Это было просто наводнение

Неся в руках поднос, Альфред как-то странно качнулся, и с удивлением понял, что пол к нему приближается. Последнее, что сделал Джонс перед тем, как окончательно упасть в обморок, так это вяло удивился внезапно накрывшей его слабости. Телохранители пару секунд беспорядочно метались по залу, но после по рации начались раздаваться приказания. Через 2 часа Альфреда Ф. Джонса, нынешние Соединённые Штаты Америки, отвезли в самую дорогую больницу города. Но ни через 2, ни через три часа, ни даже через день, Альфред не очнулся. *** "Ох, моя голова... моя головушка..." Единственная связная мысль, да и в принципе - единственная - крутилась в голове молодого человека последние двадцать минут. К сожалению силы воли на то, чтобы задавать другие вопросы, у него не наблюдалось. Так что ни имени, ни места, ни обстоятельств он не знал. Собравшись с силами, он слабой рукой начал шарить по одеялу. Та двигалась неохотно, будто была деревянной, какой-то совсем чужой. Кончики пальцев ощущали прохладную шероховатую ткань. Сил открыть глаза и осмотреться у молодого человека не было. - Альфред? Сперва молодому человеку показалось, что он что-то слышит, но потом это имя повторили ещё раз, и ещё, и ещё. Он открыл глаза и почти сразу попал в омут чужого взгляда. Глаза у незнакомого мужчины были ненормально большими, и выглядели некой генетической аномалией, которая, впрочем, делала мягкие черты лица более женственными и привлекательными. В пользу версии о генетическом сбое говорил необыкновенный, тёмно-фиолетовый цвет глаз. Почему-то молодой человек был уверен, что такого цвета глаз в природе не существует. Мужчина пару раз моргнул, и на несколько мгновений вид принял совершенно одураченный и глупый. Против воли дёрнулись уголки губ, чтобы сложиться в улыбку, и незнакомец отодвинулся на приличное от него расстояние. Парень неловко завозился и вскоре смог устроиться полулёжа на высоких подушках. Мужчина, оказывается, сидел рядом с его кроватью. - Слава Богу, ты очнулся, - с явным облегчением выдохнул мужчина. Альфред скосил взгляд на чужие руки, и увидел, что они затянуты в плотные перчатки. Сказал он эту фразу явно не на родном для парня языке, но он всё равно понял, о чём тот говорит. Видимо, знал этот язык. Странно. - Ты в порядке? Как себя чувствуешь? Альфред? "О, - рассеянно подумалось молодому человеку. - Так это моё имя?" - Я, - он попытался что-то сказать, но вместо уверенного голоса послышался лишь еле слышный хрипящий шёпот. Альфред зашёлся сухим кашлем, и чуть не упал с койки. Его вовремя придержали за плечи, а в рот пару раз ткнулась трубочка, пока парень не нашёл в себе силы обхватить её сухими, потрескавшимися губами. Несколько глотков воды явно пошли ему на пользу, потому что Альфред смог снова самостоятельно принять устойчивое положение, и чуть ли не с рук вырвал крупный прозрачный стакан с водой, жадно выпивая всё до капли. Он облизнул губы, чуть огляделся, пытаясь понять, куда можно убрать пустой стакан, и тут его накрыло. Альфред завопил. От боли его перекрутило. Он не чувствовал ни рук, ни ног. Лёгкие горели огнём, а в голове будто миксером перемешивали иголки с осколками стекла, будто взрывались яркие фейерверки - ТАК ему было больно. На него навалились сверху, видимо, чтобы он перестал выворачиваться и сгибаться в немыслимых углах, в своих попытках уйти от этой ужасной боли. Ему хотелось выцарапать себе глаза, или откусить палец. Заглушить одну боль другой, просто чтобы избавиться от ЭТОГО, но не получалось. Чужой мягкий голос нашёптывал ему в ухо всякую чепуху, пытаясь успокоить, а у него всё никак не получалось это сделать. Альфред заплакал и обмяк в чужих руках. В голове смешались чувства, эмоции и воспоминания. Боль постепенно куда-то отступила, но он продолжал реветь, уткнувшись лбом в чужое могучее плечо и содрогаясь под ласковыми поглаживаниями крупных ладоней. Последний раз так дерьмово он себя чувствовал, когда Англия наставил на него ружьё. Он хотел выстрелить, Альфред видел это в зелёных глазах. Вместо этого Артур упал перед ним на колени и расплакался. Альфред вспомнил. *** Потом все носились вокруг - настоящий вихрь незнакомых лиц, вереница врачей. Все что-то от него хотели, чего-то требовали. Джонс вяло шевелился, вставал в позы, какие от него требовались. Послушно делал какие-то упражнения. Кажется, отвечал на какие-то вопросы. В себя он смог прийти только 2 недели спустя, на крыше одного из домов любимого Вашингтона. Альфред стоял и курил. Смотрел на людей, которые вечно куда-то спешили, бежали. Если он закрывал глаза, то мог представить, как сигареты его на самом деле убивают. Яд расползается от лёгких по всему организму, слабеет имунная система. Раковые клетки начинают беспорядочное деление, заменяя собой здоровые ткани. Образуются опухоли. Врач качает головой, и говорит что-нибудь вроде "слишком поздно, молодой человек. Опухоль слишком злокачественна. Боюсь, её нельзя оперировать". Альфред смеётся в лицо врачу и всё равно продолжает курить. Потому что хуже уже быть не может. - О чём думаешь? - вскользь спрашивает Россия. Облокачивается на железные перила и тоже смотрит вниз, на беспокойно переползающих туда-сюда людей. Джонс горько кривится в улыбке, разбивая собственную иллюзию. Страны не умирают от какого-то вшивого рака. Они умирают лишь тогда, когда исчезает с политических карт их имена. - Знаешь, почему я всё забыл? Почему так долго не мог ничего вспомнить? Россия пожимает плечами. Потом небрежно обхватывает Альфреда за плечи и притягивает поближе к себе. Альфред не сопротивляется. - В тот день в Белом Доме произошёл взрыв, - говорит Джонс. Делает ещё одну затяжку. - Сначала все думали, что это просто неудачное покушение. На президента, или меня. Но взрыв произошёл в одном из неиспользуемых помещений, и всё, что он смог сделать - повредить систему водоснабжения и электрификационных сетей. Никто не придал этому значения. Потом я пропал, и... и все искали меня. Забыли про этот нелепый взрыв. А там - произошёл прорыв одной из труб, и архивы... они все были бумажными, понимаешь? Только последние тридцать лет данные стали заносить в компьютеры. И всё пропало. Память поколений, секреты Соединённых Штатов. Моя память... Альфред криво ухмыльнулся. Медленно повернулся и обнял Россию в ответ. - Но сейчас-то всё в порядке? - уточнил Иван. Джонс в ответ нервно дёрнул головой в знак согласия. - Это было просто наводнение, - шепчет он. - Просто наводнение.