Шутка богов

Оба Ролло заняли боевую позицию и бой начался. Они двигались стремительно и наносили друг другу удары сокрушительной силы, но каждый удар отражался противником. Звон их мечей слышен был, наверно, во всём Руане. На шум битвы сбежалась челядь со всего замка. Это было поистине пугающее и завораживающее зрелище. Воспоминания нахлынули на Гислу. Она снова видела себя на городской стене. Викинги, штурмующие стены города и убивающие её солдат, вкус крови, запах гари и кипящего масла, вопли раненых, покрасневшие от крови камни... Всё это казалось таким далёким, словно дурной сон. Но в этот раз она знала, кто был перед ней - её муж. Единственный мужчина, отнёсшийся к ней с уважением. Единственный, кто ценил её и прислушивался к её советам. Кто смотрел на неё с таким восхищением. В этот раз вместо страха она испытывала желание. В самом деле, она желала его настолько сильно, что ей пришлось сжать губы, чтобы подавить готовый уже вырваться лёгкий стон. Ей действительно нравилось это зрелище. Быстрые и точные движения сильных и гибких тел. Могучие мышцы, пульсирующие под лоснящейся от пота кожей. Она была загипнотизирована видом их поединка и с силой сжала руки, чтобы не начать поглаживать себя. Спустя несколько минут она заметила первые брызги крови. Герцог ранил свою молодую копию в плечо. Викинг контратаковал. Несколько ударов - и ему удалось ранить герцога в ногу. Они яростно сражались ещё около часа, пока окончательно не выдохлись. Гисла подошла и осмотрела их тела. Она вздохнула - это была ничья. - Ничья, - сказала она сокрушённо. - Значит, мы должны... - Успокойтесь оба. С меня достаточно ваших игр. Вы оба - лучшие. Теперь вам нужно отдохнуть. И я решила, что ты победил, муж. В конце концов, это ты завоевал моё сердце и выучил наш язык. Уж в этом-то этот дикарь не сравнится с тобой. - Дикарь?.. Я оскорблён, ваше высочество. Я думал, вы перестали называть меня подобными эпитетами. - Ты знаешь, что я имею в виду. К тому же, должна признать, что вы оба... довольно привлекательны, если не сказать - красивы... Даже твоё более молодое "я". - Он был бы в восторге, если бы понял, что ты сказала. Я же... Ну что ж, я рад, что тебе нравится моя внешность, какой бы она ни была. Может быть, мне снова стоит отпустить волосы, как ты думаешь? - Думаю, в этом случае мы разоримся на кондиционере для волос. Ты, конечно, богат, но не настолько. А теперь пойдём в спальню, я хочу поухаживать за вашими ранами. - Моё молодое "я" тоже? - Да, иначе эти шрамы останутся на твоём краси... на твоём теле, а этого я уж точно не хочу. Ролло усмехнулся, довольный эффектом, который его тело производило на неё. Он кивнул викингу, и они оба последовали за Гислой в общие покои герцога и герцогини. Там Гисла достала флакон с целебным снадобьем и тщательно смазала раны обоих мужчин. Оба лишь ухмылялись, довольные проявленной заботой. Герцог же не мог удержаться от лёгкого укола ревности, заметного по уничтожающим взглядам, которые он время от времени бросал на свою молодую копию, осознавая в то же время, что тот не заслуживал этой женщины. По крайней мере, пока. Рука Гислы скользила по спине мужа. Нанося мазь, она ощущала каждый его мускул, каждый изгиб его скульптурного тела, как когда-то, когда она врачевала его раны после битвы с братом. Молодой Ролло плотоядно смотрел на них, охваченный желанием. Эта женщина определённо привлекала его. Герцог тяжело задышал, когда Гисла сняла с него штаны и занялась глубокой раной на бедре. Сначала он чувствовал себя чуть неловко из-за того, что другой Ролло наблюдал за ними, но вскоре позволил себе отдаться в нежные и мягкие руки жены. Он осторожно поцеловал её в щёку, на что она ответила поцелуем в шею. Ролло был удивлён. Обычно она не брала инициативу на себя или брала редко. Прошло уже довольно много времени с тех пор, как он ощущал её прекрасное тело на своём. Его орган затвердел, как только он почуствовал её губы у себя на груди. Молодой Ролло пожирал их глазами, полными страсти и вожделения. Герцог перехватил его взгляд и прекрасно понял, о чём тот думает. - Гисла, но он... то есть, я... смотрит. - Плевать. Я хочу тебя. Прямо сейчас. - Меня или его? - поддразнил он её. Она ответила с чуть слышным стоном: - Но это грех... - Не там, где я вырос. Тем более, не тогда, когда оба - твой муж. Она закрыла его рот гневным поцелуем и потом кивнула. У него всегда на всё был ответ, у этого несносного красивого язычника. Он снял с неё платье и начал целовать каждый кусочек её тела - шею, плечи, грудь, бёдра. Каждый его поцелуй сопровождался её стоном. Она тяжело дышала в такт с дыханием мужа. Молодой Ролло тоже освободился от штанов и начал ласкать свою восставшую плоть. Его вздохи и стоны наслаждения звучали почти в унисон с такими же стонами, издаваемыми герцогом, и было совершенно очевидно, что их тела реагируют на всё практически синхронно. Гисла переместилась на Ролло и начала целовать его, начиная с губ и заканчивая основанием его внушительного органа. Она ласкала пальцами его губы, а он жадно целовал и покусывал каждый её пальчик. Когда она прикоснулась к нему губами именно там, где он больше всего желал, его стоны стали громче, в какой-то момент его сердце выпрыгнуло из груди и он не сразу смог восстановить дыхание. Молодой Ролло вплотную приблизился к их кровати, следя за каждым их движением. Герцог и его жена отдались глубокому и страстному поцелую. Викинг приблизил к ним своё лицо, загипнотизированный их поцелуем. И вдруг, сам не зная, почему, он принялся целовать её как-раз в тех местах, которых только что касались губы герцога. Затем он откинул её волосы и начал целовать шею, ушко, висок... - ко всеобщему удивлению, включая моё. Но чего вы ждёте от практически порно фика? - Гисла не оттолкнула его, напротив, она сладко стонала, отдаваясь поцелуям обоих. Её спина сладострастно изогнулась, и стоны Ролло перешли в хрип. Всё в его жене будило его страсть и вызывало желание. Он хотел целовать её, входить в неё, ласкать её прекрасные волосы. Она была единственной, кто вызывал в нём такую бурю эмоций и дарил такое наслаждение. Огромные руки молодого Ролло ласкали тело Гислы, пока герцог перебирал её волосы, впиваясь в губы требовательным и жадным поцелуем. Гисла запустила пальцы в волосы мужа, отдавшись своему собственному наслаждению. Её стоны становились всё громче, и они поменяли позицию. Теперь она лежала на кровати, а герцог целовал внутреннюю поверхность её бёдер, лаская руками её ягодицы. Молодой Ролло продолжал целовать её шею и грудь. Никогда ещё Гисла не чувствовала такого возбуждения. Она уже не сдерживала себя и не думала о служанках, которые могли подслушивать за дверью. Захватив длинную прядь волос викинга, она целовала его почти так же неистово, как он сражался чуть ранее с её мужем. Викингу это очевидно нравилось, судя по его стонам, переходящим в рык. Герцог целовал её живот и нижние губы, надавливая языком на клитор. Спина Гислы ещё раз изогнулась, и она бурно кончила. Но это было ещё не всё, нет. Оба Ролло были ненасытны. Она чуть приподнялась и поцеловала сначала мужа, затем викинга. Она положила обе руки на их могучие плечи. Оба опустились ниже, они целовали и лизали каждый участок её тела. Как ей это нравилось... Их руки касались её лица, и она целовала и посасывала их пальцы. Оба Ролло тяжело дышали. Их стоны напоминали волчий рык. Гисле стало смешно от одной мысли об этом. Герцог снова положил её спиной на кровать, подложив под поясницу несколько подушек. Затем он лёг сверху, притянул её к себе за талию и медленно и осторожно вошёл в неё. Она задохнулась, судорожно хватая воздух, и тут же губы викинга накрыли её губы. Их дыхание смешалось. Её губы были такими нежными и дышали свежестью. Ролло это нравилось. Руки герцога гладили, ласкали и мучали тело жены, она закинула ноги ему на спину, глухо постанывая. Ролло еле сдерживался , чтоб не кончить, но его движения оставались нежными и ритмичными. Викинг покрывал грудь женщины жадными поцелуями. Гисла почувствовала внезапную лёгкость и кончила во второй раз, так же как и Ролло, с первым же её криком наслаждения. Викинг последовал их примеру, и на его лице читалось выражение безграничного блаженства. Все трое упали на кровать, стараясь восстановить дыхание. Гисла, в силу давней привычки, водила пальцами по груди Ролло, повторяя очертания его татуировок. Оба Ролло нежно перебирали её волосы. Гисла даже и не предполагала закончить дважды. Она улыбалась. Она чувствовала себя такой удовлетворённой. Возможно, она согрешила, но что с того? Разве это грех - заниматься любовью с мужем? Конечно, нет. Тем более, что только мужа она пустила внутрь себя. Она чувствовала себя счастливой. Она решила не чувствовать себя грешницей. Ведь очевидно, что муж её таковой не считал. К тому же, она сдалала его счастливым, а разве это не было одной из обязанностей жены? - Как же тебе повезло, что ты женился на мне. Ведь я лучшая из жён здесь, во Франкии. - сказала она одновременно и гордо, и шутливо, обращаясь к мужу. - Действительно, повезло. - улыбнулся он в ответ. Они продолжали целоваться, пока Гисла не откинулась на подушки и не забылась лёгким сном. Ролло посмотрел на свою молодую копию и задумчиво улыбнулся. Викинг ответил ему такой же тёплой улыбкой. - Спасибо за сегодняшний день, ярл Ролло. - Всё что угодно для... меня самого, - усмехнулся герцог. - Однако же, мне пора. - Как - пора? - Я чувствую, что растворяюсь в пространстве. Может быть, это было посланием от богов, чтобы я не терял надежды, - ответил молодой Ролло, подымаясь. - Я счастлив, что побывал здесь. - Ты будешь ещё счастливее, когда это случится на самом деле. Верь мне. И верь в свою судьбу. - Спасибо. - Передавай Сигги привет от меня. Скажи ей... скажи, что я прошу прощения. - Я передам. Но... за что? - Ты узнаешь это позже. Молодой Ролло посмотрел на него в замешательстве. Он уже начал было говорить, но вдруг растворился в воздухе. Герцог опустился на кровать и нежно посмотрел на жену. Перед тем, как заснуть, он поцеловал её волосы и ласково пропустил их между пальцев. А по ту сторону двери стояла юная служанка, которая слышала всё, чем занимались её господа. Её глаза были широко открыты, а на лице застыло выражение шока и, возможно, ужаса. Она медленно повернулась и пошла прочь, унося весьма неловкие воспоминания. Похоже, что психика бедняжки была травмирована навсегда. Бедная девушка...