Садись, прокачу, ёпт.

Гнойный не понимал где он оказался. Вроде бы, планировалось, что Оксимирон его убьёт. Но не успел Мирон прикоснуться к Славе, как тот обнаружил себя лежащим на холодном полу в каком-то тёмном помещении. Пол был кривой и влажный, пахло водой и камнем. Чувствовал себя Слава не очень хорошо. Голова раскалывалась, как будто с похмелья, тело ныло. Может так и выглядит смерть? Что ж, пока всё довольно мило. Слава с трудом поднялся на ноги, отметив про себя что конечности трясутся как от выброса адреналина. Если он уже умер, то это они зря. Должна же загробная жизнь чем-то отличаться от земной. Она могла бы быть приятной, а тут какое-то тёмное подземелье. Он подумал что в ситуации когда не понятно, что за хуйня происходит глупо оставаться на месте и осторожно шагнул вперёд. Ещё шаг, ещё... Сердце замерло от предвкушения какой-то гадости, но Слава упрямо двигался дальше. Он как будто в гору поднимался и опасность, а соответственно страх возрастал пропорционально высоте. Когда он всего-лишь врезался в стену, то чуть не рассмеялся от облегчения. Слава дал себе время передохнуть. А потом направился на разведку. Стена по правую руку очень успокаивала. Ощущение, что помещение огромное оказалось ошибочным. Слава довольно быстро обошёл комнату по кругу. Ничего интересного. Вот блин. Гнойный дошёл до угла и сполз на пол. В голове проросло какое-то недоумение. Почему жизнь привела его именно сюда. Туда-не-знаю-куда, ёпта. А самое главное, не понятно чего делать то. - Обоссать и кусь... Обоссать и кусь, котик может тебя обоссать и кусь. Бляяяя, где я нахуй? Год назад я сидел на скамейке в общественном парке, а теперь сижу в стрёмном подвале. Надо вспомнить что случилось. Я, кстати, не сумасшедший, если меня кто-то слышит, просто так мне спокойнее, - Голос действительно перестал дрожать. - А почему ты думаешь, что не сумасшедший? - вкрадчиво произнёс знакомый голос, так говорил демон. Да, точно он и есть. - Потому что знаю, что творится у меня в голове. - Ты смешной. Возможно всё что с тобой происходит в последнее время не настоящее. - Тогда ты самый ненастоящий. - Плевать. Скажи мне лучше почему ты веришь тому жалкому человеку? - Какому человеку? И что значит, я ему верю? Ты не можешь залезть мне в голову, дядь... Осторожнее со словами. - Я буду осторожнее, - приближается, страшно, пиздец. - Когда потребуется. - А сейчас просто отвечай. - Не буду, - Славик решил не играть по его правилам. Если уж умирать, то красиво. - Я хочу выбраться отсюда, я что умер? -Не надолго, - ответил демон. Щёлкнул выключатель, который Слава в темноте, разумеется, не заметил. Когда он привык к яркому свету и смог разглядеть помещение в котором оказался. Это явно была не та комната. По крайней мере стены здесь были оштукатурены, а на полу настелен прожжённый в некоторых местах линолеум. В комнате царил страшный бардак. Дальше по коридору журчала вода, пиздец, какой страшный звук на самом деле. Как будто там кто-то есть. Слава на цыпочках пошёл на звук, обходя многочисленные препятствия. Выглядело жутко, грязная одежда, сваленная в уродливую кучу. Старые, явно не работающие предметы. Запах ещё, ветхий такой. Слава остановился и закрыл глаза. На стене рядом с ним висел допотопный телефон, весь в пыли, только несколько точек, как будто кто-то случайно дотронулся до него пальцами. Слава не мог заставить себя выглянуть и посмотреть есть ли в следующей комнате кто-то или это просто вода. Телефон пронзительно зазвонил, Слава тут же шарахнулся от него, и пока чёрное, пыльное чудовище не повторило свой опыт, резко схватил трубку. На другом конце слышалось дыхание. Не ровное, а плохое, срывающееся. И ещё слишком быстрое. Слава замер, прислушиваясь и вдруг обнаружил что он сам то совсем не дышит! Стрёмно, голова сразу же закружилась, появился шум в ушах и резкая боль в висках, Слава согнулся пополам, и попытался вдохнуть. Нихуя. Из кухни, а теперь Славику вдруг стало точно известно расположение комнат в этой квартире, выбежал Мирон. - Слав, что такое! - голос звучал испугано и глухо, сам Мирон прочитывался силуэтом на фоне солнечного окна. Слава упал на пол, мешаются какие-то предметы, солнце за спиной Оксимирона меняет свой окрас. Теперь там разгораются два огненных шара. Мирон упал рядом со Славой на колени, стал гладить того по рукам и говорить что-то успокаивающее. Слава уже не слышал. Он не выдержал, когда у Окси потекли слёзы из глаз. Слишком нереально, чтобы беспокоится о своём поведении. Слава с трудом поднял трясущуюся руку и погладил Окси по щеке. - Я тебя люблю, - Слава не слышит, получилось ли у него выдавить из себя хотя бы звук, поэтому он пытается сосредоточится, чтобы попытаться ещё раз. Лёгкие судорожно сжимаются. Почему-то всё ещё не выходит дышать. Вверху огромное пространство, уже где-то в тумане виднелся потолок. Воздух здесь слегка зеленоватый. И сильное эхо - это понятно даже если ничего не говорит. Слава лежал на спине и понимал, что вообще-то всё очень просто. Он не может дышать, потому что находится под водой. Весь мир затопило, здесь на дне спокойно и тихо. Тоскливое местечко. Слава вдыхает, организм совершенно не против такого расклада. Нос не начинает шипать, лёгкие наполняются прохладной влагой, она такая же, как воздух, только гуще. Слава встаёт и выходит на улицу. Помещение в котором он находился - вроде спортивного зала. Даже стопка матов в углу. На улице непонятное время года, вроде бы снег подтаявший, местами земля торчит, а вроде бы тепло. Слава уходит, не оборачиваясь. Дорожки, детские аттракционы, несколько площадок. Совершенно одинаковые корпуса, заходить в которые не возникает не малейшего желания. Через какое-то время, Слава обнаружил, что гуляет по кругу и не может понять как выйти отсюда. Это место, как будто оторвано от остального мира. Вроде бы остров посреди земли. - Я тут навечно что ли? - хрипло спросил Слава, подсмотрев на пасмурное небо.- У меня вообще-то были другие планы. Апатия этого места наваливается неподъёмным грузом. Слава помнит, что когда-то раньше такие ебеня ничего не могли с ним поделать. Он тогда как-бы сам по себе, весь мир внутри, снаружи только проекции, даже не розовые очки, которые можно снять, а так, миражи, отголоски того, что происходит совсем в другом месте. А да, точно Fata Morgana, та, которая мираж, а не фея, разумеется. Теперь он был другой. Слава ощущал себя неуютно, зная, что окружение делает его погоду. Он разучился менять мир хотя бы для одного себя. Теперь приходится жрать всё, что предложат. И никакого "хитинового покрова". Славик улёгся на землю и принялся смотреть вверх. Так казалось, что слиться с этой местностью - не такая уж плохая судьба. - Пусть я буду дурацким садовым гномом с испачканной рожей, не то, чтобы он здесь прямо к месту, но это лучшее, что я могу придумать.