Новые ученицы Кунугигаока

    Среди белого дня на улицах было очень оживленно: вечно снующиеся кто куда люди, большое количество автомобилей, серый и противный запах выхлопных газов, яркие вывески на магазинов, — все как обычно. Мисуки, глубоко погрузившись в свои мысли, шла рядом с Нагисой, который не спешил нарушить между ними тишину. Они без разговоров решили, что пойдут вместе. Все равно им обоим было по пути. Тамаки же пришлось оставить свой класс разбираться с новой проблемой, ибо тому срочно нужно бежать к начальству. Он был расстроен, что не сможет помочь, но тут ничего не поделаешь, ему же нужна работа. В это время Шиото думал о сложившееся ситуации, беспокоился о Бич-сенсей. Как-никак, но все ученики привыкли к самоуверенной блондинке, даже в некотором роде скучают. Потому они и готовы спасти свою учительницу, даже если придется рисковать собственной жизнью. Так заключил у себя в мыслях Нагиса.     — Слушай, Нагиса, — неожиданно остановила парня Ямадзаки, схватив его за руку, когда им нужно было расходиться в разные стороны, — ты не боишься выступать против сильнейшего убийцы в истории?     — Ох, — замялся Нагиса, — честно признать, я очень боюсь того, во что мы все вляпались. Однако это не дает мне права просто отступить, когда угрожают нашей учительнице.     — Вот как.     От глаз Шиоты не скрылось странное выражение лица девушки, что даже не смотрела на него, прожигая землю под ногами своим задумчивым взглядом. Естественно, она боится Жнеца; не боятся его — самое настоящее безумие. Но Нагиса помнил, с каким сосредоточением разговаривали с учениками "Е" класса Синон и Миса. Перед остальными они выглядели спокойно и серьезно, что даже никто и не подумал, что они сами до чертиков боятся всемирноизвестного убийцу. Похоже, Ямадзаки плохо контролировала чувства, когда оставалась наедине с ним.     — Я могу попросить тебя об одном одолжении? — фиолетоволосая подняла голову и пронзила серьезным взглядом Нагису.     — Н-ну, да...     Мисуки подошла вплотную к парню и, наклонившись к его уху, что-то прошептала. Выслушав просьбу, Нагиса был очень шокирован, однако, мягко сжимая плечи девушки, кивнул. На лице Ямадзаки появилась слабая улыбка. Какое-то время они стояли друг от друга на мизерном расстоянии, пока их лица не стали приближаться. Он коснулся её пухлых губ своими, плавно проникая языком в рот. Сердце девушки бешено забилось, словно вот-вот выпрыгнет из столь юной груди. Так происходило каждый раз, когда их губы сливались воедино, становились настоящим целым. Из-за нехватки воздуха им пришлось оторваться, и явно можно было заметить легкую обиду на лице Ямадзаки. Ей не хотелось прерывать подобный момент, заставляющий не только сердце бешено стучаться, но и подскакивать давлению.     Они попрощались и отправились по домам, каждый по своему пути. На их лицах не переставала играть легкая, счастливая улыбка, что невольно вызывало раздражение у прохожих людей. Они бы ни за что не подумали, что кто-то стал свидетелем их сцены. Особенно Нагиса. Женщина средних лет с короткими синими волосами буквально приросла к земле, только увидев их вместе. Некая злоба глубоко зарылась в ее сердце, отчего та со скрежетом зубов сжимала ручку сумки. Какое-то время она так и стаяла на месте, пока не направилась в сторону, где скрылся недавно Шиото.

***

    На дворе уже ночь: на небе все еще видятся небольшие, пушистые облака; звезд еще не было. Сверху парил квадрокоптер с камерой, запись которой отражалась на мониторе Итоны. Он сообщил, что пока не заметил каких-либо признаков активности. Хару в это время попросила Рицу сообщить обо всем Коро-сенсею, если они не вернутся к полуночи. Она, конечно, согласилась, попросив их об осторожности. Мисуки, не дожидаясь остальных, молниеносно оказалась у самой двери и жестом подозвала остальных. Она открыла дверь, внимательно огляделась и, не найдя признаков какой-либо ловушки, прошла вовнутрь, остальные сразу же за ней. Все ученики оказались в большой комнате без наличия дверей, кроме той, которой они воспользовались.     — Вы уже пришли? — голос Жнеца раздался эхом в помещении. — Ладно, тогда я закрываю дверь.     Карма уставился прямо в камеру и говорил что-то про игру в гляделки. Синон, закатив глаза, подошла к нему и обратилась непосредственно к Жнецу, что они выполнили его условия. Однако вместо ответа земля под ногами резко зашевелилась, и комната начала опускаться вниз. Вскоре через решетку вместо стены они смогли лицезреть самого Жнеца, а сзади него находилась без сознания Ирина. Некоторые стали биться в стены, пытаясь своими действиями хоть как-то выбраться.     — Вот как, — буркнула Синон, облокачиваясь о стену их ловушки. — Как и следовало ожидать, мы с самого начала должны были стать приманкой для осьминога. Как-никак, Коро беспокоится о своих учениках.     — Верно, вы даете мне гарантию, что он точно явится сюда, — улыбнулся Жнец, холодным и пронизывающим взглядом оглядев Асаду с ног до головы.     Мимура сообщил о полости в стене, за которой определенно есть выход. Такебаяши вмиг подскочил к стене и включил бомбу, а Окуда разбила одну из своих комб, используя дымовую завесу. Прогремел взрыв, и, когда дым рассеялся, Жнец лицезрел пустую комнату. На его лице появилась веселая ухмылка, однако вскоре она спала с лица, и ему пришлось уворачиваться от холодного лезвия катаны. Ямадзаки усмехнулась, заметив легкое замешательство у врага, и убрала руку с катаной в сторону, готовясь нанести следующий удар. Звук выстрела разрядил комнату, из темноты вышла фигура Сино, держащей на весу пистолет. Жнец, придерживая свое раненное плечо, взглянул сначала на фиолетоволосую, а потом на снайпера.     — Вы ведь знаете, что не сможете одолеть меня, — взгляд был насмешливым, когда он это говорил, — но все равно рискнули пойти против меня. Как благородно для наемных убийц правительства.     — Верно, мы не одолеем тебя, даже если будем действовать сообща, — согласилась Синон, тяжело вздохнув. — Однако мы сможем тебя задержать, чтобы наши одноклассники смогли спасти Ирину и скрыться.     — О, понятно. А они хоть в курсе, что если у них получится это сделать, то вы останетесь со мной и вряд ли вообще будете живыми.     — Это лишняя информация, она им ни к чему, — буркнула Мисуки, наклоняя голову так, чтобы челка смогла скрыть ее глаза.     Не сговариваясь, Ямадзаки сделала выпад вперед, сокращая расстояние, лезвие опасно сверкнуло в темноте, но было отбито рукой Жнеца, который уже успел принять одну из своих маскировок. Будто темная дымка окутывала его тело. В это время Синон вытащила второй пистолет из кобуры и принялась расстреливать противника, но пули будто проходили сквозь него. Асаде пришлось поменять свой план, потому она тоже, вооружившись стальным ножом, стала атаковать его с близкой дистанции.     Смесь силы «Гекаты» и «Молнии» всегда были чудовищными, о них ходило не мало слухов, что они могут вынести целый отряд, вооруженных до зубов, спецназовцев, получив минимум урона. Даже Жнецу пришлось это признать, что вместе они непобедимая команда. Мисуки была быстра и ловка, к тому же всегда точно целилась в уязвимые места, да вот только он их успевал блокировать. Асада же могла быстро переключаться с ножа на пистолеты, делая ее действия непредсказуемыми. Да, самый опасный дуэт, однако...     Жнец схватил фиолетоволосую за руку и быстро перекинул через себя, слушая с удовольствием знакомый хруст ломающихся костей. У Сино успел выхватить пистолет и выстрелить в плечо, в то самое плечо, которое когда-то было уже ранено при спасении Ловро. Девушки, конечно, продолжали бороться даже при таких ранениях, но сильный удар в живот поутихомирил их пыл, и они беспомощно лежали на земле.     — Вы действительно опасны, ваша жажда крови настолько сильна, что заставляет вас сражаться, даже если вы будете при смерти, — не удержался от восхищения Жнец. — Однако, вы мне не ровня, чтобы сражаться со мной.     — Сволочь... — зашипела Мисуки, пытаясь на дрожащей руке, вторая была сломана, приподняться, но тут же упала лицом на землю.     — Ты прав, мы тебе не ровня, но... — Синон все же смогла подняться с земли и с вызовом взглянуть на него, — есть одно существо, которое тебе никогда не победить, даже если перебьешь пол Земли...     Лицо Жнеца исказилось в гримасе гнева, и он, не выдержав, врезал кулаком по скуле девушки. Та не смогла удержаться на ногах, потому отскочила к стене, медленно сползая по ней на колени. Ему было этого мало. Он всем сердцем хотел, чтобы снайпер страдала, чтобы она пожалела о том, что поняла его желание победить своего наставника, доказать ему, что он сильнее, умнее. Он недооценил этих девушек. В голове, как назло поздно, пронеслась информация, в которой говорилось, что Синон опасный опонент. Не только тем, что способна поразить цель с большого расстояния даже обычной пушкой. Но и еще тем, что она умеет читать людей, манипулировать ими. Через боль Асада довольно усмехнулась, чем больше вызвала у Жнеца ненависть к ее простому существованию. Она специально его провоцирует, чтобы узнать намного больше информации. И он был готов плясать под ее дудку, но вовремя вспомнил, что ученики могут действительно выбраться отсюда, хотя и знал, что кое-кто этого не допустит.     — Я не знаю, как ты все это узнала, но тебе повезло, что у меня сейчас есть дела поважнее, чем твое убийство, — буркнул Жнец и исчез, зная, что девушки не смогут в своем состоянии хоть как-то выбраться.     Синон подняла свои голубые глаза и хихикнула, однако Мисуки не разделал ее радости. Все еще лежа на земле, она, повернув голову к подруге, стала бояться того, что у снайпера поехала крыша. Ибо такой безумный план, который предложила ей тайком Сино, не мог придумать человек, находящийся в здравом уме. Flashback     — Погоди! — воскликнула Мисуки, прикладывая руку к голове. — То есть, я правильно тебя поняла, ты хочешь, чтобы он нас избил до полусмерти, чтобы только узнать о нем информацию?     — Ты правильно все поняла.     Правый глаз Ямадзаки задергался, губы плотно поджались, руки сжимались в кулаки. Как бы Миса не пыталась понять план подруги, в ее голове все равно была полная каша. Это замешательство и заметила Синон, и она, тяжело вздохнув, стала ей объяснять:     — Любым человеком движется определенная цель, но я не думаю, что Жнецу нужны деньги. Скорее всего, ему хочется кому-то что-то доказать или же он лично знаком с Коро-сенсеем, потому хочет свести старые счеты. Любого врага нужно проанализировать, чтобы понять, как с ним бороться. Во время нашей с ним битвы можно вполне узнать, что действительно он хочет. Но боюсь, что мы не сможем достичь этой цели, если ему не подыграть.     — Это бред! — едва сдержалась, чтобы не накричать фиолетоволосая. — Ты хоть понимаешь, как будут чувствовать себя остальные, увидев нас в таком состоянии? Мне кажется Карма точно захочет поубивать там всех вокруг.     — Я это прекрасно понимаю, — снова вздохнула Асада. — Поэтому у меня есть план, благодаря которому я и ты отделимся от остальных. Они будут спасать Ирину, пока мы якобы будем отвлекать Жнеца.     — А на самом деле будем собирать информацию...     — Даже если мы все сможем выбраться, Жнец сыграет далеко не последнюю роль в нашем спектакле. А я не хочу думать, что мы слабы перед ним. Потому-то и нужна нам информация о нем, которую возможно получить в ходе нашей битвы.     — Ладно, я поняла, — махнула рукой Миса, — но ты хочешь меня попросить сражаться в пол силы?     — Нет, — отрицательно покачала головой снайпер, — он это заметит. Мы будем сражаться так, будто от этого зависит чья-то жизнь, но вот только не позволим своей жажде крови взять над нами вверх, чтобы продолжать бороться, даже если от нас останется только одна рука. Это почти невозможно, но обязательное условие. Ты со мной, Мисуки?     — Эх, — безнадежно вздохнула подруга, — когда ты ко мне обращается полным именем, то у меня сразу складывается ощущение, будто у меня нет выбора. Конечно, я с тобой. Конец Flashback

***

    Неизвестно, сколько уже времени девушки вот так вот лежат на полу, не произнося друг другу и слово. Появился Жнец и, подхватив их за талии, понес в другую камеру, где, должно быть, находятся остальные. Вися на его руках, Синон усмехнулась, когда почувствовала, с какой силой он сжимает ее тело, стараясь хоть как-то принести ей боль. Когда они оказались в месте, где яркий свет ослепил их на время, Жнец с силой бросил их в камеру, отчего те издали короткие всхлипы. Мисуки тут же почувствовала, как кто-то стоит около нее, однако она не могла расслышать слова, ибо в голове после удара о землю была полная неразбериха. Синон, открыв глаза, увидела множество испуганных взглядов, обращенных к ним, среди которых был самый кровожадный. Карма подскочил к ней и, бегло оглядев девушку, прошептал:     — Я убью его.     Только этого ей не хватало. Прижимая к плечу свою руку, она хриплым голосом попросила всех успокоиться и мыслить рационально, особенно это касалось Акабанэ. Тот недоверчиво скосил взгляд на нее, но все же смог контролировать бурю злости внутри и присел рядом с Сино, которая с легкой улыбкой прислонилась к его плечу. Она не сразу заметила, что по ту сторону камеры на них смотрят Жнец и Бич-сенсей. Последнюю Асада одарила взглядом полным отвращения, из-за которого блондинка невольно отвела глаза в сторону.     — Карасума? — удивилась Ирина, когда Жней что-то показал ей на своем телефоне.     — Как он догадался?     — Тупой осьминог сказал, что если мы когда-нибудь попадем в беду, он обязательно нас спасет, — объяснил Итона.     Жнец, усмехнувшись тому, что некоторые девочки сразу же воодушевились, узнав, что Карасума и Коро пришли за ними, объявил, что пора приступить к плану №16. Ирина оскалилась и произнесла, что пора и ей показаться. Тем временем Мисуки смогла наконец-то слышать посторонние звуки и, приподнимаясь с помощью здоровой руки, оглядела всех. Крайне веселые лица одноклассников насторожили ее, и она посмотрела на Асаду, которая едва заметно отрицательно качнула головой. Как она поняла, за ними пришли, но настороженное лицо подруги говорит о том, что будет не все так гладко. Мисуки вздохнула и поднялась на ноги, придерживая сломанную руку.     — Ты как? — обеспокоенно поинтересовался Нагиса. — Ты почти десять минут ничего не говорила, будто была далеко в своих мыслях.     Она хмыкнула, не желая рассказывать парню о том, что на самом деле вообще ничего не слышала. Вдруг, совершенно неожиданно с потолка упал сам Коро-сенсей, к которому тут же все подскочили, беспокоясь о его самочувствии. Учитель Коро поднялся и стал оглядывать всех, его взгляд остановился на единственных раненых девушках. Осьминог, испугавшись, стал осматривать их с ног до головы и принялся перевязывать плечо Синон, а Мисуки помог зафиксировать тоже тканью руку, чтобы сильной боли она не причиняла. Девушки с благодарностью на него взглянули. Учитель гордо выпучил грудь и подошел к решетке, которая была пропитана антивеществом.     — Пришло время сказать, что я теперь могу бороться с антивеществом, — уверенно заявил осьминог, тем самым вызвав у всех шок.     Какая-то мощная аура будто возникла около Коро, хвастаясь своей супер мега секретной технике. И в ту же секунду он встал на корточки и стал лизать решетку, при этом говоря, что всего лишь потребуется двенадцать часов. Мисуки не знала, что делать: заливаться смехом или же сочувственно смотреть на их учителя.     — Эй, ты, — вдруг появился Жнец в компании Ирины и Карасумы-сенсея, — продолжишь лизать мою решетку, взорву здесь все нахрен.     Конечно же, Коро-сенсей прекратил свои действия. Жнец, усмехнувшись, стал рассказывать о своем дальнейшем плане: он заполнит это место водой, чтобы превратить всех здесь в лепешку. Карасуме это не понравилось, потому тот стал выяснять одну важную вещь — собирается ли он убивать учеников? Тот с невинной улыбкой сказал, что это всего лишь побочный ущерб. От услышанного даже Синон подскочила с места и подошла поближе к решетке, прожигая взглядом всех троих. На лице Тадаоми была выражена неуверенность в этих действиях.     — Согласен, это жестоко. Но разве спасение мира того не стоит?     — А чего ты действительно хочешь? — вмешалась в разговор Синон, с усмешкой смотря на Жнеца. — Спасения мира или же мести?     — Какая же ты та еще заноза в заднице, — подходя к решетке, говорил с нелепой улыбкой он. — Думаешь, что все знаешь, а на самом деле просто импровизируешь и зачем-то тянешь время, будто вы все как-то сможете выбраться.     — К твоему сведению, — она наклонила голову вперед и позволила себе усмехнуться, — я действительно смогла разузнать довольно интересную информацию, потому спасибо тебе за сотрудничество. О, и, — Сино, делая вид, что задумалась, заставляя буквально кипеть от злости Жнеца, — я также тяну и время.     — Что?! — буркнул он и, развернувшись, получил кулаком по лицу от Тадаоми.     — Жизнь двадцати девяти человек против судьбы Земли. Если ради спасения планеты нужно убить детей, то я остановлю тебя, — грозно проговорил Карасума, ослабляя свой галстук.     Сино довольно усмехнулась, слыша, как все стали восторгаться своим учителем. Мысли невольно перенесли ее к разговору, который произошел между ней и Карасумой, еще до всей этой операции. Flashback     — Спасибо, что согласились со мной поговорить, — заставляя из себя выдавить полуулыбку, произнесла Асада.     — Ты что-то забыла еще сказать тогда? — предположил Тадаоми, вспоминая тот день, когда его попросили подарить цветы Ирине в честь ее дня рождения.     — О, нет, я два раза не копаю одну и ту же яму, — ответила Синон, надеясь, что хоть этот разговор не пройдет даром. — Я хотела у Вас спросить, правительство готово жертвовать жизнями, например, учеников?     — С чего это подобный вопрос? — насторожился мужчина.     — Карасума-сенсей, и Вы, и я работаем на правительство, нам обоим известно, что оно готово пойти на все, а тут тем более идет речь о спасении мира. Потому-то мне и интересно узнать, готовиться ли мне к тому, чтобы защищать моих одноклассников от самого правительства?     Тадаоми сузил глаза и призадумался. Конечно же, он недавно разговаривал с начальством о том, что ему делать, если ситуация требует жертвовать учениками. Те сложили руки и предоставили ответственность ему, Карасуме. Тот факт, что об этом заговорила с ним Синон, говорит, что подобная ситуация точно может произойти. Только вот откуда ей известно об этом?     — Правительство передали мне решать этот вопрос.     — Вот как, — хмыкнула Синон и, разворачиваясь, произнесла: — Тогда Вы надеюсь поймете меня, когда я буду наставлять на Вас пистолет, если Вы сделаете неправильный выбор, учитель. Дети — самая ужасная жертва. У них еще вся жизнь впереди и никто не имеет право лишать их шанса на свое будущее. Конец Flashback     Жнец резко бросился к выходу, а Карасума за ним. Коро-сенсей едва успел выкрикнуть, чтобы тот включил свой передатчик. А Ирина сначала удивилась этому, а потом усмехнулась. Она, подходя к решетке, говорила, что Карасаму мог остаться в стороне, но проявил слабость, которая и погубит его.     — Знаешь, Ирина, — обратилась к ней Синон, все также находясь у решетки, — жалкие дворняжки громко лают только тогда, когда видят, что другим хуже, чем им. Но вот когда они сами оказываются в подобной ситуации, они смиренно себя ведут в ожидании чьего-то приказа. Так ты все еще хочешь быть жалкой дворняжкой, чтобы слушать не свое сердце, а Жнеца?     Она ничего не ответила, лишь одарила ее оскорбленным взглядом, а потом, приподняв руку с пистолетом, поспешила, похоже, на выручку жнецу. Асада, довольная собой, подошла к Карме и прижалась к его груди. Она устала уже просчитывать ходы и манипулировать в некотором роде людьми, еще у нее вновь плечо начало кровоточить. Если в скором времени ей и Мисуки не помочь, то вполне можно попрощаться с рукой. В это мгновение прозвучал сначала один мощный взрыв, а за ним сразу несколько не менее мощнее. Это заставило всех поволноваться за учителя.     Сквозь рацию все слушали, что происходит с Карасумой. В бой включилась Ирина, которая заявила, что никто не понимает таких, как она. Жнец поддакнул и стал рассказывать свою историю. Будто бы он родился в месте, наполненном террористами, где приходилось бороться, чтобы выжить. Прогремел еще один взрыв. Мисуки вздохнула и тихо произнесла: «Поздравляю, Ирина, ты стала отличной пешкой для того, кого даже не волнует судьба мира». Стоящая рядом Синон хмыкнула, прокручивая его историю у себя в голове. Определенно он лгал насчет того, что его судьба похожа на судьбу Елавич, чтобы получить от нее доверие. Вот и поплатилась за это. Дура.     Коро-сенсей стал связываться с Карасумой, чтобы убедиться, что тот в порядке после такого взрыва. Тадаоми ответил и сообщил, что Бич-сенсей серьезно ранена. Учитель Карасума заявил, что цацкаться с ней не станет, а иначе он не догонит Жнеца, но тут же ему возразила Курахаши.     — Почему Вы не хотите ее спасти?     — Курахаши, Ирина помогала Жнецу и вот он результат. Как профессионал, она знала о последствиях.     — Да что вы все заладили про одно и тоже! — выкрикнула она. — Я понимаю, что я ничего не знаю, но Бич всего двадцать один год! У нее было трудное детство и, пока она росла, наверняка упустила многого в жизни. Поэтому, пожалуйста, простите ее, учитель. Также, как и все мы, она тоже может оступиться.     После своей речи Курахаши встретила одобренные взгляды своих одноклассников. Даже Сино и Миса не могли скрыть своего восхищения, хотя сами не хотели помогать Ирине. Эта девочка права, каждый может оступиться, даже они сами. Конечно же, Асада этого точно не хочет допустить.     — А теперь я предлагаю устроить фокус с исчезновением! — с веселостью предложила Мисуки, однако потом зашипела от боли из-за резкий движений рукой.     Их специально сделанные для убийства Коро костюмы могли сливаться с местностью, но они еще заранее избавились от ошейников. В этом помог Итона. Вскоре отправились в дальний угол комнаты, куда едва проникал ракурс камеры, и, залезая друг на друга, сливались со стеной. Синон и Мисуки отправили в самый вверх, ибо у одной сломана рука, а у другой ранено плечо. Однако залезть другим на спину было для них сущей пыткой, но они даже не пискнули, пусть и были готовы выть от дикой боли. Коро-сенсей тоже стал сливаться с полом, но тому пришлось раздеться до гола. Их ошейники взорвались, значит, их план работает отлично.     Вдруг все услышали какой-то странный всплеск, из-за которого заметно стали нервничать. Все спустились обратно и пытались понять, что происходит. Коро-сенсей, вытянув свои глаза, стал комментировать поединок Карасумы и Жнеца. Получалось смешно, да вот только сейчас не до этого было. Вдруг осьминог из-за чего испугался и прогремел едва слышимый выстрел. Все ученики не сразу заметили, что Коро вытянул свою щупальцу, чтобы спасти Карасуму-сенсея, при этом попивая томатный сок, который взялся непонятно откуда.     Вскоре все смогли выбраться и оказаться в холле этого подземного бункера. Некоторые с ужасом лицезрели истинное лицо Жнеца. В стороне стояли Синон и Мисуки, которые хоть и были рады, что Карасума смог одолеть его, однако им показалось это слишком просто. Они не верили в тот факт, что Жнец повержен. Ведь они прекрасно чувствуют его жажду крови. Он еще заявит о себе и далеко не в прекрасном цвете.     Ирина предприняла попытку бегства, однако ее все же поймали. Она начала нести какую-то полнейшую дичь, а Терасака заявил ей, чтоб просто возвращалась обратно к ним. Другие же поддержали его идею. Мисуки, вздохнув, подошла к Коро и как закричит:     — А ну быстро нас отправили в больницу! Я не хочу, чтобы Синон отрезали руку!     Коро-сенсей встрепенулся и сначала бегал то к ней, то к снайперу, а потом, взяв их своими щупальцами, рванул со всей скоростью в больницу, прося прощения за то, что заставил их ждать. Миса не удержалась и стала обвинять его во всех смертных грехах, тем самым добивая его самомнения. Синон тихо посмеивалась над ним, а сама думала все еще о Жнеце. Все слишком просто, так не должно быть.

***

    На следующий день в палате девушек было многу народу. Все стали приносить разные сладости, Нагиса и Карма принесли дамам букет цветов. Все ученики желали им выздоровления, говоря, что без ни как-то скучно в классе. Услышав подобное, Синон не смогла сдержать смущения и буркнула что-то неразборчивое. Это заставило всех умиляться столь милой картиной. Тамаки, как узнал, что случилось, долгое время мозги компосировал сначала сестре, а потом уже и снайперу, говоря, что их и нах минуту нельзя оставить. Девушка едва сдержались, чтобы его не убить. Учителя также посещали их, даже Ирина приходила и просила прощения за свое эгоистичное поведение. Девушки переглянулись и решили все же простить их горе-подругу. Елавич была на седьмом небе от счастья и рассказала, что после их ухода Карасума подарил ей красивую розу, добытую в битве со Жнецом. Мисуки не удержалась от ехидных комментариев, от которых Бич-сенсей становилась похожей на настоящий спелый помидор. Карасума также заходил к ним и тоже попросил прощения, особенно у Синон, которая, несмотря на все, старалась достучаться до него. Асада просто кивнула и попросила быть все-таки человеком, а не ходячим роботом. В такой веселой ноте проходили их дни в больнице, так прошла неделя. Завтра их собираются выписывать, и в их последний день пришел неожиданный гость.     — Как ваше самочувствие, дамы?     Девушки шокировано уставились на директора Кунугигаока, что решил по каким-то причинам навестить их. Это выглядело слишком странно. Асано спрашивал о их самочувствии, также уточнил, как они получили эти ранения. Конечно же, скрывать от директора, что это случилось в ходе стычки со Жнецом, который хотел победить Коро-сенсея, нельзя было, потому, скрипя зубами, они ему все поведали. Он одарил их странной пободной ухмылкой, из-за которой они еще больше насторожились.     — В таком случае боюсь, что ваши услуги больше не нужны, — произнес Асано. — Отныне вы исключены из школы Кунугигаока.