Голый и крутой

Женя ненавидит возвращаться домой по утрам, потому что он не высыпается. Потому что потом целый день болит голова, лишая его желания даже шевелиться. Потому что целый день оказывается в пустую, а Женя до ужаса не любит пустые дни. - Вот черт, - замок как на зло не поддается, пока он вдруг не осознает, что он просто открыт. Но Женя помнит, что уезжая закрывал дверь на оба замка. Второй ключ проворачивается, но тоже не полностью. Значит кто-то закрыл дверь изнутри. Женя напрягается, но, кажется, ему даже не нужно напрягаться, чтобы понять – дома Кирилл. Как он и думал, в коридоре валялись вансы Кирилла. Дома было тихо, значит зеленоволосый еще спал. Женя как можно тише скину с себя одежду и прошел на кухню. На ней было явно чище, чем когда он уезжал, но на столе стояла аптечка. Женя заметил, что коробка с жаропонижающем лежала отдельно. Сложить два к одному не составило труда. Он поставил чайник и так же тихо прошлепал в спальную. - Кирюш, - дверь в комнату была открыта. Кирилл лежал поверх одеяла в его футболке, мокрый от пота. Челка налипла на лицо, а грудь тяжело поднималась при каждом вздохе. Ему явно было плохо. – Ты весь горишь, - Женя положил руку на его лоб и тут же одернул. Кирилл, кажется, даже не заметил его появление. Мильковскому пришлось повозиться, чтобы вытащить из-под него одеяло и укутать его, как куклу. Лишь тогда Кирилл кое-как разлепил глаза. - Прости…- Женя не сразу понял за что тот извиняется. – Я пришел не предупредив, - он хотел сказать еще что-то, но закашлялся. Выглядел он ужаснее некуда. - И слава богу, что пришел, - Мильковский разозлился. Во-первых, он и сам чувствовал себя дерьмово после бессонной ночи, а тут еще и Кирилл…и не то, чтобы он злился на него, за то, что он пришел. Он злился на него за то, что он идиот! – Говорил ведь тебе, чтобы одевался, придурок, а ты никогда никого не слышишь, - Женя ворчал, а Кирилл отчего-то заулыбался. - Зато теперь я знаю, что ты меня не бросишь, - протянул он. – Что ты обо мне позаботишься, не оставишь умирать, - Мильковскому на эту выходку оставалось лишь закатывать глаза. Ребенок. - А спросить об этом, видимо, было нельзя, - Женя подоткнул одеяло и вздохнул. Напичкать Кирилла таблетками было хорошей идеей, но ведь не на голодный же желудок? – Ты, так понимаю, ничего не ел? – Кирилл кивнул. - Со вчерашнего утра, - Мильковский даже не был удивлен. – Без тебя ничего не хочется, - Кир перевернулся на бок и зевнул. - Ты идиот, - Женя повторялся. Ну а что еще тут скажешь? Ему вообще впервые так захотелось всыпать кому-то ремня. Да так, чтобы потом сидеть не смог. И он даже подумал, что обязательно вернется к этой мысли, как только зеленоволосому придурку станет хоть чуточку легче.

***

Легче Кириллу отчего-то не становилось. Под вечер Женя уже собирался вызывать скорую, но температура наконец-то начала падать. Кирилл снова лежал, прижавшись к нему, как к огромной грелке, и что-то бурчал себе под нос. - Ты заболеешь из-за меня, - приподняв голову, важно заявил он. – Я не хочу, чтобы ты болел, - он попытался отодвинуться, но Женя не дал ему этого сделать. - Ну да, вовремя ты об этом вспомнил, - усмехнулся Мильковский, зарываясь в мокрые волосы пальцами. – Лежи уже, бестолковый, ко мне никакая зараза не прилипнет, - Женя усмехнулся. - Кроме меня? – будто читая его мысли, продолжил Кирилл. - Кроме тебя, - согласился Мильковский, рассмеявшись. День и правда прошел в пустую, но Женя даже был рад тому, что провел его с Кириллом. По крайней мере хоть кто-то из них действительно счастлив от такого исхода событий. Даже не смотря на то, что большую часть времени он помирал от жара. - Иногда я не понимаю, - протянул Кирилл. - Чего? – Женя вздохнул, потому что знал, что подобный тон Бледного мог значить только одно – Кирилл опять надумал себе какой-то ерунды. - Иногда мне кажется, что ты делаешь все как-то на автомате. Будто…будто не чувствуешь ничего. Да ты и не говоришь. Иногда мне кажется, что ты…- он замялся и снова тыкнулся лицом куда-то в район Жениных ребер. - Даже не вздумай договаривать этот бред, иначе я все-таки достану ремень, - прошипел он. Женя вздохнул и откинул голову назад. Он ненавидел такие разговоры, просто терпеть не мог! Женя любил Кирилла, но предпочитал не думать об этом даже в своей голове. Женя понимал, что такие отношения не продержатся долго. Даже семи лет с Антоном не хватило для того, чтобы удержать их на плаву. Такие отношения просто обязаны когда-то развалиться. Потому что Кирилл рано или поздно повзрослеет, потому что Кирилл рано или поздно найдет себе девушку. А Мильковскому это просто не нужно. Он, кажется, устал уже от всех. И от девушек, и от парней, и от зеленоволосого ребенка. Но никакая усталость, наверное, не заставила бы его отказаться от Кирилла. - Так ты меня любишь? – отвечать на это совсем не хотелось, и Женя снова вздохнул, оттягивая ответ. К счастью в коридоре в этот момент раздался звонок. Хотя уже на пути к двери Женя понял, что ни черта это не к счастью! Кто бы там за дверью не стоял, объяснить присутствие умирающего Кирилла в своей квартире Женя не сможет. Тем более если вспомнить, что тот шастает по квартире исключительно в его шмотках. - Кто там? – в глазок никого не было видно. На лестничной клетке снова кто-то вывернул лампочку. - Рома! – раздалось с другой стороны. Женя был удивлен. И чего Булахову понадобилось у него среди ночи? - Привет, - Женя открыл дверь, впуская ночного гостя в квартиру. Кирилл в спальной как на зло чихнул, оставляя Женю без единой возможности «не спалиться». - Ты не один? – удивился Ромка, стягивая кроссовки. - Кирюха в гостях, - хотелось, если честно, провалиться под землю. - Солнце, кто там…был, - Жене уже стало казаться, что Кирилл делает это специально. Время, казалось, остановилось. Он вышел в коридор в одной Жениной футболке и трусах, на голове черте что, красный от болезни. И можно было бы, конечно, как-то выкрутиться, но если бы это не было так очевидно подкреплено кучей засосов на шее Кирилла и парочкой на Жениной груди. – Ого, привет, Ромчик, - Кирилл, конечно, понял, что вышел совсем не вовремя. Но не убегать же ему теперь? Он протянул Булахову руку и тот пожал ее, тут же отмирая. - А вы тут…- Женя все равно начал мотать головой. - Нет, просто Кирюха! – но его прервали. - Да ладно тебе, все итак понятно, - усмехнулся Рома, наконец-то проходя в зал. – Это ваше дело, ребят, извините что приперся без приглашения, - Женя думал, что это уже не проблема. К нему все подряд без приглашения шастали. Начиная от зеленоволосых сопливых уебков, которые портят ему жизнь, заканчивая лучшими друзьями, которые, видимо, не умеют предупреждать. - О господи…- Женя, конечно, знал, что Рома относится к этому спокойно, но внутри все равно что-то переворачивалось от тревоги. - Да расслабьтесь вы! – Роме тоже стало не по себе от этой напряженной обстановки. – Я вообще пришел сказать, что завтра концерт отменяется, - по лицу Булахова было понятно, что он расстроен, а вот Женя, отчего-то, облегченно выдохнул. - Надо написать в группу, - опомнился Мильковский, тут же кидаясь в поисках телефона. - Я так-то текста накидал, но можешь пару сториз записать, - Женя кивнул, и все-таки сбежал в спальную. Не снимать же ему сториз на фоне Булахова и Бледного? - Женя меня прикончит, - грустно заключил Кирилл, как только белобрысая копна волос скрылась за дверью спальной. - За что? – Рома все еще чувствовал себя идиотом, за то, что ворвался к ним без предупреждения. Но, черт возьми, кто вообще мог ожидать…такое. Рома, конечно, знал о предпочтениях Жени, но вот о Кирилле он даже подумать не мог. Да и как такое подумать!? Сколько между ними разницы? Шесть лет? Семь? - Ты…что ты думаешь? – Рома не знал, что на это ответить. Он даже не до конца понимал, что вообще об этом можно думать. - Думаю это ваше дело, - все-таки выкрутился он. – Вы все равно мои друзья, - он хлопнул Бледного по плечу и откинулся на диване. – Кстати, ты отвратно выглядишь. Болеешь? – Кирилл кивнул. - Простыл, видимо, надеюсь пройдет, - Рома усмехнулся. - Не думаю, что от соплей можно помереть, - напряженная обстановка понемногу исчезала. Женя вернулся в комнату и сразу отправился разогревать чайник. Ему хотелось подольше оставаться наедине со своими мыслями. Ему хотелось, чтобы из его квартиры в этот момент исчезли абсолютно все. Иногда он думал, что уж слишком часто в своих мыслях хочет избавиться от Кирилла. Он не понимал откуда берутся эти мысли. Просто Кирилл был…словно снег на голову. Он захватил все его мысли, чувства, разум. Теперь захватывал его друзей, и даже его квартиру. Кирилла становилось слишком много, а Женя помнит, что случается, когда такое происходит. Женя помнит, что давал себе обещание: больше никогда! В памяти Жени слишком уж свежи воспоминания об Антоне. И никуда от этого не деться. - Хей, все в порядке? – и даже сейчас он снова рядом. Даже на кухне, куда Женя сбежал в попытках все обдумать, Кирилл снова тут. Он кладет свои руки на голые Женины плечи, и его ладошки кажутся до ужаса горячими, а пальцы слишком тонкими, впивающимися в плечи. Женя помнит эти прикосновения до каждого сантиметра. Эти пальцы вцепляются в его плечи почти каждую ночь уже несколько месяцев. И если честно, то сейчас, когда Кирилл стоит настолько близко, Женя понимает, что не сможет избавиться от него как бы сильно он этого не хотел. К тому же Женя не хочет. Совсем не хочет. - Да, все в порядке, - он поворачивается и целует Кирилл в губы, в самый уголок. В этот момент на кухню как на зло входит Рома. И Женя отпрыгивает от Кирилла, как ошпаренный кипятком. - Извините, - усмехается Рома, падая за стол. Рома явно этим смущен, но по крайней мере не кривится от отвращения, что заставляет Женю выдохнуть спокойно. Рома появился в их группе, когда отношения с Антоном уже рушились к чертям. Между ними не было никакой нежности, и максимум, за чем друзья могли их застать – это секс, больше похожий на попытки друг друга избить. Женя думает, что для Ромы это должно быть странно. Но с другой стороны Женя даже рад, что теперь о них с Кириллом знает хоть кто-то. Что теперь он может об этом хотя бы поговорить. Тем более Рома его лучший друг. С кем, если не с ним?