На цепи

Губы Олега приоткрылись, как будто он хотел что-то сказать, но в следующую секунду он отвернулся, сжав челюсти. Сосредоточенно нахмурив брови, он плавно надел кольцо на мой наполовину возбуждённый член. Я был расслаблен там, пока он едва сжимал меня, но я знал, что всё изменится. — Лицом вниз, — приказал он, поднявшись с кровати. Я перевернулся, опёрся на локти и немного согнул ноги в коленях, поднимая свой зад. Я заметил его взгляд, которым он быстро скользнул по мне, перед тем как достать смазку из ящичка с инструментами. Мой пульс стучал в ушах, желудок скрутила странная смесь страха и возбуждения. Тюбик смазки открылся со зловещим щелчком. Я забывал, как нужно дышать, мой рот не слушался, из него вырывался только какой-то свист и откровенный скулёж. Кизару протянул руку и дотронулся до меня. Его ладонь сжала ягодицы, огненные комки боли сразу же растеклись по моей коже. Раздвинув руками мои ягодицы, он скользнул пальцем в щель между ними. Я чувствовал, как кольцо всё крепче сжимало мой увеличивающийся член с каждым движением его влажных пальцев на моей плоти. Каждое его движение было чётким и определённым. Его пальцы массировали колечко входа, понемногу внедряясь внутрь. Я постарался расслабиться и позволить мышцам впустить его — но знание, что сейчас всё происходит не ради моего удовольствия, не давало моему телу быть полностью готовым для дальнейших действий. Он надавил сильнее, и один палец протиснулся сквозь не до конца расслабленные мышцы ануса, распространяя ударные волны удовольствия по моему изголодавшемуся телу. Мой член отозвался тупой пульсацией внутри сдерживающего кольца, и я боролся с желанием взять его в руки и погладить в утешение. Но я знал, что той части моего возбуждённого тела сегодня не коснётся ни один палец. — Это то, чего ты хочешь? — спросил Олег низким голосом, в котором слышались эмоции, что я не до конца мог распознать. Он надавил пальцем сильнее, просовывая его глубже. Я комкал простыню в ладонях, извиваясь уже от этого небольшого, но так необходимого мне вторжения. — Да… — стонал я. — Хорошо, — голос Нечипоренко становился ниже, его рука опустилась на мою ягодицу, сжимая так крепко, что ногти впивались в истерзанную плоть, и я был уверен, что он специально это делал. Я заскрежетал зубами от боли, стараясь не извиваться и не отодвигаться от Кизару. Он был доволен. Я шумно втянул воздух, когда неожиданно Олег пропихнул второй палец внутрь кольца сжимающихся мышц. Он двигался внутри меня, искал простату, и вот уже вспышка мучительного удовольствия растеклась от его пальцев по всему моему телу. Я пытался сдержать стон, но ощущения, обрушившиеся на меня, были слишком сильными. — Ууумммг… Блять, Олег… — слова вырывались, перемежаясь всхлипами удовольствия. Я понял вдруг, что, прогибаясь в спине, выставляю свою задницу всё выше, вопреки тому, что я знаю, что не получу сейчас того, чего так жаждет моё тело. — Да, вот так, — репер говорил слегка насмешливо. — Продолжай стонать, как маленькая конченная шлюшка. Сейчас движения его пальцев полностью сосредоточились прямо на моей простате. Мои руки терзали простыни, рот раскрылся в немом крике, пока моё тело сводило от ослепительного удовольствия в течение долгих нескольких секунд. Мой член, стиснутый удерживающим кольцом, разрывало от мучительного возбуждения, отдающегося болью внизу моего живота. Когда я, наконец, снова смог дышать, из лёгких вырвался настоящий вой, а вслед за ним волна дрожи прокатилась по мне от макушки до пяток. — Получай, маленькая сучка, — голос Олега сочился ядом, он продолжал. Я был на цепи, а цепь держал он. Удовольствие достигло такой точки, что я готов был кончить в тот же момент, но кольцо на члене не давало мне никакой возможности этого сделать. Внезапно он решил добавить третий палец, и моя спина выгнулась, когда он резко засунул в меня все три, раздвигая их и всё сильнее растягивая мой анус. — Олег, пожалуйста… — умолял я, раскачиваясь вперёд и назад, одновременно спасаясь от мучительного удовольствия и пытаясь его поймать. — Трахнуть тебя? — усмехнулся он, с силой заталкивая пальцы в меня и намеренно проходясь ими по простате. Я яростно закусил губу, наклонившись вперёд, сдерживая крик, который уже стоял у меня в горле. — Нет, Вань, кольцо я не сниму, — он больно сжал мои волосы, не обращая внимания на шипение. — Это для того, чтобы ты помнил своё место. — Ну и где же тот дерзкий лакшери-модник, трахающий сук, а Вань? Я молчал. — И что, даже никаких возражений, хммм? — спросил Олег, продолжая таранить мой анус несколькими быстрыми ударами. Задыхаясь и мыча что-то нечленораздельное, я мог только неопределенно помотать головой. Но вдруг пальцы Олега схватили в охапку мои волосы и повернули моё лицо к нему. — Говори вслух и правильно обратись ко мне, — его голос прошипел мне в ухо, и я застонал боли, потому что он почти вырывал мои волосы на затылке. — Н-нет, сэр, — я не справился с заиканием на грани рыдания. — Хорошо, — голос Олега звучал опасно низко, и я почувствовал, как его пальцы выскользнули из меня. Я задержал дыхание в ожидании, меня слегка трясло. Я оставался неподвижным, с откинутой назад головой, когда ощутил, что он резко ослабил свою хватку в моих волосах. Я услышал хлюпающий звук и почувствовал, как костяшками пальцев он втирал лубрикант между моими ягодицами, пока другая рука размазывала смазку по его члену медленными целенаправленными движениями. Скомкав в руках простыню, я сдержал ещё один жалкий писк, ожидая знакомого давления головки его члена на мой вход. Олег входил очень медленно. Ощущения в моей заднице, полностью сносили мне крышу. Мои глаза почти закатились, губы раскрылись. — Я хочу, чтобы ты почувствовал то же, что чувствую я. Его яростная речь сопровождалась резкими толчками бёдер, он выпрямил спину и ухватился за мои бёдра, выпустив из захвата мои волосы. Он практически полностью выходил из меня, а потом резко снова входил до конца, доставая своим членом настолько глубоко, что на секунду боль сжимала мои внутренности. Мои ладони вспотели, пальцы собрали в кучу простыни на кровати. Олег выдохнул и застонал позади меня, эти звуки резанули мой слух. — Давай, Вань, — выдохнул он, наконец, немного замедляясь. — Неужели тебе не хочется? Он кажется раздражённым моим молчанием и моим упорством. Я хотел просто молча вынести все страдания, но, похоже, Олег не собирался позволить мне даже этого. Он наклонился надо мной, расставив руки по обеим сторонам моего тела. Его бёдра продолжали медленно двигаться, его член погружался в меня снова и снова, целенаправленно проходясь по простате. Я едва не кричал, моё тело сводило от интенсивных, почти невыносимых ощущений. — Скажи, приятно ведь? — Кизару почти мурлыкал, я мог чувствовать щекой его дыхание. — Вытащи его, — вырвалось из моих уст прежде, чем я успел подумать. — Думаешь, ты заслужил оргазм? Один ты сегодня уже получил, — он спрашивал тихо, почти спокойным тоном. Я просто хотел, чтобы он прекратил. В данный момент я бы скорее согласился на то, чтобы он выгнал меня на улицу, чем продолжил это наказание. — Сними его, блять!  — я повернулся, мой голос звучал неожиданно сильно. Он вдруг схватил меня за волосы одной рукой, поднял мою голову и держал так, пока другая рука отвешивала мне звонкую пощёчину, и я уткнулся в матрас, чувствуя звон в ушах, слёзы, катящиеся по моим щекам, спускаясь на татуировки и металлический вкус крови во рту. — А ты думаешь, ты этого не заслужил?! — он кричал, но в голосе звучала боль от предательства. Мир вокруг меня вдруг резко покачнулся, когда Нечипоренко перевернул меня. Он наклонился надо мной, наблюдая за моей реакцией глаза в глаза. В его взгляде была темнота и какая-то потерянность. Он схватил руками мои раскинутые в стороны ноги, подхватил под коленками и, подтянув к себе, резко вставил свой член в мою задницу. Он крепко держал мои колени широко разведёнными, пока совершал сильные размашистые толчки. Его лицо было обращено ко мне, и я читал в его глазах все обиды и страдания, которые я ему причинил. Болели прокушенная щека, спина после порки… Но больше всего мне было больно от того, что я чувствовал, как он медленно разбивает мне сердце… — Олег… — позвал я тихо, поднимая руку к его лицу. На меня вдруг лавиной обрушилось понимание того, что же я натворил. Я увидел всю картину целиком — неминуемые последствия своего поступка, глубокий страх потерять своего доминанта по своей собственной глупости и, наконец, отчаянное понимание того, что та боль, которую я сегодня испытал, не сравнится даже с частью всей той боли, которую чувствует он… Он схватил меня за запястья, свёл руки вместе и закинул их мне за голову, его бёдра вжались в мои, член до упора погрузился в меня. Наклонившись ко мне так, что его дреды упали на лоб, он посмотрел на меня. — Олег… — снова позвал я, попытавшись освободить руки из его захвата — не для того, чтобы выбраться, а чтобы иметь возможность дотронуться до него. Мне нужно было прикоснуться к нему, показать ему, как сильно я ненавидел себя за всё, что сделал… Как сильно нуждался в нём… — Олег, прошу тебя… — но он только сильнее сжал свои пальцы на моих запястьях. Я не хотел, чтобы эта ночь закончилась так. Я не хотел, чтобы он трахнул меня и отбросил в сторону в гневе. Я не хотел, чтобы он отказался от меня… — Я сделал худшее, что только мог, — испуганно шептал я. — Я сделал тебе больно… заставил тебя почувствовать себя ненужным… — я встряхнул головой, едва в состоянии продолжать. — Я разочаровал и предал тебя… Я облажался, бля, слышишь? И я сделаю всё, что угодно, лишь бы ты простил меня, — дыхания не хватило, и я отпустил его руки, чтобы обнять его и зарыдать, прильнув к его груди. — Прошу, я… я выдержу с-с-сколько угодно боли… если ты только… Вдруг Олег мягко вздохнул. Его руки скользнули вверх, обхватили мой затылок, и я почувствовал, что он поцеловал меня в макушку. — Дыши, — услышал я шёпот сквозь свои всхлипы; я схватился за него, прижавшись мокрым от слёз лицом к его груди. Я не знал, мои ли слова стали виной тому, что потихоньку настоящий Олег проявлялся за прежней холодной, злой оболочкой, но я надеялся на это. И этот тоненький луч надежды только заставил меня расплакаться сильнее, несмотря на его команду. — Ваня, дыши, — приказал он громче, — медленно. Я пытался следовать его словам, делая глубокие вздохи, несмотря на бурю, бушевавшую внутри. — Вдох-выдох, — медленно произнёс Олег, проводя рукой по моим волосам. — Сконцентрируйся на звуке моего голоса и дыши. Я прикрыл глаза, пытаясь медленно вдыхать через нос и выдыхать через рот, стараясь установить верный ритм. Олег продолжал разговаривать со мной в том же спокойном тоне, пока, наконец, моё дыхание не выровнялось и слёзы не прекратились.