Пропасть

      На следующее утро Саске проснулся настолько рано, что солнце только-только начало свой восход. И что самое странное, так это то, что спать совершенно не хотелось, вообще ни капли. Он чувствовал какое-то беспокойство, да и после вчерашнего как-то странно было бы беззаботно и умиротворенно покоиться в царстве Морфея. Всё тело ныло и болело разрезающей мышцы болью. Попытавшись, по привычке, потянуться — он только и смог сдавленно проскулить, зажмуривая глаза. Зашибись.       Ощущал парень себя как-то пусто и разбито, а в голове ни одной мысли не было. Он помнил абсолютно всё, что с ним недавно произошло. Рука сама потянулась к месту укуса на шее, потирая ноющую кожу. Кое-как, но приподнявшись, он осмотрелся вокруг. Гостиная всё еще находилась в утреннем мраке, но всё было вполне различимым. Наруто, наверное, еще спит. Так что, решив никого не беспокоить, он еще несколько минут провалялся на диване, но вскоре ему это дело надоело и он через силу подошел к окну, тихо развешивая шторы и отодвигая тонкую матовую тюль. Как же он любил этот вид раннего утра, когда весь город спал. На улицах так пусто, тихо, свежо… Особенно, наверное, сейчас, так как после дождя еще мало времени прошло. Казалось, что запах сырости и утренней прохлады проник в комнату, где находился сейчас Саске, и одурманивал его, манил к себе.       Там, где показывался проём между высокими жилыми домами, виднелся горизонт, откуда вставало солнце, плавно раскидывая по небу и дорогам свои прозрачные прямые лучи. Красиво, как же красиво. Саске приоткрыл окно, сразу поежившись и скрещивая на груди руки от пробирающего холодного воздуха. Так мало поспал, но не чувствовал себя уставшим. Хотелось на улицу, хотелось пройтись. Внезапно телефон, который остался где-то на тумбочке, завибрировал, отчего Учиха вздрогнул и повернулся в его сторону, после чего направился к нему и взял в руки. Кому он мог понадобиться в такую рань? «Новые сообщения: 14» «Пропущенные вызовы: 6»       О, Господи, Саске аж пробрало мурашками. Хидан? Конан? Кто? Он быстро взглянул в угол, где оставил сумку с документами и дрожащими пальцами провел по экрану, вводя пароль и нажимая на значок сообщений. А, нет, не Хидан. И не Конан. 01:49 «Хорошо, а что случилось? И да, у меня получилось разобраться немного с телефоном» 02:07 «Эй» 02:23 «Саске, я, конечно, несоизмеримо рад, что с тобой всё в порядке, но ответить можно?» 02:40 «Ты спишь?» 02:47 «Видимо, да» 02:49 «Но ты отправил мне сообщение в 01:47. Ты не мог уснуть за две минуты и увидел бы мой ответ» 03:00 «…» 03:03 «Саске, я волнуюсь» 03:11 «Очень волнуюсь» 03:16 «Это уже не смешно» 03:17 «Надеюсь, ты спишь и с тобой действительно всё в порядке» 03:20 «А со мной вот не в порядке» 03:24 «........» 03:36 «Нет, я, конечно, всё понимаю, ты не привык ко мне и тд, но ты для меня по-прежнему мой младший брат, за которого я всегда отвечал и которого воспитывал. Неужели так сложно ответить было?!»       Учиха, тупо смотря на экран, с силой приложил одну руку ко лбу, забывая о боли и понимая, что его сообщение было ну просто невероятно идиотским. Присев на еще не заправленный диван, он несколько раз попробовал набрать сообщение, но каждый раз стирал и начинал заново. В конечном итоге, решил позвонить, а там уже будь что будет. — Да ладно? Неужели? — старший был явно раздосадован. — Эм… Да, прости. Ты-то чего не спишь? — Господи, ты серьезно, Саске? — Итачи устало вздохнул. — Как был безответственным, так им и остался, честное слово… — повисла недолгая тишина, которая вскоре прервалась уже более спокойным, но по-прежнему раздраженным голосом, хоть и тихим. — Ладно, проехали. Так что случилось? Я бы не спрашивал, если бы ты, как и говорил, перезвонил. Но от тебя ничего не было до двух ночи.       Саске виновато опустил голову, пряча взгляд под челкой, будто собеседник находился прям перед ним. Неловко-то как. Вот только что ему теперь говорить? — Да там… Ничего особенного. — Угу, и поэтому ты пропал до поздней ночи, да, конечно, я так и подумал, — «понимающе» ответил старший. — Блин, да просто соседи, — Саске вновь захотелось заехать себе по лбу, понимая, какой бред он несет. — Хватит врать, по твоему голосу всё понятно, — снова вздох. — Ладно. Окей, я просто не хочу об этом говорить, так лучше? — Ну хоть не отмазки. Но предчувствие у меня плохое, а оно меня редко предает.       Саске молчал, пытаясь подобрать нужные слова, да только в голову ничего не лезло. Хотелось перевести тему. — Итачи, — неловко начал он, — так это… Ты подумал насчет моего вопроса? Ну, нужно ли тебе что-то… — Если ты насчет одежды, то мне всё равно. Тут в больничном большая часть пациентов. Да и не хочется видеть своё тело, так что не нужно, не заморачивайся из-за этого. Я сегодня собираюсь осмотреться в отделении, тут должно быть поживее, чем в прежнем, так что… — Кстати, сегодня я приду, не знаю точно во сколько, но теперь в назначенное для посещения время, — Саске на момент призадумался и посмотрел на фотоальбом, рядом с которым несколько минут назад лежал телефон. — И принесу одну вещь. — Что это? — Да так… Может, узнаешь. Ладно, иди спи, у тебя же лечение сегодня начинается, а ты ночь не спал. — Да усну я уже вряд-ли, не хочется. Давай тогда, до встречи. — Угу.       Отключившись от звонка, Саске еще раз глянул на фотоальбом, который еще не просматривал. Очень хотелось, но он решил открыть его перед братом. Учиха поставил согнутые в локтях руки на колени и опустил на скрещенные кисти голову, закрывая глаза. Голова странно кружилась, а мир вокруг не особо ощущался, слишком много произошло. За дверью послышались тихие шаги. Наруто?       Саске приподнял голову, прислушиваясь. Шаги прошли мимо гостиной, где он сейчас и находился, проходя дальше. Не спит? Учиха поднялся, вновь тихо шипя от боли, и подошел к двери, приоткрывая её и проходя в ту сторону, в которую, вроде как, пошел Наруто. Это оказалась кухня, где Узумаки что-то искал в верхних ящиках. — Саске? — проговорил парень, не оглядываясь, сонным голосом. — Чего не спишь? Рано еще. — Не хочется, а сам-то? — Да тоже что-то. Тем более, когда были у родственников, я там днём немного вздремнул, так что ночью сон особо не шел. Будешь что-нибудь? — Кофе есть? — всё-таки, без горьковатого напитка долго продержаться Саске не мог, хоть и понимал, что это довольно вредная для здоровья привычка. — Угу-у, был где-то, — протянул Узумаки, поднимаясь на носочки, вытягивая шею.       Через десять минут парни уже сидели за столом, а ночной воздух в комнате постепенно нагревался от теплого ароматного запаха. — Наруто, можешь дать номер твоего отца? — вспомнив ночной разговор, спросил Учиха. — Да без проблем, — парень поставил свою чашку и потянулся к разделочному столу, откуда взял свой смартфон и нашел нужный номер, передавая телефон Саске, что незамедлительно вбил номер себе в контакты и поблагодарил друга. — Я уйду где-то часов в одиннадцать, так что, если что, можешь не торопиться с уходом. — Спасибо, но я пойду скоро, — тихо ответил Саске, отворачивая голову в сторону комнатной двери, — метро от тебя тут далеко, не? — Да рядом, тут минут семь идти, тебя проводить? — Разберусь, только сторону покажи.       Заканчивая с кофе, Наруто распереживался и даже нарисовал на импровизированной карте, которой оказался листочек из ежедневника, как куда дойти, невзирая на возражение Саске, что тот хорошо знает город, просто никогда конкретно в этих переулках не был. Да и интернет, всё-таки, никто не отменял, так что рисовать уж точно не нужно было. Но этого не переубедить, видимо, никакими силами.       Учиха забрал сумку, положив в неё и подаренный альбом, и вышел на улицу. Четыре утра, солнце уже хорошо светило, но утренняя прохлада никуда не делась, поэтому охлажденный воздух приятно проходился по коже. Метро нашел он без проблем, даже так старательно нарисованная карта ему не понадобилась. Возвращаться «домой» ему не хотелось совершенно. И он, всё же, принял одно, но еще совсем неуверенное решение.       Учиха всегда держал форточку открытой, и было это вовсе не из-за того, что ему жарко или душно. Просто он так определял тот факт, был ли кто в квартире, кроме него. Какаши, независимо в каком состоянии он бы ни был, всегда закрывал и окна, и двери, прежде чем убраться восвояси. Так всегда было. Поэтому, когда Саске подошел к своей улице, то в первую очередь метнул взгляд на форточку окна своей квартиры. И на данный момент она была открыта. Да что ж ему так не везет-то. Скрываясь за жилым домом напротив того, где он сам жил, Саске аккуратно выглядывал, выжидая. В этот раз что-то долго он.       Простоял он так уже минут двадцать, но толку от этого не было. Все-таки, терпение сдало свои позиции и Учиха, на свой страх и риск, направился к подъезду, тихо заходя в него и поднимаясь на свой этаж. Сердце, как и прежде, забилось в волнении и ожидании чего-то явно не хорошего. Он неслышно подошел к двери, что оказалась немного приоткрытой, и аккуратно, практически невесомо толкнул её двумя пальцами, вслушиваясь в тишину. Тихо, очень тихо, ощущение, будто он находится в какой-то игре, стоя за укрытием, но стоит повернуть за угол — из ниоткуда вылезет какой-нибудь ходячий облезлый труп и погонится за ним. Но ничего не произошло, когда он вошел в квартиру. Запах не выветрился до сих пор, но всё равно дышать уже было заметно легче.       Саске нехотя также беззвучно и медленно прошел дальше из коридора в комнату. Стоило только посмотреть в неё, как сердце забилось по-новой, а руки непроизвольно задрожали. Хатаке валялся на полу, в той же позе и так же, как и когда он видел его последний раз. Мерзость. Он подошел ближе, медленно протягивая шею и осматривая его. «Спит?»       Если так, то это только на руку. Но надо поторопиться. Саске быстро, но по-прежнему тихо, достал из-за шкафа обувную невзрачную коробку, куда он обычно складывал все свои сбережения, и вынул из неё всё. Он переложил купюры в карманы своей ветровки, которую снял с вешалки. Нужно забрать только главное. Пару футболок, вторые черные джинсы и несколько незаконченных рисунков, которые легко уместились рядом с документами компании, туда же и блокнот со всеми заказами и записями. Несколько секунд он смотрел на свои любимые кисти и акрил, которые оставлять тоже не хотелось. Кисти-то вместить получиться… а вот акрилом придется пожертвовать. Жалко, но свое тело еще более жалко, так что и думать не стоит.       Доставая из своего кармана ключи, Саске показательно оставил их прямо на столе и еще раз глянул на Хатаке, невольно искривляя губы в пренебрежении. Тот зашевелился, переворачиваясь, так что лучше поскорее отсюда сваливать. Из подъезда он вышел быстро и направился к центру города, ни разу не оглядываясь назад. Пусть он и оставил там многие вещи, которые действительно было жаль оставлять, но с души всё равно будто несколько тяжелых фур упало. Пускай так, чем терпеть это дальше.       Не сказать, что средств у него прям много скопилось, но пока должно этого хватить. Теперь он уже не видел смысла дальше копить на ВУЗ. Он закончит этот гребаный колледж. Закончит, пойдет хоть куда-нибудь работать. Может, позже получиться на заочное пойти, что в любом случае лучше, чем еще один год жить так, как сейчас. Он не уверен, что правильно всё решил, но другого выхода сейчас он не видел. Да и особо тратиться на данный момент он тоже не собирался.       Утренний город постепенно наполнялся людьми, что проснулись и торопились кто куда. Саске дошел до спокойного городского центрального парка, опускаясь на одну из лавочек, и достал телефон, заходя на сайт объявлений и фильтруя предложения по нужной цене. С этим надо бы побыстрее, ведь на день планы еще были.

***

      После звонка Итачи всё равно не уснул, скорее наоборот — на месте не сиделось. Сегодня у него уже был физиотерапевт, что составил программу. Учиха чувствовал, что ноги постепенно, но верно возвращаются. С каждым днём они ощущались всё больше, хоть на каплю, но больше. Однако, для него это всё равно было медленно, слишком медленно. А завтра еще и психолог, к которому идти хотелось меньше всего. Хотя нет, к психиатру не хотелось еще больше. Температура сегодня утром колебалась около тридцати семи, что для него сейчас вполне нормально.       После обеда у него, вроде как, свободное время, лежать на месте конкретно надоело, да и поговорить не с кем — Кисаме отправили на осмотр протезов. Итачи уже мог сам пересаживаться с кровати на ненавистный механизм и обратно, что он сейчас и делал. Не так уж сложно, в принципе, привыкнуть можно. Правда, руки болели часто при кручении колес, но себя жалеть не хотелось. Он вообще не жалел себя, стараясь как можно быстрее восстановиться, и не обращал внимание на замечания врачей об этом.       Выезжая из палаты, Учиха повернул налево, туда, где он всё планировал осмотреться. Коридор был не особо широкий, но человека четыре в ряд должно поместиться. Проехав несколько других палат, взору открылась небольшая, но приятная рекреационная комната, здесь было несколько пациентов, что уставились в телевизор. Еще недалеко отсюда была стойка персонала. Были и дети в этой рекреации. Некоторые из пациентов просто стояли или сидели рядом с розетками, заряжая телефоны. Ему это явно не интересно, так что он это место проехал мимо. Еще палаты… палаты… Невольно заглядывая в некоторые, он кого только не увидел. Были даже, как он понял, полностью парализованные. Это просто ужасно.       Палат оказалось немало, но почти в самом конце коридора располагалась какая-то комната с широкой двойной дверью и доносящимися голосами. Подъехав ближе, он заглянул внутрь. С виду это можно было бы сравнить с читательским залом библиотеки, но вряд-ли это он. Если вкратце, то чего тут только не было — журналы, детские игрушки, книги, снова телевизор, выход на длинный балкон. Светлое помещение в тёплых древесных тонах, небольшие темно-красные коврики и диванчики. Из пациентов здесь были как взрослые люди, так и дети, естественно, несколько врачей-воспитателей тоже присутствовало. Это что-то вроде игральной комнаты, наверное? Ну или что-то в этом роде. По крайней мере, в реанимационном отделении были одни палаты и не более, ну и тишина, которая разбавлялась только металлическими звуками от коек по коридору, на которых привозили и отвозили больных.       В один момент ему стало как-то неловко, будто почувствовал себя кем-то лишнем. Волей-неволей, но он развернулся и направился обратно к палате, решая, что вернется сюда, но когда будет меньше людей.       Подъезжая к своей палате, он потянулся к ручке двери, но резко остановил её — та оказалась лишь слегка прикрытой. Всё же, толкая дверь, он проехал в палату, ни капли не удивившись пришедшему. — Не жарко? — Итачи впрямь не понял вида своего брата в кофте при жаре. — Нормально, — пробубнил Саске, вспоминая такое же замечание в его сторону от Наруто. — Может, на улицу? — Я не против, — кивнул старший, и братья, как в прошлый раз, переместились в парк на то же место рядом с небольшим фонтаном.       Всю дорогу до него Итачи практически не позволял себе помогать, даже если было очевидно, что ему очень трудно. При такой жаре лужи, что образовались за ночь, уже почти полностью высохли. Утренняя свежесть превратилась в тяжелую духоту, оседая на город. — Упрямец, — прокомментировал его поведение Саске, садясь на лавку.       Старший фыркнул, а на лице появилась улыбка, но она была какая-то будто мучительная, выдавленная из себя. В руках Саске был фотоальбом, который он взял с собой. Итачи заметил его практически сразу, как только увидел брата. — Минато-сан? —кивнул он на знакомую вещь. — Да, недавно встретил его вместе с Наруто… и он мне это дал. Еще Минато сказал, что он знал о твоем состоянии, ну, что ты был в коме, — сказал Саске, опустив голову и смотря на золотистую обложку. Открыть его он всё не решался. — Смотрел? — Еще нет. — Страшно, что-ли? — по-доброму ухмыльнулся старший и протянул холодную руку к рукам Саске, аккуратно взяв своеобразный сборник воспоминаний, сразу же открывая на первой странице и положив его на колени брата. — Ничего особенного, смотри. — Да нет, просто… — на первой странице было два ребенка и, вроде как, Минато. Себя Саске узнал сразу по волосам, ведь это, походу, тот мальчик, что… эм, единственный кривляется на фото, отчего младший Учиха немного покраснел. — Просто… странно. А это кто? — он указал на второго ребёнка, который был взрослее, чем он сам. Как ни странно, естественно, Саске догадывался, кто это, но чисто логически. А так он не узнал его. — Я, — ответил Итачи, грустно улыбнувшись, — на этом фото тебе всего четыре, а мне девять.       Саске продолжил разглядывать фотографию. Минато сидел на траве, скрестив ноги и улыбаясь, а Итачи стоял рядом, показывая в руках какой-то сертификат, но негодующий взгляд его был направлен не на камеру, а на своего брата, который висел у него на шее, показывая язык на камеру. — Как же это странно и непонятно… Черт, я совсем не помню тебя. Совсем. А здесь на фото всё так просто и понятно… А я до сих пор не могу полностью принять тот факт, что ты мой брат, — отрешенно проговорил младший, перелистывая на следующий разворот. — Я понимаю и не требую от тебя чего-то сверхъестественного. Хотя… немного обидно в душе, но это нормально.       На следующих страницах были самые разные фотографии. Были не только связанные как-то с музыкой, но и простые житейские фото. На некоторых мелькал и Наруто. Почти все фото были подписаны. — Мне Наруто говорил, что Минато был твоим преподавателем, что хорошо знал тебя и наших родителей. Но я даже не думал, что все были так близки. — Просто интересно вышло. Я когда пошел в музыкальную, то меня к нему поставили сразу. Наши родители оказались с ним знакомы, а потом еще и ты с Наруто подружился. Мы часто проводили время и просто как обычные семьи, могли просто сходить и все погулять. Так что да, все хорошо друг друга знали, — прикрывая глаза вспоминал Итачи. — А здесь нам сколько? — указывая на одну из последних фотографий спросил Саске. — Тебе семь, мне двенадцать… — Вот как, — он остановился на этом фото, которое напомнило ему что-то.       Это было фото, как казалось, на сцене. Итачи стоял у черного, немного зеркального, рояля, скрестив руки на груди. Его волосы, что немного выбились из хвоста, были мокрыми вблизи лица, да и сам он выглядел уставшим, но расслабленным и довольным. Саске же стоял рядом с ним, дотягиваясь рукой до середины хвоста Итачи и пытаясь что-то немыслимое с ними сделать. — Такое ощущение, что ты прибежал откуда-то, — в шутку предположил Саске. — Ну, знаешь ли, этюды такая вещь, — отчасти даже поучительным тоном отозвался старший, и эта интонация немного насмешила Саске. — Их в программе тогда много было. Фото сразу после концерта, когда люди немного разошлись. — Ты всю жизнь волосы длинные носишь? — И да, он только сейчас обратил на это внимание. — Да, мне тогда шло. А сейчас я на себя и глянуть боюсь, — здесь уже и улыбнуться у Итачи не получилось. Он и правда обходил любые зеркала стороной. — Знаешь, если сравнить тебя с тем, когда ты только пришел в сознание, то сейчас ты выглядишь намного лучше, — начал рассуждать младший брат, — я, честно говоря, не понимаю, чего ты этого боишься. — Мне двадцать три. Я себя последний раз видел в зеркало в двенадцать. Нормально?       Саске решил на это промолчать, ведь, если задуматься, то это и правда страшновато, наверное. Он потянулся за телефоном, чтобы проверить время, но тот небрежно выпал из кармана, однако он смог его резким движением поймать в паре сантиметров от асфальта, на мгновение замерев и облегченно вздохнув. Но тут же почувствовал, как его крепко схватили за воротник, отодвигая его. «Черт, кофта!» — А это что?