Windsor

Никто и никак не понимал, как Гарри смог попасть в Букингемский дворец. Даже он сам. Никто и никак не знал, как это могло произойти, когда ноги и руки Гарри жили отдельной от него жизнью, а шутки были такими отвратительными. Ни Найл, ни его мама и сестра, ни несколько друзей-одногруппников, ни читатели в Твиттере и Инстаграме. Никто не понимал как. Хоран искренне надеялся, что Гарри примут на работу его мечты, но ведь мы можем ожидать чего-то или знать, что это случится, но все равно быть удивленными, когда это произойдет. Когда парень приехал домой совершенно выжатый морально, сразу после избиения Найла ногами и благодарности он ушел на балкон, и стал обдумывать все, что с ним случилось. А прошло все действительно неплохо, хоть он переживал до безумия сильно и надел футболку с руганью. Он встретил Зейна, разговаривал с королевой и устроился няней королевских дочерей, а мог упасть на ровном месте и разбить нос, или еще хуже — разбить одну из ваз. И Стайлс был благодарен богу, что в этот день его неуклюжесть не дала о себе знать.

***

— Матерь Божья! — вскрикивает Гарри как только приземляется задницей на холодный пол. Он шипит от боли и пытается подняться на ноги, сразу же начиная сканировать помещение на наличие его потерянной шляпы. Гарри упал на последней ступеньке лестницы, а его большая шляпа куда-то исчезла. Он знал, что его неуклюжесть рано или поздно вернется. Парень смотрит на пол вокруг себя, а потом на лестницу, и видит головной убор на самой нижней ступеньке. — Господи, ну почему всегда я. Кудрявый старается смотреть под ноги, пока быстрым шагом спускается по ступенькам, ведь именно ноги создавали половину его проблем, а вторую половину, как не трудно догадаться, создавали его руки. — Это ищешь? — Стайлс поднимает голову и широко улыбается, смотря в волшебные глаза Зейна, на голове которого находилась его шляпа. — Мне кажется, она мне идет. Может оставить себе? — Конечно же идет, тебе все идет. Но к этой шляпе в комплекте иду я, так что лучше вернуть ее, — не шути, не шути, боже, только не шути. — О, тогда даже не важно, как я выгляжу. Пожалуй, я ее оставлю, — Гарри смеется и Зейн не прекращает улыбаться, пока шатен одним движением не отбирает шляпу, помещая ее на свою кудрявую голову. — Тебе идет больше. С этими милыми кудрями, знаешь. Ты выглядишь словно еврей. — Ей-ей! — Гарри вскрикивает, а потом закрывает рот рукой, вспоминая, что он в доме самого могущественного монарха мира. — Из-за тебя я опаздываю. Гори в Аду. Когда стрелка на наручных часах Гарри показывает 9.30 a.m., он останавливается возле одной из тех больших дверей, которые ведут черт знает куда. Один из двух стражей стучит в дверь и открывает ее спустя три секунды, позволяя кудрявому видеть еще одно светлое помещение и большой стол с членами королевской семьи за ним. — Здравствуйте, — шатен широко улыбается и смотрит на спокойное лицо королевы, маленьких принцесс, а потом вспоминает, что: — Ой, шляпа, простите. Стайлс одним резким движением снимает шляпу с головы и слишком сильно дергает рукой, так, что шляпа вылетает из его рук и врезается в железные, человеческого роста доспехи, которые секунду пошатываются из-за столкновения. А потом на пол падает голова рыцаря. — Ой, простите, я сейчас починю, — Гарри почти падает возле упавшего элемента доспехов, откладывая шляпу в сторону и поднимая голову, несколько секунд пытаясь приделать ее обратно к туловищу. Когда она более или менее держится на месте, парень поворачивается с нервной улыбкой и замечает попытки сдержать смех и маленьких и взрослых принцесс, после чего за его спиной раздается жуткий грохот. — О Господи, мне так жаль, я сейчас все исправлю! — Гарри. — Мне действительно очень стыдно. — Гарри. — Я постараюсь все починить… — Гарри! — Стайлс подскакивает и оборачивается к королеве и хихикающим принцессам, кусая губы и хмуря брови. — Я приказываю тебя оставить несчастные доспехи в покое и попить со мной и моей семьей чаю. — Слушаюсь, — кудрявый поднимает с пола шляпу и ногой подталкивает руку рыцаря ближе к его корпусу, отходя от места происшествия к столу. Он садится возле Фиби, которая сидела за Дейзи, что сидела возле королевы и кладет шляпу на колени, нервно улыбаясь. — Еще раз здравствуйте. — Здравствуй, Гарри, — Джоанна улыбается так, как и ее дочери — пытаясь сдержать смех, и в конечном итоге у нее это получается — ведь она королева Англии и кто как не она умеет подавлять эмоции. — Вчера мне казалось, что ты более сдержанный. — Мне так жаль, — Гарри опускает голову и сжимает поля шляпы, мечтая расплакаться прямо сейчас. — Я прошу прощения. Уверяю, эти доспехи я не сломаю больше никогда. — Ловлю на слове, Гарри, — Джоанна улыбается парню, и он расслабляется, улыбаясь в ответ, после обращая свое внимание на принцесс, которые еще со вчерашнего дня хотели познакомиться с ним поближе. Гарри слышит голос Шарлотты, Фелисити, Фиби и Дейзи, и он в диком восторге от всего того, что происходит с ним в данный момент. Он обсуждает с королевой погоду и чай, отвечает взаимностью на любовь Фелисите к сериалам, восторгом Шарлотты от масок для кожи, и восхищением близняшек от активных игр и мультиков. И, казалось, не придумать работы лучше, но потом в зале появляется принц Уэльский. — Доброго утра. Приятного аппетита, — Луи садится между королевой и Шарлоттой, накладывая несколько еще теплых блинчиков на тарелку и делая глоток горячего черного чая, который только что ему налили в чашку. — ЛуЛу, — зовет брата Фиби и Гарри задерживает дыхание, потому что когда Луи смотрит на принцессу, то замечает и его. — У нас появился новый друг. — Это твоя няня, Фиби. Еще один работник, — спокойно отвечает шатен и Стайлс не может насытиться красотой этого голоса, что бы плохого он не говорил. — Это не работник, Луи! — вспыхивает Фиби и бьет кулаками по столу, быстро успокаиваясь из-за строгого взгляда матери. — Это наш друг, и он всегда будет есть с нами, и жить с нами, и гулять! Правда, мама? Гарри, с все еще задержанным дыханием, тихо выдыхает, большущими глазами смотря то на принцессу, то на кронпринца, то на королеву. — Конечно, Фиби. Если Гарри ваш друг, он может есть с нами. Кстати, Гарри, мы еще должны обсудить некоторые аспекты твоей работы, точнее дружбы с девочками, — кудрявый кивает и мгновение смотрит на принца Луи, глаза которого были цвета холодной стали. — Спасибо за завтрак. Мы с Зейном должны ехать в парламент. Хорошего всем дня. Какими же холодными и почти что неприятными были манеры этого принца. Гарри подумал, что в каждой семье есть такой, кто отличается и портит картину. Ведь в своей семье он был именно таким человеком.

***

Итак, о чем договорились Гарри и Герцогиня Эдинбургская? Работа Гарри начиналась в восемь часов с момента пробуждения принцесс и до девяти вечера, когда их нужно было уложить спать. С десяти утра до трех часов дня девочки занимались с репетиторами, в процессе этого с двенадцати по двенадцать тридцать у принцесс был обед, во время которого Гарри так же должен был находиться с девочками, во время занятий он был совершенно свободен и мог заниматься своими делами или находиться не на территории дворца. После занятий и до девяти вечера Гарри должен находиться с девочками и делать то, что они захотят, в разумных мерах, само собой. Короче говоря — он должен был развеивать скуку принцесс и не давать им чувствовать себя одинокими, что они могли чувствовать в силу отсутствия свободного времени своей мамы и брата. Все принцессы казались Гарри удивительными: от младшеньких близняшек, до старших Фиби и Лотти. У них появилась взаимная симпатия сразу после того, как Гарри сломал какие-то чертовски дорогие и старинные доспехи. Но не в этом дело. Гарри предложили проживание в одной из комнат дворца, на что тот почти не раздумывая согласился. Ведь если отсчитать деньги, что он должен платить за аренду квартиры на протяжении трех месяцев — это уже небольшая часть денег за обучение. Почему именно трех месяцев? Потому что именно таким был испытательный срок работы няней принцесс. И Стайлсу было страшновато, когда он вспомнил, что только в этом месяце уволили трех гувернеров. На тему оплаты работы парень даже говорить не хотел — за один месяц он заработает столько, сколько не зарабатывает за три месяца в кафе. В честь того, что сегодня была суббота, Гарри отпустили, сказав, что завтра его с вещами могут забрать в то время суток, когда ему будет удобно. Парень взял номер водителя, который уже два раза привозил его к дворцу и уехал на той же машине домой, прощаясь с принцессами и обещая, что привезет им завтра кое-что, от чего он сам в восторге. Ведь какой маленькой принцессе не понравятся венки на голову с маленьких роз?

***

— Боже, чувак, я не знаю, как я проживу без тебя. Может ты все-таки откажешься? — Найл стоял на коленях и прижимался лицом к животу Стайлса, со всей силы обнимая его талию руками. Кудрявый рассмеялся и обронил чемодан, закатывая глаза из-за нелепости Хорана. — Я очень сильно тебя люблю. Я думал, тебя не примут. Не уезжай, умоляю. — Ей, иди нахуй! — Найл посмеивается, потому что такой он человек — он будет смеяться из-за нелепости Гарри даже в самые грустные дни. — Во-первых: ненавидеть овощи и покупать вредную еду ты сможешь и сам. Во-вторых: я буду приезжать каждое воскресенье. К тому же я когда угодно по разрешению королевы смогу отпроситься с работы, а с десяти утра до трех часов дня, не учитывая обед, я смогу выйти погулять, а так же ночью. И даже ты сможешь приходить ко мне в гости. — Черт возьми, я смогу попасть в Букингемский дворец когда он не открыт для туристов?! — Найл подорвался на ноги со счастьем в глазах и Гарри кивнул, следующие несколько минут задыхаясь от адских мучений в виде объятий Хорана. — И даже, возможно, увидеть принца Уэльского? — Ой, нахуй его. Он действительно такой красивый как на фото и видео, даже больше, но относился ко мне и даже больше — к своей семье, как к надоедливым пиявкам. Как говорил Зейн — этот парень тот еще говнюк, — Гарри закончил говорить и обуваться одновременно, услышав сигнал машины даже через окно. Он отодвинул шляпу на голове дальше к затылку, поправил зеленое пальто (на улице в этот день было прохладно, хоть позавчера можно было гулять в пиджаке. Англия), проверил карманы и взял сумку с чемоданом, напоследок сильно обнимая Найла и облизывая его лицо (чтобы ему хорошо не жилось). Как всегда, охранник Мэтью открыл для Гарри дверь, перед этим положив его вещи в багажник и они поехали навстречу новой работе Гарри. Блять, он расческу забыл.

***

— Я проведу Вас к Вашей комнате, — сказал Мэтью, шагая с вещами кудрявого в руках к двери здания. — Я сам могу понести, — возразил Стайлс, но в ответ получил только искреннее молчание и по-прежнему спокойный, но быстрый шаг. Они поднялись по лестнице на второй этаж, и Гарри немного удивился, ведь считал, что работники живут на первом этаже. Миновали несколько комнат с дверями из роскошного дерева и тогда мужчина заговорил: — Это Ваша комната. Прямо в конце коридора находится комната принцесс Фиби и Дейзи, в другом конце коридора друг напротив друга живут принцессы Шарлотта и Фелисите, а прямо напротив Вашей двери — принц Луи, — Мэтью открывает дверь в комнату, где должен был жить Гарри и второй ахает, увидев комнату просторнее, чем их с Найлом маленькая квартира. Метью оставляет вещи возле кровати и Стайлс благодарит его, после чего тот мгновенно исчезает, мягко закрыв за собой дверь. Гарри считает, что в целом ему никогда так в жизни не везло. Он живет по центру этажа в Букингемском дворце, с одной стороны маленькие принцессы Уэльские, со второй — взрослые, и пускай за три метра от него жил самый большой принц-говнюк в мире, это не портило общего впечатления ни на один процент. У Гарри занимает около сорока минут, чтобы полностью осмотреть комнату и собственную ванную, разложить вещи и переодеться в коричневую кофту под цвет его ботинкам, ведь в дворце было по-настоящему тепло. Он решает не сидеть словно попугай в клетке, хоть комната вправду была охренной, и выходит на коридор, решив зайти к принцессам. — Фиби, Дейзи, — Гарри заходит в комнату сразу после того, как ему разрешили и улыбается, смотря, как принцессы рисуют что-то на собственных мольбертах. — Привет, девочки. — Нет! Не смотри! — кричит Фиби. — Да, не смотри! Это сюрприз для тебя, мы не скажем, что это! — Гарри легко смеется из-за того, какими же детьми они были. Или это Гарри был чертовым гением, который сразу смог догадаться, что они рисуют. — А ты принес свой сюрприз? — Да. — А что это? — А я не скажу, — Гарри смеется и делает несколько шагов вперед, и ему кажется, что принцессы приняли оборонную позицию. — Хорошо. Давайте после ужина я приду к вам со своим сюрпризом, а вы покажете мне свой. Договорились? — Нет. Мы хотим перед ужином, — возражает Дейзи и кудрявый смеется с ее милых надутых щек. — Ты нам нравишься. — О, и вы мне, юные леди. Удачи в творчестве. А я пока пойду прогуляюсь. — Спасибо! Букингемский дворец славился своими огромными садами на всю Англию и весь мир: своими деревьями и цветами, прудами, фонтанами и искусственным водопадом. Гарри понимал, что не осмотрит столько гектаров до ужина, но посмотреть на водопад можно. Он прошел уже около километра, осматривая начинающие зеленеть деревья и зеленую траву, а еще спустя полкилометра это начало приедаться. Возле одного из кустов в форме кролика Стайлс заметил маленькую машину для гольфа, к тому же — в комплекте был и ключ зажигания. Никто даже не заметил, когда Гарри угнал и разогнался на маленькой машинке и ехал с таким счастливым лицом, словно собака, высунувшая голову в окно. Гарри поворачивает за указателем, что вел к водопаду и громко кричит, останавливаясь. Он сидит на месте с открытыми глазами и смотрит на ошарашенного Зейна, колени которого почти соприкасались с гольф-каром. — При-и-ивет. Не хочешь прокатиться к фонтану? — Гарри хотел извиниться, на самом деле хотел, но ему стало страшно, что Зейн, как и королева, начнет смеяться над его нелепостью. А Зейн, простите, Джоанна, привлекал его гораздо больше. — Почему бы и нет. Я как раз туда и направляюсь, — брюнет обошел машину и сел на место для пассажира, улыбаясь специально для Гарри. Ему казалось, что когда-нибудь он сделает Зейну предложение. — Это ты так долго шел, болван? Можно же просто угнать машину для гольфа. — Ты что… — но кудрявый не дал Зейну возможности договорить, резко двигаясь с места так, что брюнет чуть не ударился головой о бардачок. Да этому парню сегодня везет! Парни едут на средней скорости, иногда пугая сотрудников и обсуждая переезд Стайлса. Зейн сообщает, что он Малик и что они с принцем Уэльским лучшие друзья, а его мама член палаты Лордов Большой Британии. Гарри не понимает, как такой приятный молодой человек может иметь такого лучшего друга, как Луи, ведь тот был мрачным, отчужденным и полным говнюком. Когда парни наконец приезжают к красивому, слегка шумному водопаду, то Зейн говорит кудрявому идти с ним, и удаляется в направлении, в конце которого на скамейке сидел и спокойно читал свежую газету в черном пальто принц Луи. Малик садится возле шатена и второй аккуратно складывает газету, только после этого выбрасывая ее в мусорное ведро. — Гарри, иди же ты сюда! — кричит брюнет и кудрявый выходит с транса, до этого прожигая взглядом мусорное ведро. Он медленным шагом ступает по дорожке с искусственного камня, вскоре настигая скамейку с двумя парнями. — Ваше Высочество, — Гарри наклоняется настолько сильно, насколько может, почти что сгибаясь пополам так, как учили на занятиях йоги. Под смех Малика он поднимается и еще раз кивает головой, смотря в такие же холодные как вчера глаза кронпринца. Гарри отметил, что все в этой семье обладали способностью большую часть времени находится с одной и той же эмоцией в глазах: у королевы Джоанны это было приятное и теплое спокойствие, у близняшек Фиби и Дейзи веселье и азарт, у Фелисите заинтересованность и любознательность, у Шарлотты доброта и кротость, а у единственного члена семьи мужского пола — холод. Постоянный пронзающий холод в глазах, цвета айсберга под водой. — Так и обращайся ко мне всегда, Генри, — ухмыльнулся Томлинсон. Тут Гарри и увидел сходство между этими друзьями — ухмылки полны хитрости и ума. Только у Зейна она была словно у змеи, хитрая и способная лишь обмануть, сбить с пути, а у Луи — словно у настоящего хищника, готового разорвать тебе горло в самую спокойную минуту. — О, Ваше Высочество, я считал, что у Вас нет изъянов. А сейчас вижу, что у Вас память как у старого мешка с морковью, — Гарри, было, хотел сказать о мешке с хуями, но он слишком уважал мать этого говнюка, чтобы оскорблять хотя бы ее частичку. — А я вижу, ты хочешь получить проблемы с работой, — Луи поднимается на ноги, даже сам не понимая почему — возможно, этому кудрявому паршивцу хотелось смотреть прямо в глаза. — Я могу тебе их организовать. — Их мне могут организовать только Ваши сестры и королева. А я слишком люблю детей и уважаю Вашу маму, чтобы быть причиной для их огорчения, — Гарри делает шаг вперед и между лицами парней не остается и двадцати сантиметров. А Зейн с заинтересованностью в глазах наблюдал за этим действием так, словно происходило противостояние между Железным Человеком и Капитаном Америкой. — Я тут не для того, чтобы терпеть Ваши избалованные выходки, я тут ради Ваших сестер. И, о, дам Вам один совет, который конечно же не станет для Вас чем-то значительным: если хотите стать королем Соединенного Королевства — не будьте таким говнюком. А сейчас пора вернуть машину для гольфа.