Глава 49: Храм древних
25 мая 2026 г., 14:18
ГЛАВА 49: «ХРАМ ДРЕВНИХ»
Пройдя немного в темноте, Наклз и Кэрол вскоре вышли в светлый коридор. Это всё ещё была пещера, но здесь обстановка разительно отличалась: через многочисленные щели в стенах просачивались лучи чего-то светлого — неяркого, мерцающего, с лёгким голубоватым отливом. Герои невольно засомневались, что это солнце: его здесь попросту не могло быть. Звук водопада становился всё отчётливее. Сквозь пролом в разрушенной стене открылся вид на отвесную скалу, исчерченную тёмными полосами — словно кто-то провёл по ней гигантскими когтями. Вода низвергалась с высоты, разбивалась о камни внизу и тут же утекала куда-то в невидимые расщелины, оставляя после себя туманную дымку. По краям узкой каменной тропы, ведущей вдоль обрыва, стояли редкие колья. На них были нанизаны скелеты — некоторые почти целые, другие рассыпались, и кости валялись у подножия кольев. — Бр-р, ну и жуть! — поёжилась Кэрол, обхватив себя руками. Наклз, напротив, внимательно изучал окрестности. Его взгляд упал на небольшой костёр прямо под ногами — в нём догорали кости, источая едкий, сладковатый запах. Он присел на корточки, потрогал пепел валявшейся рядом веточкой и нахмурился. — Здесь явно кто-то был недавно, — произнёс ехидна, поднимаясь. — И ушёл совсем недавно: огонь ещё тёплый. Так что держи ухо востро. Мы тут явно можем быть не одни. Кэрол кивнула. Они начали спускаться по каменистой тропинке вниз. Тропа была неровной — камни то и дело норовили выскользнуть из-под ног, а местами поверхность осыпалась мелкой крошкой, заставляя героев ступать с особой осторожностью. По пути им попадались редкие керамические кувшины, исписанные замысловатыми письменами. Наклз на мгновение остановился, провёл костяшкой по одному из символов — тот был выцарапан глубоко, будто его наносили в спешке или с яростью. Вскоре тропа привела их к обрыву, за которым начинался водопад. Вода с грохотом падала вниз, разбивалась о камни и уносилась куда-то в тёмные глубины пещеры. Воздух наполнился влажной прохладой и запахом сырости. Кэрол подошла к краю, осторожно заглянула вниз, затем подняла взгляд вверх. Там, высоко над водопадом, виднелся узкий проход, вырубленный в скале. — Наверху есть путь, — она повернулась к Наклзу. — Подкинь меня туда. Я смогу забраться и потом помогу тебе. Мобианец подошёл к ней и вытянул руки, прикидывая, как лучше её подбросить. Ростом Кэрол была ниже него на целую голову, весила и вовсе меньше — на целые сорок килограмм, как минимум. Всего-то нужно было — взять девушку за талию и подбросить вверх, благо, зона видимости была отличной, позволяющей парню уже наметить траекторию. Однако, что называется, сработал тот самый закон подлости, по-другому именуемый как каверзный случай — то, во что Наклз предпочёл бы никогда и ни за что себя не вмешивать. Он сделал шаг — и в этот момент его нога зацепилась за выступающий камень. Ехидна споткнулся, неуклюже затопал вперёд, а руки непроизвольно поднялись чуть вверх. ЖАМК! Кэрол так и замерла, будто бы птица, словившая столбняк во время встречи с коброй. Её большие зелёные глаза заметно сузились, а пушистый хвост застыл в одном положении, мягкой кисточкой на конце очерчивая в воздухе замысловатый символ. Густая шерсть на загривке чуть приподнялась. ЖАМК! В этот самый миг Наклз готов был провалиться сквозь землю. Каким-то неведомым чудом Кэрол удалось удержаться на ногах и не полететь в пропасть, когда тяжёлый ехидна навалился на неё сзади всем весом, хватаясь за то, что могло бы быть талией, будь Ти чуточку выше. «Хаос меня дери», — только и смог подумать Наклз, когда его грубые руки в очередной раз сжались, тяжестью сильных пальцев продавливая приятную упругость пусть и небольших, но всё же ощутимых… достоинств. Тук-тук. На мгновение воцарилась тишина. Лишь шум водопада нарушал это неловкое молчание. ТУК-ТУК! Но уже через секунду Кэрол усмехнулась. Её нарочито сладкий голосок прозвучал с изрядной долей насмешки: — У-у-у, а ты времени зря не теряешь, Наки. Как только понял, что отступать мне некуда — так сразу решил заявить на меня право? Уважаю. — З-заткнись, дура! — проблеял смущённый и красный пуще прежнего Наклз. Он резко убрал руки и отошёл назад, тяжело дыша. — Это вообще случайность, я тут ни при чём! — Вот так-так. Хвататься, значит, полез ты, а дура я. Ну молодец, ну красавец, — Кэрол медленно повернулась, проказливо улыбаясь. В её озорных глазах заплясали натуральные чертята. Наклз скрипнул зубами от досады. Вот уж действительно — вляпался по самое не хочу. Куда менее обиднее было бы, психани на него Кэрол, как когда-то Лайлак, и тресни по шее в качестве возмездия — такая реакция, наоборот, облегчила бы возникшее в груди ехидны напряжение. Он смотрел в глаза Кэрол и понимал — она случившимся воспользуется, ещё и станцует на его костях, присваивая своей жертве относительно безобидного абьюза статус начинающего свой тернистый путь извращенца. И будет глумиться над ним до тех пор, пока мобианец, что называется, не бомбанёт, не заорёт аки бешеный бык при виде красной тряпки и не понесётся, сломя голову, разносить всё в пух и прах в попытке достать Кэрол. Однако, пребывая в ожидании раздражающих подколов, Наклз не сразу заметил, что Кэрол этого делать не собиралась. Она, конечно, расхохоталась, но на этом всё и кончилось. Девушка лишь махнула хвостом и подмигнула, сказав: — Ладно, не кипишуй. Просто в следующий раз предупреждай, когда решишь меня так… мм, обнять. Наклз фыркнул и отвернулся, пряча пылающие румянцем щёки. — Следующего раза не будет, — смущённо буркнул он. Кэрол перестала улыбаться, подошла к нему вплотную и встала в нужную позицию. Наклз глубоко вдохнул, сосредоточился, упёрся ногами в землю и, собравшись с силами, резко подбросил её вверх. На сей раз, благо, он брал девушку за талию. Кэрол ловко ухватилась за выступ, подтянулась и оказалась на узкой площадке у прохода. Она опустилась на одно колено и прижала ладонь к земле, формируя на ней красный круг. Он был ей нужен для быстрого перемещения. — Ну что ж, отлично, — сформировав платформу, авалисянка улыбнулась и спрыгнула снова вниз, где проделала то же самое. — Так, ну всё. Можем перемещаться. — Перемещаться куда? — вопросил Наклз. Ти не стала ему ничего объяснять. Лишь схватила за руку и оттолкнулась от платформы, в мгновение ока перемещаясь наверх вместе с ехидной. Тот в одночасье потерялся в пространстве и, коснувшись ногами земли, было попятился назад, готовый упасть вниз головой. И это бы случилось, не подоспей Кэрол вовремя. — Предупреждай, блин, в следующий раз, что ли, — хмуро рявкнул Наклз, когда головокружение спало. Кэрол в ответ закатила глаза. — Так я вроде предупредила. — Но не объяснила принцип работы своего… э-э-э… прыжка. — А ты как будто только сейчас узнал, что я так могу. — Ты могла дать мне время морально подготовиться, в конце концов. Кошка уныло вздохнула, однако спорить с ехидной не стала. Просто кивнула, пообещав в будущем подобных сюрпризов не выкидывать. Мобианец ей, конечно же, не особо поверил, но возмущаться перестал. — Хм, — хранитель Мастера Изумруда перевёл взгляд с Ти на массивную каменную дверь, что возвышалась над ними. Ни замков, ни засовов, ни даже отверстие под какое-то подобие ключа — ничего из перечисленного на ней не было. — Интересно, и как же она открывается? — поинтересовалась Кэрол, деловито осматривая её со всех сторон. Вероятно, где-то поблизости должен был находиться переключатель, отворяющий эти двери, или другой проход, расположенный, возможно, где-то внизу. Проверять это, впрочем, никто не стал — потому что Наклз жестом руки попросил Кэрол отойти в сторону. Он сжал кулаки, отступил на шаг, глубоко вдохнул — и, собравшись с силами, что есть мочи ударил по двери. Звук был настолько громкий, что авалисянка с шипением зажала уши, жмурясь от лёгкой боли в барабанных перепонках. Раздался глухой треск — камень пошёл трещинами, а затем с грохотом рассыпался грудой обломков. В тот же миг наружу вырвалось обилие почти слепящего света, заставившее героев инстинктивно прикрыть глаза. Когда зрение вернулось, Наклз и Кэрол переступили груду камней и оказались на площадке, чем-то похожей на балкон. Перед ними внизу простирались руины древнего города. Развалины зданий, покрытые мхом и лианами, освещались лучами света, которые отзеркаливало огромное зеркало, расположенное под потолком пещеры под углом сорок пять градусов. Источником света служил странный камень на крыше дальнего здания — он пульсировал мягким голубоватым сиянием, словно живое сердце. От руин к нему вёл полуразрушенный мостик: некоторые плиты отсутствовали, другие опасно шатались, готовые обрушиться в любой момент. Водопад здесь уже не низвергался с высоты, а стекал по гладким камням в самой дальней стороне, образуя у подножия небольшое озеро с кристально чистой водой. Воздух был наполнен свежестью и едва уловимым ароматом чего-то древнего, забытого временем. Наклз и Кэрол удивлённо ахнули, переглянувшись друг с другом. Ехидна сделал шаг к краю площадки, вглядываясь в открывшуюся панораму. — Не думал, что мы обнаружим здесь такое место, — с нескрываемым восхищением произнёс он, медленно поворачивая голову из стороны в сторону. — Это же целый затерянный город! Кэрол подошла к нему, прищурилась, оценивая расстояние до дальнего здания и состояние мостика. — Бьюсь об заклад, сокровищ мы тут надыбаем немерено, — заявила кошка, и её глаза загорелись азартом. Она уже мысленно прикидывала, какие драгоценности могут скрываться среди руин. Наклз обернулся к ней, нахмурившись. — Мы здесь вообще-то по другим делам, если ты ещё не забыла. — Ой, да помню я, помню, не нуди только, — кисло поморщилась Кэрол. — Лайлак, блин, напоминаешь мне своим занудством. Ребята спрыгнули вниз и начали продвигаться вглубь руин. Развалины встретили их тишиной, нарушаемой лишь шорохом осыпающихся камней и эхом их собственных шагов. Кэрол деловито заглядывала в керамические кувшины, стоявшие вдоль стен. Она переворачивала их, покачивала, встряхивала — в надежде отыскать хоть что-то ценное. Иногда разочарованно вздыхала и шла к следующему. Наклз тем временем медленно шёл вперёд, путешествуя глазами по архаичной архитектуре. Его не покидало странное чувство дежавю. Здешние руины очень сильно напоминали ему Скрытый Дворец на Острове Ангела, где когда-то он хранил Мастер Изумруд. Не только цветом синих стен с едва заметными серебристыми прожилками, но и чем-то ещё — пропорциями арок, расположением колонн, узором на полу. Ехидна нахмурился, пытаясь понять, что именно вызывает это ощущение, но пока не мог разобрать. «Это не первое дежавю, которое мне придётся испытать», — мысленно отметил он, ощущая, как по спине пробежал холодок. Тем временем Кэрол, обследуя дальний угол руин, наткнулась на большой каменный ящик. Он стоял у стены, частично засыпанный обломками. Кошка с любопытством подошла ближе, упёрлась руками в крышку и попыталась её сдвинуть. Та не поддавалась — слишком тяжёлая. — Наки! — окликнула она. — Помоги-ка мне тут! Наклз фыркнул, но всё же обернулся. — Я тебе что говорил минутой ранее? — Ну пожалуйста, Наки! Всего один разочек ну! Вдруг там что-то важное? Ты же такой сильный, тебе это раз плюнуть! — авалисянка, разумеется, на его грозный вид ответила кошачьим заискиванием. Она захлопала ресницами, склонила голову набок и замурлыкала, потеревшись о парня, как натуральная домашняя кошка. Ехидна закатил глаза, вздохнул и подошёл к ящику. — Только чтобы ты от меня отстала, — проворчал он. — Мур, ты такая душка! — мурлыкнула девушка. Вместе они налегли на крышку. Та с глухим скрежетом сдвинулась в сторону. Наклз приподнял её и заглянул внутрь. Ящик оказался пуст. — Вот, посмо… — хотел было сказать Наклз, да не успел — под их ногами с треском исчез. Просто осыпался, словно песок, и герои с криками полетели вниз. Падение длилось всего несколько секунд, но показалось вечностью. Внизу бурлила лава — жар ощущался мгновенно, обжигая кожу. Кэрол вскрикнула, инстинктивно вцепилась когтями в шероховатую стену, но могла лишь замедлить падение, не остановить его. Наклз среагировал мгновенно. Он с силой вбил один кулак в стену, создавая опору, а другой рукой схватил Кэрол за шкирку. — Держись! — рыкнул он, напрягая мышцы. И очень вовремя: девушка почти коснулась магмы. Пламя лизнуло кончик её пушистого хвоста — шерсть слегка опалилась, запахло палёным. Кэрол зашипела от боли, но удержалась. Наклз медленно подтянул её к себе, нашёл более надёжную опору и помог взобраться на узкий каменный выступ. Они прижались к стене, тяжело дыша. — Мяу, мой хвостик, — жалобно замяукала Кэрол, грустно глядя на то, во что превратилась её милая кисточка. — А я говорил… Говорил, чёрт подери, что этим всё и кончится, если кое-кто свою любопытную морду во все встречные щели пихать начнёт! — а Наклз тем временем принялся браниться на напарницу, сдерживая себя от сладостного желания обматерить её, как сапожник — с чувством, жаром, во весь голос. — Я не виновата, оно само! — Само?! Да ты… ты-ы-ы-ы… гр-р-р! — И вообще, это наш с тобой общий косяк. — ЧТО??? — То. Это случилось только потому, что ты помог мне сбросить крышку с ящика, хотя мог проигнорировать мою просьбу. — …!!! — Поэтому… ну… эм-м… — кошке резко перехотелось пререкаться с ехидной, когда она увидела, какими злыми глазами он на неё смотрит. Что там, у неё аж слова застряли в горле при мысли, что мобианец в приступе ярости может выбросить её в кипящую лаву. Судя по его трясущимся от гнева кулакам, Наклз был довольно близок к идее проделать с Кэрол нечто похожее. Посему Ти виновато улыбнулась, отведя взволнованный взгляд в сторону. — С другой стороны… если бы не этот ящик — мы бы не нашли этот проход. Смотри! Она указала рукой на едва заметную трещину в стене рядом с выступом. Сквозь неё пробивался слабый свет. Наклз прищурился, присмотрелся. Утешением это, конечно, назвать можно было с горем пополам, но, по крайней мере, они остались живы и, возможно, нашли какой-то другой, более, вероятно, короткий путь. Не то чтобы это факт, но всё же. — Пасть порву, моргалы выколю, — грозно пообещал Наклз. — Буду паинькой, честное слово, — мило улыбнулась Кэрол. Они осторожно двинулись вдоль выступа, приближаясь к трещине. Что ждало их за ней — оставалось загадкой. Но одно было ясно: это место таило куда больше секретов, чем казалось на первый взгляд. Ребята прошли через узкий коридор с двумя тупиковыми проходами по бокам. Туннель петлял, словно лабиринт, и несколько раз герои едва не сбились с пути, но в итоге оказались в большом тёмном зале. Освещение создавали лавовые водопады с четырёх сторон — их красно-оранжевое сияние пробивалось сквозь решётчатые окна, отбрасывая дрожащие тени на стены. Зал был усеян скелетами: почерневшие от огня кости выглядели жутковато, будто напоминая о тех, кто когда-то не прошёл это испытание. Впереди возвышалась неприступная стена с большой белой дверью. Она была ограждена мерцающим энергетическим защитным полем — оно пульсировало, словно живое, и испускало едва слышный гул. В центре комнаты стоял древний алтарь. На его гладкой поверхности были выгравированы символы меча и огня — чёткие, глубокие, будто вырезанные совсем недавно. — Опаньки! — воскликнула Кэрол, широко раскрыв глаза. — Похоже, мы с тобой, ехидна, добрались до первого испытания. Наклз нахмурился, скрестив руки на груди. — Какого ещё испытания? — Балдёжного! — весело объявила Кэрол, подмигнув. — Щас попробуем перевести, чё тут базлают древние. Ехидна лишь тяжело вздохнул и отвесил себе фейспалм. Он уже понял, что следующие часы совместного времяпрепровождения с Кэрол будут изобиловать нервотрёпкой. Кошка подошла ближе к алтарю, прищурилась, изучая символы. — Так, ну, судя по огню и мечу, — нам надо кому-то навалять, чтобы дверь открылась, — пояснила она. — Правда, есть один нюанс: управиться мы должны за минуту, прежде чем дракон Багряное Дыхание нас не уничтожит. Наклз недоумённо поднял бровь. — Дракон? Какой ещё дракон? Кэрол указала лапой на лавовые водопады за окнами. — Видишь, как она бурлит? По истечении минуты, если мы не успеем уложиться в указанное время, лава заполнит комнату. И тогда… — она драматично замолчала и развела руками. — Ну, ты понял. Наклз вздрогнул, невольно посмотрел на окна. Лава действительно казалась всё более неспокойной — пузыри лопались на поверхности, а оранжевые всполохи становились ярче. Такая штука без труда расплавит многослойный кусок чугуна, а уж с двумя антропоморфными существами, состоящих из крови и плоти, разберётся как пить дать. На этот случай, впрочем, у Наклза был свой ответ. — Проще пареной моркови. «Джитсу Огненного Щита»! …который, однако, не сработал. Ехидна оторопел, хлопнул в ладоши и щёлкнул пальцами снова. Тишина. — Да, чуть не забыла, — хмыкнула Кэрол с таким видом, словно сообщала крайне важную информацию прямо за несколько секунд до страшной катастрофы. — Нефритовое Равновесие — ну, гора, в которой мы находимся сейчас — известна тем, что блокирует способность создавать элементальные щиты. — Что? — опешил Наклз. — Ты это сейчас серьёзно? — Угусь. Вообще речь шла за ци, конечно, но, судя по твоей безрезультатной попытке вызвать щит, это правило распространяется также на чужаков… каким-то непонятным мне образом. Тот, кто создавал это испытание, данный момент хорошо предусмотрел. Кэрол сглотнула, указывая рукой на обилие скелетов, не сумевших пройти это испытание. Среди них наверняка нашлось место и славным воинам, и талантливым магам, и многим другим, которое не смогли уложиться в указанный срок, и пламя их пожрало, сделав частью древнего храма. Закрыться волшебным щитом — эта стратегия была бы беспроигрышной, поскольку позволяла отвязать себя от счётчика времени и вести сражение на удобных для себя условиях. Но, видно, в этом и заключался смысл самого испытания — не в способности сражаться с толпой врагов, а сделать это максимально быстро. Наклз вздрогнул, Кэрол тоже поёжилась. Идти им было некуда. Оставался лишь один вариант. Ехидна кивнул, сжав кулаки. — Ладно. Действуем. Кэрол подошла к алтарю вплотную, вытянула вперёд руку. На её ладони появился сияющий жёлтым свечением знак ци. Он мягко мерцал, словно маленькое солнце. Символ дублировался на поверхности алтаря, и комната слегка содрогнулась. В тот же миг герои услышали скрежет костей. Они обернулись и увидели, как многочисленные скелеты начинают оживать один за другим. Их пустые глазницы загораются зелёным пламенем, челюсти скрипят, а пальцы сжимают ржавые мечи и копья. Двадцать скелетов встали на ноги и истошно зашипели, фокусируя своё внимание на Наклзе и Кэрол. Воздух наполнился запахом тлена и магии. Наклз зажёг кулаки огнём — пламя охватило его кулаки, отбрасывая оранжевые блики на стены. Кэрол обнажила острые когти, её глаза сверкнули решимостью. Они встали спина к спине, готовые к бою. Где-то вдалеке раздался глухой звон — будто кто-то запустил невидимый отсчёт. Время пошло. Бой начался. Двадцать скелетов медленно окружили Наклза и Кэрол, их зелёные глаза мерцали в полумраке, а ржавое оружие глухо стучало по каменному полу. Наклз первым бросился в атаку. Его огненные кулаки врезались в первого противника — скелет разлетелся на куски, кости заскрежетали по полу. Не теряя ни секунды, ехидна развернулся и мощным ударом ноги отбросил ещё двоих — они отлетели к стене и рассыпались грудой костей. Кэрол действовала иначе: гибкая и стремительная, она уворачивалась от ударов мечей, проскальзывала между противниками, нанося точные удары когтями. Один взмах — и скелет лишается «головы», второй — рассыпается пополам. Её движения напоминали смертельный танец: прыжок, поворот, удар — и ещё один противник повержен. — Сзади! — крикнул Наклз, заметив, как группа скелетов пытается зайти с фланга. Кэрол мгновенно отреагировала: кувыркнулась вперёд, пропуская над собой взмах меча, а затем резко развернулась и вцепилась когтями в рёбра ближайшего скелета. Тот рухнул, а кошка уже метнулась к следующему. Наклз тем временем столкнулся с более крепким противником — высокий скелет в остатках доспехов ловко парировал его удары. Ехидна зарычал, сделал ложный выпад влево, а затем с силой ударил правым кулаком, вложив в удар всю мощь. Пламя охватило противника целиком — доспехи раскалились докрасна, а кости начали трещать и рассыпаться. — Шевелись, Наки! — крикнула Кэрол, отбиваясь сразу от трёх скелетов. — У нас там лава не ждёт! Наклз бросил быстрый взгляд на окна: лавовые водопады действительно стали ещё более бурными, брызги раскалённой породы уже долетали до решёток. Время истекало. Собравшись с силами, ехидна использовал особый приём: он резко присел, а затем взмахнул руками, создавая огненный вихрь вокруг себя. Пламя охватило сразу пятерых скелетов — они вспыхнули, как факелы, и рассыпались пеплом. Тем временем Кэрол применила свою излюбленную тактику: она резко подпрыгнула, зацепилась когтями за выступ на стене, оттолкнулась и, пролетая над головами противников, ударила сразу двоих ногами в спины. Скелеты полетели вперёд, сбивая с ног ещё нескольких собратьев. — Десять секунд! — прохрипел Наклз, отбивая очередной удар. Он заметил, что оставшиеся скелеты начали замедляться — их движения стали менее скоординированными, зелёные огни в глазницах мерцали всё слабее. — Они слабеют! — догадалась Кэрол. — Держимся! Последние три скелета бросились в отчаянную атаку. Наклз встретил первого мощным апперкотом, отправив его в полёт к стене. Второй попытался замахнуться мечом, но Кэрол ловко перехватила его руку, вывернула и толкнула противника на третьего. Все трое рухнули на пол и рассыпались в прах. В тот же миг энергетический барьер вокруг белой двери замерцал и исчез. Одновременно с этим лавовые водопады замедлили свой бег, снова став спокойными потоками расплавленной породы. Наклз тяжело дышал. Его кулаки всё ещё слегка светились от остаточного жара. Кэрол отряхивала лапы от пыли и мелких осколков костей. — Ну что, — она ухмыльнулась. — Я же говорила, что будет балдёжно! Наклз посмотрел на неё, как на умалишённую, но ничего не сказал. — Пойдём откроем эту дверь, пока что-нибудь ещё не ожило, — сказал он. Дверь, однако, открывать не пришлось — та сама медленно отворилась, как только защитный барьер спал. Воистину, храм был не просто загадочным, ещё и грамотно структурированным по части алгоритмов, способных самостоятельно рассчитывать действия находящихся в нём лиц и на основе полученной информации генерировать следующие ходы. «Эти древние, кем бы они ни были, определённо обладали большой базой знаний», — мысленно задокументировал Наклз. Мобианец уже сделал несколько шагов по направлению к двери и лишь после заметил, что Кэрол стоит на месте, а её задумчивый взгляд направлен куда-то вниз. Никакой бравады на лице, полное отсутствие веселья — девушка выглядела не то чтобы потрясённой, однако что-то её очень сильно смущало. — Ты чего? — спросил Наклз. Авалисянка, вздрогнув, подняла на него взгляд. — Зелёные светящиеся глаза… — сказала тихо Кэрол. — Такие же, которые я видела в деревне. Теперь вздрогнул уже хранитель Мастера Изумруда, приподнимая брови. — Хочешь сказать…? — ехидна не договорил, но и так было понятно, что он имел в виду. Кошка, закинув руки за голову, пожала плечами. — Не знаю. Может, я и ошибаюсь. Но они очень похожими были. С этими словами девушка прошла мимо парня, покачивая хвостом в разные стороны. Тот задумчиво поглядел ей след, а после бросил косой взгляд на разбросанные кости побеждённых скелетов. «Всё это очень и очень подозрительно», — резюмировал ехидна. Он отправился за Кэрол, и дверь за его спиной медленно затворилась.***
— О чём думаешь? Этот вопрос Кэрол адресовала Наклзу, который, идя чуть впереди, слишком подозрительно молчал. В его правой ладони горел маленький огонёк — им ехидна освещал их путь, отбрасывая дрожащие тени, которые то вытягивались, то сжимались в такт их движению. Шаги ребят эхом отдавались от каменных стен. Наклз чуть помолчал, глядя вперёд, где коридор сужался, уходя в темноту. Затем он ответил: — Интересно, а как сюда проникла Лайлак, если Ключ Адепта собирали мы? Или он не в единичном экземпляре существует? Кэрол печально хмыкнула и пожала плечами. — Ты знаешь… я больше ничему не удивляюсь, когда речь заходит о Лайлак. Особенно таким вещам, о которых ты только что сказал. С тем, что мы все недавно о ней узнали, это меньшее, что меня сейчас волнует. Они снова замолчали. Каждый погрузился в свои мысли. С тех пор, как они узнали, что Лайлак сотрудничает с Эггманом, мир в их глазах разделился на «до» и «после». Раньше Лайлак по умолчанию считалась славной героиней — той, кто, как и остальные, стремился защитить Авалис от зла. Она протягивала руку помощи едва ли не первым встречным, кто, по её мнению, мог находиться в беде; откликалась на зов каждого, кому нужна была защита; вдохновляла на подвиги своих друзей. Её имя звучало с уважением, её появление вселяло надежду. Теперь же всё изменилось. Лайлак сама воспринималась как угроза — или, по крайней мере, как неоднозначная фигура. Её мотивы оставались загадкой: то ли она действовала под давлением, то ли её цели были куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Но факт оставался фактом — она встала на сторону врага. И это ранило всех, кто знал эту девушку. Особенно Кэрол, её лучшую подругу. Наклз сжал кулак. Он вспомнил, как они встретились на одной из заброшенных баз Эггмана: ехидна, Кэрол и Соник — по одну сторону, и Лайлак с самим доктором — по другую. Настолько неестественно и неорганично это выглядело, что скажи Наклзу, что их сиреневая сверхскоростная подруга якшается с кем-то вроде Роботника, и он бы тотчас рассмеялся, назвав сие не более чем бредом. Но это правда — истинная, неприятная, болезненная до одури. Правда, в которую искренне не хотелось верить, но которая продолжала быть, своей тяжестью придавливая любое желание понять, вникнуть, прикинуть в уме — почему так, а не никак иначе? Наклз очень много времени провёл с Кэрол и хорошо помнил, как та переживала свою ссору с Лайлак. Тот поцелуй на берегу, те объятия — Ти это сделала лишь для того, чтобы отключить голову от мыслей, отвлечься на что-то — настолько сильно ей было больно. А потом, спустя несколько дней, она узнала, что её подруга Лайлак мало того, что никому не доверяет, так ещё и водит дружбу с теми, кого следовало держать в яме, на цепи, под сотней дул огнестрельных орудий. Но главное — она же, славная героиня Лайлак, пообещавшая во что бы то ни стало защитить Авалис, самолично помогла Эггману заполучить Королевский Камень — то, от чего зависело существование их мира в принципе. …Почему?.. А Соник? Вспоминая, какие страдания вперемешку с болью отразились в его некогда дерзких, лучащихся азартом глазах, Наклз до сих пор не мог уверовать в то, что это был его старый знакомый мобианец, за коим прежде он подобного не наблюдал. Чтобы Соник так болезненно что-то переживал, неспособный свои муки маскировать, как это было прежде… «Да ты, Соник, никак, влюбился!». Наклз поморщился. Чего добивался Эггман, когда сыпал на раны синего ежа соль? На что рассчитывала Лайлак, когда изображала из себя бесчувственную хладнокровную стерву, если все, в том числе ведомый ехидна, с самого начала поняли, что она врёт? И самое, пожалуй, озадачивающее — что произошло между ней и Соником, раз она предпочла зло добру? Кэрол, словно уловив его мысли, тихо произнесла: — Как думаешь, Лайлак действительно на стороне Эггмана? Или есть что-то, чего мы пока не знаем? Наклз пожал плечами. — Будем надеяться, Сонику удастся их выследить и во всём разобраться. На данный момент он единственный, кто может это сделать. Кошка кивнула, но в её глазах читалась тоска. Каким бы сильным и могущественным Соник ни был — он в первую очередь живое существо, которое так же, как и остальные, может испытывать чувства. Ёж один, ему не на кого положиться, не к кому обратиться в случае, если у него что-то не будет получаться. Изумруды Хаоса не в счёт — они лишь инструмент, катализатор, который конвертирует эмоции в силу. Облегчить боль, успокоить, утешить — на это волшебные камни не способны. А это именно то, в чём, возможно, Соник сейчас нуждался больше всего. Впрочем, долго думать об этом Наклз и Кэрол не могли — коридор внезапно расширился, и они вышли из темноты. Перед ними раскинулись новые руины храма. Здесь всё было иначе: вместо мрачных каменных стен — гладкие колонны из полупрозрачного голубого камня, от которого исходило мягкое свечение. Воздух стал влажным, прохладным, наполненным ароматом чего-то свежего, морского. Преобладало яркое голубое освещение — оно лилось отовсюду, будто сам храм был пронизан светом. Повсюду виднелись бассейны с кристально чистой водой, небольшие водопады стекали по стенам, образуя тонкие струи, которые сверкали в голубом сиянии. Капли падали в бассейны, создавая мелодичный перезвон. Кэрол сделала шаг вперёд, подняла руку и поймала несколько капель на ладонь. — Вода… такая чистая, — удивлённо произнесла она. Наклза же привлекало другое. Захлюпав промокшими в воде кедами по мокрым плитам, он подошёл к стене, изобилующей загадочными фресками. Под ними находились прямоугольной формы таблички с замысловатыми символами, значения коих ехидна не знал. Он снова испытал чувство дежавю. Синие стены, мягкий свет, хранящие в себе многочисленные тайны узоры — всё это возвращало Наклза в Скрытый Дворец. Даже изображение огромного исполина с собравшимися вокруг него фигурами в плащах — и то, если прищуриться, могло сойти за синего ангела, охваченного золотым огнём, который летит сражаться с неким существом, укравшим Мастер Изумруд. При мысли о том, что, возможно, данный храм — дублированная версия Скрытого Дворца, у Наклза аж мурашки по коже пробежали. Не то чтобы это было возможно… Но… — Тебе чё, реально это всё интересно? — Кэрол, стоявшая позади, громко зевнула. Её частично промокший хвост хлестал по полу, оставляя рябь на воде. — Это же унылая нудятина, чувак. Лучше бы уже пошли искать выход. Или, не знаю, перекусить где-нибудь. Наклз медленно обернулся. Его сосредоточенный взгляд снова стал хмурым. — Нудятина — это то, чем обычно увлекаешься ты, — отозвался он, стараясь сдержать раздражение. — Просматривать свои дебильные фильмы по десятому кругу, играть в видеоигры до рассвета, слушать громкую музыку и самое главное — методично выводить из себя всех вокруг. Кэрол фыркнула. Она закатила глаза и скрестила руки на груди. — Ой-ой, какие мы нитакуси. Может, ты ещё начнёшь читать мне лекции о духовном просветлении? Ехидна не ответил. Он снова повернулся к стенам, всматриваясь в символы. Линии узоров, расположение знаков, даже способ нанесения светящейся краски — всё это вызывало в нём беспокойство. Кто-нибудь другой бы навряд ли обратил на сие внимание — но не Наклз, в своё время провёл что в Скрытом Дворце приличную часть своей жизни. Сходств, несмотря на некоторые различия, было достаточно. И словно намеренный что-то проверить, действуя по большей части интуитивно, нежели рационально, Наклз провёл шипом на кулаке по одному из символов. Тот слабо засветился в ответ, будто узнавая прикосновение. — Ты что, заснул? — голос Кэрол ворвался в его мысли. — Если простоим ещё чуток, я начну петь. И поверь, тебе это точно не понравится. Мобианец, не отрывая взгляда от светящихся символов, вздрогнул. В голове стало слишком шумно ввиду генерируемых с интервалом в одну секунду мыслей. — О чём рассказывают эти надписи? — спросил Наклз. Кэрол удручённо вздохнула, демонстративно закатила глаза и оперлась плечом о стену. — Ну конечно! Ты серьёзно спрашиваешь об этом меня — двоечницу, которая половину уроков прогуляла? Мне вообще на всё это… — она вяло махнула рукой в сторону фресок. — …глубоко пофиг. С такими вопросами тебе прямая дорога к Лайлак. А затем, помолчав немного, проказливо добавила: — Которой тут нет. Гы-ы. Наклз бросил на неё скептический взгляд, скрещивая руки на могучей груди. — Напомни-ка, кто это мне перед входом сюда гордо заявлял, что «что-то да учил»? Случаем, не одна ли хвостатая дурёха, которая с виду мальчика напоминает? Кэрол прищурилась, её уши чуть приподнялись — верный признак того, что она готовится к словесной перепалке. — Во-первых, — отчеканила она, загибая коготь. — Если я что-то знаю — это не значит, что я всё знаю. Во-вторых… — кошка сделала паузу, чтобы подчеркнуть важность сказанного. — Сам ты дурёха. Помедлив секунду, Кэрол хитро улыбнулась и добавила: — И в-третьих, если я мальчик — то ты, выходит, представитель нетрадиционной ориентации. — Что за ерунду ты опять ляпаешь? — нахмурился Наклз. — Мне напомнить тебе, кого ты очень сладко и нежно целовал на берегу того острова? — вкрадчиво, почти сладко протянула Кэрол, склонив голову набок. Лицо Наклза мгновенно вспыхнуло. Казалось, ещё чутьчуть — и из ушей повалит дым. — Да какая же ты лгунья! — возмущённо разъярился он, не в силах скрыть своего гнева. — Это ты на меня набросилась с поцелуями, а не я на тебя! Тебе, видите ли, плохо было, ты, мол, пыталась как-то отвлечься! Кэрол пожала плечами и покачала головой с видом умудрённой жизненным опытом особы. — Вот они, мужчины современные, нынче пошли какие, — протянула она назидательно. — Как на девушку залезть — так это они воины, герои, непобедимые. А как за поступки свои отвечать — всё, мы не при делах, и вообще во всём виноваты одни бабы. Наклз заскрежетал зубами. Его пальцы непроизвольно впились в предплечья, а хвост нервно заходил из стороны в сторону. Кэрол раздражала его настолько сильно, что словами и правда было не передать. Более того, прямо сейчас ему искренне захотелось взять эту миниатюрную проказницу собственноручно утопить. Не важно, что будет дальше, главное — проучить нахалку. Кэрол, впрочем, не стала дальше дразнить Наклза. Она подождала немного, будто давая ему время остыть, и наконец вздохнула. — Ладно, не скули. Попробую тебе что-нибудь перевести… хотя и хз, как это сделаю. Девушка подошла к первой табличке, её палец осторожно коснулся светящейся буквы. Наклз молча наблюдал, скрестив руки на груди, но теперь в его взгляде читалось не раздражение, а напряжённое ожидание. — Так, — начала Кэрол, прищурившись. — Это… эээ… Омега, вроде. Означает войну, насколько мне известно. — Насколько тебе известно? — язвительно повторил Наклз, выделяя каждое слово. — Или насколько это действительно правда? Кэрол недовольно фыркнула, отдёрнув руку от таблички. — Будешь быковать на меня — и я вообще брошу это дело. Наклз сжал губы, но промолчал. Конечно, она сама его дразнила минутой ранее, но сейчас его больше интересовала информация в символах, нежели перепалка с авалисянкой. Он кивнул, давая понять, что готов слушать дальше. Кэрол вернулась к табличке и продолжила, водя пальцем вдоль светящихся символов: — Эпсилон — эфир… Эон… вроде бы… Так-так… Альфа — бык. Ага. Наклз хмуро следил за её движениями. В отличие от Кэрол, у него не было даже намёка на понимание этих знаков — они казались ему хаотичным узором, лишённым смысла. Через несколько минут Кэрол отступила на шаг, почесала затылок и объявила: — Так, ну вроде бы что-то да выкупила. Будешь слушать? Наклз угрюмо кивнул. — Легенда рассказывает о мире, который прежде был диким и больше напоминал пародию на что-то обитаемое, нежели действительно живое, — начала неуверенно пересказывать Кэрол то, что ей удалось разобрать. — Всё начинается с Омеги — то бишь, раньше в нём бесконечно шли войны. Хаос, разрушение, вечный конфликт… Она на мгновение замолчала, вглядываясь в следующую строку символов. — Потом является некое существо, состоящее из символов Альфы и Эпсилона. Альфа — бык, сила, мощь. Эпсилон — эфир, нечто нематериальное, божественное. Получается, это божество с огромными рогами, воплощение грубой силы и высшей воли. Наклз невольно подался вперёд, теперь уже полностью сосредоточившись на рассказе. — И всё упирается в символ Дельта, — сказала Кэрол, указывая на группу знаков в центре фрески. — Это символ четырёх стихий, олицетворение мироздания. Огонь, вода, земля, воздух — всё сходится в нём. Но он не статичен. Его дополняет символ Эта — радость и любовь. То есть, чтобы мир устоял, одной силы мало. Нужно ещё и что-то светлое, гармоничное. Она замолчала, переводя дух. Наклз обдумывал услышанное. История о мироустройстве — не то, что он рассчитывал услышать, однако менее интересной она не стала. Более того, ехидна перестал сопоставлять местный храм со Скрытым Дворцом, полностью вовлекаясь в слушанье. — Далее идут Тета и Йота, — продолжила Кэрол, водя пальцем по светящимся узорам. — Символы хрустальной сферы и судьбы. С их приходом наступает Лямбда — символ прогрессии. Это означает, что мир начинает видоизменяться, становиться лучше, в нём появляется изобилие. С этими словами Кэрол закончила перевод и повернулась лицом к Наклзу. Тот вопросительно смотрел на неё, явно не до конца понимая связь между древними символами и их миром. Девушка тяжело вздохнула и отвела руку ко лбу, отвесив себе фейспалм. — Смотри, — терпеливо начала она, стараясь говорить проще. — Раньше наш мир, Авалис, был настоящей дырявой трухой. Бесконечные войны, хаос, никакой структуры — всё как в начале легенды. Наклз слегка приподнял бровь, но промолчал, внимательно слушая. — Потом, — Кэрол подняла палец. — Появился некий Золотой Дракон Единства вместе со своим дельфийским воинством. Они, короче, всем лещаков надавали — ну, в смысле, навели порядок силой. Потом утвердили свой главный город где-то в укромном месте, в самом сердце древних земель, и начали «шаманить» над нашим миром. Она сделала паузу, чтобы убедиться, что Наклз следит за повествованием. Тот кивнул, подбадривая её продолжить. — Дальше самое интересное, — оживилась Кэрол. — Первородный Дракон — он же Золотое Единство — заключил с первобытными авалисянами Ветхий Завет на волшебном артефакте и дал его последним. Этот артефакт — Королевский Камень, та самая Дельта, символ четырёх стихий. Он стал сердцем нового миропорядка. Наклз нахмурился, обдумывая услышанное. Королевский Камень — не просто батарейка Авалиса, как ему изначально показалось. И уж точно не Мастер Изумруд, о котором юноша, несмотря на долгие годы пребывания подле него, ничего не знал. Королевский Камень — живое доказательство того, что Золотой Дракон Единства возлюбил сей мир как свой собственный, дал ему блага и изобилие, одарил новое поколение волшебной энергией, коей прежде владели лишь дельфийцы — ци. — Королевский Камень — как элемент, разделяющий мир на «до» и «после», — тихо промолвил Наклз. Кэрол кивнула, довольная, что он наконец уловил суть. — Ага. Он как… э-э-э… переключатель режимов, что ли. До него был режим «хаос и война» — Омега. После него включился режим «прогресс и изобилие» — Лямбда. А сам камень, Дельта, держит всё в балансе, соединяя стихии и добавляя к ним Эту — радость и любовь. Без него всё бы снова скатилось в хаос. Наклз подошёл ближе к фреске, вглядываясь в изображение огромного дракона, окружённого сиянием, и группу фигур, склонившихся перед ним. Оные были облачены в мантии-накидки, будто бы эдакие жрецы-предсказатели. Все они были отмечены символом перевернутого треугольника зелёного цвета. — А что сталось с Золотым Единством после того, как Ветхий Завет был заключён? Куда он делся? — спросил Наклз. Кэрол пожала плечами, небрежно опершись на стену. — Версий полно, официальная же гласит так: Золотое Единство и остальные дельфийцы заключили себя в Королевский Камень, став эфирной частью Авалиса. Типа, растворились в мире, чтобы поддерживать баланс. Наклз нахмурился и почесал подбородок. — Слишком уж удобной кажется эта версия, — пробормотал он. — Всё спихнуть на какое-то абстрактное «растворение». Будто специально, чтобы никто не мог проверить. Кэрол фыркнула. — Да это вообще просто миф, которым власти активно пользуются. Красивая сказка для народа: «Драконы ушли, но они всё ещё с нами». А правда ли они вообще что-то делали, или мир изменился сам по себе… — она развела руками. — Кто знает? Может, они просто куда-то свалили и забыли про нас. Наклз кивнул, соглашаясь с её скепсисом. — Но если они действительно что-то сделали… — медленно произнёс ехидна. — То должны были оставить следы. Не может целая раса просто исчезнуть без следа. Авалисянка помолчала. Прежде подобными вопросами она никогда не забивала себе голову — просто жила, как могла, с мыслью однажды крупно разбогатеть и получить всё то, о чём грезит среднестатистический мирской житель Авалиса. А драконы, божества и так далее — этим уже интересовалась Лайлак, в прошлом жуткий книгоед. — Может, ты и прав, — через некоторое время промолвила Кэрол. — Многие полагают, что власти чего-то не договаривают… или даже сознательно искажают историю. Она бросила взгляд вглубь храма, где обилие светлого голубого света плавно перетекало в сумрачный синий. — Но сейчас, — её тон снова стал легкомысленным. — У нас есть дела поважнее, чем копаться в древних легендах. Если ты ещё не забыл, мы должны ушатать с десятирной вертухи целый легион, ага. Наклз вздохнул, неохотно оторвавшись от фрески. — Я, в отличие от кое-кого, о нашей цели не забывал. — Сказал тот, кто залип на всякую настенную байду. — Слышу это от той, которая готова раскапывать древние могилы, как мародёр, наплевав на все святые условности — лишь бы пожирнее кошель был. — Счастье в деньгах — они спасут мир! — уверенно заявила Кэрол, показав напарнику язык. — Ты, порой, такую чушь несёшь, что у меня аж кровь из ушей готова течь, — фыркнул Наклз. — А, то есть, по-твоему, это чушь — готовиться обустраивать своё будущее, учитывая возможные мировые кризисы и личную жизнь, которую я уж точно не построю под боком у Лайлак? Правильный подход к жизни, по-твоему — это возлежать у волшебного камня на протяжении всего своего времени, потому что это самый удобный и комфортный способ существования, пусть и не совсем приятный? Ехидна тут же обжёг кошку суровым взглядом, однако та лишь фыркнула, взмахнув по-светски ладошкой. — Вот и не учи меня жизни, раз уж сам в ней не разобрался толком, — едко подчеркнула Ти. — Не то наплюю тебе яда с полкило — и будет тебе счастье в обратную сторону. — Ой, всё, замолчи! Надоела. — Бе-бе-бе. На этом их перепалка закончилась, и Наклз отвернулся, хмуро устремляясь глазами вдаль. Что касалось Кэрол, то та полезла в карман за дощечкой, которую использовала, как карту. На ней она чертила когтем пройденный путь, оставляя минимальное количество заметок — на случай, если они заплутают и им придётся возвращаться обратно. — Ой, — кошка насторожилась. Дощечка лежала в левом кармашке, однако она по ошибке потянулась к правому. Казалось бы, ничего такого странного: ладонь, опустившаяся на ткань, придавила пустоту. Бери да тянись к следующему карману. Однако именно это Кэрол и смутило — пустота. Прищурившись, девушка отстегнула пуговицу кармашка, запуская внутрь него руку. На её лице отразилось сильное замешательство. — Бамбуковый тростник мне в тапки, — с шумом выдохнула она. — Что у тебя опять случилось? — не без раздражения вопросил Наклз, всё ещё не отошедший от её колкого замечания касаемо его образа жизни. Кэрол, сглотнув, перевела взгляд на него. Её уши частично припали к макушке. — Медаль Звезды… кажется, я её потеряла.***
В глубине дворца Шуигана, в тайной комнате, скрытой за зеркальной стеной, царил полумрак. Воздух здесь тяжёлый, пропитан запахом железа и какой-то едкой зелени. Слабое свечение магических кристаллов на стенах отбрасывало неровные тени, которые извивались по каменным плитам, словно живые существа. Лорд Бревон стоял в центре комнаты — высокий, статный, с армейской выправкой. Его красный плащ развевался за спиной, будто подхваченный невидимым ветром. В правой руке он держал короткий клинок, вымоченный в зелёной жидкости. Напротив него, на одном колене, находился раненый воин. Доспехи его помяты, на груди — глубокая рана, из которой сочится кровь. Он держался за бок и тяжело дышал, но взгляд его оставался твёрдым, непокорным. Бревон медленно подошёл ближе и остановился в шаге от противника. — Все потуги местного сопротивления тщетны, — с презрительной и холодной ухмылкой заявил он. — Вы, как и все те, кто ранее бросал мне вызов, умрёте от моего меча. Ни один бунтовщик не избежит своей участи. Раненый герой поднял голову, посмотрев прямо в глаза лорду. Его голос хриплый, прерывистый, но в нём звучит несгибаемая воля: — Рано или поздно найдутся те, кто тебя сокрушат… — герой делает паузу, с трудом втягивая воздух. — И они сделают то, что не удалось нам. Ты — ничтожный выродок. Твой час придёт. Лорд хищно осклабился. ВЗМАХ — и он одним точным ударом завершает жизнь воина. Тот беззвучно осел на пол, его глаза, устремившиеся в потолок, застыли намертво, навеки. — У этого мира уже был шанс меня прикончить, — фыркнул Бревон. — Он его упустил. Больше попыток ему я не дам. На мгновение взгляд лорда стал отрешённым. Воспоминание того унизительного поражения, которое он потерпел в битве с Лайлак, Кэрол и Миллой засаднило под бронёй, будто бы живая рана, отчего Бревон поморщился. Подумать только: трое юных детей — а сделали так, чтобы узурпатор был вынужден отступить, зализывая раны. Это был не просто удар по имиджу и репутации — это в первую очередь удар по его эго, которое уже давно перестало ощущать своё абсолютное превосходство на всеми. И всё с того момента, как его сокрушил в космосе Супер Соник. Бревон был сильным, но не самым — и он это прекрасно понимал. В этом мире ещё остались те, кто мог представлять реальную угрозу для его господства. Авалис не покорялся ему: контроль над Дейлом слабел с каждым днём, Королевский Камень выкрали, а Шан-Ту и Шан-Му вот-вот навалятся на него всем скопом. Без поддержки своего флота, с которым невозможно было связаться внутри этого мира, Бревон не выстоит. Лорд резко встряхнул головой, отгоняя неприятные ему мысли. Синтакс возникла рядом внезапно — собственно, как обычно. Бревон посмотрел на неё, хмуря большие брови. — Докладываю: генерал Серпетин при поддержке Пса Войны успешно уничтожил оставшихся мятежников. Они были выслежены поочерёдно и ликвидированы. Лорд в ответ усмехнулся. — Что ж, не такая уж и глупая была затея — приручить эту собаку обратно. Вынужден признать свою неправоту. Он сделал шаг к выходу, собираясь покинуть комнату, как вдруг… — Лорд Бревон, — прозвучал металлический голос Синтакс. — В Храме Нефритового Равновесия наблюдается подозрительная активность. Она схожа с той, что сопутствовала похищению Королевского Камня. Бревон резко остановился, обернулся. Его глаза сузились, а улыбка стала ещё более холодной. — Герои этого мира, похоже, слишком многого о себе возомнили, — процедил он, сжимая рукоять клинка. — Раз решили так открыто выступать против меня… — Каковы Ваши приказы будут, мой лорд? — уточнила Синтакс. Бревон закатил глаза. — Никаких. Пусть идут — раз им хочется так сдохнуть. Синтакс коротко мигнула зелёным светом, подтверждая получение приказа, и исчезла. Бревон остался один. Он подошёл к зеркальной стене, провёл рукой по её поверхности — зеркало тут же откликнулось, открывая проход в тёмный коридор. Но прежде чем шагнуть в него, лорд на мгновение замер. Его взгляд медленно скользнул по залу: побеждённый воин, изувеченные стены захваченного дворца — некогда величественного оплота абсолютной защиты, которая оказалась достаточно хлипкой, стоило ударить только по её фундаменту. Дворец не выстоял во время натиска галактического узурпатора — пал под гнётом его мощи, как и сотни других миров до этого. Лорд Бревон замер, погружаясь в воспоминания. Перед глазами всплыли картины прошлого: холодный космос, научная станция «АРК-С», солдаты, которые ему тогда ещё не принадлежали, — лишь инструменты в чужих руках. Он вспомнил тот момент, изменивший всё: тьму, в которой не было ни звёзд, ни ориентиров, лишь абсолютная пустота. И в этой тьме — таинственный голос, глубокий и мудрый — и зелёное свечение, пульсирующее, словно сердце неведомого существа. «Однажды ты станешь великим полководцем и предводителем многотысячной армии, способным завоёвывать миры. Но лишь один не покорится твоей воле, и ты обязан будешь его покинуть без попыток ему навредить. Если ты этого не сделаешь — небеса обрушат на тебя гнев камня». Воспоминание пронеслось перед глазами, как кадр из старого фильма, и Бревон резко вернулся в настоящее. Он ухмыльнулся, красные глаза блеснули в предвкушении чего-то грандиозного. — Вы все верите в пророчества, судьбы, предначертанные пути… — сказал Бревон, устремляя взгляд вперёд. — Но истина в том, что судьбу творит сила. А после, хищно улыбнувшись, добавил: — А сила — это я.
