Ты скучала, малышка Лилс?

Я проснулась от звонков, которые поступали на мой телефон. Кое-как я открыла глаза и приняла вызов. -Алло… - сонным голосом проговорила я. -Лиля, ты что ещё спишь? Через час совещание. Быстро ноги в руки и в офис. -Что? Блин, проспала! -Быстро! Александр Михайлович отключился. А я вскочила со своего места и побежала в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. Через сорок минут я уже была готова, мне оставалось только одеться. На выбор одежды было потрачено ещё десять минут. В итоге, я выбрала чёрное обтягивающее платье чуть выше колен, чёрные туфли на высоком каблуке и чёрную сумку, в которую поместила все нужные документы. Я выбежала из подъезда и села в такси, которое было мною заказано ещё пятнадцать минут назад. Через двадцать минут я залетела в кабинет, где обычно проходят важные переговоры. -Александр Михайлович, извините! Я всю ночь работала над проектом и уснула за работой. - я пыталась отдышаться, но это плохо получалось. -Да, что ты передо мной извиняешься. Перед клиентом лучше извинись. Знакомься, Егор Николаевич! Я повернула голову на заказчика и охуела. Он… Мой мучитель сидел, буквально, в одном метре от меня. Я прикрыла рот рукой. А он от моего вида лишь усмехнулся. Я стояла и смотрела ему в глаза, отчего мои глаза сразу стали мокрыми. Хотелось расплакаться прямо перед ним, но я никогда этого не делала перед ним, поэтому мне пришлось сдержаться и не разрыдаться в голос. -Лиля, ты с нами? - окликнул меня Александр Михайлович. -Да, я просто задумалась. - я всё также не отрывала взгляд от парня. -Присаживайся рядом с молодым человеком. Ты начнёшь ему объяснить все мелочи. -Александр Михайлович, может быть Вы будете всё рассказывать? - я с дрожью в голосе спросила у своего начальника. -Ну, как это я? Ты ведь сделала всё. Я ничего не знаю. А вот ты и объяснишь. Александр отодвинул стул, стоящий рядом с моим мучителем, чтобы я села. Я аккуратно села на край стула. Я открыла папку, в которой были сложены все бумажки, на которых были расписаны разные цифры, и начала рассказывать совсем тихим голосом. Александр Михайлович сидел напротив меня и внимательно слушал, но порой мне казалось, что ему дико скучно и он хочет поскорее выйти из этого душного кабинета, в котором было трудно дышать, особенно мне. -Лиля, ты продолжай рассказывать, а я схожу и приготовлю всем нам по чашечке кофе. - если он сейчас уйдёт, то я останусь одна рядом с Булаткиным, всё же по фамилии мне его привычнее называть, хотя он всегда требовал, чтобы я обращалась к нему на “Вы”, но я никогда этого не делала, чем ещё больше злила его. А когда он злой, то лучше держаться от него подальше, так как он может избить до потери сознания, а потом ещё и изнасиловать. -Александр Михайлович, ну, что же вы будете делать кофе? Давайте я схожу и приготовлю. - я уже привстала со стула, но меня остановила большая ладонь начальника, которая легла на моё плечо. -Сиди и не отвлекайся. Егор Николаевич, вам какой кофе? -Если можно, то американо. - сейчас он был слишком вежлив, своим поведением он вызвал у меня удивление. Как только дверь закрылась, он сразу же развернул меня вместе со стулом так, чтобы я сидела напротив него. Затем его ладонь опустилась на моё колено. -Убери, руку! - прошипела я, словно змея, которая вот-вот собирается вонзить свои маленькие зубки в руку этого человека, если его вообще можно назвать таким словом. -Ну, а где же пожалуйста? - он явно издевался. Благодаря ему моя психика и так расшатана. Ничего не ответив, я вскочила со стула и понеслась к выходу из кабинета. В дверном проёме чуть не сбила своего начальника, который нёс на небольшом подносе три чашечки с кофе. -Лиля, ты куда? - крикнул мне вслед Александр Михайлович. -Александр Михайлович, извините, я себя плохо чувствую. Я не могу продолжать совещание. - уже со слезами на глазах проговорила и вылетела из офиса. Я шла и не понимала, куда иду, так как из-за слёз ничего не было видно. Кое-как я добралась домой. Дрожащими руками я открывала дверь. Закрыв на все замки дверь, я направлялась в свою комнату, по пути раздеваясь. Как только я увидела кровать, сразу же упала на неё И, ничего не помня, уснула в своих слезах.