Бордель.

      Намджуну должно нравиться то, чем он занимается, но на самом деле всё наоборот, он никогда бы не подумал, что будет работать в подобном месте, быть каменным роботом на побегушках у Чонгука, но этот парень знает, как зацепить на крючок. Ким на самом деле даже уважает Чонгука, его проницательность, которая помогает увидеть в человеке нужду, готовность к такой работе, ведь так было не раз, он привёл сюда Тэхёна, для которого бордель стал лучшим лекарством, Джина, который поднимал всем настроение и наслаждался вниманием. А к Намджуну Чон однажды подошёл в баре и просто сказал, что у него есть деньги и работа для него.       Тогда Ким лишь фыркнул и пригрозил набить выбритое лицо парнишки, если тот не отвалит, а Чон просто оставил визитку и ушёл. Деньги и правда нужны были Намджуну как никогда, его мать нуждалась в дорогостоящем лечении, поэтому через день он уже стоял в борделе, выслушивая основные правила и указания в качестве охранника.       Долго на этой должности парень не проработал, быстро поразил своей памятью и умом, перешёл в помощники, а потом и вовсе перенял всю бумажную работу Чонгука. Ким ввёл систему каталогов, оформил все контракты и заработал даже больше, чем нужно за совсем короткий срок, мог уже давно уйти, но остался, потому что не получилось себя оборвать, один огромный якорь держал на месте. У того якоря красивая улыбка и чудной характер.       Тэхён для Намджуна является солнышком, такой тёплый, живой и родной, он почему-то залёг в сердце сразу, но Нам никак не проявил своих чувств, потому что Ви нужны клиенты как воздух, а Намджун просто хорошо скрывает свои эмоции. Проще быть камнем в эмоциях, чем пропускать всё через себя, правда в последнее время становится всё труднее сдерживаться, брешь пробиваешь ты со своими нежностями, объятиями и внезапными поцелуями, заставляешь испытывать смятение, лёгкую злость и раздражение. Внезапные всплески пугают Намджуна, он боится, что стена упадёт, и Тэхён увидит всё, поймёт, как сильно Намджун попал под его чары и просто посмеётся. — Ты зачем отзыв о Тэхёне в мою анкету пихаешь? — из раздумий выводит твой голос совсем рядом, Намджун отдёргивает руки, смотря на бумагу перед собой. — И правда, — ты теперь стала ещё ближе, чаще помогая с бумагами или отсыпаясь на кровати свободной комнаты, пока Ким отпускает, но сегодня клиентов почти нет, обычный рабочий день, и всё с самого утра идёт наперекосяк. — Намджун, — парень снова вздрагивает, смотрит на тебя и ждёт продолжения, — Чонгук ведь любит моего брата? — Он любит его явно больше, чем тебя, — ухмыляется парень, закрывая каталоги, и натыкается на твой удивлённый взгляд. — У тебя есть эмоции?.. — не моргаешь, застыв в одном положении, не хочешь спугнуть Кима, который ещё сильнее растягивает губы и ерошит твои волосы на макушке. — А ещё я ем и сплю. — Офигеть, — на твой возглас Намджун смеётся, откидывая голову, смотрит на застывшее выражение лица и треплет за щёку. — Прости за всё, особенно за нашу первую встречу, — говорит он немного грустно, всё ещё продолжая улыбаться, вглядывается в твои глаза, немного щурясь, от чего взгляд становится глубже, пронзительнее и немного поблёскивает под густыми ресницами. — Давно простила. У тебя ведь нет выбора, да? Ты тогда на робота похож был, — пожимаешь плечами, отворачиваясь, пытаясь скрыть хрипотцу в голосе. Почему-то воспоминания того первого дня в борделе режут, скальп болью снимают, напоминая, как страшно было. Ужас до сих пор периодически тебя сковывает, стоит лишь оказаться с клиентом за закрытой дверью, ведь никто не сказал, как себя обезопасить от слишком настойчивых или буйных, тем более с такой ценой, как у тебя. — Ты совсем меня на Мистера Обаяние променяла, — Тэхён выводит вас из тяжёлых раздумий, заставляя обратить на себя внимание, и улыбается в своей лёгкой, непринуждённой манере. — А ты здесь только клиентов ловишь, уже на третье место вышел, — беззлобно, но с упрёком говоришь ему, кивая попутно на каталог. — «Мистер обаяние»? — цитирует Намджун, приподнимая одну бровь. — Ага, я сам придумал, нравится? Ты же у нас душа компании, — прыскает парень, ударяя локтём в живот Нама, только немного промазывает, его жертва дёргается, удерживая локоть, и отрицательно качает головой, прикрыв глаза. — Сколько дней тебя не заказывали? — хмурится Намджун, проводя большим пальцем по нежной коже. Даже со стороны видно, как краснеют от этого уши Тэхёна, всё тело дрожит, а глаза сами прикрываются. — Два, — ответ хриплый и надрывный, парень смотрит в глаза как потерянный щенок и тихо вздыхает.       Ты ещё не видела Тэ таким напряжённым и расфокусированным, это и правда долгий срок, когда он без партнёра, ты пока не понимаешь, в чём дело, но в глазах Намджуна явно кроется правда, парень с трудом отпускает руку Тэ, тяжело сглатывает и отводит взгляд, пока Ким натягивает привычную беспечную улыбку. — Может, сегодня повезёт, — пожимает плечами, под его глазами тёмные круги, руки в небольших царапинах, парень и правда выглядит не очень свежим, поэтому Намджун отводит его в комнату, просит поспать хоть немного, а тебя побыть рядом.       Ким заботливый, он даже может быть очень нежным, когда раскроет скорлупу, ты провожаешь взглядом его широкую спину, зная, что он искренне переживает за Тэхёна, который хватает твою руку, тянет к кровати и часто дышит. — Не могу больше, — он толкает тебя на кровать, ловит ладони и прижимает их к своей груди. — Потрогай меня, прошу, — он скулит, кусает губу и ластится, как кот, голову наклоняет и продолжает самостоятельно водить твоими ладонями по своему телу.       Ощущаешь напряжённые мышцы, тело у парня в меру накачанное, гибкое, горячее, а дыхание затруднённое. Весь он сияет похотью, приоткрывает рот и целует тебя жарко, мокро, затыкая любой протест, не даёт оттолкнуть и продолжает водить руками по своему телу. Ты пытаешься понять, зачем ему это нужно, сама водишь от шеи по плечам, по спине и обратно к груди, а Ким ахает, скулит, сильнее прижимая к себе. — Грубее, ещё, прошу, трогай меня, — он просит так, что не отказать, очень жарко от него и хочется узнать, что всё же с ним происходит. Тэхён облизывает твои губы, трётся стояком о бёдра, но не торопится заниматься сексом, он просто подстраивается под ладони, скулит, когда сжимают твои пальцы его бока, царапают ягодицы, забираясь под ткань белья. Ви извивается и часто дышит, ему всё мало, он чего-то хочет, но ты понимаешь, что сил просто нет быть настолько грубой, поэтому он шипит, почти плачет, капая слезами, и строит недовольную мордочку. — Да что с тобой такое! — отталкиваешь его что есть сил, валишь на кровать, вставая и направляясь к выходу. — Мне это нужно, я больше не могу, — Тэхён смотрит жалобно, идёт следом и прижимается к стене перед тобой весь разгорячённый, часто дышит и возбуждён до предела. Ты теперь понимаешь, за что люди готовы платить, такой отдачи ты не видела ни у кого, каждое касание для него разряд тока, он цепляется за них, как испытывающий жажду за глоток воды, не может нахлебаться, никак не напьётся. Это что-то его разрывает, руководит и требует покрыть всё тело ладонями, искупать во внимании и ласке, а ты не можешь этого дать, искренне хочешь, но Ви нужно заполнить всего, до конца пребывать во власти, потому что он сейчас перед тобой такой дрожащий, возбуждённый комок, требующий ласки. Его хочется купать во внимании, но это может сделать лишь один человек.       Ты срываешься, захлопываешь дверь и летишь буквально к Намджуну. Ты точно знаешь, что он знает ответ, он сможет решить эту проблему, и представляешь сейчас панику и отчаяние Тэхёна, оставшегося один на один с пустыми холодными стенами. — Что случилось? — Ким видит твою панику, дрожащие руки и мольбу во взгляде. — Тэхёну нужен ты, — слова горят уверенностью, от тебя не укрывается, как дёргается парень, услышав его имя, как он со страхом отходит, отрицательно машет головой, кусая губу. — Сейчас же, ты идёшь со мной и обращаешься с Тэхёном так, как он просит. И чтобы никакого робота, чёрт возьми, — тянешь его за руку, парень не сопротивляется, наверное от удивления, поэтому ты толкаешь дверь в комнату, где у стены до сих пор сидит Тэхён, только теперь приспустил штаны и водит рукой по стволу, изредка роняя слёзы и кусая губу. — Намджун, — говорит с придыханием и большим пальцем поглаживает головку, теперь развязно раздвинув ноги и выгнувшись. — Намджун, — растягивает гласные, хрипло распевает и приоткрывает блядский рот, часто дыша.       У Кима поднимаются брови вверх, даже со стороны видно, как мурашки покрывают всё его тело лишь от своего имени на губах этого парня, руки тут же трясутся, потому что здесь и правда не отключить чувства, не выполнить обычную задачу «Всунуть-высунуть», здесь действует другая программа, она просит любить, трогать, целовать, носить на руках этот сжавшийся у стены развратный комок.       Отчего-то на душе теплеет, руки сами тянутся к Ви, но строгий голос в голове отдёргивает, больно бьёт, напоминая. — Чонгук запретил, нельзя. — Ты идиот, — ты больше не можешь смотреть на это, Тэхён почти плачет, продолжая как в бреду произносить чужое имя, Намджун никак не может сломать свою стену, сделать хоть раз то, что нужно по природе и ситуации, выкинуть грёбанные убеждения и наставления Чонгука, потому что Ви слабый, нуждающийся и чересчур горячий.       Намджун видит, как ломает Тэхёна, насколько сильно он страдает в этот момент и молит о ласке всего лишь одним именем на устах. Ты ушла, хлопнув громко дверью, Киму кажется, словно унесла с собой его разум, непонятно, почему он падает на колени перед Тэ, берёт в руки прекрасное лицо и стирает большими пальцами влагу с щёк. — Ты такой дурак. — Я ничего не могу сделать с собой, хён. Такого уже давно не было, я так хочу твои руки, хён, — скулит Ви, он жадно тянется за ладонями, прижимает к груди, проводит по соскам, вздрагивая, откидывает голову и часто дышит.       С Тэхёном рушится всё, любые указания и страхи, ради него Намджун снимает все маски, подхватывает на руки и гладит по спине, прижимает как маленького котёнка, а тот в ответ ластится, трётся головой и нетерпеливо хнычет. С Тэхёном всё в разы горячее, каждое чувство ощущается сильнее в миллиарды раз, хотя до этого Намджун итак слишком многое ощущал к этому пареньку, боялся влюбиться в проститутку, но всё само как-то вышло.       Сейчас ничего нет важнее его тела под своими руками, которое на каждое касание находит стон, нужную ноту, чтобы сыграть неизвестную мелодию их секса, такой подвижный, живой, отзывчивый, Тэхён крутится под руками Намджуна, размазывает каждое касание, ему нужно быть покрытым по всему телу руками, чтобы их ощущалось много, чтобы после разглядывать синяки и царапины, напоминающие о жарких пальцах. — Намджун, — выгибается Тэхён, желая слиться с парнем. — Скажи ещё раз, — хрипит Ким, наблюдая как сладко улыбается под ним Ви, как он, приоткрыв рот, произносит его имя по-особенному, так нежно, что сердце разрывает. — Намджун, я хочу тебя. Намджун, полюби меня, пожалуйста, — последнее вырывается не подумав, Тэхён кусает кубу и отворачивается, кусая губу, а потом руки Кима доходят до члена и становится не до стеснения. Из губ вырываются стоны, ещё никто и никогда так не удовлетворял Тэхёна, ладони Кима грубоватые, зато идеально подходят стволу, теперь касание ладоней пробивает всё тело, покрывает тёплым одеялом и греет. Тэхёну хорошо и спокойно, потому что Намджун своим присутствием успокаивает, не только его руки согревают, но и глаза, такие яркие и искренние, Тэхён почти ни у кого не видел в них столько эмоций и нежности. Она просто разрывает грудную клетку, чёртовы цветочки там сажает, заставляя задыхаться Кима, который не привык видеть в чужих зрачках что-то вроде похоти.       Намджун знает о его проблеме уже давно, тогда младший объяснял свою причину прихода в бордель, на что Ким лишь хмыкнул и подготовил документы, он не поверил, как сильно Тэхёну нужны каждый день чужие руки на своём теле, как он мечется по кровати, ощущая её холод, как ему физически больно и в голове лишь назойливая муха годами летает и жужжит «Тебя никто не любит».       Ему отчаянно хочется быть любимым, получать внимание и, чёрт возьми, впервые за долгое время в чужих глазах он видит ответ на свою просьбу, Намджун не говорит, но его взгляд сейчас настоящий, не пустой, как обычно, а заполненный до краёв, там уже выливается озеро нежности и купает Тэхёна во внимании. Он кончает с именем «Намджун», протянутым, жадным, словно последний вдох, и притягивает всеми конечностями Кима. Ему сейчас плевать, что Нам ещё в одежде, а он сам в сперме теперь, секса не было, но Тэ ощущает себя бесконечно счастливым.       Поглаживания по спине такие успокаивающие, грудная клетка Намджуна всё ещё беспокойно поднимается от частого дыхания, и Тэхён кладёт ладонь туда, где сердце отбивает чечётку. — Волнуешься? — улыбается Ким, глядя в лицо. — Ты смущаешь своим поведением, — Намджун смотрит в глаза и пытается скрыть взгляд, потому что, о боже, смущается ещё больше, он краснеет и кусает губы, елозит под Тэхёном и слегка смеётся. — Ты безумно милый, чёрт, ты растопил бы своей нежностью чёртову Антарктику! — Тэхён чмокает в губы Кима, до одури счастливо улыбается и сильнее прижимается к Намджуну. Его касания горят на коже, они разрядами покалывают и так приятно, что парень жмурится от кайфа, не хочет отпускать Нама, чтобы как большого плюшевого медведя в руках держать, сладко засыпая. — Спи, я уйду, когда ты заснёшь, — шепчет Намджун, сильнее кутая в свои руки хрупкое тело. — Тогда я вообще спать не буду, — бубнит Ви, но улыбается, безумно и счастливо, он трётся носом о вкуснопахнущую мощную грудь Кима, ладошками приобнимает его, думая, что хочет опробовать на себе мускулы, что виднеются под одеждой хёна, он наверное сильный, властный, а потом безумно нежный и сладкий до одури, как зефир.       Тэхён засыпает, чувствуя нужду в Намджуне всё острее, он никогда не замечал, как привязан к этому огромному изваянию, злился на него только из-за отсутствия эмоций на лице, потому что хотелось видеть ласковую улыбку и в глазах озеро нежности, как сейчас. Это глупо, вот так влюбляться, но Ви думает, что давно хотел этого, его ещё никто не смог полностью удовлетворить, заполнить всё тело касаниями, а сердце спокойствием.       Намджун слышит мирное сопение спустя всего несколько минут, немного любуется детским лицом спящего, улыбается до ужаса слащаво, обнажая свои ямочки и сам пугается собственных чувств. Они раскрылись резко, стоило Ви лишь простонать его имя, они словно разлитая краска – испачкали весь внутренний мир и теперь только и остается, что извергать радугу и быть ужасно влюбленным. «Люби меня» — попросил Тэхён, а Ким чуть не задохнулся, потому что, чёрт возьми, он уже давно пропал в этом мальчишке, может выполнить его просьбу, только вот понравится ли ему? Теперь сложно покидать это чудное создание, но Ким выходит в коридор и натыкается на твой пронизывающий взгляд. — У меня ещё есть вопросы, — стучишь ногой по полу, направляясь к стойке, которая всё это время пустовала. Всё равно клиентов нет, так что Намджун идёт за тобой, чешет затылок, ерошит волосы и разглядывает потолок, потому что неловко. Открыться перед Тэхёном он смог, но не думал, что будут свидетели, что у него есть сердце, которое просто изранено и скрыто под бронёй. Только перед Ви он её снял, а ты всё равно увидела, правда не требуешь ничего, не насмехаешься, а просто ждёшь, когда сам заговорит. — Тэхён, он… — Он пришёл сюда год назад, — перебивает Намджун. Проще рассказать самому, чем слышать эти вопросы. — Он был одним из первых в этом борделе, Чонгук привёл его такого же как и сейчас, улыбчивого, яркого, и сказал, что будет работать у нас. Я сначала не понял, зачем такому парню хотеть этого, а потому Чон ушёл, Ви потускнел и тихо сказал мне, что страдает необычной болезнью. Ему нужны касания как воздух, он хочет ощущать себя нужным, а для этого ему нужны руки, как можно больше рук на своём теле. Тогда я просто кивнул, не поверил, но потом стал убеждаться в этом, когда видел его, словно загнанного зверя, когда никто его не заказывал больше суток, он просил Чонгука помочь, а тот никогда не отказывал ублажить красивую игрушку, но потом появился Джин и всё прекратилось, однако Тэхён к тому времени поднялся в рейтинге, и Джин ему никак не мешал, заказы были постоянные, — пожимает плечами Намджун, опуская взгляд в пол, трудно говорить о Ви и не выдать свои чувства, скрыть дрожь в голосе и то, как на самом деле он всё это время молча смотрел на него, переживал и ничего не мог сделать.       Ты прекрасно помнишь, как некоторое время назад Тэхён отчаянно цеплялся за твои руки, прижимал их к своему телу и казалось, словно он может кончить лишь от ладоней на груди, спине и ягодицах, парень был на грани либо оргазма, либо истерики, всё это предотвратил Намджун, который сначала смотрел на Тэхёна побитым псом, словно он – самая его большая слабость и самый сильный страх, будто Тэхён магнит, к которому тянет, но это понесёт за собой страдания. — Любишь его? — Тэхёна? — дёргаться во время разговора от твоего голоса у Намджуна уже вошло в привычку. — Любишь его? — повторяешь. — Не знаю, — шепчет Намджун, опуская голову, — такая каша в голове, — он мотает из стороны в сторону и грустно вздыхает. — Почему ты такой? Я же вижу в тебе живые эмоции, почему выключаешь их постоянно, закрываешься ото всех на тысячи дверей? — уже хочешь до конца выяснить историю этих двоих, хоть и не надеешься получить ответ на последний вопрос. — Так проще, это лучше, чем пропускать через себя. Я принял здесь десятки людей на работу, и у каждого безумно грустная история, за дверьми здесь творится безумие, в этом здании нет чувств, одна похоть, так что ты тоже не надейся на сопливую историю и лучше перестань лезть к другим, пока хуже не стало, — бросает Ким и уходит, как всегда, не дождавшись твоего ответа.