Упрямый.

Кабинет затянуло тишиной. Только тиканье настенных часов било по ушам. Врываясь в мозг навязчивой дробью. Пока Юра боролся с внутренними демонами, Никита рассматривал кабинет. Уроки трудов были одним из небольшого списка любимых предметов. Будучи мелким пиздюком, он с удовольствием бежал к этой двери. Ему нравилось все: запах, звук жужжания станка, но в особенности учитель. Юра всегда мог поднять настроение, рассказывал интересные истории, всегда помогал, иногда даже отпускал с уроков. Когда Никита был в классе пятом, то он даже мечтал, что когда станет взрослым, то будет таким, как трудовик. Время шло, желания менялись. Появлялись другие интересы и вся эта любовь к этому уроку понемногу стихала. — Мне нравилось здесь. — Нарушил тишину Никита и улыбнулся. — Да? И чем же? — Юра впился взглядом в его улыбку и пододвинулся ближе. — Не знаю. — Пожал плечами Гридин. Совершенно не догадываясь о том безумии, что вызывало такое простое движение, в душе у трудовика. Хованский не мог оторвать глаз от чужих губ. Такое желанное тело было так близко, что мозг совершенно отказывался работать нормально. Да, и вообще, не слушал никакие доводы логики. Юра поддался желанию, резко наклонился ближе и впился поцелуем в чужие губы. Никита дернулся, но Хованский положил руку ему на макушку так, что он не мог ее отодвинуть. Юрий целовал его так жадно, вкладывая всю свою накопившуюся влюбленность. Его больше ничего не волновало. Просто в этот момент он понял одну вещь — чтобы там не произошло, он никогда не отступит. Пусть, даже если придется соперничать с другом. Этот парень того стоил и Хованский обязательно добьется взаимности...