Пока не сломан, ты дыши

Артёма выписали из больницы, и как только Женя об этом узнал, то сразу же договорился встретиться с ним. Ему требовались ответы. Ответы на то, что происходит с его другом. Ведь больница и здоровье — это не шутки. До сих пор парень помнил этот парк и скамейку, где всё происходило и с того самого моменты больше никогда не приходил туда. Женя не мог усидеться на одном месте, поэтому стоял позади скамьи, упершись локтями в спинку, фактически поравнявшись ростом с другом. — Ты ждёшь от меня объяснений? — спросил Артём, коротко взглянув на друга. Парень лишь кивнул, сжав губы. — Я не рассказывал тебе этого, потому что думал, что обойдётся. Но теперь с каждым днём, я понимаю, что нет. И понимал, что этот разговор наступит когда-нибудь… — тихо говорил он. А Женя с беспокойством смотрел на него, в глубине душе у него уже зародились догадки о чём хотел сказать его друг, но хотелось верить, что они не сбудутся. — Жень, я болен. И… — Артём опустил голову, а сердце парня пропустило удар.— Смертельно болен. Он смотрел на него, не веря своим ушам, что слышит подобное. — Я не был зимой на море, а был в больнице. И сейчас врачи поставили окончательный вердикт. — Т-ты… Ты… — голос дрожал, а губы не могли выговорить это слово. — Я умру, — закончил за него Тёма, осмелившись взглянуть в глаза другу. — Слишком поздно поставили диагноз. Женя выпрямился, отойдя чуть назад от скамьи, прислонив холодную руку ко лбу, боролся со своими слезами. Он не мог потерять его. Не мог потерять ещё и своего единственного лучшего друга. Он уже потерял Леру, потерял свой якорь. Но Артём… Только не он. Парень не мог потерять и второе крыло в своей жизни, потерять кусок своей души, которым являлся его друг или даже брат. Артём сидел с трудом поднялся на подгибающиеся ноги. Тяжело было сказать об этом человеку, с которым он провёл больше половины своей жизни. В болезни и здравии, в печали и радости, во всём. Они ссорились, но сходились. Дрались всего один раз, когда были маленькими. Но в основном они всегда и везде были вместе. Они для друг друга стали кем-то больше, чем просто «лучший друг». Они были теми самыми родственными душами. И парень ненавидел себя за это. Ненавидел себя за свою болезнь. Потому что он знал, что Женя пережил только за этот год и не хотел, чтобы в этот список входила ещё и его смерть. Ведь Артём знал, кем являлся для своего друга и понимал, что его смерть уничтожит парня окончательно. Он не будет уже жить. — Тём… — повернулся к нему лицом Женя. Тёма в мгновение подошёл к нему и обнял настолько крепко, насколько мог в тот момент. Ему нечего сказать, чтобы утешить друга. Женя обнял в ответ друга, чувствуя, как по щекам текли горячие слёзы. Это не могло всё быть реальностью… Так не бывает. Не бывает, чтобы он потерял всех за один год.

***

Парень с трудом добрался до дома, нехотя открывая входную дверь, точно так же входя. На пороге его встретил Купер, начиная тереться о ноги. Женя быстро погладил его по голове, направляясь на шум, который доносился из зала. Сейчас ему нужна была поддержка. Но отец был не один. Рядом с ним сидел Рома, и они что-то смотрели, уставившись в ноутбук, которых находился на коленях Эрнеста. А на столике были разбросаны какие-то бумаги. Парень приблизился к столу, опуская на него глаза, чтобы посмотреть, что там за бумаги, просто из любопытства. — О, привет, — поздоровался Рома — Ты уже вернулся, — констатировал отец. — Да, привет, — тихо сказал Женя, рассматривая бумаги. Он не столько обратил внимание на их содержимое, сколько на почерк, пытаясь вспомнить почерк в записке Артёма от отца. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросил Эрнест, передавая ноутбук другу. Женя поднял голову, взглянув на отца. Он думал, что сказать ему. Что его лучший друг умирал всё это время, а он не знал? Или что так был занят своей жизнью, что не замечал изменения в нём? Или что Артём скоро умрёт? Что скоро он останется совершенно один? От этих мыслей у него вновь собрались слёзы в глазах, а горький ком стоял в горле. Как же ему надоело плакать в последнее время, но с другой стороны… Он столько лет этого не делал. А тут что-то произошло, что он стал всё чувствовать. Что-то изменилось. Парень сел на диван, рядом с отцом и, положив голову ему на плечо, вновь расплакался. — Ну, ты чего, маленький? — прошептал мужчина, обняв его за плечи, совершенно не понимая причину его слёз. Ведь Женя же уходил гулять с Артёмом, а он был немного осведомлён, какие у них были отношения. И чтобы парень плакал после прогулки с лучшим другом… Это было странно. Но парень не мог вымолвить и слова, а просто давал волю слезам, прижимаясь к отцу, давая себя обнимать и вытирать дорожки слёз, даже целовать в макушку. Рома лишь сочувственно посмотрел на Эрнеста, решив не вмешиваться, уставился в ноутбук, будто там что-то очень интересное. Однако у самого сердце будет стучать чересчур быстро для нормы.