Святая горчица и другие приправы

— В завершении нашего еженедельного собрания хочу сказать о важном замечании мадам Президент, — произнес Персиваль Грейвс, продолжая сохранять уверенное спокойное выражение лица, хотя уже готов был заранее сочувственно взглянуть на своих подчинённых, — Хочу сразу предупредить, что на данный момент это лишь замечание, а не приказ, но… Я считаю, что мы должны его придерживаться, так как являемся самым передовым департаментом, можно сказать, лицом МАКУСА. Мадам Президент считает, что Авроры должны бросить курить… На этих словах Грейвс сделал небольшую паузу, давая утихнуть возмущенному шепоту коллег. — Особенно авроры-девушки, по словам мадам Президент, это создает неправильное впечатление о нравах внутри нашего департамента, — продолжил Грейвс, взглянув на покрасневшую от этих слов аврора Голдштейн. — На этой не очень приятной ноте, я хочу завершить наше собрание и дать вам время все обдумать, я полностью разделяю ваше возмущение, но, к сожалению, мои доводы о том, что наша работа это вечный стресс и сигареты помогают его снимать, не были приняты мадам Президент, — Грейвс закончил свое выступление и вздохнул. Авроры вставали со своих мест и спешно покидали зал собраний, возмущенно и раздраженно обсуждая услышанные новости. — Куинни, — Тина с удовольствием сделала затяжку и продолжила, — Грейвс не даёт мне проходу! — Что случилось, милая? — Куинни посмотрела на сестру, левитировав на стол чашки с дымящимся в них ароматным кофе, и присела напротив. — Он постоянно оказывается рядом, как только я хочу закурить! Куинни поднесла чашку к губам, чтобы скрыть улыбку. В мыслях сестры она увидела, как мистер Грейвс садится за столик Тины в спикизи во время очередного задания именно в тот момент, когда она достала новенькую пачку немаговских «Lucky Strike». Потом вдруг промелькнуло воспоминание, как Тина закурила на балконе, засмотрелась на вид и вдруг кто-то подошедший сзади выдернул из ее пальцев сигарету. Обернувшись, Тина тогда встретилась с насмешливым взглядом тёмных глаз ее начальника. — Ох, Тинни, может тебе все- таки не стоит нарушать эти указания мадам Президент? На что Тина лишь неопределенно пожала плечами и продолжила курить. Чувствуя, что напряжение после тяжелого задержания так и не хочет спадать, Тина быстрым шагом вышла из здания МАКУСА и, миновав пару домов, свернула в переулок. Она прижалась спиной к кирпичной стене, достала из кармана заветную пачку, как вдруг поняла, что не одна здесь. Тина тихо развернулась, правая рука крепко сжала в кармане палочку. В нескольких метрах впереди у сетчатого ограждения, стоял спиной к Тине мужчина. Он курил и смотрел на внутренний двор за сеткой. Тина прищурилась, узнала в незнакомце Персиваля Грейвса и чуть не задохнулась от возмущения. Но потом кивнув пришедшей в голову мысли, девушка невербально наложила заглушающее заклинание на ботинки и неслышно подошла к начальнику. - Мистер Грейвс, как вам не стыдно? Какой пример вы подаете своим сотрудникам? — произнесла Тина, подходя к нему ближе и еле сдерживая ехидную улыбку. Грейвс вздрогнул, резко обернулся и сигарета выпала из его пальцев. — Голдштейн? — растерянно произнес Персиваль, — вам показалось. — Ну, конечно, — Тина кивнула на окурки у его ног, — и какая это по счету? — Пятая, и, к сожалению, боггарт тебя побери, Голдштейн, последняя, — Грейвс смял пустую коробочку в кулаке. Тина вдруг улыбнулась, достала из кармана пачку и протянула Персивалю: — Вот, сэр, я поделюсь. Он не раздумывая, протянул руку к сигарете: — Спасибо. Как-то уж очень смущённо это прозвучало, подумала Тина. — Только, мистер Грейвс, если я знаю ваш секрет, может, вы перестанете меня преследовать, — набравшись смелости, на одном дыхании произнесла Тина. Грейвс продолжал смотреть в ее глаза, будто о чем-то раздумывая, а потом с улыбкой ответил: — А может, это был повод чаще вас видеть, Голдштейн…