовсе караулят у двери. Поджидают, как гиены. Телефон в висящем на спинке стула рюкзаке вибрирует, но брюнетка не реагирует. Только сморит в пол, полу прикрытыми глазами. Только спрашивает она себя: «Почему вызвали только меня?». - Чон Мина, - читает директор имя в журнале, проверяя успеваемость ученицы. Его, честно говоря, впечатляют ее оценки. Он невозмутимо хмыкает и поправляет на переносице круглые очки. – Ученица, - уже обращается он к Мине. Она только слегка дернулась и подняла глаза на директора. - Такое поведение в нашем учебном заведении неприемлемо, и ты об этом прекрасно знаешь, - строгим голосом начал он отчитывать ее. Мина слушает его, но для себя делает пометку, что больше такого с ее стороны не повторится. Она покорно сидит и молчит. Папа говорит, что иногда стоит промолчать и спрятать гордость. - Я отправил бы тебя на дисциплинарную комиссию, но не вижу в этом смысла. Это первый и последний раз, Чон Мина. – После всех высказываний, Мина все так же молча встала, кивнула головой и вышла прочь. Коленки невольно начинают дрожать, когда она уже идет по коридору, чтобы покинуть здание. Даже если ты кажешься снаружи сильным, внутри все равно живет частичка страха, которая дает понять, что есть у тебя слабость. - Поговорить не хочешь? – Сказала Сиджин у ее уха, повиснув на плече рукой. Мина только остановилась и скинула с себя чужую руку, намекая на то, что дойдет сама. Поправив рюкзак на одном плече, она последовала за идущими впереди девочками. Школьный двор уже благоухал зеленью отростками цветов, который только-только высадили на клумбах. Здесь, за пределами школьных стен их никто не увидит и больше никто не вызовет к директору. Сиджин, заметив замедлившийся шаг ненавистницы, подтолкнула ее в спину довольно грубо. А после тихо сказала: - Ты такая слабачка. Мина на ее слова не отреагировала. Сиджин кивнула свой подруге, и она быстро подошла к Мине сзади, сильно пнув ее под коленками, вынуждая ее упасть на сырую траву коленями. - Ты мне не нравишься, так доставляет удовольствие унижать тебя, - снова заговорила Сиджин, возвышаясь над Чон. Она задумчиво накручивает пряди ее волос, снова кивая своей подруге. На этот раз она не стала церемониться и просто взялась за ее волосы на затылке, чтобы точно попасть ладошкой по щеке. - Прекрати! – вскрикнула Мина, толкаясь руками, чтобы ее больше не трогали. - Прекрати! – новая попытка, и она уже полностью падает на землю на бок, сильно зажмурив глаза, чтобы не пролить слезы. Больно. Ладошки мягко прикрывают горящие от ударов щеки. Позади слышатся «вой», крики, аплодисменты. Сюда решили заглянуть курильщики. Но так удачно наткнулись на откровенную «драку» между девочками. - Ладно, хватит с нее, - высказалась со вздохом Сиджин. Мина медленно приняла сидячее положение, все еще держась за щеки. Из уголков глаз все же проскальзывают слезы, но она их быстро смахивает. - Почему здесь нет твоих подруг? – спрашивают ее. Голос ей не знаком. - У меня их нет, - коротко отвечает школьница, намереваясь встать, но область сгиба колен не поддается, вызывая легкую неприятную боль. - Помочь? – снова обращается к ней парень. - Сама. И она действительно поднимается на ноги сама без помощи паренька. Тянется за рюкзаком, но его перехватывают быстрее. - Отдай. - Я и не собирался его забирать. Парень тут же отдает ей рюкзак. Его взгляд зацикливается на ее красноватых щеках и застывших слезах в уголках глаз. Мина снова закидывает рюкзак на плечи и следует, наконец, домой. Теперь уже точно домой. Что скажет брату, в уме не укладывается. Но зная натуру брата, он так это все не оставит. Ну, или она ошибается. Отец же любит брата больше, чем ее. Домоправитель монотонно расхаживал по дому, то и дело, что проверяя работу персонала по дому. Контролировал всех и отдавал распоряжения. Руками за спиной и гордой походкой, он прошел мимо зала, где с самого утреннего прихода Чонгук сидел перед телевизором и не отрывался от него ни на секунду. Пролистывал каналы, будто что-то искал. Взгляд порой задерживался на чем-то интересном, а после нескольких минут снова становился скучающим и равнодушным. Все время, прикусывая губу, он думает о чем-то. - Чонгук, скоро Мина должна прийти. Она не звонила? – нарушает Чонову идиллию все тот же домоправитель. - Исчезни, - низким ленивым голосом прогоняет он работника. – Она мне позвонила бы, если бы должна была приехать. Но звонка не было. - Она звонила на домашний телефон. После сказанной фразы Чонгук резко подорвался, смотря на мужчину серьезно. - Почему не мне? - Видимо что-то случилось. Она звонит на домашний телефон, потому что знает, что ты с него не ответишь, - без капли страха смело говорит он. Оба слышат звук открывающейся входной двери, но Чонгук как ошпаренный подрывается с дивана и идет в прихожую, чтобы встретить Мину. Брюнетка в это время скидывала с себя обувь и напевала какие-то мелодии. Поправляя за ухо спадающие на лицо волосы, она нырнула в домашние тапочки, но перед своими встретила тапочки брата. - Мина, - позвал ее Чонгук на выдохе. - Братик, мне срочно нужно в туалет, извини, - быстро тараторит она, опуская голову так, чтобы волосы свисали на ее лицо. Чонгук не любит долго церемониться, поэтому пресекает попытку сестры скрыться от него. Он двумя руками берет ее за лицо и вынуждает ее смотреть на себя. - Почему ты не предупредила, что едешь домой? – строго спрашивает Чонгук, а после он хмурится, когда видит красноватые потеки на щеках. - Кто? - Чонгук, - скулит Мина, схватившись за руку брата, потому что почувствовала боль на подбородке. – Мне больно, отпусти, - уже на взводе психует сестра. - Мина, скажи, кто это сделал? – остепенился он и отпустил ее подбородок, уже крепко прижав к своей груди. Сердце агонией всполохнуло только от мысли, что над его ангелом кто-то так издевается. Такой нежной и милой его сестрой. - Отпусти, - мямлит она в его грудь, - я хочу в свою комнату. – Когда Чонгук ее отпускает, она делает несмелые шаги, обходя брата. Цепляется за понимающий взгляд домоправителя, что все это время стоял около входа в зал. Мина готова разреветься прямо здесь и сейчас только от одного кивающего доброго взгляда дядюшки. Хочется в теплые объятия. - Чонгук, твой отец звонил. Спрашивал, как ты. - Блять, как же ты заебал меня, - раздраженно выдыхает парень, к потолку вскинув голову. - В любом случае, позвони ему. - А мне интересно, чем ты заслужил такое доверие со стороны моей сестры? – резко обернувшись к мужчине, спросил Чонгук. - Здесь нет повода для беспокойства, просто она часто обращается ко мне за советом. – Мужчина будто ядом плескается в уже дрожащего от злости Чонгука, готовый идти до конца. – «У меня нет брата, нет отца, а матери и вовсе никогда не видела», так она говорит. – Как только домоправитель заканчивает, Чонгук в два шага сокращает расстояние. Рука с силой сжимает горло мужчины, а затылок от напора сильно врезается в стену, к которой его прижал Чон. Смотрит расширенными от гнева и раздражения глазами, усиливая хватку. Видит, как тот колеблется, но когда становится совсем нечем дышать, все же хватается руками за руку Чонгука, чтобы освободиться. - Чонгук, - хрипит он, когда пытается убрать чужую руку. Паника растет с удвоенной силой, когда Чонгук никак не реагирует. - Ты запомни, - начал говорит сквозь зубы брюнет. – Ты никто в этом доме. Здесь нет места тебе. Это дом семьи Чон. Моей семьи. И не думай, что если Мина проявляет к тебе такое уважение, а отец тебе многое позволяет, я буду относиться к тебе так же, - скалиться Чон. - Когда я поймаю тебя, тебе придется не сладко, уж поверь. – Резко отдернув руку, Чонгук еще раз осмотрел мужчину, что стал хрипло дышать и прокашливаться, чуть согнувшись. Здание компании огромное, где можно легко потеряться. Вокруг ходит много народу. Везде суета. Тэхен буквально влетает быстрым шагом в огромный офис, злыми глазами смотря на вверх, где находится кабинет его матери. Сотрудники несмело оглядываются на злого парня, который буквально не сносил все на своем пути. - Вы к кому? – спросил его охранник, который был преградой перед Тэ. В офис родной матери теперь по записи приходить что ли? - С дороги, - толкает его парень, но тот только сильнее преграждает ему путь. - Ты записан? - Я не нуждаюсь в записи, ублюдок! Проваливай! - В таком случае мне придется применить силу, - все тем же монотонным голосом говорит мужчина, пока из кабинета не вышла высокая статная женщина со строгими чертами лица. Ее брови стали хмурыми, когда она подошла к секретарше и кивнула в сторону прозрачной двери, где охранник готов был уже набить лицо надоедливому парню. - Впусти, - вздыхает она, возвращаясь в кабинет. Тэхен, как только получил доступ к кабинету директора, тут же подорвался к двери, чтобы безцеремонно войти, не спросив разрешения. - Слишком много шума, - говорит женщина строгим монотонным голосом, каким привыкла говорить со всеми своими сотрудниками. - Что, охрана стоит по случаю моего прихода? Знала, что я приду? - Ближе к делу? – изгибает она бровь. - Зачем? - Что? - Зачем оформила документы на перевод? Какая еще учеба, черт возьми? Тэхен смотрел в равнодушные глаза своей матери и не понимал, почему она так хочет его отдалить от себя и отца. Почему так его возненавидела, что готова бросить на произвол судьбы совсем на другом континенте? - Ты никчемная бездарность. Это для твоего же блага, - говорит она строго, но сдержанно. - Я имею право на свою жизнь. - Пока ты часть семьи Ким, забудь слова «я» и «право». Здесь ты часть продолжения существования компании и тебе в следующем придется занять место директора. Подумай, сколько мы вложили сил и терпения в это дело. Не будь эгоистом, Тэхен. Все эти вещи, которые ты сейчас носишь, - кивает она на него, - это все куплено на деньги, которые было не так просто заработать. - Сука, - скалится Тэ в сторону, не желая слушать эти слова. - Что? Правда режет? - Хватит, - дрожащим от злости голосом чуть не выкрикивает он. - Ты летишь в Австралию, чтобы начать там изучать основы менеджмента, а после я планирую тебя перенаправить в Америку, чтобы повысить квалификацию и навыки. После, ты начнешь стажироваться здесь, - говорит Роза монотонным голосом, словно просто читает бесполезную брошюру. – М, пока еще не планировала, с кого ты начнешь, - задумчиво листает она страницы какого-то документа. - С меня хватит. Я так больше не могу, - говорит он пустым голосом, мотая головой, не веря во все происходящее. Ноги подкашиваются, но он ловит за спиной ручку двери, удерживая себя. - Тэхен, возвращайся домой и приведи себя в порядок, в конце концов, - подняла она все тот же строгий взгляд на сына. - Нет. - Тебя никто спрашивать не будет, - хмыкает Роза. – И прекрати позориться перед своими будущими сотрудниками. Впечатление ты производишь на них пока не самое лучшее. А сын семьи Ким должен соответствовать статусу. *** - Тебе обязательно ехать? – спрашивает в который раз Соён, сидя на краю кровати подруги, наблюдая за тем, как та складывает в чемодан вещи. Они с самого утра возятся с мелочами, которые могли бы пригодиться в поездке и там, где она будет жить довольно продолжительное время. – Может только на годик, а? Ну почему на два? Тори на хныканья своей подруги только улыбается мягко, стараясь не навевать тоску заранее. Сейчас она наслаждается тем, что на данный момент есть Соён, мама, папа. Сейчас ей ничего больше не нужно. Ну, разве что только лицо Чонгука увидеть в последний раз перед отъездом. - Я все вижу, - щурится подруга, заметив замешательство на лице Тори. - Что? - Думаешь о том, чтобы увидеться с ним? - Честно? Да, - сдается она, садясь рядом с подругой, чтобы опустить голову на ее плечо. - Напиши ему. - Сума сошла? – Пугается блондинка, поднимая на подругу непонимающий взгляд. - Тогда больше не думай о нем, - хмыкает в ответ Соён. – Ладно, мы можем съездить кое-куда. Но только так, чтобы это было по поводу. - Какому поводу? - По случаю твоего отъезда, - восклицает Со, встав с кровати. – Проводим тебя, как следует! - Ты сумасшедшая, - по доброму смеется Тори. Она поняла, что подруга имела в виду клуб. Подруги продолжили уже более оживленно складывать вещи, чтобы успеть подготовиться к вечеру. Мама Тори периодически заглядывала в комнату дочери, чтобы позвать их есть, но те только постоянно отмахивались, мол, не до еды сейчас. - Если все пройдет отлично, я буду тебе очень благодарна. - А с чего что-то должно пойти не так? – нахмурилась Соён, делая последний локон утюжком. - Ты знаешь, о чем я, - неуверенно говорит Тори. - Пф, а откуда он узнает, что мы идем именно в этот клуб? Подруга, мир может быть и тесен, но даже в такую удачу я не поверю, - смеется Соён. – Забудь эту шишку, - серьезно говорит она, смотря на подругу через зеркало. – Что за мысли? Ты едешь на другой континент, увидишь абсолютно других людей! – оживленно продолжила Соён. – Неужели ты думаешь, что этот Чонгук единственный на этой планете? - Да, поняла я! – отшучивается Тори. Дверь комнаты аккуратно скрипнула, впуская в помещение черную лохматую макушку Чона. Осторожно заглядывая в комнату сестры, он осматривается. Заметив Мину, что-то пишущую за столом, он уже смелее открывает дверь, постукивая пару раз костяшкой указательного пальца по двери. Мина тут же реагирует и быстро что-то прибирает со стола, скидывая все бумажки в ящик стола. - Можно? – тихо спрашивает брюнет. – Не занята? – продолжил он после легкого кивка. - Нет, - коротко ответила Мина, поправляя чуть завитые волосы за ухо. Чонгук прошел вглубь комнаты, особо не рассматривая жуткий беспорядок и хаос, которого никогда в комнате его сестры не было. В руках брата она видит белую коробочку, но просто продолжает смотреть в пол перед собой, прижав согнутую ногу к себе, положив на коленку подбородок. Чонгук чувствует себя последним кретином, который не контролировал себя и просто напугал Мину. Хочет извиниться, вот только в голову лезут слова домоправителя, вызывая много вопросов и недопонимания. - Я тут лёд принес, - подходит к столу и ставит ту самую коробочку на стол перед Миной. - Угу. - Даже спасибо не скажешь? – пытается подшутить брат, но после видит, что у него получается так себе. И он мысленно просто клюет себя лбом в пол. – Прости, - тихо сказал Чон. - За что ты извиняешься? – задает она вопрос, протягивая руку к коробочке. В руке тут же оказывается небольшой пакетик со льдом. Слегка приложив его к щеке, она прикрыла глаза, боясь почувствовать боль. Но чувствует вместо этого приятную прохладу. - Я был груб с тобой, - поясняет Чон, присев на рядом стоящий стул. Он внимательно наблюдает за ее действиями, с болью осознавая то, что ничего не сможет сделать, пока Мина не скажет ему хоть слово. Но она молчит. Упрямая, как Чонгук. - Хорошо, извинения приняты, - Мина убирает пакетик люда в коробочку и тепло смотрит брату в глаза. Чонгук снова чувствует то тепло родного дома, когда были только его сестра, он и отец. - Спасибо, - тоже с улыбкой благодарит он, разводя руками в стороны, намекая на объятия. - Чонгук, - хныкающим голосом зовет она его, подрываясь в крепкие объятия брата. – Мне было так… больно, - продолжила она уже куда-то за его плечо, присев боком на коленках брата. - Мина, ты же моя сестра, - улыбаясь, говорит Чонгук. – Сестра Чонгука! Ты не должна позволять себя обижать. - Их было больше, - обиженно бубнит. Все же от того, что Мина через-чур сильно стала сжимать шею брата, он просто поднялся на ноги, вынуждая Мину встать с его коленей. - Хочешь я… - Нет, - она резко толкает брата в мощную грудь, вызывая его смех. – Нельзя. Я ничего не хочу. - Ладно, я только хотел предложить, но раз моя помощь не нужна, - он наигранно сделал безразличный голос, пожав плечами для большего эффекта, но малышка только сильнее прищурилась, говоря только одним взглядом, чтобы тот ничего не предпринимал и не лез не в свое дело. - Ты сам сказал, чтобы я сама могла за себя постоять, вот и буду теперь обороняться сама. - Но ты не умеешь! И слабая ты к тому же, – все еще смеется брат, показательно подняв одну ее руку, тыкая пальцев в тоненькую ручку, где предположительно должны находиться бицепсы. - Ну а зачем мне брат, если от него нет пользы? – изгибает она брови, отдернув руку, чтобы Чонгук больше в нее не тыкал. - Кстати, отец не очень будет рад тому, что ты прогуливаешь занятия. - Он не узнает, если ты ему, конечно, не скажешь, - говорит с прищуром она. - Тогда, раз тебе уже не надо на занятия, можем сходить куда-нибудь, - оживляется Чонгук. - Куда ты хочешь сходить? - А с чего такая щедрость? - Мне уже просто выгулять сестру нельзя? – смеется Чон. - Что? Выгулять?! - Прости, по-другому это не назовешь. Насколько помню, ты хоть и ангелок у меня, но и за тобой нужен глаз да глаз. - Чонгук! – уже обижается Мина. - Ладно, все, - успокаивается он. – Так куда идем? - Хочу в кафе, где много собачек. - А-а-а! – кричит парень в дверь, тут же ударяя по ней ладошками, после еще добавив удар ногой, но тут же об этом пожалел. – Откройте, иначе снесу все к чертям! Сука! – снова вырывается нелесная ругань, но охранник только непоколебимо продолжил стоять у двери, сложив руки вместе. Не впервой приходится усмирять таких избалованных детей богачей. Тэхен уже потерял счет времени, сколько он уже просидел в своей бывшей комнате в своем доме. Осматривая холодную и полупустую комнату, он медленно стал расхаживать по комнате. На столе все еще лежали его старые нотные книжки, где он когда-то писал для гитары. Пролистнув пару страничек, он только с силой сжал их в руках. Те только с шелестом разлетаются по паркету, после чего вслед за ними летит и все остальное. - Господин, может повременить с визитом? – с надеждой во взгляде, предлагает секретарь. Отец Тэхена только нахмурился, но когда услышал звуки погрома в комнате, высказался: - Мой сын не животное, чтобы держать его взаперти. Тэхен больно разрезав себе руку длинным осколком от вазы, только осел на пол, сжав руку в кулак. Боль пронзила в долю секунды, вызывая стон боли. Дверь позади него открывается, но у Тэ просто нет сил, чтобы рвануть к ней и почувствовать себя свободным. - Тэхен, - позвал его отец, снова прикрывая за собой дверь, оставляя за ней секретаря и охранника. - А, отец, - резко поворачивается на голос отца парень, все еще пытаясь остановить льющуюся кровь с ладони, которую порезал, когда упал на осколки. – Привет, - Тэхен, свесив голову, еле поднимается на ноги, чтобы предстать перед родителем в полный рост. Он любит и уважает отца, но то, что из него делает его мать и относительно жена отца, его просто убивает. - Как ты? – Мужчина замечает его белое пальто в красных больших пятнах крови, которые становятся только больше, когда Тэ прячет руку под рукавом. - Нормально, - скомкано отвечает Тэхен, спрятав руку за спину. – А ты? - Мне жаль, - неожиданно даже для самого себя говорит отец Тэ. - Как всегда, - будничным голосом говорит блондин. - Мне, правда, жаль, что так получилось, - продолжил мужчина. - Отец, - качает головой Тэ, подойдя к отцу ближе. – Мама уже не осознает, что делает. Пойми же ты меня. Она просто губит тебя, себя, меня – нашу семью. - Сын, если твоя мать сказала, что ты должен учиться, значит так и надо, - все стоит на своем он. - Отец, - хватается за голову Тэхен и зовет отца. – Прекрати слушать все, что она говорит. Почему ты сам не можешь решить, что для меня будет лучше? Такое чувство, что у меня нет отца вовсе. - Не смей говорить такое. Думаешь, я не согласен с твоей матерью? Думаешь, это решение было принято ей? После сказанного отцом, Тэхена пробрала холодная дрожь. Он все смотрит в глаза отца и думает, что тот сейчас скажет, что просто пошутил и вовсе не согласен с его отъездом, но ничего больше не происходит. - Ты что? - Да, я решение принял и оформил перевод. Сейчас он думает, что надо бы что-то сказать, но слова не выговариваются и зависают на раскрытых от шока губах. Он слегка морщиться от липкости на своей руке, так как кровь начала подсыхать, принося неприятные ощущения. - Ох, что ж, - только выдыхает тяжело Тэ. – Я рад за тебя, отец. Ты впервые решил проявить ко мне живой интерес. Хоть и таким способом. Вы чем-то похожи с мамой, - скалиться он насмешливо, жестикулируя рукой. - Тебе скоро вылетать, - твердо говорит мужчина. - Да? М, - понимающе кивает Тэ. – Мне хоть попрощаться с друзьями то можно? А то, как-то совсем неловко получается, - нервный оскал. - Прости, - сдержанно отвечают ему, прежде чем покинуть комнату. Дверь с щелчком снова закрывается и Тэхен остается один. Комната не дает ощущение спокойствия и защищенности. Он здесь не по собственной воле. Знал, что рано или поздно все этим и закончиться. Он только хотел оттянуть этот момент. Побыть чуть на свободе. Почувствовать студенческую живую жизнь. Он тяжелым мешком рухнул на мягкую кровать, на которой кроме голого матраса не было больше ничего. Он успел все скинуть во время погрома в комнате. - Черт, черт, черт! – злиться он, ударяя кулаком по матрасу рядом со своим бедром, второй рукой прикрыв глаза в сгибе локтя. - Чонгук, не тяни его уши, - смеется Мина, когда видит, как Чонгук забавно играется с длинными ушками собачки, улыбаясь при этом так по-детски. - Забавно же, - и снова смеется он, продолжая занятие. Другие щеночки тыкаются носом в его бедро и бока, чтобы Чонгук и с ними поиграл и накормил. - Брат, я хочу покормить их, - оживляется она. Чонгук достает из внутреннего кармана кошелек, а оттуда уже карту. - Только много не бери. Вдруг они не съедят все. В кафе, в которое его притащила Мина, очень уютно и тепло. А особенно теплым его делают здешние пушистые собаки различных пород. Чонгук слишком любит собак, и Мина об этом знает. Она тоже их любит, но предпочитает с ними играться только в таких вот местах. У себя она бы не хотела заводить собаку. А вот Чонгуку только дайте повод, и он заведет себе собаку на радость хоть себе. К нему подошла маленькая девочка лет так не больше пяти и попросила у него маленького щенка к себе. Чонгук только широко улыбнулся девочке, передавая ей белого щенка. Щенки и уже более взрослые собаки повсюду снуют, подходят, облизывают руки, щеки. Просят с ними поиграть, а кто-то откровенно так просит поесть, тыкая мокрым носом в чужой карман. Чонгук еще со школы здесь не бывал уже. Не было времени заглянуть в такое место. Приятно играет музыка из темы чего-то вроде «на заднем дворе на лужайке». За столиками сидят небольшие семьи, которые здесь частые посетители, чтобы развлечь своих детишек. Помещение не настолько большое для такого количества собак. Но посетителям нравится и это главное. Чонгук снова отвлекается на свой молчащий телефон. Друг недоступен уже с самого утра. И вообще в сети не появлялся. Тэхен, конечно, бывает, по глупости, может оставить телефон дома, но это было редко, потому что ему часто звонят. Да и он без связи никуда. Даже когда девчонка забрала у него телефон он тут же пошел и купил себе новый. Ну, а если у него их теперь два, то один точно должен быть при себе. - Братик, ты грустный какой-то стал, - говорит Мина, пока подкармливает собачку. Она не смотрит в сторону Чонгука, но чувствует на себе его пристальный взгляд. - С чего ты взяла? - Просто предположила, - улыбнулась она, слегка пожав плечами. Она продолжила гладить собаку на своих руках, подавая еду со своей раскрытой ладошки. – Давно мы с тобой не проводили вот так время, правда? – уже говорит она, посмотрев в сторону брата. - М, - кивает он, - Надо чаще так выбираться, - улыбается он в ответ, чувствуя, что-то теплое на пояснице. Обернувшись назад, он заметил большую пушистую собаку, которая пригрелась у него за спиной, свернувшись клубочком. *** В клуб девочки на удивление пришли рано. Еще не было столпотворения, не было никакой очереди. Они спокойно заняли удобное местечко, пока решая, что будут заказывать. В помещении приглушенно играет музыка, пока еще не раскачивающая. Спокойно, как будто они вовсе не в клуб пришли, а в обычное кафе. Тори невольно бросает взгляд на симпатичную девушку, которая была сегодня в роли бармена. Ее вообще удивляет тот факт, что девушки тоже могут быть барменами. Сколько бывала в клубах, были только парни. Осматривая довольно приятные апартаменты, она замечает в углу огромный угловой диван в красном цвете. Ее удивляет, что такие места уже платные - VIP-посетители могут там сидеть. Тори не рвется в такие места, хоть и позволяет бюджет. Ну, относительно исключительно на один раз. Ибо после можно остаться и без стипендии, если постоянно так шиковать. Соён что-то быстро печатает в телефоне, явно пока не заинтересованная в том, чтобы что-то заказывать. Или Тори уже кажется, что ее подруга решила уже бросить ее заранее, прежде чем она отсюда уедет. - Эй, - зовет ее Тори, тыкая в меню. - Да, я сейчас, - отзывается Соён, но от телефона все еще не отрывается. - Я сделаю заказ. А ты потом как хочешь. - Ладно-ладно, - виновато смеется подруга, тут же убирая телефон. - Кто тебе так пишет? – прищуривается Тори. - Да, так, - отмахивается она, засматриваясь на меню. – Не важно. - Ладно, - пожимает плечами Тори, не зацикливая на этом внимание. Соён одним ухом слушает Тори, а вторым ждет очередное смс, которое не заставляет себя долго ждать. «Этот придурок точно доведет меня» - думает она. – Слушай, я отойду в туалет, ты пока выбирай, ладно? Тори откинулась на спинку стульчика, принимаясь осматривать помещение дальше. У входа появляется все больше и больше народу. Музыка уже сменилась на более оживленную, поднимая настроение. Блондинка только легким движением рук откидывает спадающие вперед волосы на спину. Соён задерживается и она уже начинает волноваться. Рядом лежащий телефон подруги мигает, оповещая о пришедшем сообщении. Без задних мыслей она тянет руку к телефону, чтобы посмотреть, может, это мама ее пишет и волнуется. Только она переворачивает гаджет экраном к себе, она видит уведомления вовсе не от мамы. По спине неожиданно прошел холодный пот, когда она увидела знакомую фотографию. Она понимает, что неправильно заглядывать в чужой телефон, но просто решает положить телефон обратно. Возможно, она ошибается. Когда Соён возвращается из уборной, Тори решает пересесть к ней поближе, чтобы вместе смотреть в меню. - Может, этот коктейль возьмем? – предлагает Со. Тори думает пару секунд, но в мыслях только фотография и имя, которые не выходят из головы. - Или ты хочешь что-то покрепче? - Нет, давай возьмем этот… Пока они ждали свой заказ, они успели поболтать обо всем. Соён как и всегда много рассказывает, а Тори слушает и тоже что-то добавляет. Они смеются, но Тори от слова вовсе уже не хочется веселиться. Соён снова отвлекается на чужой телефон, и на этот раз просто заглядывает в открытую переписку, которую подруга открыла, чтобы ответить на сообщение. Так она правильно все поняла. Вот только хуже от этого стало. Тори решила пока ничего не спрашивать, пока они отдыхают. Мина удобно уместившись на спине брата легко посапывала, пока Чонгук нес ее до ее комнаты. Они сегодня провели весь день на прогулке, покатались на велосипедах, съездили к реке, прогулялись по кинотеатрам, посмотрели фильмы. Довольно уставший он уложил на кровать сестру и вышел из комнаты, разминая шею. На телефон пришло смс, и он тут же подорвался его прочитать, думая, что это смс от Тэ. Но номер не знакомый. Написан адрес и просьба приехать. Смс в полночь, довольно, подозрительно, но может это Тэхен написал с чужого номера, потому что Чону знаком этот адрес. С Тэхеном было зависали там пару раз. Прихватив из комнаты спортивную кофту с капюшоном, он накинул ее на себя и пошел к выходу. На пороге его встретила женщина, которая отвечает здесь за готовку. - Мис Ян, присмотрите, пожалуйста, за Миной, я скоро вернусь, - в спешке он покинул дом, даже не услышав ответа от женщины. На улице легкий холодок покалывает, но для Чона это привычно. Закалялся. Из клуба доносились приглушенные звуки громко играющей музыки, вызывая приятные ощущения легкости, свободы. Пройдя в здание, Чонгук обнаружил огромную очередь, которая пыталась пройти в клуб. Раздраженно прикусив губу, он решил пройти своим путем, договорившись с охранником. Охранник на удивление его узнал с последней нелепой ситуацией, когда они с Тэхеном влезли в драку из-за столика, который не могли поделить с компашкой парней. - Привет, - криво улыбается ему Чонгук, поправляя за спиной капюшон. - Какими судьбами, ковбой? – смеется он в ответ, все еще вспоминая нелепую ситуацию. Чонгук тогда показался ему забавным. Но когда увидел на шее Чона зачетную тату, то тут же поинтересовался, где тот ее делал, но Чонгук тогда уже был в дрова, поэтому и слова сказать уже и не мог. - Ах-ха, но точно не за дракой пришел. - Да, ты тогда дал жару, - все еще смеется он, попутно проверяя посетителей на наличие оплаты. - Да, - неловко отвечает Чон, специально почесывая шею пальцем, где татуировка. - Кстати! Ты так и не сказал, где сделал татуировку, - оживился мужик, когда заметил татуировку на парне. – Мы с парнями уже хотим тоже сделать, только не знаем, где есть хорошие мастера. Чонгук только улыбается, и достает из кармана телефон, открывая фото своей визитки. - Тату салон, в котором я работаю, - кивает Чон на экран телефона, показывая его охраннику. - О, так ты есть мастер? – вскидывает брови он, внимательно вчитываясь в содержимое визитки. - Да, - уверенно отвечает Чон, - великолепный мастер, - добавил он. - Слушай, раз ты теперь бро, можешь сделать мне? Со скидочкой? - Только если пропустишь, - парирует Чонгук, убирая телефон обратно в карман. - Да без проблем, только скинь мне визитку. Чонгук не ожидал, что получится пройти так быстро, и не стоять там в очереди. Куча малолеток, которые надеются пройти без паспорта. В клубе во всю уже было весело, относительно. Только понимает, что столики все уже заняты, он просто проходит, осматривается, иногда его толкают танцующие девушки и пьяные парни. Через играющую музыку Чонгук улавливает знакомые голоса, но не может понять откуда они идут, пока сзади на его плечо не ложиться тяжелая рука. - Чонгуки! – кричал весело его давний друг, с которым они не общались с того времени, как его не приняли в академию. - Ты… - смеется Чонгук, обнимая его. - Да, неожиданно, друг! – навеселе говорит Донхен. – Это что за прикид? – блондин шутливо оттягивает черную кофту Чона, которая совсем не в тему клуба. - Блять, мы только поздоровались, а ты со своими подъебами. - Смеется Чонгук, забирая из рук друга стакан с крепким виски. - Хорош братан, - пьяно хвалит его Донхен, за распитие крепкого алкоголя. - Какими судьбами в Сеуле? - Я в отпуске, - говорит блондин, снова закидывая руку на плечо друга, уводя его в сторону большого стола, где был большой угловатый красный диван. За ним сидело приличное количество парней. – Блять, батя заебал мне мозги ебать, вот и съехал обратно в Корею. – Донхен подводит Чона к столу и представляет его своим друзьям. Те поочередно пожимают Чону руку, приглашая выпить с ними. - Пацаны, это Чонгук. Мой пиздабол со школьной скамьи, - громко представляет он Чона, стоя перед всеми, держал в руках уже наполненный стакан. Все весело заливаются смехом с того, как друг продолжает стебаться над Чоном. - А я ведь тоже могу подъебнуть, - угрожающе скалиться Чон, пригубив стакан с виски. - Да ладно-ладно, - быстро тараторит До, так как помнит, что может сказать Чон. - Донхен, неужели есть кто-то, кто способен тебя нагнуть? – говорит Исин, после чего все парни заливаются смехом, видя гримасу недовольства на лице их друга. - Блять, давайте просто выпьем за встречу и ваше знакомство! Чонгук со всеми чокается стаканами и делает один медленный небольшой глоток. Пробует на вкус. Взгляд невольно скользит по толпе, которая стала больше, а музыка стала больше качать. Он и забыл, зачем сюда пришел. Достает из кармана телефон, но смс больше не было. Открыв сообщения, Чонгук нажал кнопку вызова, чтобы узнать, кто ему писал. Сначала он думает, что это мог быть Донхен, но после их неожиданной встречи, он не ожидал его встретить. - Братишка, - рядом сел До, - где твой ебанутый этот Тэхен? Дороги разошлись? Чонгук снова думает о том, что Тэхен засранец, который реально ебанутый, раз решил его игнорировать. Все еще не отвечает. - Нет, мы общаемся, как и обычно, просто он куда-то съебался и на звонки не отвечает, - монотонно говорит Чонгук, делая еще глоток. - Может, он нашел себе подружку, а тебе не сказал? – смеется До, подрываясь с места, чтобы пуститься в танцы. - Да лучше бы нашел и не нервировал меня, - уже тихо говорит он себе под нос, делая очередной глоток. - Чонгук? – позвал его кто-то. - М? - Донхен, как-то рассказывал о тебе, а сейчас и не вспомнит об этом, - говорит один из парней, имя которого Чон не может вспомнить. - Исин, - напоминает он, видя лицо Чона, которое так и просит напомнить ему его имя. - А, да, - отшучивается Чонгук. Встав с дивана он говорит парням, что пойдет и присмотрит за Донхеном, чтобы не натворил дел. Пройдя через толпу, Чонгук оказался в самом ее центре. Оглядываясь по сторонам, он пытается найти макушку блондина, но темно и только мелькает свет. Сзади его кто-то сильно толкает, на что он тут же оборачивается, нахмурившись, но встречает недовольного Донхена, которого кто-то так знатно швырнул в сторону. Подняв глаза, Чонгук только увидел волосы блондинки, которая яро развернулась, чтобы пойти прочь. - Упс, - только икает друг, понимая весь пиздец. Чонгук только раздраженно проходит мимо друга, быстрее следуя за девушкой, до которой Донхен явно домогался, раз она так яро собралась идти к охране. Чонгук снова ловит девушку в коротком белом платье взглядом, уже быстрее добежав до нее. Он довольно сильно перехватывает руку, чтобы развернуть девушку к себе, но рот так и остается открытым, когда он узнает в этой самой блондинке Тори. Ее завитые волосы красиво лежали на аккуратных открытых плечах, а глаза такие красивые. Она сделала макияж, который Чонгук видел впервые. Она никогда такого не делала. На руке блестит золотой браслет. На каблуках она кажется немного выше своего роста. - Чонгук? – тоже удивляется она, пытаясь отдернуть руку. Рука легко соскальзывает из чужой, что немного удивило ее. - Что ты здесь делаешь? – Решает хоть что-то сказать и, наконец, подобрать слюни и подбородок с пола. - Я могу спросить тебя то же самое? – изгибает она бровь. - Ха, - смеется он, но больше похоже на усмешку. – Мой друг подмял тебя, - лукавит он, засучив руки в карманы кофты. - Передай этому извращенцу, чтобы держал пса на цепи. - А что? Не понравилось? - Ты чего сейчас добиваешься? – не понимает она. - А сама как думаешь? Хочу поиграть с тобой, - улыбается насмешливо Чонгук, идя на Тори вперед, наступая на ее носки туфлей, вынуждая ее идти задом. - Ублюдок, - скалиться она, намереваясь обойти Чона, но попытку пресекают. - Милый ублюдок, - поправляет ее брюнет, возвращая ее на место, дернув за руку. - Будь по скромнее, а то слишком громко говоришь об этом, - усмехается она. - А что, боишься, что заберут такого милого ублюдка? - Почему с тобой нельзя нормально поговорить, когда ты пьян? – возмущается она, пытаясь снова вырвать руку, но на этот раз рука Чона не поддается. - Я могу больше сказать. Со мной нереально говорить серьезно. - Тогда, мне больше не о чем с тобой говорить, милый ублюдок - говорит она твердо, хотя видно, что и она уже тоже выпившая. Чонгук отпускает ее руку и позволяет ей уйти. Ему плевать, что она сейчас ведет себя, как стерва. Но блять его стерва и точка. Тори быстрым шагом направляется в сторону столика, за которым они с Соён сидят. Поправляя волосы за ухо, она взялась за сумочку, нашаривая в ней телефон. - Тори, что случилось? – спросила ее Соён, которая все это время сидела за столиком и пила новый коктейль. - Я ухожу, - коротко бросает она, вспоминая короткие номера такси. - Что значит уходишь? Куда? - Не трогай меня, - дергается психованно Тори, выдергивая руку, так как Соён ее держала. - Ты чего, как с цепи сорвалась?! А? – Продолжала говорить Соён, тоже подрываясь следом за подругой, не забыв на стульчике свою сумочку. Когда на улице Соён снова перехватила Тори, она все же остановилась, но снова грубо скинула с себя настойчивые руки подруги. - Я же сказала, не трогай меня! - Да, что случилось? Объясни, я не понимаю! – повысила Со голос. - Это ты сказала Чонгуку, что мы здесь? – зло спросила Тори. – Ты сказала ему прийти? - Что? Ты о чем? - Не делай такое лицо, будто ты ничего не понимаешь! – в порывах эмоций срывается Тори. – Я знаю, что это ты сказала ему… - Тори, блять, да потому что ты уже заебала со своими заёбами из-за этого Чонгука! Тори только нервно посмеялась и отвернулась в сторону, делая несколько несвязных шагов в сторону. Из глаз вот-вот хлынут слезы от того осознания того, что из себя представляет ее подруга. В мыслях всплывает недавняя переписка и Тори решает высказать все. - И еще…- на выдохе вырывается у блондинки, когда она приводит сбившееся дыхание в норму. – Ты предала меня. - Что? – окончательно вскипает Соён, волком взвыв от данного непонятного и одностороннего диалога. - Ты говорила, что мой парень полное ничтожество, что он не достоин меня, а на деле просто забрала его себе? – дрожащим от злости голосом говорит Тори, заметив замешательство на лице своей уже бывшей подруги. - Ты о чем? – занервничала она. - Все ты понимаешь. Я видела ваш диалог. Так поступают подруги? - Стой, Тори, ты все неправильно поняла, - начала оправдываться Со, но Тори только мотала головой и высматривала на дороге ее такси. - А как я должна была все понять? Что я должна была думать, когда ты говорила, что он за человек, а сейчас за моей спиной встречаетесь? Он же говорил со мной, пытался поговорить…- голос на последних словах сходит на «нет», и она начинает шмыгать носом, стараясь не показывать слез. – Хотел помириться, блять. Какая я дура, - уже смеется она, все еще не смотрит на Соён, которая решила больше ничего не говорить. - Ты не дура… - Я тебя слушать больше не хочу. Просто противно от твоего голоса. - Тори мы не встречаемся, поверь мне. - А-а, про Чонгука ты тоже так говорила. Говорила мне не связываться с ним. Когда я уеду, ты его себе возьмешь? Так ты планировала? – Лепет Тори слышала не только Соён, но и все те, кто выходил изредка покурить на улицу. - Ты все сказала? А вот теперь скажу я. Ты не настолько прекрасная для таких парней и не ценишь никого из них. А то, что говорила я, это правда. Они, что твой бывший и что этот же Чонгук, все просты на подъем. Ты просто не разглядела их как следует и не прислушалась, а я смогла их понять. - Сколько красноречия, я аж слезу пустил, - усмехаются за спиной Соён. Она испугалась и тут же отскочила в сторону. – Чонгук? Тори пристально смотрит на Чонгука, который так не вовремя сейчас появился здесь. Влезает в чужой разговор, не в свое дело. Так в его стиле. - Я сохраню номерок, Соёни, - скалиться довольно Чонгук и просто делает вид, что Тори здесь вовсе нет. Смотрит в недовольные глаза Соён. - Тори, постой… - Оставь ее, - смеется Чонгук, тоже смотря ей вслед. - Чонгук, блять, ты что наделал?! – чуть не взвизгивает Соён. - Нехуй было писать, - уже холодно сказал он, поправляя на себе кофту. - Вот ты скотина. - Какой есть, - легкомысленно пожал он плечами. – Да, мне повезло, что у этой стервы проснулось милосердие, иначе не жить бы нам обоим, - предполагает он, разворачиваясь, чтобы уйти.