Зодиак

Вернувшись, Чонгук первым делом начал разбирать то, что взвалили на его стол за эти три дня, пока он отсутствовал. Всего три дня, а такое ощущение, что он был месяц в отпуске. Груды бумаг, что захламляли его стол, занимали каждый сантиметр его поверхности. Смотря на это всё, даже руки опускались. Кстати, о руках. Чонгуку вновь закрепили на руке бандаж, поскольку та его выходка на складе принесла за собой последствия, как и ожидалось. Конечно же, Чонгук действовал по ситуации и, если бы он тогда не снял бандаж, возможно, вряд ли бы они смогли поймать того бегуна. Но с другой стороны, Чонгук халатно отнёсся к своему здоровью, за что ему вновь пришлось поплатиться за это болью, нервами и где-то даже слезами. Но сейчас, сидя на обезболивающих и чувствуя хорошую фиксацию в руке, он больше не думает о том, как ему переключиться, чтобы почувствовать хоть на несколько секунд облегчение, а не адскую боль. Теперь он мог спокойно думать о делах, хотя это не особо радостная новость. Из-за этой кучи бумаг на столе у Чонгука разболелась голова, и он не знал за что хвататься в первую очередь, чтобы хотя бы к концу какая-то часть была выполнена. Первым делом, он хотел взяться за бумаги, которые просто требовали его проверки и в случае правильного заполнения — его подпись. Но он увидел яркий стикер, приклеенный на бумагах, который привлёк его внимание. Он взял их в руки и поднёс их поближе к лицу, чтобы прочитать то, что было написано на этой яркой записке: «Убийство, совершённое Зодиаком, которое расследовалось новенькими под моим руководством. Отчёт прилагается. Хосок.» Нахмурившись, Чонгук перелистнул несколько страниц, чтобы добраться до самой сути, так сказать, до самого главного. Через несколько минут прочтения он хотел разнести всё к чертям и задать только два вопроса: «Куда смотрел Хосок и чем он думал, когда оставил ему такое?!». И, конечно же, зная Чонгука, который не привык оставлять свои заданные вопросы без ответа, он оглянулся, нашёл глазами Хосока в уже давно забитом офисе сотрудниками и «кипящей» работой и пошёл по направлению к нему. Хосок стоял возле кулера и набирал, судя по выходящему пару из кружки, горячей воды и отвечал на вопросы их коллеги с двенадцатого этажа. — Что это? — спросил Чонгук, подняв документы перед самым носом Хосока, когда оказался напротив него. Их коллега с недоумением посмотрел сперва на одного, затем на другого и понял, что его время задавать вопросы вышло. Он только кивнул Хосоку и поспешил ретироваться, как в то время Чонгук внимательно, чуть ли не испепеляюще смотрел на Хосока, который невозмутимо пил горячий напиток. — Ты о чём? — как ни в чём не бывало задал вопрос Хосок и спокойно взял документ из рук Чонгука. — Об этом, — ткнул Чонгук в них. — Куда ты смотрел, когда принимал у них отчёт? — А что не так? — нахмурился Хосок и взглянул на них. — Что не так? Ты что не читал что ли? — с полным недоумением в голосе проговорил Чонгук и вопросительно поднял брови вверх. — Цитирую: «Дать ответ на главный вопрос: «Для чего Зодиак это сделал?», офицер Ли Деминг и офицер Пак Чимин не в состоянии. Это может быть что угодно, начиная от обычного необдуманного убийства и заканчивая тщательным и подготовленным планом...». Ты серьёзно хочешь, чтобы я отдал эти документы Намджуну на подпись? — уже покраснел от злости Чонгук. — Нет конечно! — возмутился Хосок. — Я, вроде, проверял, что они писали и давал им образец заполнения... Что за чушь! — Вот именно что вроде! — проорал Чонгук. — Чёрти что творится! Заместо того, чтобы указать на конченность этого Ан Бигвена, ты решил им задать вопрос, на которой даже сам не знаешь ответа! — Конченность? — не понял Хосок. — О чём ты? — Ты сейчас серьёзно? О чём я? — повторил Чонгук, внимательно смотря на Хосока, но судя по его выражению лица, он действительно ждал пояснительный ответ от Чонгука. Чонгук долго и внимательно смотрел на Хосока. Когда он понял, что сегодня не первое апреля и от него действительно ждут пояснений, Чонгук просто-напросто засмеялся. Конечно это был истерический смех. А как ещё ему реагировать на то, что старший его по званию мог позволить себе совершить такую наиглупейшую ошибку. — Какой из тебя старший следователь, Хосок, когда ты даже очевидного не видишь? — проговорил Чонгук, когда более-менее успокоился. — Ан Бигвен решил совершить побег. Он оставил своих жену и детей в разваленной халупе, наврал всем, что болен и свалил в отель, чтобы развлекаться и трахаться со шлюхами. — Что за бред? — возмутился Хосок. — Бред это то, что здесь написано, — Чонгук вновь ткнул в бумаги пальцем. — А то, что сказал я — лежит давно на поверхности. Шикарно, Хосок! — посмеялся язвительно Чонгук. — Я даже это в руки брать не буду, пока ты сам лично или те сопляки, которых ты заставил писать отчёт, не переделаете это. Чонгук смотрел на лицо Хосока, пока проговаривал все эти слова, а Хосок смотрел на бумаги и не понимал как это всё могло произойти. Действительно куда он смотрел, когда принимал документы у новичков. Чонгук был безусловно прав, когда указал ему на него же ошибки. — Может тебе отпуск взять? А то ты, кажись, заработался, — хмыкнул Чонгук, возвращаясь на своё рабочее место, пока Хосок так и остался стоять возле кулера, оставшись в этом поединке проигравшим.

***

Произошло третье убийство. Никто не знает сколько это может и будет продолжаться, но как ни странно, с каждым новым убийством, смертей становится всё больше. С каждым новым убийством люди начинают терять веру как и в поимке особо опасного преступника, так и в полицию, которая обязана защищать невинных граждан от таких психов, как Зодиак. Не должны страдать люди только из-за того, что полиция не справляется со своими обязанностями. Намджун бросил газету на стол, в которой упомянули убийство Мин Джи. Пожилой женщины в возрасте семидесяти трёх лет, которая была избита до смерти, а её тело было найдено в двух километрах на юг от военно-исторического музея. При вскрытии в глазной впадине нашли записку, в которой было написано: «Появится кровь и боль в этом царстве покоя». Намджун подошёл к окну и скрестил руки на груди. Все вновь стоят на ушах. Люди сверху бушуют и каждый раз упомянают, что посадят Намджуна за решётку, если тот не предпримет какие-то действия. А что может сделать Намджун? Только развести руками и сказать, что они делают всё возможное, всё, что в их силах, всё, что от них зависит. Это действительно было так, но разве люди в это поверят? Они видят лишь то, что какой-то психопат ходит и убивает всех, кого не лень, а полиция бездействует и спускает всё ему с рук. А то, что над делом работают только лучшие следователи города и не спят ночами, чтобы решить это наисложнейшее дело — их не волнует. Это работа полиции, если там не справляются, тогда для чего они там вообще нужны? — «Как только поймаю этого ублюдка, пойду на пенсию. Хватит уже с меня этой нервотрёпки и неблагодарности...», — пронеслось в мыслях у Намджуна, который любовался с высока на слегка опустевший город.

***

Дни летели с неимоверной скоростью. Кажется, что в сутках уже мало стандартных двадцати четырёх часов. Их катастрофически не хватало. Уже нужно сорок восемь часов или того больше, чтобы точно успеть заданное на день. Никому не хватало времени. Ни Чонгуку, который зарылся в бумагах с головой по приказу Намджуна и одновременно в тихушку исследует улики по делу Зодиака. Ни Хосоку, у которого теперь на шее висели два новичка и ситуация с Юнги, которая с каждой их встречей только усугублялась. Его, кажись, даже не волновало то, что происходило в мире. Он будто зациклился на том, чтобы рассорить Юнги с Намджуном. Юнги же наоборот каждый раз старался перевести тему, чтобы отсрочить то, что казалось уже неизбежным. Просто сейчас был не подходящий момент, чтобы кидаться правдой и раскрывать все карты и так в беспокойное время. Поэтому, Юнги старался сосредоточиться на работе, даже погрязнуть в ней, чтобы эти мысли, что свербели его разум изо дня в день вместе с Хосоком, остались где-то в сторонке, дожидаясь своей очереди. Юнги также старался помогать Тэхёну, который, кстати, ни раз помогал ему в работе и даже, благодаря своему опыту и всестороннему изучению медицины, научил его кое-чему новому. Юнги же взамен старался приблизить Тэхёна к Чонгуку, хотя он сам не особо разбирался в отношениях и их вытекающих. Но всё равно какие-то шаги помогали подойти Тэхёну к Чонгуку. Правда какие-то отталкивали на сотни километров назад, но здесь уже играла важную роль — постоянность. Чонгук, хоть он этого никогда и не признает, но постепенно стал привыкать к Тэхёну. К его выходкам, поведению и к его умению странно говорить. Юнги это видел и считал, что поступил правильно, когда отдал всё, что касается Зодиака — Тэхёну, потому что именно Чонгук был следователем и именно он каждый раз обращается к Тэхёну за отчётом о вскрытии и найденных уликах. Тэхён написывал Чонгуку, когда тот был в больнице и отсутствовал три дня на рабочем месте. Тэхён, можно сказать, предоставлял полный отчёт о каждом своём шаге и действии. Это, конечно, было незаконно, поскольку в сообщениях содержалась важная информация по следствию, и им бы влетело по «шапке», если бы кто-то из вышестоящих об этом рано или поздно узнал. Поэтому, Тэхён предварительно позаботился о безопасности и скрытности их номеров, а также самих телефонов. Действуя по той же системе, он отправлял свой «отчёт» Чонгуку, говоря о четвёртой жертве, которой стал мальчик в возрасте одиннадцати лет — Ханг Ченг. Ребёнок один возвращался поздно вечером домой со школы, так как родители не смогли его забрать из-за высокой занятости. В итоге, его нашли в километре на восток от центрального парка с вырванным языком, который он держал в своей руке. При вскрытии у него в глотке, а точнее, как написал Тэхён: воронкообразном канале длиной 11—12 см, обнаружили записку: «Где нормальная жизнь начинается от капкана и смерти холодной». Пообщавшись на тему этого жестокого убийства, и согласовав это с Намджуном, они сошлись на том, чтобы эта информация ни в коем случае не просочилась в прессу. Поэтому, они были вынуждены обратиться к Джину, чтобы, благодаря своему статусу и связям, он сделал всё, чтобы журналисты не узнали об этом убийстве и не разглашали информацию по всем каналам. Лишний раз тревожить улей, который и так уже разворошён, не стоит. И так с каждым разом тяжело выдержать этого давления от общественности.

***

Несмотря на всё это дерьмо, творившееся в Сеуле, и на психа, который будто полностью контролировал город и каждый шаг его жителей, рождественский праздник уже был на носу. Повсюду играла рождественская музыка, все улочки, магазины, дома и общественные места были украшены сверкающими огоньками и яркими плакатами, а кафе и рестораны пестрили разнообразием необычных блюд и напитков. Многие люди, что имели свои рестораны и кафе, а также сама Администрация города, старались хоть как-то поднять обычным гражданам настроение. И как не странно, это не касалось сотрудников следственного отдела. Они не покидали своё рабочее место и усердно трудились до позднего вечера, поскольку в их работе присутствует не только дело Зодиака, но у них ещё было полно и другой работы, связанной с правонарушениями. Но Намджуну это не помешало устроить праздник на самой работе. Пусть Администрация города старается для своих горожан, а Намджун, как истинный руководитель, как капитан этого судна, не оставит своих подчинённых без праздника. Его люди, как никто другой, заслуживали этого. Конечно же, многие были благодарны такому решению своего руководства и Намджун был этому несказанно рад. Когда Намджун собрался украшать офис яркими гирляндами и мишурой, многие подхватили его идею и начали помогать в создании праздничной обстановки. Тэхён так вообще притащил большую пушистую ёлку вместе с Юнги и они поставили её в центре офиса. Позже, сотрудники дополнили её шарами, в которых отражались лампочки гирлянд и переливались разными цветами и блестящей звездой на верхушке дерева. Офис преобразился но, хоть и не намного, он постепенно поднимал настроение, а ближе к вечеру, сотрудники, которые остались дежурить в этот день, помогли Намджуну накрыть на стол, а точнее, на несколько столов, сдвинутые между собой, и созвать оставшихся сотрудников на этот небольшой перерыв между делами. На столе стояло несколько двухлитровых соков, салаты и, конечно же, куда без горячего. Было бы неплохо отметить этот праздник с шампанским, но работа есть работа. Они были, к сожалению, не дома. Все прибыли на застолье, в том числе сам Намджун, Тэхён и даже Юнги, который редко выходил на такие мероприятия в свет. Они все вместе начали обсуждать последние новости и никто из них не старался говорить о работе. Праздник для того и праздник, чтобы забыть о проблемах и немного передохнуть. Порой, пока шёл разговор не по той теме, которую хотелось бы обсуждать Юнги, он отходил в сторону и, помимо важных сообщений, отвечал на сообщения Хосоку, делая вид, что он решает вопросы по исследованиям. Хотя, на самом деле, он просто не знал зачем каждый раз отвечал на нытьё Хосока, который эмоционально привязался к нему и, тем самым, не давало Юнги нормально жить. Его истерики, сцены ревности... Это вообще нормально для взрослого мужика? Может быть поэтому Юнги всё так тянет с расставанием с Намджуном? Намджун никогда не выносил ему мозги, был рассудительным, галантным, вежливым, а главное преданным, в отличие от самого Юнги. Судмедэксперт, конечно, ловил на себе взгляды начальника, когда они были за одним столом, только теперь Юнги в них видел не влюблённость, а разочарование. — «Может лучше всё исправить, пока не поздно...», — пронеслось у Юнги в мыслях, пока он отпивал манговый сок с пластикового стаканчика. Когда Тэхён предварительно напечатав сообщение Чонгуку, чтобы отправить его ровно в двенадцать, он упомянул о подступающем времени. Все оглянулись друг на друга, раздумывая, кто же из присутствующих произнесёт речь. — Давайте я скажу, — Намджун чуть прокашлялся. — Скоро Новый год, поэтому пламенную речь я буду произносить чуть позже, а сейчас скажу просто. Спасибо каждому, кто находится сейчас здесь, рядом. Я уже не представляю свою жизнь без кого-либо из вас и, надеюсь, мы и дальше будем так собираться и держаться вместе. Когда на часах стрелки достигли двенадцати, все громко начали кричать «ура», чокаясь своими стаканами с соком. Но не успели они даже стаканы поставить обратно на стол, как в их офис вбежал дежурный со словами: — У нас вызов. Убийство в километре на запад от центрального парка.