Змеевик в золотой оправе

      В свои покои Тайшха вернулся в приподнятом настроении. В чем секрет? Просто ему удалось перехватить хавки у поваров! Шаант со стыдом припомнил, как со зверским оскалом «вежливо» просил «что-нибудь пожрать, и побыстрее!». Ка-ак стра-ашно жить...       – А-айрис-с! – крикнул он, дожевывая ломоть вяленого мяса с хлебом. – Айрис, ты где, душенька? – Тайшха хихикнул. Лорд вломил бы только за то, с какой радостью он выкликивает некроманта, а что уж говорить про игривое обращение!       Тишина.       Тайшха нахмурился. Хлебная корочка оцарапала горло, серпентер тяжело сглотнул и кашлянул, смаргивая слезы. Вытер мокрые ресницы и снова настороженно прислушался. Никого нет дома, являйтеся завтречком, да?       – Айрис? – тихо, просто для уверенности повторил Шаант. Замер, принюхиваясь: запах супруга совсем свежий. Шасс протянул руку вправо, осторожно провел кончиками пальцев по шторке, что прикрывала вход в купальню: вдруг кольнет охранным заклятьем, хотя от кого прятаться в супружеских покоях... Сжал в кулаке ткань и резко отдернул – никого!       «И что же дальше...» – Мыслей не было. Никаких. Пусто в голове, пус-то! Тайшха отправился в кабинет.       Там Айриса тоже не было. Шаант застыл перед рабочим столом, растерянный, невесть отчего полез в ящики: все было на месте. Даже пыль... У шасса вырвался хриплый смешок.       «Нет, этого не может быть! Не может! – Тайшха потряс головой и помассировал виски. Да уж, даже спать больше не хочется… – Айрис не дурак... он не будет действовать настолько открыто!»       Убеждая себя, что все в порядке – ага, в порядке, только супруга-соглядатая нигде не видно отчего-то! – Шаант присел на мягкий пуф, обвив вокруг него хвост. И что теперь делать?       В спальне послышался шорох. Тайшха вскинул голову, прищурившись. Кто-то вполз – уверенно, по-хозяйски – и знакомый голос легкомысленно напел пару строк известной песенки гуляк-студентов. Тайшха медленно поднялся и выглянул наружу.       – А-а, супруг мой! – Айрис заметил его сразу, хотя стоял спиной. Приветливо улыбнулся и плавным движением руки задвинул створку шкафа, прикрыв пестроту юкат.       Одет некромант был странно: волосы заплетены в простую косу – совершенно нехарактерно для утонченного и слегка помешанного на своей красоте супруга Тайшха! – а фигуру скрывал складчатый плащ цвета грязи. Ни красок на лице, ни украшений – чисто, как после бани.       Тайшха приблизился, недоверчиво разглядывая преобразившегося некроманта, и на него дохнуло влажной землей, лесом, затхлостью.       Холодом.       – Где ты был? – резко. Щека Айриса дернулась, он весь чуть подался назад, словно Тайшха с размаху дал ему по лицу. Глаза прикрыл, вздохнул легонько...       На Тайшха мутной волной накатило раздражение. Этот... вредитель будет еще жертву из себя корчить? Дескать, оправдываться заставляют, ай-ай-ай! Как же жаль бедного некроманта!       – Гулял, – наконец, небрежно бросил Сишш, проползая мимо. Даже спина его излучала обиду. Тайшха оскалился вслед и издал угрожающий свист. Гулял, да?!       – Где конкретно? – ядовито поинтересовался, складывая руки на груди. Айрис присел на кровать, сделал постное лицо и стал распускать косу, путешествуя стеклянными глазами по комнате от пола до потолка – только мимо лица Тайшха!       – Этого края нет на карте, – рассеянно отозвался Айрис. У-у, зел-леный! Тайшха зарычал, пальцы зачесались: так хотелось придушить придурка!.. Он плюхнулся на матрас рядом с супругом, отбросил белые руки и вцепился в завязки плаща.       – Что ты делаешь, Сишш?! – злобно прошипел, судорожно дергая тесемки. – Ты вообще соображаешь, нет? У тебя мозги в черепушке есть, нет?!       – Что вы себе... – Тайшха опрокинул некроманта на спину и прижался раскрытыми губами к испуганному рту, вдавил в матрас тонкое запястье. Поцеловал крепко, страстно, будто пил душу.       – Ты рушишь вс-с-се, что есть хор-рошего! – Шаант злобно зашептал застывшему испуганной ящеркой Сишшу в самое ухо. – Какого ты подставляешь себя, а?!       Айрис глупо приоткрыл рот, моргая удивленными глазенками. Ресницами он тут трепещет, невинного изображает! Тайшха снова поцеловал холодные, вовсе ледяные губы, с рыком собственника попытался вылизать острые мелкие зубки, но те сжимались и не пускали.       – М-мфустите! – Айрис вырвался и отвернул лицо, не давая заткнуть себе рот. Тайшха остановился и, опомнившись, отпустил супруга. Приподнялся, выражая готовность внимательно слушать.       – Вам, – Айрис особенно выделил обращение, – не нужно волноваться буквально ни о чем. Я некромант...       – Вот именно! – Тайшха остыл так же быстро, как взъярился. Улегся на спину, прижавшись к супругу хвостом. – Вот именно...       Они помолчали. Айрис пробормотал что-то, что Шаант не расслышал и счел ниже своего достоинства выспрашивать. Гораздо больше его занимала следующая – по списку – проблема...       – Когда твои сородичи покидают нас? – Тайшха сел и стал деловито развязывать некромантский плащ, что так и не сдал позиций и не позволил опорочить хозяина. Какая хорошая ткань! Даже от рывка серпентера не рвется. Не люди делали, это точно.       – Сегодня, – без привычной улыбки ответил Айрис, вздрагивая, когда ладони Тайшха огладили его кожу. «О Шаирэссар, да он же холодный, как... как труп! – Тайшха с возмущением рассматривал широкий пояс с притороченным кинжалом. Ах, «какая встреча»... – А соски стоят...»       Тайшха прижал на секунду напряженные горошины большими пальцами. Просунул руки под мышки Айриса, пытаясь отогреть.       – Я уже проводил их, – уточнил некромант. Тайшха сморщился, будто протухшую гусеницу съел.       – Почему мне не сказал?       – Хотел попрощаться без свидетелей. Не трогайте меня! – Айрис отбросил его руки и, попрыгав задницей на упругом матрасе, поднялся, торопливо запахиваясь. – Я грязный. Мне надо вымыться! И переодеться...       – И согреться, – кивнул Тайшха, тоже вставая. – Ну, давай, давай, шевелись, супруг мой! Где купель, ты знаешь.       Айрис странно посмотрел на него, резко отвернулся и уполз в купаленку. Входная штора бескомпромиссно закрыла проход, Тайшха нахмурился. Все-таки изволите, значит, обижаться? Серпентер передернулся всем телом и стал готовить постель ко сну.       Из купальни донесся блаженный стон. Тайшха ревниво прислушался к плеску воды и неразборчивому бормотанию. Он бросил на ложе шерстяное одеяло и заторопился к супругу.       – Дождаться, пока купель наберется полностью, ты никак не мог, – заметил с укором. Айрис не ответил, жмурясь в абсолютном довольстве. Тайшха попробовал воду рукой и добавил немного огня – подогреть.       – Спасибо.       – Я ведь от тебя не отстану, Айрис-сан, – предупредил золотой. Ставки слишком высоки: даже если их союз лишь игра, Тайшха хочет наслаждаться иллюзией счастья как можно дольше. И никто – никто! – ему не помешает.       – Я понял. – Айрис окунулся с головой, и Тайшха чуть ли не впервые увидел раздражение на его кукольном лице. – И не сделаю глупостей.       – Я тебе не верю, – можно и честным побыть…       – О, я себе тоже, так что тут наши мнения сходятся! – Айрис в этот миг стал до жути похож на Лорда Шаант, так что Тайшха даже сморщился и потряс головой, прогоняя непрошеное видение. Неприятно.       – Ты понимаешь, что я к тебе привязался? – после непродолжительного молчания произнес золотой. Айрис вскинул было глаза, но тут же стал рассматривать ногти – похоже, его любимая защитная поза. Тайшха поймал ручку супруга и приложился губами – теплее, намного теплее. Хорошо.       Некромант поддерживать разговор явно не желал, и Тайшха улегся кольцом на бортик купальни, придвинувшись как можно ближе к Айрису. Уголки губ того чуть опустились, видно, Тайшха все-таки удалось нащупать у супруга совесть. Тем не менее, необходимо как-то наладить оборвавшуюся ниточку между ними, и обязательно сегодня: предсказатель уже убедился, что Сишш может быть весьма шустрым – вот только когда не надо.       Поэтому Шаант решил рискнуть:       – Я рос в руках старшего лекаря. – Супруг изогнул бровь вопросительным знаком, внимательно посмотрев на Тайшха. Тот, с трудом подбирая внятные слова, продолжил тихим голосом – не столько от боязни быть услышанным кем-то еще, сколько из-за внутренней борьбы с голосами разума и совести: – Его зовут Хамаан, он из лесной ветви…       – Шаант повезло заполучить прирожденного целителя, – отметил Айрис. Сделал паузу и раздумчиво протянул: – Сишш пытались перетянуть клан Лауш к себе… клан лекарей нам бы очень пригодился, если вы понимаете, о чем я…       «Ну да, когда под рукой некромантов уже Массаракхи и недавно только отказавшиеся от нейтралитета Саравессы… – с долей раздражения подумал Тайшха. – Воины и убийцы – отличный выбор, несогласные, поднимите руки, нам надо знать, кого резать!»       Айрис снова замолчал и, по-видимому, ждал ответной откровенности. Тайшха вздохнул: если честно продолжать поднятую тему, то сейчас как раз настает время не очень приятных подробностей. Именно тех, разглашать которые и запретил Лорд:       – Мой... родитель... в то время занимался кланом. Понимаешь, Айрис, у нас, Шаантов, тоже не все гладко...       – В Сишш случались междоусобицы, – разлепил губы Айрис, вдруг решив, что именно сейчас стоит посверлить супруга расчетливым взглядом ледышки. Шаант испытал трусливое облегчение, поняв, что подробнее можно не рассказывать – видно, эта оказия двухсотлетней давности известна далеко за пределами клана Предсказателей.       Задумавшись о значении сплетен во вселенной – и засмотревшись на темные зрачки Сишша, сузившиеся до размеров булавки – Тайшха не сразу ответил на реплику некроманта:       – Да, это была именно... как ты это назвал? Да, междоусобица. Мой старший брат, Ноэсс, помогал Лорду... А я был ситшем.       – Хамаан учил вас? – Айрис томно наклонил голову к плечу, изящно изогнув шею. Тайшха улыбнулся – нехитрый, даже демонстративный фокус показывал на самом деле куда больше, чем можно представить. Айрису интересно, и ради информации он готов пустить в ход чары своего тела.       Шаант поцеловал проступившую сквозь кожу жилку, что натянулась от ушка до ключицы, и прошептал в висок супругу:       – Больше. Он любил меня.       – А вы – его? Любили? – Айрис неловко шевельнул хвостом – вода плеснула, разбив очарование момента. Тайшха отстранился и спокойно кивнул.       – Странно, что Лорд его не возвысил. А ведь мог бы сделать своим приближенным… – задумчиво протянул Айрис. Тайшха хохотнул.       – Хамаан уже тогда был главным в шарашке целителей, а сейчас еще и пользует всю семью Лорда! – Тайшха отвлекся на мыло: достал склянку из шкафчика и плеснул немного в горсть. – Окунись еще раз, я помою тебе голову. Ты не прав, Хамаан сам не стал пользоваться Лордом для возвышения себя любимого...       Айрис послушался, и Тайшха стал намыливать черный шелк, попутно рассказывая будничным тоном:       – Поверь, богатства у него достаточно. А властью наш лекарь никогда не интересовался. Возвращаясь к нашей безрадостной истории… – Он позволил себе один крошечный намек на личное отношение... – Сам понимаешь, общения с ровесниками я был почти лишен. Когда я проявил себя как неплохой полевой разведчик, со мной стали общаться... по делу. Наклонись вправо, да, вот так. Спасибо. Как ты с ними справляешься сам, ума не приложу...       – Я отрастил волосы заклинанием, – внезапно подал голос Сишш. Серпентер вопросительно приподнял брови – Айрис не смотрел на него. И Тайшха чувствовал гребнями: он хотел что-то сказать, но... боялся?! – Это... это случилось за две недели до. До того, как Лорд прислал меня сюда.       «Тахешесс».       Это было жестоко. Напомнить, кто они и зачем... весь этот фарс... Тайшха впервые пережил чувство, метко обозначенное словами «опускаются руки».       – Зачем ты мне это сказал? – с горечью спросил он. Айрис поднял голову.       – Мне не жаль, – ровно произнес он. – Мне не жаль, что я приехал сюда. Вы мне нравитесь, и я благодарен судьбе за то, что моим супругом стали именно вы и никто другой.       «Ох... – Слов не было. В груди росла теплая волна, распирающая уголки губ. – Какой же ты...»       Тайшха не сразу справился с собой, но в конце концов ему удалось взять себя в руки. Его голос почти не дрожал, когда он заговорил снова:       – И все-таки, – Шаант продолжил покрывать мокрое полотно волос мылом, методично его вспенивая. Он старался сосредоточиться на простой деятельности – все трюки, помогающие сохранить пристойное лицо, давно выучены и опробованы, – как ты мыл голову эти две недели?       – Вы недооцениваете возможности огня, – слегка улыбнулся некромант, кокетливо заправляя за ухо мокрую прядь. По-видимому, он и сам рад оставить скользкую тему, к тому же предложенное Тайшха направление было благодатным: все же Айрис маг и охотно поговорил бы об огне, это уж наверняка. – Некромантов учат, что внутреннее пламя может послужить для любой цели, лишь бы в порядке было воображение. Убийство, лечение, одежда, обогрев – огонь сгодится на все. В конце концов, в сути своей это чистая энергия, а она может принимать любые формы.       «Точно, маг до мозга костей. Сейчас можно отключиться, и он будет болтать сколько угодно на ту же тему…» – с небольшой иронией подумал Шаант. Но вслух спросил:       – Айрис, можно вопрос? – От полнехонького ковша, опрокинутого над головой, некромант по-кошачьи зафыркал. – Помнишь... когда ты колдовал в самое первое утро...       – Когда вы на меня ругались? – блеснул зубами Сишш. Тайшха дернул уголками губ.       – Ага. Ты резал себе руки – зачем? И как смог так быстро вылечиться? – Шаант поспешил уточнить: – Я имею в виду, мы же... ну, напрягались сразу после твоего, гм, выступления, и все было в порядке...       – Напрягались, – с удовольствием произнес Айрис, чуть растягивая гласные. – На-апря-ага-ались. Вот как это называется... Расскажу Кари, он обхохочется.       – Кто такой Кари? – суховато спросил Тайшха. Хотелось добавить что-то язвительное, в духе Лорда или Нахосари, но все слова попрятались в подсознании. Как назло!       – Демон, – отмахнулся Айрис. – Сексуальный демон. – В зеленых глазах мелькнул задорный огонек. – Но не суть. Я просто пытаюсь понять, как объяснить в двух словах то, чему посвящен год нашей программы обучения.       Тайшха хохотнул и снова облил его.       – Ну, попытайся. – Он окунул руки в мутную воду, смывая остатки мыла и пены. Плеснул себе в лицо, остужая горячие щеки. «А со своими любовниками так и не поговорил, да-а, Тайшха?..»       – Если коротко... некроманты – это не чокнутые, которые режут живых направо и налево. – Айрис подумал и поправился: – Хотя встречаются и такие. Особенно среди двуногих.       – Почему?       – Потому что они не живут кланами. Им проще спрятать улики, проще найти себе жертв... не важно! – Айрис шлепнул ладонью по воде, раздражаясь. – Мы, – он внимательно посмотрел на Тайшха, выделив голосом слово. Шаант посерьезнел, поняв, что сейчас прозвучит что-то очень, очень важное, – можем воспринять любую энергию. Я повторюсь, любую. И отдать ее – но уже правильной, не имеющей следов сотворенной ранее волшбы, никакой... Чистой. Понимаете, Тайшха-сан?       – Как ракушки в пруду, – подумав, предположил Тайшха. – Вы очищаете воду? В смысле, мир?       – Да. Мы появились для этого. Мир сам нас создал. Мы есть не только в этом мире. Нас много, – Айрис заговорил отрывисто, нервно подергивая ушными гребнями. Он положил ладонь Тайшха на хвост, и шасс понял, что пальцы Сишша дрожат. – Простите... Я... вообще мы не откровенничаем об этом с непосвященными... Я немного волнуюсь.       – Ну, я же не буду смеяться.       – Ха! – Смешок Айриса больше напоминал всхлип. – Вот за то, что мы выполняем почетную обязанность живых фильтров, нам перепадает… благодарность. Часть этой «благодарности», – голос Айриса нес в себе смешанные эмоции: язвительное презрение и благоговейный страх, – в том, что ритуальные раны... «не считаются». Мы это так называем. Ритуальная смерть не оставит следа на нашем теле, ауре, душе. Ничего не будет затронуто.       – Нет, но как это делается?! Это невозможно! И вообще, нельзя вообще без ран? – воскликнул Тайшха. Айрис вздохнул и отвел глаза, спрятав застарелую боль на дне зрачков. Сделав глубокий вздох, вернулся к спокойному тону и продолжил, легонько поглаживая руку Тайшха:       – Скажем так: с некоторой периодичностью я обязан выполнять свой долг, иначе умру мучительной смертью. И лучше, как бы выразиться, отдавать долги маленькими порциями... почаще... а не раз в полгода падать от истощения. – Некромант скорчил кислую мину. – К тому же, играть с энергией приятно. А механизм ритуального отката простыми словами я вам не объясню, уж простите!       Тайшха фыркнул. Система некромантских «долгов» виделась смутно, но общий принцип был очевиден. Айрис пожал плечами, возвращаясь внешне к полному спокойствию.       – Что касается утра, когда случилась та... оказия... Я принес жертву, потому что чужой этому месту. Я упоминал, что энергия принимает любые формы... но это долгий разговор. – Сишш текучим движением вырвался из воды, замерев на пике движения, изогнулся и принялся скручивать волосы в тугую веревку, выжимая влагу. Тайшха, загруженный пищей для размышлений, подал ему полотенце и помог выбраться из купальни, отконвоировав затем в спальню.       Убираясь и в свою очередь умываясь перед сном, Тайшха мысленно проигрывал беседу с некромантом. Несмотря на то, что Айрис сказал много полезного и интересного, и даже одну приятную, в общем, вещь, у золотистого серпентера все равно оставалось ощущение, что Сишш обвел его вокруг пальца... правда, пока непонятно, как именно. Шаант вернулся в спальню.       – И все-таки я настаиваю на возвращении к прежнему разговору, – выудив из прикроватной тумбочки флакон со снотворным, заметил Тайшха. Сишш вздохнул, поглаживая волосы окутанной зеленым сиянием ладонью.       – Хорошо, давайте пожуем и в третий раз, – с деланой покорностью согласился он.       – Не заводись. Я хотел сказать вот что: если ты совершишь оплошность, то меня тоже припрут к стенке. Меня пожурят, – хотя Тайшха сильно приуменьшил. «Журить» будут плетью – или, еще хуже, унижением, – но тебе...       – Мне не сделают ничего! – разозлился Айрис. Тайшха поперхнулся воздухом, уловив вспышку злобы, и дико взглянул на некроманта. Видеть супруга злым было до жути непривычно. – Любой детеныш знает, что Сишш как воздух нужны энерголинии! Да это моя прямая обязанность – исполнять все обряды! И так и скажите.       – Кому? – слабо простонал Тайшха, откашливаясь. И вообще, он, допустим, не детеныш, но все равно не знает практически ничего про некромантов! И никто не знает, кроме магов, пожалуй, но эти засранцы не торопятся просвещать народ.       Айрис прищурился и ничего не ответил, бросив влажное полотенце на трюмо и демонстративно забравшись под одеяло. От вида елозящего по кипенным простыням гибкого зеленого хвоста ниже живота у Тайшха все сжалось, но он сдержал себя и развел две ложки сонного зелья в стакане чистой воды – все строго по инструкции (хотя обычно просто глотал на глазок из бутылки вопреки наставлениям лекаря). Между лопатками зачесалось, серпентер обернулся. Айрис, пристроив голову на подушке, пристально наблюдал.       Тайшха пожал плечами и, отвернувшись, выпил.