Проклятая печать

Тихие шаги разносились по светлому, выложенному кафелем коридору. Эхо в этих пустых стенах возвращало на много лет назад, когда гонялся за братом, поставив себе сомнительную цель и отвергнув протянутые навстречу руки, пытающиеся схватить и вытянуть из тьмы. Саске не жалел о тех днях, он многому научился, многое понял, многое сделал. Но жалел о том, что позволил ненависти затмить все остальное, позволил кое-чему светлому утонуть во мраке собственного разума, а теперь это светлое само ускользало. - Что-то давно ты не заходил, Саске-кун, - прозвучал насмешливый голос. Учиха развернулся и взглянул прямо в желтые глаза. Наверное, приходить сюда не стоило. Если Наруто узнает, вряд ли будет доволен. Учиха все еще сомневался в собственной идее, но раз уж пришел... - У меня к тебе дело, - без предварительных разговоров о погоде произнес он. Орочимару растянул губы в понимающей усмешке и махнул ученику, призывая следовать за собой. Хоть Деревня Звука теперь и была официально признана, атмосфера в главных зданиях была все та же: таинственная и какая-то больничная. Похоже, Орочимару просто распространял вокруг себя эту ауру, пропитывая ей все вокруг. Он завел ученика в довольно просторную комнату, которую можно было признать вполне нормальной. Никаких склянок, банок, колб и всего такого. Просто несколько кресел, низкий столик и книжные шкафы. Саске присел в одно из кресел, внимательно следя за змеем, и заговорил. Третий раз в жизни он пришел к Орочимару за помощью. И каждый раз это как-то косвенно было связано с Наруто. Хотя нет. Сейчас было связано напрямую. - Это очень дерзкое желание, Саске-кун, - выслушав намерения ученика, усмехнулся змей. – Наруто-кун принадлежит деревне. - Поэтому я и пришел к тебе, - сухо отозвался Учиха. Орочимару окинул его долгим взглядом и прищурился. Саске-Саске-Саске. Все так же слеп и недальновиден, когда дело касается мальчишки-джинчуурики. Как ребенок, желающий заполучить сложную игрушку, но совершенно не понимающий, что с ней делать. Хотелось спросить: что же будет, если план увенчается успехом? Узумаки, по сути, будет лишен в результате своей семьи, должности, свободы. Всего, кроме жизни. Перед Учихой окажется озлобленный, растерянный зверь. Опасный, напуганный. Или этого он и добивается? Чтобы заново приручить? Протянуть ласковую ладонь и кормить с рук? Наруто-кун скорее откусит ему эту самую руку. - Что ж, печать так печать, - тихо рассмеялся он. Любви к экспериментам на людях Орочимару не утратил. К тому же он давно хотел изучить свойства чакры Девятихвостого. *** Саске разглядывал высокие ворота Конохи, вспоминая встречу с Орочимару четырехнедельной давности. На создание печати ушло не так уж много времени, всего пара дней. Главное было – изучить механизм, а наполнение Учиха уже знал. Он думал об этом все свое последнее путешествие. Когда пробирался через полуразрушенные холодные коридоры храма, он думал о том, как вернется в деревню и снова ощутит прикосновение горячей чакры Наруто, увидит, как тот улыбается той самой улыбкой, предназначенной только для Саске. В своих долгих путешествиях он часто думал о Наруто. И в основном о том, что было бы, если бы Саске в той или иной ситуации поступил бы совершенно по-другому. Такие мысли были бесполезными, конечно, но очень хорошо скрашивали одиночество, ведь результат каждого такого рассуждения приводил к одному: они были бы вместе. Не так, как сейчас. А по-настоящему. Именно из-за этого Саске задумался, как бы заново связать Узумаки с собой, да покрепче. А вот как оно все вышло. Наруто не просто плохо отреагировал на технику, он буквально отверг Саске. Учиха снова взглянул на ворота и повел плечом, разворачиваясь. Нет, он не станет бежать от этой проблемы. Но и печать снимать не станет. Подождет, пока Наруто все осознает и сам придет. Показал ведь, как снять симптомы лихорадки, значит, в следующий раз Хокаге не станет ждать ухудшения и прибежит, чтобы быть в рабочем состоянии и не подставлять деревню. Коноха сделала самого непредсказуемого ниндзя легко читаемым. Седьмой в это время находился в резиденции, пытаясь сосредоточиться на делах, но ситуация с Учихой здорово выбила его из колеи. Шикамару прекрасно видел это, но предлагать отдых Наруто не стал: тот мог отреагировать не слишком позитивно, мягко говоря. В принципе, Нара предполагал, что однажды у Хокаге появятся большие проблемы из-за Учихи, но предполагать и видеть наяву – разные вещи. - Я понимаю, почему ты не идешь к Сакуре. Но почему не обратиться в исследовательский отдел? – аккуратно начал Шикамару. - А смысл? Эту технику разработал сам Саске. Отдел провозится с ней кучу времени и вряд ли выдаст что-то вразумительное, - Наруто поднял голову и почесал подбородок. - Тогда мы можем взять его под стражу и силой заставить снять печать. - Как ты себе это представляешь, Шикамару? – он подпер голову рукой и улыбнулся как-то отчаянно. - Какой тогда выход? – Нара вздохнул, мысленно отметив, как его напрягает снисходительное отношение Седьмого к тому, кто так с ним обошелся. - Не знаю. Наверное, дать ему то, чего он хочет, - пожал плечами Узумаки и посмотрел на разбросанные по столу бумаги. – Только я не собираюсь этого делать. - А если ты притворишься, что… - Я сам виноват в том, что позволил Саске это сделать. Позволь мне самому во всем разобраться, - произнес Наруто тем самым голосом, который не терпел возражений. Шикамару усмехнулся и качнул головой. Ни к чему хорошему это точно не приведет, но спорить с Хокаге было бесполезно. Они оба замолчали и вернулись к работе. Кажется, после разговора Узумаки смог нормально сосредоточиться. По крайней мере, до конца дня он не отвлекался и исправно выполнял свои обязанности. А вечером решил вернуться домой и провести время с семьей. Шикамару согласно кивнул и проводил Седьмого взглядом. Он придумает, как помочь другу, даже если тот того не хочет. В воздухе пахло сыростью – наверняка ночью будет дождь. К тому же прохладный ветер трепал края накидки и пробирал до костей. Пора бы уже утепляться. Многие вот уже поспешили скрыться в домах, поэтому улица была тихой и темной. То, что нужно, чтобы освежить голову. - Хокаге-сама, - Мицуки спрыгнул с забора и улыбнулся. Он не рисковал заходить в резиденцию, боясь отвлечь Хокаге от чего-то важного. – Можно Вам кое-что передать? - Конечно, - Наруто улыбнулся в ответ и взял протянутый конверт. Может, от Конохамару. Или кто еще попросил мальчика выполнить роль посыльного, хах. - Доброй ночи, Хокаге-сама, - он вежливо поклонился и побежал дальше. Мицуки любил Коноху и желал для деревни самого лучшего. Если Седьмой был болен, его надо было вылечить. Он не то, чтобы подслушивал или подсматривал, но когда в твоей команде два отпрыска сильнейших ниндзя, невольно начинаешь следить за их поведением, а затем и за поведением их родителей, да и сам Боруто пожаловался, что отец свалился со странной лихорадкой. Орочимару наверняка знал, что за недуг сразил Хокаге, поэтому Мицуки написал родителю (посчитав, что тот знает если не все на свете, то хотя бы очень много), а в ответ получил конверт с просьбой передать его Наруто. Может, там лежал рецепт лекарства или еще что, в подробности Мицуки вдаваться не стал, радуясь уже от самого факта ответа. Только когда хлопок раздался на тихой улице, он развернулся и побежал обратно. Теперь до него полностью дошло, что именно в письме Орочимару просил «никому не говорить». Хокаге уже не было, а распечатанный конверт лежал на земле без содержимого. Наруто поморщился и прищурился, чтобы свет не так сильно слепил глаза. Он взглянул на листок. Замечательно, печать призыва. Попался, как мальчишка. - Добро пожаловать, Наруто-кун, - раздался знакомый шипящий голос. - Мог бы выслать нормальное приглашение, - Узумаки огляделся, с некоторым удовлетворением заметив, что место было вполне приличным, даже не походило на лабораторию. - Ты бы все равно добровольно не явился сюда, - Орочимару подошел ближе и придирчиво посмотрел на шею Хокаге. - Так зачем я здесь? – он не нервничал. Ну, да, это все было довольно неожиданно, но у змея хватало мозгов не развязывать вражду с Конохой, значит, никто вредить Узумаки не собирался. - Признаюсь, поначалу мне было интересно, решится ли Саске. Но чем больше я думал об этом, тем сомнительнее мне казалась эта затея. Из того, что написал мне Мицуки, я сделал вывод, что маленький эксперимент Саске-куна зашел в тупик, но ошибку он признавать не хочет, - рассмотрев метку, Орочимару усмехнулся. - Так ты снимешь мне печать? – Наруто приподнял брови, воодушевляясь и игнорируя намек на то, что змей помог Учихе в создании техники, а значит, был отчасти виноват. - Нет. Это может сделать только тот, кто ее поставил. Я лишь предлагаю тебе временное проживание на территории Отогакуре. За определенную плату, конечно. - Я не понимаю. Если не собираешься снимать печать, зачем надо было забирать меня из Конохи? - он смял листок в руке и упрямо сжал челюсти. - Ох, Наруто-кун, - устало и насмешливо вздохнул Орочимару. – Столько лет прошло, а ты все еще не научился манипулировать Саске-куном. Это же так просто. Он припомнил, как легко оказалось заставить Учиху самого прибежать в логово, а Итачи вообще половину сознательной жизни мальчика управлял им, даже не находясь рядом. Саске так легко поддавался на всякие провокации, в отличие от твердолобого джинчуурики. Даже смешно, что Узумаки действительно так и не попробовал вертеть им. Наверное, доброта не позволяла. Глупец, столько проблем мог бы избежать. - Что за плата? – Наруто заскрипел зубами, не желая выслушивать нотации от человека, который когда-то практически увел Саске из деревни. - Мне нужен кьюби. Для исследования. - Забудь. Я не собираюсь участвовать в твоих экспериментах, - Наруто качнул головой и стал искать взглядом выход. - Это медицинское исследование, - пояснил Орочимару. – Цунаде ты бы не отказал. - Да. Потому что это бабуля. А это ты, - он направился к двери широким шагом. - Не будь так категоричен, Наруто-кун. Я стараюсь помочь твоим отношениям с моим дорогим учеником, - он растянул губы в улыбке. - И каким же образом? – дверная ручка приятно холодила ладонь, но Наруто не спешил ее поворачивать. - Ты поймешь, когда он начнет тебя искать. Я намеренно написал Мицуки не разглашать никакой информации о письме. Он мальчик смышленый. Узумаки нахмурился. Вообще-то надо бы в деревню поскорее возвращаться, пост надолго покидать нельзя. Хотя Какаши сейчас в деревне… Но многие будут волноваться. Шикамару всех на уши поднимет. Градус ответственности не позволял так просто вестись на слова змея. Но что-то внутри приятно урчало (это точно не Курама) от мысли, что Саске тоже понервничает, что будет искать. В кой-то веки Учиха почувствует себя на его месте. Лис хрипло рассмеялся, ощутив в джинчуурики горячее мстительное желание, и начал поддакивать. Не потому, что Курама хотел, чтобы Наруто испытывал какие-то негативные эмоции, а потому что ему очень не нравилось, как ублюдочный Учиха творит, что заблагорассудится. Наверное, случись это до того, как Саске поставил печать, Наруто уже мчался бы обратно в деревню, но сейчас на душе тяжелым грузом лежало осознание предательства Саске. - Что там за исследование? *** Утреннее солнце уже осветило улицы Конохи. Сарада чуть ли не с рассветом убежала тренироваться, прихватив с собой бенто, заботливо приготовленное матерью. Скоро нужно было идти в больницу, но времени на капельку безделья хватало. Сакура подхватила чашку с чаем и прошла в гостиную. На диване сидел Саске, все еще пытаясь проснуться. К теплой удобной постели было очень легко привыкнуть, и организм наотрез отказывался покидать приятное ложе, а потом еще полчаса не хотел окончательно приходить в бодрое состояние, но Учиха заставил себя выйти из комнаты и устроиться на диване, ленивым взглядом блуждая по стенам. Пока Боруто не начнет ломиться в двери, требуя выполнять обязанности сенсея, можно было даже не шевелиться. - Ты в деревне уже так долго. На тебя не похоже, - Сакура отпила из чашки, разглядывая худую фигуру в широкой футболке. Вид у Саске был незнакомо домашний. - Тебя что-то не устраивает? – Учиха искоса глянул на нее. – Я могу найти другое место для сна, если хочешь. - Вот вечно ты так, - усмехнулась она. – Не надоело бегать от всего подряд? - Ты знаешь, что в Конохе мне места нет. Почему бы и не побегать, - Саске даже позволил себе улыбнуться. - Ты сам себя убедил в том, что нет места. Знаешь же, что Наруто ради тебя даже новый квартал построит. Причем собственными руками, - Сакура посмеялась и села рядом. - И что я буду делать здесь? - в деревне быть невыносимо. Все здесь было не тем. Жизнь кипела. Жизнь, в которой Саске не хотел принимать участие. Этот мир благополучия и процветания принадлежал Узумаки. А мир Учихи состоял из темных коридоров заброшенных храмов, тихих лесов и ожидания. - Думаю, ты найдешь свое место, если хоть раз встанешь рядом с Наруто, а не напротив. Ему наверняка больно, когда ты снова и снова уходишь, - она не перестала улыбаться, но тон ее голоса изменился. - Больнее, чем тебе? – Саске зацепился взглядом за собственное фото на стене. - Конечно, больнее. У меня есть Сарада, и я давно смирилась с тем, что для тебя не любимая женщина, а скорее боевая подруга, - Сакура дотронулась до его руки и вздохнула. - У Наруто есть семья. - Это совсем не то, Саске, - она качнула головой. – Любовь к семье отличается от того, что есть между вами. Ни жена, ни дети не могут ему заменить тебя, понимаешь? - Не понимаю, - он прикрыл глаза и поджал губы. Вести такой разговор с самого утра не хотелось. - Хорошо. Я объясню, как все это выглядит со стороны, - Сакура кивнула. – Ты не видел этого, но я была рядом с Наруто, когда он отчаянно тебя искал. Бегал за тобой, словно больше ничего в мире не существовало. Тренировался ради тебя, унижался ради тебя, позволял себя избить ради тебя. Ты не видел, как из-за всего этого его эмоциональное состояние пошатнулось, как он превращался в чудовище. А когда ты наконец вернулся в Коноху, он сиял так, что глазам больно было. А потом ты снова ушел. И он подумал, что в этом путешествии тебе надо многое осознать, побыть одному. Но ты все не появлялся. Что он должен был подумать? Хината просто подставила ему свое плечо вместо тебя. Но это не замена, она просто пытается облегчить его одиночество. - Хочешь сказать, что во всем виноват я? – усмехнулся Саске. - Нет, хочу сказать, что у тебя есть два глаза с удивительными способностями, но слеп ты, как крот, - она вздохнула и потерла висок. – Наруто каждый раз страдает, когда ты уходишь. - Он мог бы уходить со мной, - спокойно ответил он. - Он же Хокаге. Это его мечта, - воскликнула она и плавно поднялась с дивана. - Поверить не могу, что он тебя так любит. - Больше нет. Он сам так сказал, - Саске проследил за женой и горько улыбнулся. - Еще бы! Ты только забираешь и ничего, ничего не даешь взамен! Так же нельзя, Саске, - Сакура покачала головой. – Ты не пробовал тоже любить его, а не только топтаться по его сердцу? Учиха нахмурился. Он не терпел, когда кто-то поучал его или вмешивался в их с Наруто отношения, но Сакура была исключением. Она знала их обоих зачастую лучше их самих. Она была там с самого начала, наблюдала, как зарождалось противостояние, как развивалось, как закончилось, как перешло в нечто большее. - Наруто мой друг. И ты мой друг. Я хочу, чтобы вы наконец разобрались между собой, - она улыбнулась и ласково провела ладонью по щеке мужчины. – Иначе вдарю так, что мозги по всей деревне собирать будете. Может, хоть так они у вас на место встанут. В прихожей послышался грохот, дверь громко хлопнула, и в гостиную ввалилась взъерошенная девочка. - Мам, - Сарада схватилась за дверной косяк, запыхавшись, и перевела с Сакуры на Саске взгляд, полный страха и надежды. – Седьмой пропал.