Ma chеrie

Времена года сменяли друг друга; изменчивый насмешливый мир был верен себе. И только одно оставалось незыблемым – он по-прежнему был недосягаем. Для неё. Ей с таким трудом удалось достать приглашение на этот премьерный показ. Сколько лжи, столько же обмана пришлось раздарить, чтобы оказаться сейчас здесь. И смотреть издалека, как в зал заходит тот, чьё сердце никогда ей не принадлежало. Никогда. Риан изнутри раздирали противоречивые эмоции. Она знала, что злость проснётся, как только он появится на горизонте. Как знала, что вместе со злостью вернётся и желание тоже. Ему ничего от неё не было нужно. Ему. Бездушному монстру по имени Глеб Ленсон. Всегда сдержанный, всегда невозмутимый. - Не-про-ши-ба-е-мый. Она не заметила, что выговорила это вслух по слогам. Разумеется, первый эпизод его нового сериала оценили высоко и по достоинству – гости выходили из зала под большим впечатлением, не в силах молчать, им хотелось говорить, обсуждать, делиться эмоциями. Вот так было всегда. Его работа была намного эмоциональней, чем он сам. Для неё осталось загадкой, как такой человек, как он, мог создавать нечто подобное. Густые светлые волосы зачёсаны назад, взгляд уверенный, тёмно-серый строгий костюм отлично смотрелся на стройной мужской фигуре. Высокий… и притягательный. Над ним витала некая аура властности, будто он один правил этим вечером. Буквально за несколько мгновений до режиссёра в зал вошли главные актёры картины. И Риан смотрела, как Глеб разговаривал с ними. Певица перевела взгляд на один из постеров, что украшали стены, читая имена. Джейсон Каске, Хиорин Ю, Чиори Амамия, Акито Фудо, Канае Котонами… Среди тех, кто сейчас разговаривал с Ленсоном, не было её – девушки, о которой ей поведали Кристиан и Лекса. - Как вам понравилось, мисс Картер? – Осведомился стоявший рядом с ней парень. Кажется, этот был другом Энтони, и именно он сумел достать приглашения. - Я восхищена. – Натянутая улыбка обвела собеседника вокруг пальца. – Но ничего другого я и не ждала. Всё же режиссёр – сам Глеб Ленсон. - О, вы, кажется, знакомы с его работами? - Мисс Картер знакома не только с его работами, а ещё и с ним самим. – Поправил парня Джун, вызвавшийся сопровождать её сегодня. Кажется, этот факт – её знакомство с режиссёром – произвёл на паренька даже большее впечатление, чем она сама, известная заграничная личность. - Невероятно! Когда-нибудь я бы тоже хотел иметь честь быть представленным ему. - Не отчаивайся, - снисходительно улыбнулся Джун, - когда-нибудь. Риан надоели оба парня, она пришла сюда не за их улыбками и ухаживаниями. - Но вот с актёрами я не знакома. Вы только посмотрите, какое очаровательное создание на снимке! – Она улыбнулась, будто издеваясь. – Честно говоря, я была бы не прочь познакомиться с ней. Как зовут эту милую девочку? - Которую? – Уточнил Джун, тоже оборачиваясь к постеру «Запретного плода». - Ту, со светлыми волосами и невероятно ангельским выражением лица. Кажется, она играла… Хелен? - О, это Канае Котонами, - поспешил отозваться парень, чьё имя она успешно забыла, если вообще слушала, когда он представлялся, - она молодой артист одного из лидирующих агентств Японии. Похоже, этот юноша искренне полагал, что певицу тронула игра актрисы. Тем было лучше для него. - И где же она? – Нетерпеливо поинтересовалась Риан. - Да… вот. – Вдруг запнулся он. Риан покрутила головой в поисках светловолосой нежной прелести, и не найдя, вернула взгляд на молодого человека, но тот стоял с таким видом, будто кто-то стукнул его по голове из-за угла. Девушка повернула голову, проследив за его взглядом, и надменное выражение стало медленно таять на её лице. Ничего похожего ей раньше не доводилось испытывать. Шок вперемешку с… чем? Восхищением? Завистью? Потрясением? Чтобы это ни было, оно захлестнуло певицу абсолютно. Риан даже не осознавала, что стоит с приоткрытым ртом и буквально пялится на идущую по залу девушку. Элегантные чёрные босоножки с тонкими ремешками смотрелись очень изящно на аккуратных ступнях. Узкие тёмные брюки отнюдь не скрывали до худобы стройные ноги – спортивные икры, острые коленки, подтянутые бёдра. Простая чёрная футболка оверсайз без какого-либо принта дополняла образ девушки и придавала ему некоторой дерзости. Иссиня-чёрные точно вороново крыло локоны были заколоты блестящим аксессуаром в виде палочки. Матовая помада глубокого тёмно-сливового оттенка выглядела почти чёрной на чувственных губах брюнетки. Взгляд сапфировых глаз неустрашимо встречал другие, разглядывающие, засматривающиеся. Это несколько отличалось от того, что Крис и его невеста рассказывали. Они, конечно, пару раз пытались намекнуть, что девочка казалась им опасней, чем позволяла думать, но Риан не придала этому значения. «Она же актриса», - напомнила себе шатенка. Точно. Это всего лишь образ. Только образ. Тогда почему ей вдруг так отчаянно расхотелось подходить к этой девушке? Вообще цеплять её? Между тем, Канае остановилась рядом с окликнувшим её Хироши-куном. Парень старательно делал вид, что ему нет дела до вышедшей скандальной статьи. И это было мило с его стороны, особенно после того, как на протяжении всех съёмок паренёк вёл себя, как ребёнок, а теперь пытался выглядеть повзрослевшим. Услышав его бурную и вдохновлённую речь об их совместной работе, к ним присоединилась Хиорин. - Вообще-то я удивлена, что журналисты ещё не заполонили этот зал. Разумеется, им разрешено освещать только выход сериала, но я ждала несколько иной реакции с их стороны на появление такой интересной персоны, чьё имя сейчас не покидает заголовки статей. - Что вы такое говорите, Ю-сан, - попытался остановить её Хироши, переводя сконфуженный взгляд на Канае. - Я думала, для Котонами-сан подобное не должно быть в новинку. – Невинно пожала плечиками актриса, намекая на предыдущий скандал, в который был втянут небезызвестный певец. Котонами посмотрела на девушку и, не сочтя её выходку достойной внимания, отвернулась. - Ты прав, рейтинги у первого эпизода высокие, - произнесла брюнетка, возвращаясь к теме, на которую они разговаривали, когда Хиорин беспардонно влезла и перебила их, - спасибо за работу. - Спасибо за работу, - улыбаясь, поклонился в ответ Хироши-кун. - Становится всё скучнее и скучнее. – Закатила глаза Хиорин, вновь встревая в разговор. – Даже не смотря на твоё присутствие, Котонами-сан. Снаружи выставлена полиция, что ли? - Без понятия. – Отозвалась Канае. - Просто посмотрите вокруг. Никакого веселья. Так не годится. Я помню, как после съёмок в последнем проекте мы с остальными актёрами сговорились и заставили режиссёра выполнить по желанию каждого из нас! Представляете? – Рассмеялась Ю-сан. – Бедняга намучался, но мы хохотали от души. Кавасуми-сан. Вы знаете его? Он ещё так молод. Поэтому его было ну просто жалко! Кстати. Думаю, с мистером Ленсоном будет куда интереснее. Ты «за», Хиро-кун? - Нет. – Вместо парня на её вопрос ответила Котонами, и Хиорин встретила предупреждающий взгляд синих глаз. - Да это просто шутки ради! – Дёрнула плечиками актриса. – Я уверена, что вот Фудо-сан меня точно поддержит, как и другие актёры. Нечего строить из себя зануду, Котонами-сан, мы все тут уже в курсе, что ты не такая уж и правильная, какой пытаешься казаться. Соглашайся, Хиро-кун, и… Одним точным движением Канае схватила Хиорин за лицо рукой, удерживая её нижнюю челюсть и надавливая большим и указательным пальцами той на щёки. Девушка, не ожидавшая подобного отношения, охнула и попыталась оттолкнуть брюнетку или хотя бы немного отстраниться, но Котонами лишь сильнее сжала её щёки, и Хиорин заскулила, послушно перестав вырываться. - Ты должна уяснить один момент. – Заговорила брюнетка тихим ровным голосом. – Уяснить раз и навсегда. «Нет» означает «нет». Стоявший рядом Хироши переводил обалдевший взгляд с одной девушки на другую, не зная, что ему делать в сложившейся ситуации. Он привык, что капризам Хиорин нужно потакать, но теперь, похоже, чаша весов склонилась в другую сторону. Грубость Котонами-сан поразила его, он и не предполагал, что эта уверенная и целеустремлённая актриса могла выглядеть так грозоподобно. Откуда в её стройном, сейчас даже худощавом теле могла взяться такая сила? Хиорин всё ещё скулила, жмурясь и глотая слёзы, которые уже стекали по руке Котонами. - Люди должны знать, когда следует остановиться. Девушка поспешно закивала, и Канае отпустила её, почти брезгливо убрав свою руку. Всхлипнув, актриса бросилась в сторону уборной. - Я… Я тоже считаю, что... Хиорин-сан порой... перегибает палку... - Пробормотал Хироши, ослабив узел галстука, точно ему было мало воздуха. - Если я увижу хоть одну выходку, я буду знать, кого искать. Хироши-кун. Парень завертел головой. Без шуток. Она его пугала. Чиори Амамия перевела на Джейсона напряжённый взгляд, и тот отрицательно покачал головой. Кажется, кроме них, никто не заметил того, как Хиорин Ю в слезах выбежала из зала. А если и видели, вряд ли догадались о причинах. Чиори понимала, что подобное мероприятие подразумевает и своё освещение в прессе, но ей казалось, что все присутствующие журналисты бесцельно кружили по залу в надежде урвать лакомый кусочек, подгадать удобный момент и пристать к Котонами. Впрочем, Амамия сразу же успокаивала себя мыслями о президенте, который в виду своего отсутствия в Японии на данный момент позаботился о должном информационном уровне безопасности. Такарада-сан присутствовал только в начале официальной части, после чего откланялся, чтобы вылететь в Нью-Йорк. О своих делах он, разумеется, умолчал, но посоветовал не расслабляться в связи с его скорым возвращением. Как только мысли Чиори коснулись подруги, то сразу же перекочевали и на американского режиссёра. Каске уловил настроение девушки. Они вдвоём нашли взглядом Ленсона, который отошёл поговорить с одним из приглашённых гостей. Джейсон узнал в невысоком мужчине средних лет китайского продюсера, Шен был известен своими зарубежными проектами. Однако мысли о работе отошли на задний план, и пара невольно замерла, смотря, как перед Ленсоном останавливается высокая стройная шатенка в светлом наряде, вынуждая разговаривающего с режиссёром гостя откланяться. Риан понадобилась вся её наглость. И вся злость, накопленная ею за эти годы. - Привет, Глеб. Ленсон перевёл взгляд на замершую в неестественной позе девушку. - Риан. – Произнёс он. И её сердце чуть не остановилось. Глеб произнёс её имя без всякого выражения, точно называл самые обыденные вещи – стол, стул, риан. - Ты ещё равнодушнее, чем раньше. Как такое может быть? – Надрывно выдохнула она, чувствуя слёзы у горла. Она так ждала этой встречи. Желала увидеть выражение его лица, когда он посмотрит на неё. Спустя столько лет. Разглядеть в его взгляде хоть толику… чёрт возьми, да какого угодно чувства! Он не жалел о расставании. Более того. Оставив её, двинулся дальше. Ни душой, ни мыслями больше не вернувшись к ней. Ни разу. Этот факт, который был ей и так вéдом, разрешил злости закипеть в глазах. Чего она ждала, заявившись сюда? Не этого. Канае задумчиво смотрела на бокал с шампанским. Со стороны казалось, будто она совершенно не слушает вопросов, задаваемых представителем прессы с официальным пропуском на шее. Но девушка заговорила: - Всего пара вопросов? - Да. Это не займёт много времени. Ваше агентство до сих пор отказывает в полномасштабном интервью, нам начинает казаться, что это умелый пиар-ход. - Первый. - Что, простите? - Ваш первый вопрос. – Вздохнула Котонами. – Я слушаю. - О… Хм… Вы… хм… Вы появились на вечере без… спутника, - растерялся журналист, - не означает ли это, что так вы пытаетесь развеять слухи о вашем новом романе? Он заметил, как губы девушки, тронутые тёмной помадой невероятного оттенка, дрогнули в насмешливой улыбке. И понял, что прогадал с первым вопросом. Она дала понять это слишком отчётливо. - Как неделикатно. – Негромко заметила Канае. – Обратить внимание на отсутствие у девушки спутника. - Прошу прощения! – Поспешил низко поклониться журналист, чувствуя, как заалели его щёки. - Я вас не прощаю. Поэтому следующий вопрос будет последним. Уверены, что хотите задать его? А услышать ответ? - Мне очень жаль!.. Я… Прошу меня извинить!.. – Он поспешил откланяться и убраться восвояси. Котонами не проводила мужчину и взглядом. Возможно, его ждёт строгий выговор за то, что не справился со своей работой. Может быть, его даже накажут. Но её это мало волновало. Она припомнила другого неудачливого репортёра, который пристал к ней перед самым показом. После череды глупых и несвязанных вопросов, ни на один из которых брюнетка не потрудилась ответить, юная актриса поинтересовалась: - Как давно вы работаете в СМИ? Смею утверждать, вам не заплатят ни иены за это бестолковое интервью. Потом была ещё одна журналистка, попытавшаяся поймать удачу. - Однажды вам придётся говорить, Котонами-сан. - Я разговариваю здесь и сейчас. С вами. - Я имела в виду, что всё тайное рано или поздно становится явным. Вы никак не комментируете слухи, и это чревато порождением догадок… - Если я скажу «нет», вы сообщите всем «она соврала», скажу «да», вы напишете «да, но». Мне завести аккаунт в Твиттере и лайкать понравившиеся комментарии под постами с моей фотографией? Канае оставила потерявшую дар речи девушку приходить в себя. Актриса вернула взгляд на бокал шампанского. Похоже, присутствующие на этом вечере устроили соревнование – кто кого переплюнет своей глупостью. Но ни журналисты, ни Хиорин, ни Хироши, никто другой не получат приза. Потому что Котонами не раздражалась и не бесилась. Она была нетерпима. К ним. К их идеалам. К тому, что они считали нормой и требовали того же от неё. Брюнетка подняла глаза, и ей показалось, что пол покачнулся. У противоположной стены почти у самого окна стояли Глеб и... стройная темноволосая девушка. Риан, поняла Котонами. Она сознательно не искала никакой информации об этой певице. Не из-за неуверенности или ревности, просто не испытывала интереса. Канае и сама поражалась, почему ей больше была неинтересна… бывшая девушка Глеба? Наверное, из-за поведения самого Ленсона. Однако на Котонами не могло не повлиять то, что певица тронула его кузена, а также явилась в Токио с какой-то определённой целью. Поэтому, когда они сегодня сидели в зале в ожидании начала показа, и Амамия листала новостную ленту в мобильном, Канае прислушалась к её разговору с Джейсоном. - О, я её знаю! Точнее, слышала её песни. - Ты о ком? – Уточнил Каске, и Чиори повернула к нему телефон, а потом показала и Котонами. Канае взяла мобильник в руки, читая заголовок статьи, на которую наткнулась подруга: «Риан Картер была замечена на шопинге в Токио». На прикреплённом фото была запечатлена высокая и стройная шатенка, выходящая из какого-то бутика. Огромные солнцезащитные очки не позволяли рассмотреть её лицо полностью, но поджатые губки говорили многое о том, что их обладательница думала о пытавшихся её сфотографировать. И вот тогда Котонами поддалась странному порыву и ткнула пальчиком на имя певицы, переходя по ссылке в поисковик. Открыла картинки. Пролистнула несколько, и её палец невольно замер. Фото было сделано несколько лет назад и показывало молодую пару, позирующую на красной ковровой дорожке. Риан в дорогом и блестящем наряде с улыбкой-усмешкой на губах. И Глеб в строгом костюме, за чей локоть держалась певица. Он смотрел не прямо в камеру, видимо кто-то отвлёк его в тот момент. Но взгляд тёмно-зелёных глаз был уже ей знаком – далёкий, морозный. Канае кликнула на фото и прочитала подпись. «Певица Риан рассталась с молодым режиссёром Глебом Ленсоном. Пара умалчивает о причинах расставания. Мисс Картер обмолвилась только о том, что эти отношения для неё были нелёгкими, и что ей понадобится много времени на восстановление». Закрыв браузер, брюнетка вернула Амамии телефон. «Что, восстановилась?» - Мысленно сыронизировала Котонами, глядя на неё теперь. Ленсон невозмутимо слушал, пока высокая шатенка что-то говорила ему со странным выражением на лице, будто была готова вот-вот расплакаться. При этом она могла бы стоять чуть дальше от него, отметила Котонами. Внезапно мир снова начал терять свои краски, а всё остальное – смысл. И хрустальный бокал, что она держала в руке, и её присутствие на этом вечере. Она шла сюда, зная, что выполняет свою работу, надеясь увидеть Глеба. Но сейчас, стоя от него на таком далёком расстоянии, поняла, что ей мало – просто смотреть на него издалека. Она хотела иметь возможность подойти и заговорить с ним, как это сейчас делала девушка, стоявшая невыносимо близко к нему. Котонами опустила бокал с нетронутым шампанским на столик и направилась прочь. Нарочно отражая свои собственные желания – отдалялась, когда хотела встать рядом. Повернув к лестнице, брюнетка поднялась на второй этаж, представляющий собой галерею с балконами, нависающими над первым этажом. Легче ей не стало. И не могло стать. Пока их разделяли расстояния – ничтожные и непреодолимые. Она вышла на балкон и взялась руками за перила. Котонами специально не смотрела в ту часть зала, где стояли Глеб и Риан, чтобы не захлебнуться в горьком водовороте разрушающих чувств и противоречивых желаний. Но ей недолго довелось наслаждаться одиночеством – позади неё раздалось огорченное шмыганье носом, точно кто-то пытался сдержать слёзы. Канае повернулась на звук и с удивлением узнала в последовавшей за ней девушке американскую певицу. Актриса ничем не выдала своего удивления, как и проигнорировала то, что кукольная шатенка была явно очень и очень расстроена, если не раздавлена. Невольно в сознание Котонами закралась мысль, что, скорее всего, последним с Риан разговаривал Ленсон. Будто только заметив, что она на балконе не одна, певица указательным пальчиком промокнула уголок глаза, но её слёзы и без того поразительным образом уже высохли. - Я не знала, что здесь кто-то есть, - пропела она по-английски, - я хотела бы побыть одна. Беспардонность, с которой девушка намекнула, что Канае неплохо было бы испариться, поразила Котонами. Но что-то внутри брюнетки вдруг потянулось к этому проявлению наглости. - Тогда не следовало выбирать столь многолюдное и шумное место, - разлепив губы, тоже на английском отозвалась Канае, - премьерные показы не для уединения. Брови Риан взметнулись вверх, и в её глазах вдруг мелькнуло узнавание, и это удивило Котонами. Но снова в приятном ключе. Похоже, шатенка знала, кто стоял перед ней. Искала информацию. Так мог делать только тот, кто чувствовал опасность. И тогда актриса поняла, что с ней самой творилось – она радовалась такому поведению певицы, не вежливому и кроткому. Наверное, ей нужно было как-то попытаться обуздать эту тьму внутри себя. Наверное. Но ей не хотелось. - Минуточку, - заговорила шатенка, - я видела тебя на постере, ты снималась в фильме Глеба... Но я боюсь, что не вспомню твоё имя. - О, это не беда, - чуть приподняв уголок губ, произнесла Котонами, - прочтёшь на постере, когда спустишься вниз. Риан от удивления даже приоткрыла блестящие розовые губки. Она только что нахамила этой темноволосой девушке, а та посмела ответить ей тем же!! - В сериале у тебя совершенно иной образ, почти ангельский. – Наконец, обретя дар речи, заметила певица, совершая крупную ошибку, отожествляя саму Канае с тем образом, который видела на картинке. - Благодарю, - чуть шире улыбнулась Котонами. На лице певицы проступило непонимание. И Канае едва не засмеялась, мисс Картер не догадывалась, за что её благодарила эта темноволосая девушка. Да за то, что позволила себя одурачить. Решившись, Риан шагнула на балкон и посмотрела вниз. - Отсюда открывается замечательный вид. – Заговорила девушка, но Котонами была готова к тому, что последует дальше, и не ошиблась. – Мероприятие, бесспорно, грандиозное. Угощения, гости. Но ты знаешь, на что смотреть. На кого смотреть. Певица украдкой скосила глаза на стоящую рядом актрису, у Канае был отсутствующий вид, но Риан пошла дальше: - Такой холодный. Невозмутимый. Сколько нужно внутренней силы, чтобы быть настолько сдержанным. И ничто не способно пробить эту сдержанность. Но ты знаешь, он всегда такой. Даже когда целует. Нет. Когда позволяет себя целовать. - Ты говоришь о ком-то вымышленном? – Негромко осведомилась Котонами, глядя прямо перед собой. Если бы Риан знала, что ей сейчас давали шанс, то её следующие слова были бы совершенно другими. - Прости? – Певица удивлённо уставилась на темноволосую девушку. – Я не фантазёрка. Вообще-то я говорила о Гле… - Неправильный ответ. – Перебив её на полуслове, не позволив договорить имя, Канае медленно повернулась к шатенке, и той абсолютно не понравился странный потемневший взгляд сапфировых глаз. Риан шагнула в сторону и упёрлась в боковые перила балкона, понимая, что загнала себя в угол, и чувствуя накатывающие волны страха. Ей правда стало страшно, когда эта невероятная брюнетка приблизилась. Мысли девушки в панике заметались. - Не подходи, - выдохнула она, но Котонами проигнорировала её, встав прямо перед Риан. - Столько пустых, бессмысленных, ненужных слов, - произнесла Канае, глядя певице в глаза, - я не хочу их больше слышать. И ты их больше не произнесёшь. - Ты что, мне угрожа-аешь?.. – Голос Риан дрогнул, когда Котонами взялась рукой за её шею, будто примеряясь, как ловчее сдавить горло. – Я закричу. - Уж, пожалуйста, - почти ласково попросила Канае, - сделай одолжение. Она, правда, была бы не против послушать её вопли. - Так ты можешь наследить, дорогая. – В чуть насмешливом голосе, тоже говорившем на английском, проскользнули задорные нотки. – На её шее могут остаться отпечатки пальцев. Позади них затих стук каблучков. Неожиданный свидетель был совсем некстати. И чистая злость Канае разбавилась раздражением. - My mistake. – На автомате отозвалась Котонами, повернувшись и с изумлением замечая высокую стройную леди. Платиновые густые волосы были убраны в затейливую причёску. В глазах цвета нефрита поблескивали бойкие искорки подозрительно знакомой – бесовской? – дерзостью. Белоснежный строгий костюм идеально сидел на точёной фигуре. Гостья вечера была похожа на дорогое вино, которому года придали шарма и странного очарования, что невозможно было игнорировать. Обратив внимание на эту странную элегантную леди, Канае не заметила, что Риан пришла в ещё больший ужас и побледнела сильнее. - Но я не собиралась прерывать, - коротко улыбнулась гостья и изящным движением руки предложила Котонами продолжить, достала вибрирующий на беззвучном режиме мобильный и приняла звонок. – Машина готова? Спускаюсь. – И, снова повернувшись к девушкам. – Приятного вечера. После чего уверенной походкой направилась прочь, продолжив свой путь, оставив после себя странное ощущение. Будто… эта леди не была возмущена поведением Канае, но… восхищена. * * * Мимори привалилась щекой к ледяной колонне холла первого этажа, прикрыв глаза. Кто бы знал, как же ей хотелось повернуть время вспять. Всё началось ещё на той вечеринке в «Nero Zone». Акира потащил её обратно в зал, и они успели даже станцевать целый один танец, после чего привлекательного фотографа обступили другие девушки, жаждущие его внимания. Мимори попыталась снова улизнуть и на этот раз уже точно сбежать из студии, когда дорогу ей преградил невысокий, но довольно крупный парень. Он показался брюнетке знакомым, кажется, она видела его с другими ребятами на съёмках, но, увы, не знала имени. На его лице было слишком решительное выражение, будто парень собирался, если понадобится, силой заставить её танцевать с ним. Брюнетка попыталась любезно улыбнуться, чтобы смягчить свой отказ, но тот остался непреклонен. Он крепко схватил её за руки и вернул в круг танцующих. Мимори старалась игнорировать чувство неприязни, которое, если быть до конца честной, возникло ещё при танце с Танабэ. Ну, не хотела она танцевать. Ни с Акирой, ни с этим… блин, как же его звали? Сначала они танцевали молча, и девушка была даже благодарна, что от неё не требуется поддержка светской беседы. Но потом парниша всё же заговорил. - Чуть раньше ты танцевала с Танабэ, - заметил он, и брюнетка перевела озадаченный взгляд на него, потому что до этого высматривала Лягушку, который мог заметить её в зале, - понравилось? - Прошу прощения? – Мимори, правда, не поняла, для чего был задан этот вопрос. - Понравилось внимание непревзойдённого гения фотографии – самого Танабэ Акиры? Девушка вздохнула. Если честно, то… нет. Ей не нравилось такое внимание Акиры. Она его не хотела. Но почему это волновало незнакомого парня, почти силой вытащившего её на танцпол? Волновало так сильно, что он решился заговорить с ней. И почему он позволял себе делать это неформально? - Не отвечаешь? Нечего сказать? – Настаивал парень. - Это танец или допрос? – Вздохнула Мимори. – Мы даже не знакомы, так с чего бы мне… Ох! Девушка сдавленно охнула, когда он крепче сжал её ладошку, намеренно делая больно. - Думаешь, если соблазнила Танабэ, то можешь соблазнить любого? Не будь такой самоуверенной. Не получилось с Тору-куном. И со мной не получится. - Тору? – Переспросила актриса, откуда ей было знакомо это имя? И вспомнила. Имаи Тору. Тот, кто напал на неё в фонтане. Девушка испуганно дёрнулась в руках…. Кого? Друга этого Тору? Его знакомого? - Не смей произносить его имя. Из-за тебя он вылетел с этой работы – работы, о которой столько мечтал! Мимори отчаянно хотелось вырваться. Почему она вообще должна была это слушать? Не она напала на того парня! Всё было наоборот! - Когда Лягушка раскрыл твой секрет, я думал, справедливость восторжествует, и что же мы получили в итоге?! Твои фото на обложке и на основных разворотах журнала! Брюнетка снова дёрнулась, и снова парень не позволил ей вырваться. Если она закричит, кто-нибудь придёт на помощь? Она судорожно обвела зал глазами, но не увидела ни одного знакомого лица поблизости. - Акира был лёгкой мишенью – этому вообще всё равно, за кем увиваться. Сначала Таэ-сан, потом эта Оно-сан, теперь ты. Но Кей? Так этот тип считал, что она просила Танабэ замолвить за неё словечко? А что, если это было правдой? Мимори вдруг испуганно подумала, что её фото могли напечатать благодаря просьбе Акиры! Вдруг это он помог ей? Прислушались бы к фотографу? Скорее всего, да. Но брюнетку обескуражил последний вопрос. - А Кей как мог мне помочь?.. – Пробормотала озадаченная девушка, уверенная, что тот вряд ли пошёл бы к главе ради неё. - В смысле «как»? – Заморгал парень. – Он и оставил тебя. Теперь Мимори вообще перестала понимать этого странного защитника Тору. - Мы говорим об одном и том же Кее? - Ты издеваешься? Он здесь такой один, «Nero zone» принадлежит ему. Не знающий себе подобных молодой глава студии – Кейтаро Мори. Несравненный Эм. Звучит знакомо? Нет. Она не слышала этого имени прежде. Ей стало тревожно. И вдруг… И вдруг всё встало на свои места. - Он тоже работает в «Nero zone»? - Кто? Кей? -…чуть не снесли дверь в мой кабинет… Вот почему всегда захлопывал свою варежку Синохара. Вот почему все как-то странно на него косились, точно ждали одобрения, позволения. Мимори ошеломлённо замерла. И парень тоже был вынужден остановиться, потому что девушка не двигалась, рискуя попасть под траекторию движения остальных танцующих пар. Она вспомнила, как он вытащил её из фонтана. Как его рука удерживала её спину, чтобы она не упала. …нападение – не повод для шуток и веселья… …она на своём месте… Конечно. Только он мог решать это. За всё время их знакомства она ни разу его не спросила, кто он такой и чем занимается. Пыталась убедить себя, что не делала этого потому, что боялась поощрять свой интерес. А на деле всё оказалось совершенно иначе – он мог быть хоть бездомным и безработным, но пока этот юноша продолжал появляться в её жизни и разговаривать с ней своим невероятным голосом, её не волновал его счёт в банке или статус в обществе. Но он оказался ни много, ни мало человеком, возглавляющим процветающую студию, работающую с мировыми лидерами в области моды и искусства. Из её горла чуть не вырвался жалобный всхлип. Ну почему всё так?? От досады она хотела провалиться сквозь землю. Сейчас же. Мимори и сейчас была бы не прочь. Девушка зажмурилась и захотела приложиться головой о колонну, к которой прижималась щекой. Никуда она, конечно же, не провалилась тем вечером. А нарисовавшийся рядом Акира на её слова, что она покидает вечеринку, неожиданно пригласил в выходные на пляж. Он улыбался так беспечно и искренне. К тому же с его приходом от неё отстал друг Тору. И она очень хотела домой. Поэтому… согласилась. И теперь проклинала себя, стоя в ожидании, пока неугомонный фотограф заедет за ней. На самом деле она проклинала себя именно потому, что жалела о согласии. Ведь этим решением – приняв предложение Танабэ – юная брюнетка пыталась сбить себя с пути. Она собиралась солгать. Своему сердцу. Существовала ли вероятность, что кто-то обратит на неё внимание когда-нибудь? Почему она так отчаянно упиралась в случае с Акирой? Ведь самомý парню актриса определённо нравилась. Ей просто нужно было дать ему шанс. Узнать его получше. Найти привлекательные черты. Увлечься им. Успеть. До того, как её сердце разгадает наглую отвратительную ложь. Но она едва не бросилась к Мэй с объятиями, когда снова увидела ту в машине Танабэ, припарковавшуюся у её дома. Она выдохнула, чувствуя невероятное облегчение от того, что поездка не стала свиданием. И не сдержала улыбки, услышав, что ребята из студии на самом деле довольно часто устраивали себе подобные выходные, если погода позволяла. В этот раз она была просто великолепной для сентября, и желающих набралось прилично. Обычно они снимали несколько коттеджей на самом берегу, и когда Акира свернул к одному из светлых двухэтажных домов, у Мимори вырвался вдох восхищения. Она никогда не выезжала куда-то с подругами вот так – на все выходные, подальше от лоска светской жизни. Парень остановил свой кабриолет рядом с другими, не менее роскошными BMW и Porsche. Яркие машинки больше походили на игрушечные модельки, чем на реальные автомобили. Похоже, большинство ребят уже приехали, потому что со стороны двора раздавались весёлые голоса, перекрикивания и странный шум. Их ждал тёплый приём. Улыбчивые Су и Но сразу же схватили Мэй и Мимори. - Нам нужны добровольцы! – Заявили девушки, занимавшиеся украшением коттеджа и небольшой территории за ним, выходящей к пляжу. - Танабэ-кун ещё ни разу не прикатил только с одной девчонкой! – Простонал кто-то из парней, завидев довольного фотографа. - Ему нужны, как минимум, две! У него ведь две руки! – Спошлил другой, чем вызвал дружное порицание и даже несильные удары по спине, но едва девушки отвернулись, как парни обменялись чеширскими улыбками. - …у нас тут гирлянда… - …нужно встряхнуть плед и подушки для кресел… - …и ещё фрукты… Сузу и Нори разбирали коробки, и Мэй с Мимори оказались в их отряде. - …в чьём багажнике гриль и барбекю?.. - …кто-нибудь может надуть фламинго?.. Только не того, что в прошлый раз оседлал Мабу-кун! У него шея узлом завязана!.. - …у Мабу-то? - …у фламинго, придурок! – Злой крик Мабу. Отсмеявшись, Мимори встретилась взглядом с улыбающимися девушками. - Будет здорово, если уговорим Эри приготовить коктейли – они у неё улётные! – Предложила Но. - В них улётная доза алкоголя, - согласилась Мэй. - Не переживай, - успокоила её Сузу, - мы напоим Танабэ-куна первым, чтобы ему было не до твоих танцев. - Однажды появится танцор круче, чем я. - Сомневаюсь, - хмыкнула Нори, не уловив в словах визажиста намёка, - эта гирлянда классно смотрится на веранде. Мимори-чан, ты не могла бы помочь нам с этим? Ты в шортах справишься без проблем. На остальных девушках красовались юбки и платья разной длины и всевозможных расцветок и тканей, в то время как брюнетка отдала предпочтение просторной кислотно-зелёной футболке и чёрным шортам-велосипедкам. Но Мимори согласилась бы, даже если её отправили бы надувать фламинго, наполнять формочки для льда или выполнять любое другое бесполезное занятие – она не собиралась вступать в открытый конфликт с Мэй. В конце концов, её сюда пригласила не она. Да и остальные ребята были не против её присутствия. Помимо работников студии среди веселящихся были и представители мира селебрити. Мимори узнала парочку моделей, а так же участников набирающего популярность бойз-бенда. С некоторыми из них она была даже знакома и, улыбаясь, кивнула на их приветствия. Кто-то из парней достал стремянку из кладовки, и, поблагодарив его, юная актриса принялась за дело. Убедившись, что лестница устойчива, девушка забралась на неё, опершись коленом о самую верхнюю ступеньку. Она была поглощена мыслями о предстоящем уикенде в компании этих ребят, поэтому до её сознания почти не долетала беззаботная болтовня парней с пляжа и милый смех девушек. Ей оставалось протянуть гирлянду на последний пролёт, когда к коттеджу подъехал ещё один автомобиль – ярко-жёлтый Wrangler без крыши и цельных дверей. Из внедорожника весёлой птичкой выпорхнула Айри и сразу же привлекала к себе внимание. Парни приветливо улыбались, а девушки восхищались её нежно-розовым модным костюмом, состоящим из полупрозрачного топа с длинными рукавами и мини-юбки с завышенной талией. Но взгляд Мимори невольно нашёл водителя. В отличие от своей спутницы Кей не спеша покинул джип, здороваясь с подошедшими к нему ребятами. Брюнетка стремительно отвела свой взгляд, чувствуя досаду. Ей следовало догадаться раньше, что Кей тоже может приехать. В конце концов, это она новенькая здесь. Ей не нравилось быть новичком. Совсем не нравилось. Её прошлые дебюты на различных вечеринках были не самыми удачными, если не сказать провальными. - Мимори-чан! Какая неожиданная встреча! – Айри легко поднялась на веранду и заметила девушку на лестнице. – Как им удалось тебя туда загнать?? Привет, Эри-чан! Коктейльчики уже готовы? Акира-кун, ты видел, где твоя модель? Мимори крепче сжала в руках провод гирлянды, мечтая затянуть его на шее болтливой блондинки. Не реагировать, не психовать. - Просто Мимори-чан не в юбке, - речь фотографа звучала так, будто он оправдывался, - Мимори-чан, нужна помощь? - Очень удобно предлагать свою помощь, когда она почти закончила, - кажется, этот голос принадлежал тому самому Мабу, знаменитому наезднику фламинго, - Мимори-чан, не разговаривай с ним теперь до конца дня. Брюнетка понимала, что нужно что-то ответить, что её неучастие в разговоре только убеждает Айри и Акиру в том, что ей не нравится её занятие. Актриса потянулась к углу веранды, но гирлянда, похоже, за что-то зацепилась, и она опустила руки. - Всё в порядке, мне немного осталось, - улыбка девушки вышла вежливой, - но «до конца дня» – это как-то чересчур, может, пару часов, Мабу-кун? - Ты знаешь, как меня зовут?! – Выдохнул юноша, расцветая. – Мимори-чан знает моё имя!! Она только что назвала меня по имени, вы это слышали? А можешь позвать меня снова? - Да-да, - Танабэ недовольно оттеснил улыбающегося до ушей парня от лестницы, к которой тот бросился, - выпей водички и охладись. Мимори-чан, это было беспечно с твоей стороны. Мабу – известная влюбчивая ворона. Он отдаёт своё сердце любой девушке, которая просто улыбнётся ему. - Эй, не говори так! Что обо мне можно подумать! Да ты сам!.. - Боже, Мимори-чан, ну, ты даёшь! Уже два поклонника! – Рассмеялась Айри. Если она пыталась разрядить атмосферу, то у неё ничего не вышло. Скорее наоборот. И брюнетке начало казаться, что Оно именно этого и добивалась. - Зачем Момо пыталась связаться со мной. – Низкий грубый голос, раздавшийся внизу где-то позади Мимори, вовсе не звучал вопросительно, хотя в этой фразе явно подразумевался вопрос. – В показе участвует Дая. Не она. - Блин. – Понизил голос Акира, и стало ясно, к кому обращался Мори. – Кей, она разрыдалась прямо в моей машине. Конечно, я дал твой номер. Я… забыл предупредить. Ты выслушаешь её? - Сказку о том, как она оказалась в отеле Мале , я уже слышал. – Мимори почувствовала, как сильная рука приподнимает лестницу вместе с ней, и резко опустила взгляд вниз, заметив, что Кей пропихнул ногой гирлянду, на которую встал один из склонов. – Знаешь что-нибудь об ответственности? Мори поставил лестницу, и брюнетка, легко потянув гирлянду вверх, встретилась изумлённым взглядом с не менее удивлённым Акирой. - К… Спасибо? – Поражённо выдохнула Мимори, и юноша с грубым голосом посмотрел на неё снизу вверх, будто только что заметил. - Пожалуйста? – Он спародировал её интонацию, и девушка мысленно застонала от того, как неуверенно звучал её голос. - То есть, разговаривать с ней ты не станешь? – Прервал их взгляды фотограф. - Я бы выслушал, скажи она правду. – Повернул к нему голову Кей. – Но Момо продолжает врать. С того момента, как сорвала съёмки. - Да, только когда она нас бросила, ты не плакал, взял другую модель. А она плачет, потому что теперь мы бросаем её – отказываемся с ней работать. – Выпалил Акира и только потом подумал, как это звучит со стороны. – В смысле, как насчёт второго шанса? Танабэ скосил взгляд на Мимори, и у неё внутри всё оборвалось. Так это что, правда? Слова того парня были правдой? Танабэ попросил, чтобы её оставили, а Кей согласился? Она теперь вообще не понимала, как вести себя. После их последней встречи и после того, как узнала, кем являлся этот парень с грубым голосом. Да, Акира действительно намекал, но девушка не знала, что намекал он немного на другое – то, что этой юной брюнетке Мори предоставил этот шанс, когда Синохара требовал разорвать контракт. Но в вопросе с Момо оставался непреклонен. Фотограф пытался понять, неужели дело было только в честности? - Ты не видишь разницы, - грубо пророкотал Кей, - и чтобы ты прекратил раздавать мой номер всем рыдающим на твоём плече, я объясню её тебе. Следуй за мной. Мимори крепко держала гирлянду и боялась шелохнуться. Она не должна была становиться свидетельницей этого разговора. Что, в конце концов, произошло тогда? Просил ли Акира? Соглашался ли с ним Кей? Кем они её считали? Копией этой Момо, с которой Мимори никогда не встречалась? Почему ей было не всё равно? Танабэ отошёл вместе с Мори к его автомобилю. - Я знаю, что выгляжу непоследовательным. Да, я разозлился, когда Момо сорвала съёмки – это задело моё самолюбие вообще-то. И да, тогда я говорил, что не хочу её больше снимать. Но она была в отчаянии, Кей! - Разумеется. Осознала, что натворила. - Я не понимаю, почему ты упрямишься. Когда я пришёл к тебе из-за Мимори, ты оставил её. - Так ты считаешь, что это было благодаря тебе? – Уточнил Мори, и в его голосе зазвучали стальные ноты. – Тогда тебе следовало сначала дождаться, пока она поплачет на твоём плече. Танабэ шагнул назад, начиная догадываться. - Ты не собирался слушать Синохару. – Наконец, дошло до фотографа. – Но я был уверен… «…дождаться, чтобы она поплакала на твоём плече…» - Она бы не пришла ко мне. – Почему-то эта мысль задела Акиру, и ещё то, что Кей это знал. – И ты всё равно оставил её. Но не Момо. - Меня не устраивает наплевательское отношение к работе. Она знала, чьё плечо выбрать, чтобы получить жалость. Фотограф почувствовал раздражение. Порой Танабэ забывал о том, какой этот парень на самом деле. И как же хотелось превзойти его хотя бы в чём-то. Он мог вызвать его «на ковёр» и всыпать по первое число за то, что фотограф повёлся на манипуляцию Момо. Но предпочёл поговорить с ним на равных. Кей всегда избирал нетривиальные пути решения проблем, это касалось и вопроса отношений с подчинёнными. Впрочем, в таком случае Акира был даже благодарен за простой разговор. Иногда парень выглядел не просто агрессивным, но устрашающим, а вкупе с его низким грубым голосом так вообще становилось не по себе. * * * Всё мысленные установки и наставления президента с Саварой-саном полетели в тартарары, едва он вошёл в студию звукозаписи. Высокий бледный блондин, в прошлом друг детства, теперь известный певец Фува Шо, уже четыре раза переносивший съёмки видео для записи ОСТа к «Скарлет». Во всех сообщениях, полученных от Шоко-сан, говорилось, что Фува-сан всё ещё восстанавливается после несчастного случая. Но это несчастное создание, пытавшееся вызвать жалость у окружающих к его персоне, походило на кого угодно, но не на наглого Шотаро. И Могами против воли почувствовала совершенно противоположное. Как он смел? После всего, что натворил, как мог вести себя подобным образом? Он издевался и глумился над Мимори, когда та пыталась принять свою отвратительную сторону и пойти другим путём. А сам хотел убедить остальных, что страдал незаслуженно. Но они были так похожи в этом, будто учились по одним и тем же книжкам – будто списывали друг у друга. Теперь Кёко действительно стало интересно, что с ним приключилось, и как он умудрился загреметь в больницу. Реакция Цуруги наводила на определённые мысли, но Могами верила, что Рен не стал бы утаивать, если бы встретился с ним. Однако в поведении блондина было очень много подозрительного. Например, Кёко осознала это только сейчас, он переносил съёмки до тех пор, пока Куросаки-сан не предложил студию за пределами агентства, и тогда больной певец чудеснейшим образом пошёл на поправку. Это звучало странно даже в её мыслях, но теперь Могами не могла уже отделаться от них – казалось, что Шо элементарно… боялся появляться в LME. Девушка видела, в каком радужном настроении пребывали представительницы женского пола в его ожидании, и ей хотелось сказать им: - Придите в себя. С теми, кто ему не нужен, он обходится высокомерно и заносчиво, наплевав на чувства. А тех, кого желает, наказывает ещё хуже. Не нужно было далеко ходить за примерами. И теперь этот страдалец с мученическим видом выслушивал стенания скачущих вокруг него девочек о том, как он похудел, как побледнел, каким измождённым выглядел. Бедный, бедный Шо-кун… Кёко встретилась взглядом с блондином. Он будто ждал чего-то от неё. Может, сострадания. Может, силился понять, знала ли она правду. Девушка посмотрела на аккуратные наручные часики. Она проторчала полтора часа в ожидании, пока он соизволит с опозданием явиться в студию. А потом просидела ещё сорок минут, пока вокруг него прыгали все, кому не лень. - Может, стоило перенести запись в очередной раз, чем превозмогать такие муки? – Поинтересовалась девушка с вежливой улыбкой на губах. Присутствующие в студии не поняли скрытой иронии, поэтому согласно загудели, но Фува уловил её прекрасно. - Спасибо за беспокойство, Кёко-чан, - вяло отозвался он, пытаясь держаться высокомерно, Шотаромерно, - но я уже восстановился и готов к работе. Получилось не ахти. В её глазах он больше не выглядел высокомерным, скорее, с большим трудом удерживающим остатки былого величия. - Могами-сан такая заботливая. – Закивали девушки. - И на правах заботливой Могами-сан хочу заметить, что у Хитоми-сан довольно почтенный возраст, чтобы вынуждать её так долго сидеть в коридоре, а у мистера Паркера скоро самолёт. – Произнесла Кёко, намекая, что если он готов к работе, то неплохо было бы уже начать. – Пора изобрести что-то вроде «заботливого пинка», вы так не думаете? Это могло бы стать моим прозвищем. Так как девушка продолжала говорить с любезной улыбкой на губах, никто не заподозрил никаких скрытых намёков, посчитав её слова забавными. И только Шотаро потёр ногу ниже колена, вспоминая реальный и довольно болезненный пинок, прилетевший ему в том лифте, обеспеченный этой милой девочкой. А потом произошедшее следом – как Цуруга вырубил его. И дальше. Тот… кошмарный… эпизод в клубе. Пробуждение после. Измождённая и нервная Шоко у его койки. Могами, не стесняясь, смотрела на певца, поэтому видела, как стремительно помрачнело его лицо. Сам Фува больше не пытался что-то рассмотреть в девушке. Она обещала Такараде-сану, что справится, и, видимо, сдержать обещание будет намного проще, чем она думала. - Что, все здесь? – В комнату заглянул Куросаки. – Полагаю, можем начинать. - Ура, - поднялась из кресла Савако, отдав мобильный, в котором что-то листала, своей ассистентке. По задумке режиссёра, клип должен был быть следующим. Ведущие актёры приезжают на звукозаписывающую студию, чтобы познакомиться с певцом и снять несколько кадров. Но тот вдруг начинает замечать некоторые странности. Эймс-сан, проходя мимо зеркала, не отражается в нём. Другой актёр с вожделением смотрит на сырое мясо, приготовленное в качестве закуски. Но певец не придаёт этому значения, списывая на разыгравшееся воображение, уверенный, что приехавшие артисты – просто актёры, пока не остаётся в студии наедине с Могами. Гаснет свет. А когда вновь загорается, перед ним стоит не Кёко, а… Скарлет. - Могами-сан, вам придётся кусать Шо-куна, - воодушевлённо простонала одна из ассистенток, - это та-а-ак романтично! - Хотите, могу куснуть и вас? – Любезно предложила ей Кёко с лучезарной улыбкой. – Шо-кун очень бледен сегодня, думаю, мне будет мало его крови. Ассистентка отшатнулась, а Куросаки рассмеялся и показал актрисе большой палец: - Только не так, как с Алексом, Кёко-чан, - попросил Ё и подмигнул, - а то некому будет записывать для нас песню. - Ха-ха, - произнёс Фува, не привыкший быть объектом насмешек, - очень смешно. Чем вызвал ещё больше веселья у японского режиссёра. - Шо, - напряжённо позвала побледневшая Шоко, ещё свеж был в памяти образ подопечного на больничной койке. - Успокойся. Это понарошку. Кёко-чан не собирается меня кусать. – Блондин перевёл взгляд на темноволосую девушку с янтарными глазами. - Думаешь, не укушу? – Поинтересовалась Могами, её прямой взгляд достиг певца. – Я сбросила тебя в бездну. Что мне какой-то укус. Шоко схватилась за сердце. Её полоснуло очень яркое воспоминание со съёмок клипа «Prisoner», где Кёко превращалась в падшего ангела. Могами видела, как Фува сглотнул и взялся за шею. А потом вздрогнул и отвернулся. Любопытно. Некто уже пытался добраться до его шеи? Перегрызть? Свернуть её? - Дайте нам ещё несколько минут, пожалуйста, - взмолилась менеджер блондина, взяв певца под руку и силой выводя в соседнее помещение. - Если не начнём через десять минут, я уеду, - предупредила Куросаки Савако, сложив руки на груди. - Подождём ещё немного, - попыталась убедить молодую женщину Хитоми-сан, - юноша действительно очень бледен, как заметила Могами-сан. - Вы считаете, что это наши проблемы, Хитоми-сан? – Осталась при своём мнении актриса. Куросаки вздохнул и подозвал к себе Могами. Девушка послушно встала рядом с ним, сжав и разжав кулачки несколько раз. - Что-то наш щегол сегодня слегка дёрганый, - криво улыбнулся Ё. - Вам известна причина, и вы не убедите меня в обратном, - спокойно отозвалась девушка, продолжив смотреть, как работники настраивают аппаратуру. Куросаки в шоке уставился на темноволосую актрису, округлив глаза. - Что за подозрения? – Выдохнул он. Кёко пожала плечами. Она не подозревала, она знала это так же верно, как основное тригонометрическое тождество. - Рен отрежет мне язык и пришлёт в подарочной коробочке на Рождество, - понизив голос, сообщил японский режиссёр. Но по неизменившемуся выражению на лице Могами понял, что не впечатлил её. - А Глеб точно вставит фильтр, - пробормотал себе под нос Ё. - Вот, - резко повернулась к нему девушка, её глаза загорелись, как у нашедшего ключ для сундука с сокровищами, - вот оно. Да? Ведь да? Куросаки закрыл глаза рукой. - Ты слишком сообразительна. – Он тряхнул плечами. – Пофиг. Скажу, что сама догадалась. Высокий японец собрался уйти, но почувствовал, как аккуратная ножка наступает на его ступню, и замер, переводя умоляющий взгляд на темноволосую актрису. - Кёко-чан, будь славной девочкой… - Начал он, но Могами достала из кармана накладные клыки Скарлет. - Я буду говорить, а вы кивайте, - приподняв бровь, предложила ему Кёко. Ё шумно выдохнул. - Под несчастным случаем могла подразумеваться, скажем… встреча – почему бы и нет? – встреча певца и нашего общего знакомого режиссёра? – Почти одними губами произнесла девушка. Куросаки напряжённо смотрел на актрису. - Я не говорила, что встреча была дружеской, - заметила Могами, и японец коротко кивнул. Кёко запустила руку в волосы. Если бы она могла ругаться, то… - Охренеть, - выдохнула девушка, всё же не сдержавшись, и Ё снова округлил глаза, - поэтому мы снимаем не в агентстве? Куросаки кивнул. - Рен в курсе, да? Ё неопределённо то ли кивнул, то ли повертел головой, и Кёко поинтересовалась: - Он тоже… был на встрече? - Ладно, - сдался брюнет, - я скажу, но поклянись, что откопаешь меня, где бы им ни вздумалось закопать. - По рукам, - не моргнув и глазом, протянула ладонь Кёко. Она думала, что услышит нечто другое. Но постаралась без ругательств дослушать до конца. Побывав в кабинете Такарады до Котонами и посмотрев на снимки, Ленсон задался вполне логичным вопросом, откуда они оказались у президента. Вряд ли папарацци были столь великодушны, что решили перед публикацией статьи оповестить главу одного из агентств. Вроде «вот, посмотрите, с этими фото мы собираемся организовать скандал для одной актрисы». Если бы эти фото перехватила служба безопасности, то Лори соответственно не допустил бы, чтобы фотографии стали достоянием общественности. Значит, их кто-то предоставил. Сложить один плюс один не составило труда, когда Глеб заметил спину белобрысого певца, сопровождаемого Себастьяном. Он просто нашёл его. Рен последовал за другом и обнаружил знакомый Кадиллак у одного из клубов. Цуруга был тем, благодаря кому перестали работать камеры. Он и вернул Ленсона в агентство. Потому что как только стало известно о том, что знаменитый певец загремел в больницу, в монтажную вошёл Сэдэо Морен. Который поинтересовался, где американский режиссёр находился в определённый промежуток времени. Парни из команды Глеба сообщили, что он всё время был с ними. Ворвавшийся следом Такарада обвёл взглядом помещение, задержав его на покрасневших костяшках пальцев американского режиссёра, и предупредил, что проверит достоверность информации. Ребята, конечно, немного струхнули, но даже не пискнули под строгим взглядом Лори. Как их босс был всегда за них, так и они стояли за него горой. Едва Такарада и Морен покинули монтажную, президент сказал последнему: - Сотри данные о его вылазке. - Уже. - Не хитри, - приказал Лори, - а если бы я не был столь великодушным? - Вы бы не были президентом. - Поразительно, как ты умеешь возвращать с небес на землю. Когда я разрешил предугадывать мои распоряжения? - Когда взяли меня на работу, Такарада-сан. - Ой, просто свали. – Поморщился Лори. – Позовите мне Себастьяна, он хотя бы не огрызается. - Значит, об этом, кроме президента и его службы безопасности, знаете только вы. – Подвела итог Кёко. - Теперь и ты знаешь, - напомнил Куросаки, - я один на дно не пойду, и не думай. Тебя Рен, максимум, шлёпнет по попе, а вот со мной у него будет более обстоятельный разговор. - Я же не виновата, что мой друг Куросаки-сан такая болтушка, - развела руки в сторону Могами, но крючок с наживкой уже был заброшен, и японец, разумеется, попался на него. - Как… ты сказала… твой друг? – Пряча улыбку в уголках губ, переспросил Ё. – Ты, правда, считаешь меня другом? - Считаю, - тихо ответила Могами. И Куросаки очень долго смотрел на неё, тронутый словами актрисы, но всё-таки вернул себя прежнего: - Будешь крёстной мамой нашего малыша? – Душевно предложил он. - Какого малыша?? – Изумлённо поинтересовалась девушка. - Ну, не сейчас, конечно, но в будущем, в теории, у меня и… - Начал Ё и заметил шок, всё больше проступающий на лице девушки. – Ты же в курсе, да? Когда мужчина и женщина создают семью… - Я в курсе! – Топнула ножкой Кёко. – Вы просто неисправимы. Могами покачала головой, понимая, что Ё, скорее всего, отыгрывается за то, что она настояла, чтобы он рассказал ей правду. - Не злись, я лишь подтрунивал. Ты очень прикольно реагируешь. - Когда Рен будет дарить на Рождество ваш язык, считайте, что это подарок от нас двоих. - Это слишком кровожадно, Скарлет-чан. – Улыбнулся японец, но улыбка вышла чуть нервной. – Мне не терпится уже начать съёмки. Раньше сядешь – раньше выйдешь, да? Кёко снова покачала головой, в мыслях возвращаясь к Канае. * * * Пляжная вечеринка была в самом разгаре, когда к ним присоединилась Таэ. Высокая брюнетка открыла багажник, доставая ещё несколько упаковок различных напитков. Мимори, которая давно закончила с гирляндой и после страдала без дела, решила ей помочь. - Добрый день, - поклонилась девушка и, сумев подхватить упаковку с лимонадом в жестяных баночках, уточнила, - к столу или в коттедж? - Мимори-сан, - поздоровалась с ней Таэ и благодарно улыбнулась, - лимонад можно сразу на пляж, думаю, ребята уже хотят пить. Девушки лежали в шезлонгах. Кто-то загорал, кто-то прятался под зонтиками. Парни же, натянув сетку и поделившись на две команды, играли в волейбол. Расставив бумажные стаканчики, Мимори и Таэ принялись разливать напитки. Кто-то подходил сам, кто-то просил, чтобы ему принесли. Наполнив ещё несколько стаканов, Мимори подняла голову и заметила вдалеке Кея, стоявшего у своей машины. Прислонившись к водительской дверце, высокий юноша разговаривал по телефону. На нём была светлая широкая рубашка с закатанными рукавами и длинные шорты цвета верблюжьей шерсти, солнцезащитные очки. Девушка подумала, что он, скорее всего, тоже был бы не против выпить чего-нибудь. Брюнетка заметила, что Таэ собирается к машине за последней упаковкой, и протянула той две бутылки воды, кивнув в сторону Кея. Таэ понятливо кивнула в ответ. - Сегодня жарковато, - заметила она, делая глоток из своей бутылочки, - выпей тоже. А после направилась в сторону Мори. Мимори повернулась, чтобы проверить, не остался ли кто-то ещё без напитка, и её окликнули Акира и Мабу. Кей снял с носа очки, вопросительно приподняв бровь, когда Таэ протянула ему бутылку. Высокая брюнетка любезно улыбнулась: - Наша гостья не такая уж заносчивая, как утверждала Айри. Она мне нравится. Можно я буду думать, что я ей тоже? - Мэйлин очень быстро сменила лагерь. – Немного безжалостно заметил парень, желая отрезвить свою помощницу. - Думаю, мне известна причина. – Улыбка Таэ не дрогнула. – Но мне это не грозит. Больше не грозит. Ты думаешь иначе? - Решать тебе, - ответил парень. «Решать тебе», - сказал ей этот же парень год назад. - Ну да, ведь Танабэ Акира – мой бывший, а не чей-нибудь. На твоём лице написано «я предупреждал». - Предупреждал, - эхом повторил Мори, не отрицая. - Ты сказал влюблённому по уши человеку «ты пожалеешь»! – Всплеснула руками Таэ. – Кто вообще так предупреждает? Кей промолчал, и девушка пробормотала: - Хочу понять, чего добивается Акира, и почему Мимори приняла его предложение. Полагаешь, она могла им увлечься? А он? Парень не спешил с ответом, и Таэ погрузилась в собственные мысли. Только Кей знал, что она и Танабэ не встречались по-настоящему, а всё время – почти полгода – просто уверяли всех окружающих в служебном романе. Акира пытался отделаться от приставучей поклонницы и попросил её притвориться его девушкой. Она чувствовала к нему влечение. Да и кто бы не почувствовал? Успешный, уверенный в себе красавчик, мастер своего дела, а не пустозвон. Всё это время он не был влюблён в неё, пропадал с другими девушками на вечеринках, тусил со своими собственными друзьями, а когда пришло время расставания, Таэ переросла своё увлечение. Но вот сам Танабэ уже не был готов отпустить её. Поняв, что с его замом происходит что-то ненормальное, Кей вытащил девушку на откровенный разговор, и она призналась ему, в чём была причина её странного поведения. Сообщила, что фотограф просит стать его девушкой, ну… понарошку. Тогда-то Мори и сказал ей, «ты пожалеешь». Только в фильмах показывают, как двое, притворяясь, в конце концов, становятся настоящей парой. Побывав в шкуре фальшивой девушки Акиры, Таэ крупно разочаровалась и не хотела больше взаимности от Танабэ. После того, как она уверенно рассталась с ним, фотограф сверлил её колючим обескураженным взглядом, будто не мог понять её поступков. Может, и правда, не мог. - Увлечение – слишком ненадёжное чувство. Оно может перерасти во что-то стоящее, а может рассеяться, как утренний туман. – Наконец, произнёс Мори. – Чего ты страшишься? Девушка вздохнула. Она хотела надеяться, что ошибалась. Поэтому не стала озвучивать свои опасения. Кей наблюдал, как к скамейкам и автомобилям стали подтягиваться ребята. У Таэ загорелись глаза – они оба знали, к чему всё идёт. Подлетев к своему кабриолету, Акира открыл багажник, и подошедшая вместе с другими Мимори увидела, как он достаёт оттуда один за другим… гироскутеры. Видимо, на её лице отразилась целая волна непередаваемых эмоций и воспоминаний, потому что фотограф, заметив это, заулыбался: - Похоже, ты знаешь, что это за штуки. Каталась на таких? - Эм, ну… падала с них. – Неловко призналась девушка, сейчас ей бы не помешала какая-нибудь компания девушек, которые занимались бы чем-то другим, и она могла бы присоединиться к ним. Но, увы, все они расселись на скамейках у дорожек, хохоча и подбадривая парней. Видимо, собирались смотреть, как парни катаются. - Так давай с нами! – С энтузиазмом предложил Танабэ, и Мимори завертела головой. - Это не лучшая идея, Акира-кун. – Она даже не смогла улыбнуться. – Поверь мне. - Брось. Это не сложно! Нам будет весело! «Давай же, Мимори-чан! Ты что, трусиха? Нам будет весело!» - Именно так начиналось большинство вечеринок, на которых девушка была вынуждена участвовать в том, в чём не хотела. Друзьям же будет весело, как она могла портить это веселье? - Пожалуйста, - предприняла ещё одну попытку брюнетка, попытавшись взглядом передать фотографу, что ей самой не будет весело. Но воодушевлённый Танабэ вертел головой, перекрикиваясь с ребятами, и не обратил на умоляющий взгляд Мимори никакого внимания. - Ну же! – Парень кивнул на жёлтый гироскутер, находящийся прямо у ног актрисы. Девушка смотрела на исчадие технологической эпохи, вспоминая каждое падение в замке Лори Такарады и руку его молчаливого помощника на своём локте, приводящую её в вертикальное положение, поэтому практически не слышала подбадривающих выкриков Айри, сидевшей сейчас с остальными девушками. Мимори шагнула назад, и Танабэ, считая, что она ребячится, рассмеялся и, подхватив девушку, поставил её на доску с колёсиками. - Нет... нет! - Выдохнула брюнетка, когда фотограф отпустил её, и гироскутер тут же пришёл в движение. Девушка поняла, что земля уезжает из-под ног, и, покачнувшись, наклонилась вперёд, чтобы удержать равновесие, но не устояла и рухнула коленками прямо на асфальт. Акира слишком поздно протянул руку в попытке её поймать. Сжав зубы, она попыталась игнорировать смех парней и девушек, доносившийся до неё. От боли и досады ей хотелось захныкать. А ещё накричать на Танабэ. - В первый раз всегда так! – Смеясь, фотограф поднял девушку на ноги. – Дубль два! - Не надо, - попросила Мимори, пытаясь освободиться от его удерживающих рук. Но парень был неумолим, он вновь потянул девушку на себя, вынуждая встать на доску. И едва Акира отпустил её, попыталась сойти с неё, но колёсики поехали, и брюнетка, пискнув, полетела назад, больно стукнувшись локтем о стоявший рядом кабриолет фотографа. Схватившись за ушибленную руку, Мимори часто заморгала. - Попробуем ещё раз! Что с твоей координацией? - Давай по очереди, Акира-кун, - сквозь зубы попросила брюнетка, надеясь отсрочить получение очередной травмы. Сосредоточившись на том, чтобы не заплакать, Мимори не видела, что Кей перевёл взгляд на Таэ, и та кивнула, а потом вдруг громко произнесла: - Предлагаю заезд! Кто придёт вторым – занимается уборкой! - Парни, мы обязаны отстоять нашу свободу! Пусть уборкой занимается тот, кто это предложил! – Тут же воскликнул Танабэ, оставив юную брюнетку в покое, и Мимори выдохнула с облегчением. - Первым приедет Акира-кун! – Тут же воскликнула Эри. - Таэ-сан тоже отлично катается! – Парировали Су и Но. - Акира ещё ни разу не приезжал вторым, - заметила Мэй. - Делаем ставки! – Засмеялась Айри. Мимори отошла к одной из свободных скамеек и опустилась на неё. Девушка осматривала ушибленный локоть и саднившие ладошки, особенно правую – её она повредила сильнее. Рядом с ней кто-то поставил на скамейку бутылку воды и аптечку. Брюнетка вскинула голову и с удивлением посмотрела на Кея, задумчиво смотревшего на её ноги. Хорошо, что погода была ясной, и лёгкий румянец легко можно было списать на долгое пребывание на солнце. Она не сомневалась, что он видел её позорные попытки. Но парень продолжал как-то странно смотреть, поэтому девушка опустила глаза вниз и охнула – по её правой ноге вниз от колена стекали струйки крови, левая выглядела заметно лучше. Брюнетка прикрыла глаза, вот почему Кей так пристально смотрел на её колени и почему принёс аптечку. - Спасибо, - вздохнула Мимори и потянулась, чтобы достать антисептик и вату. - Значит, падала, - заметил Мори, смотря, как девушка приподнимает ногу, чтобы кровь не потекла ниже, - кто тебя только учил. - Такарада-сан. – Тихо призналась брюнетка, откручивая крышку флакона с антисептиком. – Но не рассказывайте ему, что я тут вытворяла. - Думаю, он умыл руки. Падать ты не умеешь, - резюмировал высокий юноша, присаживаясь перед ней на корточки. - Тогда я не хотела учиться. И не слушала его уроков. – Девушка вылила немного раствора на ранку и ахнула от сильного жжения. - Что ты делаешь? - Я думала, это перекись водорода! – Выдохнула она, крепко зажмурившись. - Это спирт. – Кей нашёл бутылку на скамейке и, взяв ногу девушки под коленом, щедро полил водой. Мимори уткнулась лбом в сгиб локтя, шмыгая носом. Жгло так, будто к коже прислонили раскалённый прут. Сквозь боль она чувствовала лёгкие щекочущие касания ватного диска вокруг раны. И тепло длинных пальцев и широкой ладони, по-прежнему удерживающей её ногу под коленкой. Сейчас ей хотелось только одного – добраться до своего мобильника и вызвать такси, чтобы свалить как можно дальше. И не позволять себе дрожать даже от таких простых, даже скорее необходимых касаний. Кей взял руку девушки за запястье и осмотрел левую ладонь. Поняв, что она не пострадала, парень вложил в неё салфетку. И Мимори отвела взгляд, крепко сжав её в руке. Конечно, он увидел влагу на её ресницах, когда она убрала руку от лица. Пока брюнетка вытирала глаза, Мори перешёл к её правой руке. Обработав ссадину, он прилепил широкий прямоугольник лейкопластыря и аккуратно провёл по ладони большим пальцем, проверяя. И снова щекоча. Мимори вздрогнула, когда подушечка его пальца задела её ещё до конца не сошедшие мозоли. Ей захотелось сжать кулаки, чтобы спрятать это. У девушки не должно было быть таких рук. У актрисы не должно было быть. Но она просто продолжала сидеть, чувствуя прикосновение и глядя в глаза цвета охры. О чём он думал? Почему ей хотелось это знать? - Зачем каталась, если не хотела? – Вдруг поинтересовался низкий грубый голос. – Ты не умеешь говорить «нет»? Мимори открыла рот и закрыла его. Ей очень хотелось бы сказать ему, что это не так. Мори встал, выпустив её руку, и захлопнул аптечку, вернув ту в свой джип. - Умею, - неуверенно отозвалась девушка. - Давай послушаем. - Говорить «нет» малознакомым людям, и говорить «нет» друзьям – не одно и то же. Им может не понравиться это, и в следующий раз меня не позовут. – Выпалила Мимори и резко замолчала. - Так ты поэтому приняла предложение Акиры? – Осведомился Мори. «Не поэтому», - хотела она ответить. И только тут задумалась, о чём Кей спрашивал. Ему не нравилось… её присутствие здесь? Или нет? Девушка отвернулась, уставившись себе под ноги. - Я согласилась, не подумав. – Тихо призналась брюнетка, и это было правдой. Ей было легче кивнуть Танабэ тем вечером, чем объяснять, почему она не может или не хочет. Легче было подписаться под чем угодно, чем взвесить все «за» и «против», и только потом дать ответ. Совершать необдуманные поступки она так и не перестала. И Кей только что очень реалистично ей это продемонстрировал. И она действительно сама ввязывалась во все глупые и сомнительные игры на тех бесконтрольных пьяных вечеринках, боясь показаться скучной своим псевдоподругам. - То есть, собираешься и дальше падать и не пытаться встать самостоятельно. Мимори посмотрела на парня. Его слова снова не звучали вопросительно, но она слышала его. - Нет. Они смотрели друг другу в глаза, а потом Мори молча повернулся к автомобилю и достал ещё один гироскутер. Набрав в лёгкие побольше воздуха, Мимори сглотнула и не торопясь поднялась со скамейки, подошла ближе. - Принцип работы знаешь? Девушка кивнула. - Тогда увереннее. Одна рука парня легла ей на живот, а другая чуть выше поясницы. - Не наклоняйся так сильно. Без резких движений. Руки Кея передвинулись, и высокий парень, приподняв девушку, поставил её на борд. И Мимори интуитивно ухватилась за его предплечья. Но Мори продолжал её держать. Не смотря на то, что актриса стояла на гироскутере, парень всё равно был выше, и теперь её глаза смотрели на место, немногим выше его губ. - Балансируй. – Произнесли эти губы, на которые невольно скользнул её взгляд, и широкие ладони переместились с её талии, чтобы поддержать под локти. Мимори резко отвела взгляд и уверенно нажала носками на переднюю часть площадок, и гироскутер дёрнулся вперёд, но Кей не отступил. - Не спеши. Теперь назад. Девушка опустила пятки, и устройство откатилось вместе с ней. - Ещё раз. Она повторила ещё несколько наездов и отъездов, пусть пока что не превосходящих длины их вытянутых рук, за которые они всё ещё держались. Мимори старалась удержаться, но улыбка от нечаянной радости, что у неё стало получаться, всё равно преобразила её личико. - Разворот. - А если просто слезть и… - Правый носок и левая пятка вниз. Одновременно. Брюнетка затаила дыхание, выполняя приказ. Но – о, чудо! – её тело вместе с доской под ногами неуверенно, но всё-таки повернулось вокруг своей оси. Кей не выпускал её правой руки, пока не подхватил левую, когда у девушки получилось развернуться. - Божечки, - она едва не смеялась, у неё получалось! - Отпускаю, - предупредил парень, и брюнетка приготовилась. Мори выпустил руку актрисы и сделал несколько широких шагов назад, махнул ей ладонью, предлагая подъехать к нему. Юная брюнетка так сосредоточилась на деле, что от напряжения даже высунула язычок. У неё не сразу получилось затормозить, но она сумела остановиться, не врезавшись в Кея, и широко улыбнулась ему. Тот кивнул и отозвался: - Обратно. Мимори задумалась. Позади не было Мори, чтобы остановить её движение, если что-то пойдёт не так. Поэтому брюнетка аккуратно развернулась, отъехала на достаточное расстояние и снова развернулась с довольным выражением на лице. «Пусть лучше хитрит, чем падает», - решил юноша и снова кивнул. Когда девушка подъехала обратно, Кей подал руку, чтобы помочь слезть, и, ухватившись за неё, Мимори заметила: - Ты не катаешься? – Кивнув в сторону дорожек с ребятами, которые участвовали в заезде. Она не сомневалась, что Мори мог бы посостязаться в этом даже с Себастьяном. - Мне больше по душе, когда колёса расположены немного иначе, - отозвался парень, приподняв уголок губ, намекая на свой байк. И девушка вспомнила, как сидела на этом байке позади него в день их первой встречи. И, ну, обнимала его за талию, прижималась к его широкой спине… - Учишь нашу Мимори-чан кататься? Здорово! – Неожиданно воскликнула рядом с ними Айри, и им пришлось повернуться к подошедшей девушке, которая тут же надула губки. – А меня не учил. - Ты падаешь даже с велосипеда, - заметил Кей и придержал локоть Мимори, когда та шагнула на землю. - Он прав, - вздохнула Айри и кокетливо посмотрела на парня, - у меня паршивая координация. Но Кей убирал гироскутер в машину, не глядя на подругу, и светловолосая девушка повернулась к актрисе: - Сейчас закончится гонка, не хочешь поучаствовать в следующей? - Хочет, - отозвался вместо актрисы Мори, - ещё же остались не травмированные конечности. Мимори опустила взгляд на свою забинтованную правую коленку и покрасневшую левую. Айри проследила за её взглядом. - Ты похожа на сорванца, - хихикнула блондинка, снова делая вид, что пытается разрядить атмосферу, - сколько тебе там лет, напомни? Брюнетка хотела осведомиться, на кого была похожа сама Айри, когда училась кататься на велосипеде и не преуспела в этом. Но постаралась успокоиться. Не хватало только поссориться с Оно и выглядеть неблагодарной девчонкой. Со стороны ребят раздались радостные вскрики и стоны поражения. - О, кажется, Таэ победила. Не расстраивайся, Мимори-чан. Нашедшая взглядом улыбавшуюся высокую брюнетку актриса удивлённо повернулась к Айри. - Ты ведь болела за Акиру-куна, я знаю. Она делала это нарочно. Поняла Мимори. Чтобы Кей слышал их разговор. Делала с неприкрытым глумлением победителя – Айри была с ним. Она в очередной раз пыталась убедить девушку в этом. Слишком настойчиво пыталась убедить. А всё их общение в последнее время выглядело более чем странным. Будто Айри пыталась задеть её и нарваться на злые ответные слова и, как следствие, ссору. И вспомнила похожее ощущение. После слов Мэй. Мимори вдруг притормозила, следуя за остальными на пляж. Ничего удивительного в том, что отношение девушки-визажиста к ней изменилось, не было. Но на то была вовсе не одна причина. Ей было удобно делать вид, что она не понимает поведения фотографа, пока не разберётся, как к этому относиться и что с этим делать. И она снова поступала так, как было удобно ей самой. Вот, что имел в виду Кей, говоря про падения – каким глубоким было дно её эгоизма? - Мимори-чан, ты так сильно ударилась? – Танабэ притормозил, заметив, что она отстала, и кивнув на её перебинтованное колено. – Прости меня. Тебя понести? Может, возьмёшься за руку? - Это ты… прости меня, - произнесла вдруг девушка, - Акира-кун. И Танабэ нахмурился, брюнетка смотрела на него, но как будто бы сквозь него. - За что? Она так сильно обрадовалась отсутствию разочарования в его глазах, что увидела в этом свою возможность. - Прости, что мы по-разному смотрели друг на друга. Я искала общения и игнорировала то, что искал ты. Что бы это ни было. Она знала, что сейчас потеряет его – не очередного и не близкого человека в своей жизни – но того, в ком увидела свою возможность. Вот только больше не хватало наглости, чтобы ухватиться за эту возможность и использовать. Танабэ шагнул к ней ближе. - Что ты хочешь сказать? - Что я уезжаю. Сейчас. Фотограф смотрел на Мимори, она выглядела совсем неважно. Ему захотелось удержать её и расспросить подробнее о сказанных ею словах. - О чём это вы тут секретничаете? – На их плечи легли руки Мабу, и парень втиснулся между ними. – Танабэ-кун, тебе пора отрабатывать наказание. - Можно было и не напоминать, - сквозь зубы процедил Акира. - Иди, я сам провожу Мимори-чан на пляж, - заявил ему парень, но Мимори вмешалась в их диалог: - Мне жаль, Мабу-кун, но я уезжаю. - Это ещё почему? – Удивлённо воскликнул он. – Акира-кун, ты что, собирался отпустить Мимори-чан? - Мне правда нужно ехать, - настойчиво повторила брюнетка и сняла руку Мабу со своего плеча. Но парень тут же вернул её обратно: - Ну, вот что, ты наверняка проголодалась, а на пустой желудок, как известно, в голову лезут очень странные мысли. После ужина всё обдумаешь и, возможно, тебе уже не захочется бросать меня здесь в одиночестве. - Мабу-кун, - позвал парня Танабэ, - ты где успел найти выпивку? - Так Эри замутила вкусняшки, пока вы там на треке мерились своими... Ай, не приставай к нам и займись уже уборкой. Или я позову Таэ-ча-а-ан! - Эй, - голос Акиры изменился в корне, - следи за языком. Мимори перевела взгляд с одного парня на другого, ей не нравился их агрессивный настрой. - Ладно, Мабу-кун, - произнесла она, - давай я провожу тебя на пляж. Перед отъездом ей нужно было попытаться поговорить ещё с одним человеком. * * * Риан спасла Амамия. Поднявшись на второй этаж, подруга позвала Канае, и американская певица бросилась к ней, едва не закричав: - Вы тоже! Вы тоже снимались в фильме Глеба! Ваша игра покорила меня! Думаю, теперь я стану вашей фанаткой! - С ней всё в порядке? – Натянуто улыбаясь, уточнила Чиори на японском, опасаясь за артистку, чей разум, кажется, пережил нечто шокирующее. - Мисс Картер изъявляет желание стать твоей поклонницей, Амамия-чан, - от былой Кошмарной королевы не осталось и следа, речь Котонами звучала любезно и уверенно. - В самом деле? – Пробормотала Чиори, чувствуя подвох. – Что ж, в таком случае, благодарю вас. Риан улыбнулась той ещё шире и, казалось, была готова вцепиться в девушку с воплями «Уведите меня отсюда!» - Как вам вечер… мисс Картер? – Чиори пыталась вести себя с той же непринуждённостью, что и Канае, но ведь они не были даже представлены друг другу. - Замечательный! Невообразимый! Я очень давно не посещала подобные мероприятия, и забыла, как тут… атмосферно. Правда, высоковато. - Прошу прощения? - Здесь. Я имею в виду на балконе. Не окажете мне услугу? Я очень хотела бы спуститься вниз. И как можно быстрее. - Вам… нехорошо? – Среди бровей Чиори пролегла складка, и девушка перевела взгляд на подругу. - Полагаю, мисс Картер боится высоты. Не все страхи вéдомы нам с самого детства, верно? – Произнесла Котонами, она владела собой лучше, чем кто-либо из присутствующих. – Кошмары снятся в любом возрасте. Свои она помнила слишком хорошо – она видела их наяву. - Действительно, - закивала Риан, не смотря на темноволосую девушку, - поэтому, давайте пойдём вниз, да?.. - Не уверен, что сам это видел, но… - Раздался голос Хироши-куна, и спустя мгновение перед ними возник и сам парень. За ним на второй этаж поднялся Джейсон Каске и мистер Купер, а следом… Глеб Ленсон. - Думаю, девушки утомились и решили немного отдохнуть, - Джейсон шагнул к Чиори, взяв девушку за руку, и та перевела на него взволнованный взгляд, - что за паника, Хироши-кун? - Мне показалось, что… - Начал парень, но шатенка его перебила. - Глеб, - вдруг выдохнула Риан и устремилась к светловолосому режиссёру, - у меня… кружится голова… Ленсон поймал нарочно споткнувшуюся девушку под локоть и вложил её руку в ладонь стоявшего рядом с ним менеджера Джейсона, который часто заморгал, уставившись на молодого человека. - Мистер Купер, будьте любезны, - голос Глеба звучал нейтрально, - проводите леди на воздух. - Разумеется, - машинально ответил воспитанный мужчина. - Но… Но… Глеб, ты… - Риан переводила изумлённый взгляд с Ленсона на Котонами и обратно. – Ты не знаешь… Ты не знаешь! Мне нужно с тобой поговорить… Она только что чуть не… - Мистер Купер, - поторопил Эммета режиссёр, и тот увёл шокированную американку за собой. Канае смотрела на всех по очереди. На Джея и Чиори, на Хироши и потом на Глеба, стараясь не задерживаться на последнем. Но её взгляд, точно осязаемая материя, самовольно цеплялся за него, не желая двигаться дальше. Теперь он был не в другой стороне зала, а лишь в нескольких шагах от неё. Но так было ещё хуже. Ленсон тоже смотрел на неё, прямо и… поразительно. - Что такое, Джей? – Поинтересовалась Чиори, когда шаги Риан и мистера Купера затихли на лестнице. – Что-то… случилось? Хироши побледнел, чувствуя, что конкретно подставился. Ему показалось, что этой красивой иностранной певице нужна помощь – Котонами-сан его пугала! Но он не ожидал, что всё произойдёт таким образом. И что на балконе уже окажется Амамия-сан! Каске перевёл взгляд на парня, прячущего глаза. - Хироши предложил пройтись по галерее второго этажа. – Отозвался блондин. – Утверждал, что мы найдём здесь весьма занимательные картины. - Сообразительным мальчикам хватает одного предупреждения, - ровным тоном заметила Котонами, глядя на парня, она ведь его, правда, предупреждала. - М-мне просто… показалось! – Воскликнул Хироши, ему стало не по себе от взгляда потемневших, как воды перед бурей, синих глаз. - Нужно меньше смотреть ужастиков, - произнёс Ленсон, и с этим взглядом режиссёра юный актёр тоже предпочёл бы не встречаться, - чтобы не мерещилось всякое. Раз уж ты впечатлительный юноша. Чиори и Каске смотрели на Глеба и Канае. Эти двое не прятали глаз друг от друга. Стояли не так уж и далеко, но так, что если кому-то захотелось бы сделать фото – откуда ни посмотри – между ними на снимке будут стоять Амамия, Джей и Хироши. Чиори неосознанно крепче сжала руку Джейсона. Не нужно было быть гением, чтобы понять, что за футболка была сегодня на Котонами. Амамия видела глаза Ленсона, когда брюнетка вошла в зал. Как и заметила тёмную полоску на запястье светловолосого режиссёра – резинку для волос, что некогда собирала густые тёмные локоны. Это было невыносимо. Амамии захотелось прогнать Хироши-куна, чтобы они смогли сказать друг другу хоть слово, не опасаясь, что это слово сочтут неуместным для разговора актрисы и режиссёра. - Что ж, Хироши-кун, - спокойным тоном позвала Канае, - давай пройдёмся по галерее и посмотрим на картины. Вдруг мы действительно найдём некоторые из них занимательными. Чиори наблюдала, как её подруга берёт под руку онемевшего от страха парня и вместе с ним направляется прочь. Амамия посмотрела на Глеба, морозным взглядом скользнувшего по спинам ушедшей пары, а потом на Джея. Они оба видели, поняли это. Не было никаких сомнений. Канае. Она носила не только его футболки, но и его лёд тоже. Между тем, Канае считала шаги. Первый, второй, третий… Дальше. Шагай. И не смей оборачиваться. Ты знаешь, что не должна. Ей следовало уйти. Чем ближе он стоял, тем выше был соблазн. Проявить свои чувства и ввергнуть их обоих в пучину хаоса. Он бы справился, а его семья? Ей показалось, что мир пошатнулся. Её собственный, возможно. Но она не имела права рушить чужие. - Итак, - вкрадчиво начала Котонами, - что же, по-твоему, произошло, что ты привёл целый отряд спасателей для нашей американской гостьи? Её не интересовала подобная ерунда, он мог напридумывать каких угодно сказок. Она поможет ему – продолжит любую и заставит поверить в её реальность. - Ко-котонами-сан… - Быстрее. - Мне… Мне просто показалось, что вы хотите… что можете… сбросить её с балкона… - Простонал парень, признаваясь. Да, могла. И нет, на этот раз всего лишь придушить. Но как идея – неплохо. Собственно, юноше знать об этом не полагалось. - Я тебя сейчас сброшу с балкона, - устало предупредила брюнетка, - что происходит в твоей голове? - Ну, Хиорин-сан так и не вернулась на вечер… Думаю, она в слезах покинула нас… Они дошли до поворота, и Канае скосила глаза в сторону, заметив, что балкон, на котором они находились до этого, опустел, значит, Глеб и Чиори с Джеем уже спустились вниз. - Отлично. – Сказала она, повернув обратно. – Не сразу, но до тебя дойдёт, что весело было бы вовсе не тебе. Ты и другие, пошедшие у неё на поводу, словно клоуны, разыгрывали бы перед ней представление. - Хиорин-сан лишь хотела… - Только не говори, что действительно думал, будто режиссёр станет выполнять её желания. Или чьи-либо. «…ты получишь всё, о чём попросишь…» Канае тряхнула головой, прогоняя видение, стараясь не дрогнуть от звучания голоса в этом видении. - Нет, как раз так я не думал. – Признался Хироши, останавливаясь, когда они вернулись обратно к первому балкону. За время работы с Ленсоном, парень хорошо уяснил, когда можно шутить, а когда не следует. - Значит, не всё так плохо. - Прошу прощения, Котонами-сан, у меня действительно разыгралось воображение. Нет. Ты видел то, что видел. И если бы не та странная леди, то увидел бы больше. Похоже, чувствовать благодарность в данной ситуации, а не раздражение от упущенной возможности, будет лучшим решением. - Я уже… говорил… Хиорин-сан иногда… Канае хотела ответить, что не иногда, а постоянно, но замерла. Ей снова показалось, что мир перед глазами содрогнулся. Или это… в её глазах? Брюнетка осмотрелась, но всё было на своих местах. Цветы в вазах. Картины на стенах. И тут опять, но на этот раз дрожь ощущалась явственнее. - Ч-что происходит? – Недоуменно пролепетал парень, переводя на Котонами обескураженный взгляд. - Землетрясение? – Будто себе под нос пробормотала актриса, но юноша её услышал. - Не здесь же. Передавали, что возможны слабые толчки, и мы ничего не почувствуем. - Может, и так, - пробормотала Канае, задумчиво осматриваясь, люстры раскачивались всё сильнее, вино в бокалах дрожало, едва не расплёскиваясь, - но, думаю, нам лучше спуститься. Парень испуганно крутил головой и посмотрел с балкона вниз, разговор людей будто стал тише. А потом раздался оглушающий звук, похожий на хлопок или скорее взрыв, и всё вокруг не просто задрожало, а затряслось, придя в движение. - Спускаемся, - напряжённо позвала парня Котонами, направившись к лестнице, идти по дрожащему полу на шпильке было почти невозможно, и тут раздался подозрительный скрежет. Обернувшись, Канае замерла и перевела взгляд на застывшего от страха Хироши. - Быстро иди сюда, - позвала она, понимая, что балкон – не самое устойчивое место. - Кажется... пол движется... - Да, - кивнула Котонами, боковым зрением заметив, что с этим самым балконом что-то не так, - и ты движешься. Ко мне. Ну же. Парень сделал неуверенный шаг, и снизу что-то хрустнуло, а потом через всю плиту, представляющую собой выступающую часть балкона, прошла трещина, и плита надломилась. Закричав, Хироши начал падать назад, и Котонами тут же бросилась к нему. Она едва успела схватить парня за руку, упав на живот и стукнувшись им о пол, а плечом – о перила. Хироши висел в нескольких метрах над полом, а под ним разверзалась настоящая вакханалия. Людской поток целенаправленно устремился к выходу, со столов падали тарелки с угощениями и бокалы, с потолка начала осыпаться не только штукатурка, но уже отрывались и падали целые куски, в воздух поднялась пыль. Здание рушилось. Котонами сжала челюсти, парень держался за её запястье, делая очень больно. Девушка понимала, что долго в таком положении она продержаться не сможет, как и понимала то, что сил затянуть его наверх у неё тоже не хватит. И ей очень не нравился потрескивающий неравномерный звук от железных прутьев, торчавших из разлома плиты. - Только не отпускай меня! – В панике взмолился Хироши. - Ты можешь... ах... попробовать подтянуться?.. - Через силу произнесла Котонами. - Не могу... Не могу!.. - Парень задёргался, и Канае поняла, что если что-нибудь не предпримет – он просто стянет её вниз вместе с собой. Девушка просунула ногу между перилами и крепко зацепилась за них коленом. Но ушибленное плечо отказывалось выполнять команды брюнетки, и Канае не смогла подать юноше вторую руку. * * * «Могами не соглашается стать крёстной нашего первенца. Я плачу ТТ». - Серьёзно, - простонала Киара, но улыбка против воли заиграла на её губах. Когда они с Ё разъезжались по делам, он бомбардировал её бедное сердечко сообщениями с шутками или милашеством. Но едва они оставались наедине... Вчера она лишь успела переступить порог его квартиры, как оказалась в крепких объятиях. Ураган «Куросаки Ё» налетел на неё горячими поцелуями, объятиями и… Ей хватало одной мимолётной мысли об этом, чтобы её сердце пускалось вскачь. «Я её уговорю», - пообещала в ответном смс Сесса, зная, что повеселит Куросаки. И оказалась права, объект её романтичных дум хмыкнул и повернул дисплей мобильного к Кёко, чтобы та могла прочитать. - Вы друг друга стоите, - улыбаясь, девушка вернула японскому режиссёру его же собственную фразу, которую он сказал им с Реном, когда узнал об их отношениях. Могами занималась просмотром отснятой сцены, в которой она превращалась в Скарлет. Похоже, выражение её лица было достаточно свирепым, да ещё нужные спецэффекты добавили кошмарности – Шо выглядел так, будто чувствовал себя не в своей тарелке, хотя снимать фэнтэзи-клипы ему было явно не впервой. - Жаль, что мы не послушаем песню Шо-куна сегодня, да? – Расстроенным голосом протянула одна из ассистенток, и вторая горестно покивала ей в ответ. Обе девушки принесли певцу по напитку на выбор, и Фува взял у одной из них кофе, заставив вторую надуть губки. - Неинтересно, когда всё и сразу, правда? – Быстро напечатав что-то в ответ Киаре, поинтересовался Ё, убрав мобильный в карман. – Как говорил Альберт Эйнштейн, «к величию есть только один путь, и этот путь проходит через страдания». Девушки насупились, не получив поддержки режиссёра, а тот подмигнул Могами, и она заметила: - Ваши слова звучали бы иначе, будь вы поклонником его музыки. - Ты же знаешь, одно твоё слово, Кёко-чан, и я включу песню, чтобы прекрасный голос Шо-куна звучал из каждого угла. Как же ей хотелось сказать «да, пожалуйста!», но актриса знала, что Куросаки сдержит свою угрозу. - Вообще мне в этой сцене нравится всё за одним малюю-ю-юсеньким моментом, - режиссёр подошёл к певцу, - Шо-кун, если тебя беспокоит какой-то недуг, не стоит терпеть. Если же нет, могу я попросить тебя не делать такое лицо, будто тебе нужно в туалет? - Я попробую, - сквозь зубы процедил блондин, отдав недопитый кофе кому-то из крутившихся рядом девушек. Подошедшая, чтобы помочь ему с этим Шоко, вздохнув, вернулась на место. После разговора наедине певец и его менеджер вели себя странно – он на взводе, а она удручённо. И с тех самых пор Фува будто бы игнорировал молодую женщину. - Ты слишком напряжён, - перестал забавляться Ё и заговорил нормальным тоном, - представь, что видишь нечто необычное и пугающее тебя. Ему не нужно было представлять. Хватило бы одного воспоминания, но Шо старательно загонял их обратно на задворки памяти. Потому что то выражение его лица не должна была видеть ни одна живая душа. - Тебя пока что пугает именно иррациональность происходящего, а не сама вампирка. Её испугаться ты всегда успеешь. Фува снова потёр шею, а Скарлет развела руки в стороны, требуя от режиссёра хоть крупицу уважения к своей кошмарной личности. - Тогда сначала, - сказал Куросаки, возвращаясь к аппаратуре, - Кёко-чан, не дави на него. Могами показала пальчиками знак «ОК», так как уже вставила накладные клыки и старалась поменьше открывать рот. В самом фильме у неё были более чем невероятные наряды, пышные юбки, корсеты, кружева, бархат под стать той эпохе, но для этого клипа стилисты предложили современное шёлковое платье на тонких бретелях цвета горького шоколада, колготки в тонкую сетку, носочки и туфли с заклёпками на невероятно высокой платформе. В тёмные локоны актрисы вплели несколько маленьких колечек, создавая неповторимый образ девушки-вамп, сошедшей со страниц манги. И одного взгляда было достаточно, чтобы понять – перед вами Скарлет. Шо вернул на голову огромные наушники, делая вид, что просушивает записанный отрывок композиции, когда свет несколько раз моргнул и погас. Высокий парень нахмурился и замер, ощутив, что больше не один в небольшой комнате звукозаписывающей студии. Он медленно снял наушники, недоверчиво повернулся и дрогнул, увидев во тьме силуэт аккуратной фигурки. Свет загорелся, и Фува потрясённо уставился на темноволосую девушку, пытаясь убедить своё сознание, что её глаза приобрели цвет граната – из-за линз. Что этот образ – лишь видимость. Очень ловкая иллюзия Могами. Девушка не сделала и шага в сторону обалдевшего парня, как тот начал невольно пятиться и, споткнувшись о кабель, оказался на полу. Свет снова погас. А когда зажёгся, безжалостная девушка-вампир, за чьими красными губами скрывались смертоносные клыки, стояла прямо над бледным певцом. Может, это лишь его воображение, а может, из-за этих самых накладных клыков, но выражение лица Кёко казалось высокомерным, почти надменным, будто девушка смотрела на что-то ничтожное. Фува знал, что последует за очередным погружением в темноту, но всё равно оказался не готов, когда увидел склонившуюся над ним Кёко с застывшим кроваво-красным взглядом. Она смотрела прямо на его шею. - Не надо, - против воли вырвалось из его губ. Могами склонилась ближе, не прислушавшись к умоляющим словам, которых по сценарию не должно было быть, и Шо попытался вскинуть руку в защитном жесте, чтобы оттолкнуть брюнетку, но маленькая ручка схватила его запястье и припечатала к полу. Он догадался, что девушка перестала играть. Нам ним возвышалась не Скарлет, а Кёко. Но понял, что лучше бы осталась Скарлет. Аккуратный острый ноготок с чёрным маникюром медленно провёл по шее певца, и Фува почувствовал волну паники. - Не делай этого, - попросил он, и алые губы тронула злая усмешка. - Ты хоть раз остановился, когда тебя об этом просили? – Тихо осведомилась Могами. – Почему я должна? - Ты другая. Теперь её губы украшала почти весёлая улыбка, казалось, девочку на самом деле рассмешили его отчаянные слова. Но острый ноготь надавил сильнее на шею, и в глазах певца запрыгали чёрные точки. - Перестань смешить меня, - вкрадчиво попросила Кёко, - другая, блин. - Просто отпусти, - попросил парень, - отпусти… мою шею… - Играй, - велела Могами, - иначе я сама тебя вырублю. Ты думаешь, мне в радость переигрывать дубли? - Я… Мне… хреново… - Признался Фува. Ему было нечем дышать. Безжалостная нога снова давила на его горло. Кёко вздохнула и села ровнее, убрав руку от певца. Профессионал, чтоб его. Третий дубль коту под хвост. Но он не кривлялся, девушка это ясно видела, ему действительно было нехорошо. Свет в комнате зажёгся, и Могами посмотрела на Куросаки. Тот покачал головой. Девушка вернула взгляд на певца, блондин лежал на полу, крепко зажмурившись. На виске выступила испарина. Брюнетке захотелось его от души пнуть. Что за упрямство? Работником года решил заделаться? Откуда такое рвение провести съёмки здесь и сейчас, когда столько раз их переносил? И зачем явился, если реально плохо себя чувствовал? - Нужен перерыв? – Осведомился Ё, махнув съёмочной команде, и подходя к ним ближе. - Давайте я просто кусну его исподтишка. – Предложила Могами. – Эффект неожиданности может сработать. - Нет! – Тут же распахнул глаза певец, безумным взглядом уставившись на Кёко, а встретив взгляд красных глаз, отшатнулся. – Я… просто… Он понимал, что со стороны выглядит сумасшедшим и даже поймал несколько сочувствующих взглядов. Но ничего не мог с собой поделать. - В таком случае, - произнёс Куросаки, понизив голос, - думаю, имеет смысл перенести съёмки. - Я смогу, - настойчиво просипел Фува, - дайте мне минуту… Блондин резко встал, прикрыл глаза рукой и, пошатнувшись, неожиданно рухнул обратно на пол. Еле успевшая поддержать его под локоть и спину Кёко смягчила падение парня, шлёпнувшись вместе с ним. Куросаки тут же присел перед бледным певцом и перевёл взгляд на раздражённую Могами. Со всех сторон раздались испуганные охи. Стоявшая с краю съёмочной площадки Шоко, увидев падение Фувы, схватилась за грудь и повалилась на пол. Кто-то из помощниц громко вскрикнул от испуга. - Уложите её на спину!.. - Согните ноги в коленях!.. Молодую женщину обступили работники студии, и Шотаро медленно разлепил веки, настороженно осматриваясь и чувствуя отвращение к собственной слабости. Ё встретился взглядом с Кёко, заметил внутреннюю борьбу и с чёткостью до секунды понял, когда личные обиды девушки отошли на второй план. Куросаки с какой-то отеческой гордостью потрепал плечо темноволосой актрисы. - Прорвёмся, - сказал он и подозвал своего помощника, - давай поможем Шо-куну подняться. Оставив блондина на японского режиссёра, Могами подошла к его менеджеру. Женщина выглядела не лучше певца, но тот хотя бы оставался в сознании, их обоих следовало немедленно доставить в больницу. - Куросаки-сан, вы на машине? – Повернулась к нему Кёко. - Джип сегодня у Ки, - пробормотал Ё, усадив Фуву в кресло рядом с лежащей Шоко, и затопал ногой, соображая. – Придумал! Высокий режиссёр достал мобильный и набрал чей-то номер: - У меня есть друг, по любому фигней страдает, он даже в моих контактах записан как «Бездельник», - сообщил Ё и заговорил уже в трубку, - Рен, бросай нафиг всё! Могами округлила глаза, заметив шокированные лица съёмочной команды. - Жду. – Закончил разговор Куросаки, наплевав на всеобщее удивление, пора бы им уже привыкнуть к его чудачествам. Девушки и работники студии застыли с открытыми ртами во всеобщем благоговейном восторге, когда у студии припарковался чёрный седан, а из него выбрался высокий молодой человек в чёрных одеждах, бейсболке и маске. Но серебряный блеск уверенного взгляда ему не удалось бы спрятать. Впрочем, как и широкие плечи, могучий торс, выдающийся рост. Рен нашёл взглядом невысокую актрису с невероятными вишнёвыми глазами и алыми губами. Потянулся и к этому её образу. Она присела возле всё ещё не пришедшей в себя молодой женщины и негромко разговаривала с Хитоми-сан. Они вдвоём пытались успокоить перепугавшихся ассистенток и отогнать их от еле живого певца, в то время как Ё объяснял съёмочной команде и другим работникам о необходимости держать язык за зубами, а так же общался с остальными актёрами. Цуруга подошёл ближе и поздоровался с Куросаки, поклонился Хитоми-сан, а затем посмотрел на Могами, та спокойно смотрела в ответ. Высокий брюнет протянул ей ключи от машины, и девушка приняла их. - Сможешь идти? – Рен повернулся к Шотаро, и тот, поджав губы, кивнул. Больше ни слова не говоря, актёр ухватил блондина за запястье и, потянув, забросил руку скрипящего зубами светловолосого певца себе на плечо, в то время как Куросаки под восторженными взглядами поднял на руки бессознательную Шоко, получил свою долю девчачьих вздохов. Могами выпорхнула из студии и открыла заднюю дверцу, помогая усадить парня и уложить его менеджера на заднее сиденье. - Удачи, - коротко попрощалась девушка с двумя высокими брюнетами, когда они выпрямились. - Ты едешь с нами, - сказал ей Цуруга, кивнув на место рядом с певцом на заднем сиденье, и Фува, недоверчиво глядя на Рена, медленно подвинулся. Куросаки покосился на друга, а затем на глазеющих работников студии и оставшихся актёров. Но все свои мысли Ё оставил при себе, тронув седан с места, как только Могами захлопнула дверцу, не заметив пристального, источающего желчь взгляда, проткнувшего её спину. Едва автомобиль свернул на соседнюю улицу, Рен произнёс: - Ё, притормози. – И как только японец выполнил его просьбу, открыл дверь и позвал, - Кёко, иди сюда. Могами встретилась взглядом с Куросаки в зеркале заднего вида, но предпочла проигнорировать то, что увидела в этом взгляде. Девушка проворно покинула седан. Рен протянул ей руку, и, взявшись за неё, брюнетка очутилась на коленях актёра. Цуруга захлопнул дверь и кивнул Ё. - А я-то уже хотел поинтересоваться, кто ты и что сделал с моим другом. – Не удержался Куросаки. - Там было много свидетелей. – Нехотя отозвался Цуруга, плечико Кёко прижималось теперь к его груди, и ему стало спокойнее. - По барабану, это было слишком мило, - заулыбался японский режиссёр, - надо взять на заметку. Весь такой кремень при других, но это твоё «иди ко мне», ох, я бы сам залез к тебе на коленки. - Следи за дорогой. – Рен снял свою куртку и надел на Могами, заметив гусиную дрожь на обнажённых плечах. – Что за платье? Слишком открытое. - Сексуальное, - поправил Ё, - не будь ханжой. Мы пытаемся романтизировать вампиров, чтобы завлечь на просмотр юных дев и их кавалеров. Тебе не нравится? Цуруга почувствовал, что Кёко в его руках напряглась, и захотел треснуть балагура, чтобы тот уткнулся в руль и больше не провоцировал его. Малышка оставалась верна себе, эта её неуверенность в вопросах её соблазнительности для него всё ещё щекотала выдержку актёра. Похоже, она невольно – благодаря Куросаки, блин, - тоже задалась вопросом, а вдруг ему не понравилось. Будь они одни, он бы показал ей, как ему не понравилось. Успокоиться? Нет? - Я предупредил Кейси, что будет два пациента. – Рука актёра скользнула под его куртку, обняв девушку за талию, замерла на её спине. - Ну, нет, не уходи от ответа, ты был таким крутым до этого момента. – Куросаки не заметил, как стремительно возвращают побледневшие щёки Могами розовый цвет. - Могли бы поехать в обычную клинику, - максимально ровным тоном, на который была сейчас способна, тихо заметила Кёко, чувствуя, как широкая ладонь Рена поднимается выше, останавливается на открытой части платья, опаляет кожу спины, - не стоило напрягать… подругу мистера Ленсона… Девушка перевела на Цуругу умоляющий взгляд – она сидела на его коленях, рядом балагурил Куросаки, на заднем сиденье подозрительно притих певец, и вот-вот могла придти в себя его менеджер. - Не подыгрывай ему, Кёко-чан, неужели тебе не хочется, чтобы он сказал правду… что? – Ё скосил на них глаза, и заметил, как пара пристально смотрит друг на друга. – Что ещё за переглядывания? Это какой-то шифр? - Ё, веди машину, - довольно фыркнул Цуруга, уступив своей девушке. Так уж и быть. Успокоится. Могами была похожа на закипевший чайник, который забыли снять с плиты. - Зато согрелась, - тихо шепнул ей брюнет. - Нет, мне всё ещё холодно, - Кёко продела руки в рукава и запахнула куртку Рена на груди, чтобы ограничить доступ этому коварному соблазнителю. Да, он всего лишь погладил её по спине, но… ух. Ей хотелось стукнуть его. А потом попросить сделать так снова. И она… пугалась такой себя. Просто пока не привыкла к подобным своим желаниям. Она бы закрыла пылающее лицо руками, но тогда подозрений со стороны Куросаки было бы не избежать, поэтому просто старалась выровнять сбившееся дыхание. - Судя по показателям, у женщины сильное нервное истощение. – Голос Кейси звучал негромко. – Придётся понаблюдать за ней некоторое время. Сейчас она спит. - Так, - кивнул Куросаки, принимая эту информацию к сведению, - а что с нашей певчей птичкой? Они вчетвером стояли между палатами Фувы и Шоко на вип-этаже, вряд ли ожидавшие, что снова встретятся так скоро после выписки Амамии и Джейсона, да ещё при подобных обстоятельствах. - Состояние молодого человека сейчас стабильно. – Отозвалась врач и немного помедлила прежде, чем продолжить. – После непродолжительной беседы… Сложно диагностировать, когда пациент сознательно закрывается, но, судя по всему, певец пережил очень сильное потрясение некоторое время назад. Его неплохо было бы показать специалисту. Ё посмотрел на Рена, а потом на Могами. И спохватился. Теоретически, Кёко не должна была даже подозревать о чём-то подобном. Кажется, Цуруга не заметил его прокола. - Но, я так понимаю, ни один из вас не может назвать себя его близким другом. – Заметила взгляды молодых людей Кейси. – И, тем не менее, вы здесь. С ним. - Мы вместе росли, - тихо произнесла Кёко, обхватив себя за плечи, - но эти узы не всегда что-то значат. Молодая женщина шагнула ближе и, взяв Могами за руку, крепко пожала её. - Это было великодушно, маленькая девочка с большим сердцем. – С теплом в голосе произнесла она. – Каким бы козлом он ни был. - О, - вытянулось лицо Куросаки, - весьма проницательно, Ватанабэ-сан. - Интуиция здесь ни при чём, - вздохнула Кейси, - просто я успела немного с ним побеседовать. - И даже за это время он умудрился… С человеком, который добровольно занимается его осмотром… Он просто… - Могами чуть не отрастила свои собственные вампирские клыки. – Как только его показатели придут в норму, вышвырните его на улицу. Сразу же. Пинком под его звёздный зад. Женщина тихонько рассмеялась этой вспышке гнева у юной актрисы. - Так и поступлю. В любом случае, проблемы с головой – не мой профиль. - Спасибо. – Произнёс Рен и поклонился, Кёко и Куросаки поклонились врачу за ним. - Рада, что смогла помочь, - поклонилась Кейси в ответ, - в принципе, не вижу никаких проблем, если вы захотите поговорить с ним. Вряд ли он успел заснуть. Если понадоблюсь – зовите. Когда молодая женщина их покинула, Ё привалился плечом к стене: - Мы хотим с ним говорить? – Поинтересовался японский режиссёр. Кёко зашипела подобно кошке и отошла к невысокой скамейке, опустилась на неё. Куртка Рена была по-прежнему на её плечах, но девушка вдруг почувствовала озноб. Цуруга присел на корточки перед юной актрисой, сканируя её состояние. - Очень удобно, - пробормотала девушка, она понимала, что в ней просто всё ещё говорит злость на певца, - падать в обмороки и ждать, что все будут носиться с твоей персоной. - Ну, знаешь ли, так тоже нужно уметь делать, - заметил Куросаки и покосился на Рена, - я бы записался на его курсы. - Почему вы не остановили меня? – Могами бросила на Ё недовольный взгляд, раздражённая, что он в какой-то мере похвалил певца. – Вызвали бы им неотложку. - Ты видела своё лицо? – Поинтересовался японец. – Ты была похожа на киллера, в котором ни с того ни с сего заговорила совесть. А кто моя жертва? А вдруг она ни в чём не виновата? - Почему тогда я чувствую, будто сделала что-то неправильное? – Отчаянно всплеснула руками Кёко. - Я скажу тебе, что ты сделала не так, - произнёс Цуруга и метнул в друга острый взгляд, - разговори́ла Куросаки. - Что? – Удивлённо посмотрела на актёра потрясённая девушка. - Ты в курсе. - В курсе чего? – Кёко знала, что отвертеться не получится, но понимала, что ни она, ни Ё не проболтались, так как Рен мог догадаться?? - Того, что произошло с певцом. – Спокойно пояснил актёр, и Могами поразилась его выдержке, он... не злился? Или всё-таки?.. - А что с ним произошло? Или какое из происшествий ты имеешь в виду? - Стоять, Ё. – Приказал Рен, даже не взглянув на уже пятившегося в сторону выхода друга. - Выкручивайся сама, я предупреждал! Наши наказания и рядом не стояли! Вытерпи это достойно! – Всё это Куросаки протараторил на ходу, уже заскакивая в лифт и безостановочно жамкая на кнопку закрытия дверей. – Рен, она сама! Такая смышлёная у тебя, капец! Поставь ей «отлично», когда она всё расскажет! - Проворно. – Выдохнула шокированная побегом Ё девушка. - Захочешь жить, и не такую скорость разовьёшь. – Коротко заметил Цуруга, и Могами пожалела, что не умеет так же драматично лишаться чувств, как певец или его менеджер. - Как ты узнал? – Сдалась девушка, посмотрев на Рена. - Ты не удивилась, когда Кейси сказала о пережитом певцом потрясении. Это могло не удивить меня или Куросаки. Но тебя должно было, как минимум, напрячь. Это раз. – Всё ещё спокойно разъяснял ей высокий актёр, по-прежнему сидя перед ней на корточках. – Ты не стала задавать вопросов. Какое потрясение? Чтобы это могло значить? На него напали? Наказали? Кто? За что именно? Это два. Могами вздохнула. - Я слишком долго думала об этом, - призналась девушка, - у меня были самые невообразимые идеи. Устала теряться в догадках. - Ты опасалась, что певец симулирует болезнь, чтобы Канае досталось больше страданий? - И это тоже, - кивнула актриса и встала со скамьи, Рен тоже выпрямился, - будешь наказывать? Цуруга вопросительно свёл брови, и девочка пояснила: - Куросаки-сан сказал, что ты шлёпнешь меня, как следует. Думаю, я это заслужила. Ей-Богу, если бы малышка в тот момент повернулась к нему спиной, брюнет действительно шлёпнул бы её пониже спины от всей души. Рен шагнул ближе и тихо произнёс: - Ты невероятно доверчива для той, кто подозревает меня в подобных наклонностях. Губы Могами тронула осторожная улыбка: - Тогда пойдём отсюда? Высокий брюнет ласково провёл по подбородку темноволосой девушки, и в её глазах затеплились волшебные огни. Поглощённые друг другом, они даже не обратили внимания, что дверца одной из больничных палат отъехала в сторону как раз на последней фразе актрисы, позволив находившемуся внутри высокому парню услышать её. Вряд ли Шо сам сейчас смог бы определить выражение на своём лице. Пойдём отсюда. Кёко произнесла эти слова, даже не задумавшись о том, как отчуждённо они звучат. И она действительно имела в виду место, а не человека – его. Фува запустил руку в волосы. Эти двое. Как они смотрели друг на друга. Даже когда Могами думала, что была влюблена в певца, Шо никогда не видел ничего подобного. Во взгляде невысокой девушки было обожание, но во взгляде красивого брюнета – преклонение. Они совершенно не испытывали никакой неловкости в его присутствии. Будто он был не Фувой Шо, а мистером N из города N. Он ещё никогда не чувствовал себя человеком-невидимкой, как это было сегодня. Это было отвратительное нереальное ощущение. Ему захотелось разломать всё, что находилось в этой палате. Разбить, рассыпать, разгромить. Чтобы показать, он не беспомощный и не слабый, он реальный, он существует! Захотелось заорать во всю силу лёгких. Чтобы посмотреть в лицо этой странной докторше с европейской внешностью и японской фамилией, парой фраз раскусившей его притворство. Она не имела права лезть в его голову! Какого чёрта они вообще притащили его именно сюда? Нет, реально, только они могли схватить его и его менеджера под руки-ноги и привезти в больницу, не спросив самого певца!! Но он не чувствовал привычного гнева. Почему он его не чувствовал?? * * * Ребята снова играли на пляже. Некоторые даже полезли купаться. Когда солнце начало клониться к горизонту, разожгли угли в высоких печах-барбекю для ужина. Несколько девушек изъявили желание сами держать шпажки с кусочками мяса и закусок, чтобы поджарить их. Мимори отделалась от Мабу, приставшего к другим девушкам, и стояла с самого края, надеясь уловить момент. Но её постоянно втягивали в разговор, и она чувствовала на себе взгляд Акиры. Видимо, парень считал, что их разговор ещё не окончен. Что ж, девушка понимала, что должна выслушать всё, что он захочет ей сказать. - Что-то Мэй сегодня – верх скромности, не ест вкусняшки, не пьёт и не танцует, - заметил кто-то из ребят. - Я на диете, - соврала девушка-визажист, но Мимори захотелось, чтобы это было правдой. Ей было, что сказать им обоим – и фотографу, и визажисту. Вот только вряд ли Мэй станет с ней говорить или хотя бы слушать. У неё было это право, а вот у самой Мимори не было похожего – требовать чего-либо от девушки. - Ты лишаешь нас такого потрясающего выступления! Зачем тебе диета? Не говори глупостей! Выпьем же за то, чтобы прежняя Мэй-чан вернулась! – Поднял тост Мабу, рассмешив остальных, но вот Мэй не смеялась. И чем дольше это продолжалось, тем сильнее Мимори понимала – ей пора. Почему она задерживалась? Отчего медлила? Пыталась отсрочить своё прощание с этими неоднозначными ребятами – профессионалами на работе и весельчаками за её пределами? - Айри-чан, - позвали блондинку несколько девушек, листая что-то в мобильном, - так что в итоге? Ты собираешься в Милан? Эри показала нам новые модели кроп-топов, кажется, они скоро заполонят весь интернет! Ты посмотри на это! - Я думаю, что поняла, про какие модели вы говорите, - игриво заулыбалась блондинка, - Мимори-чан, не поможешь мне? Подержишь, пожалуйста? Девушка протянула юной брюнетке шпажку, но Мимори, видимо, слишком неуверенно взяла, и та упала прямо на горящие угли. Брюнетка чисто машинально потянулась следом за ней, слишком поздно осознав, что творит, но не успела обжечься, потому что крепкая рука резко схватила её за шиворот и рванула назад. Вокруг раздались дружные вздохи облегчения. Мимори схватилась за ворот футболки, вскинув перепуганный взгляд на Кея. - Просто потрясающая невнимательность, - прорычал его низкий голос, сейчас звучащий не просто грубо, но грозно и устрашающе. - Шпажка Оно-сан… - Пробормотала брюнетка, снова чувствуя себя натворившим дел ребёнком под его взглядом. - Оно-сан возьмёт другую, - Кей передал изумлённой Айри свою, - держи. Блондинка интуитивно приняла металлическую палочку друга. - Покажи руку, - велел Мори, отпустив футболку актрисы, и брюнетка будто уменьшилась в размерах. - Я не обожглась, - на автопилоте ответила Мимори, и завела обе руки за спину, она неожиданно почувствовала, что расстроилась от его злости. - А стоило, - заметил высокий парень, глядя на неё сверху вниз, - может, тогда стала бы вести себя осторожнее. - Думаю, уже все сыты, как насчёт игр? – Предложила Таэ, переключая всеобщее внимание на развлечения, и ребята тут же с радостью её поддержали. – Тогда берём закуски и двигаем! Айри немного помедлила, глядя, как Кей преградил дорогу брюнетке. - Руки, - настойчиво велел он, и Мимори, огорчённо закусив губу, нехотя раскрыла обе ладони, демонстрируя ему мозоли и лейкопластырь на ссаженной ранке, который он сам и прилепил. Она действительно не обожглась, но ощущение от его злости – злости на неё – было очень похожим чувством. Удовлетворённо кивнув, парень развернулся и направился следом за остальными, со стороны коттеджа уже доносились предложения начать с «Бутылочки». Айри посмотрела на девочку раздражённым взглядом, будто решая, отпустить колкость или попытаться утешить, зная, что её утешение будет куда более неприятным. Но, подумав, что выговора Кея пока что достаточно с юной актрисы, блондинка всё же оставила девочку одну. Мимори не торопилась следом. Может, это был трусливый поступок, но девушка достала мобильник и вызвала водителя, а потом потопала вдоль пляжа, подставив порозовевшие от досады щёки успокаивающему ветру. Она гуляла долго, пока не смирилась с тем, что испортила себе выходные окончательно. И что собиралась испортить их ещё, как минимум, двум людям. Мэй не замечала ни её, ни её попыток заговорить, а душа компании Акира замолчал после того, как она попросила у него прощения и сообщила о своём отъезде. «Что я здесь делаю?» У неё не получилось увлечься фотографом, ведь приняв его предложение, сегодня она даже не смотрела в его сторону. - Мимори-чан! – Позвал вдруг её чей-то голос с крыльца коттеджа. – Возвращайся! Кей и Айри уезжают уже сегодня. Попрощаемся! Попрощаемся. Она не хотела. Но развернулась и медленно побрела обратно. До свидания. Хорошего пути. Поклон. Так и поступит. Мимори поднялась на веранду и замерла. Взглядом потерянного человека она смотрела, как Кей закрывает капот своего джипа и поднимает на неё глаза, сейчас своим цветом напоминающие крепкий коньяк. - Спускайся, посмотрю на твоё колено. – Низко пророкотал парень. - Зачем? – Не поняла девушка, от волнения её голос зазвучал выше. - Если понравится, откушу. – Кей встал у подножия крыльца. Мимори, чуть неуклюже из-за бинта на колене, сошла по ступенькам вниз. - Ты практически никогда не шутишь, и мне кажется, что тебе даже сны серьёзные снятся. – Пробормотала девушка, шагнув на песок. - Где твоя обувь? - А? – Она удивлённо посмотрела на свои босые ступни. Да блин! Можно подумать, её интересовали кеды, когда он позвал её и встал внизу лестницы, как кавалер в ожидании своей дамы. Кей шагнул ближе, без слов подхватив брюнетку на руки, и Мимори ойкнула, ухватившись за плечи юноши. - Нет, они… где-то были… где-то здесь… - Залепетала она, чувствуя жуткий жар на щеках, от этих внезапных касаний у неё закружилась голова. Он ведь был зол на неё! Разве нет? Почему именно ему открывались её ужасные стороны. Она не хотела в его глазах выглядеть кем-то, не способным даже позаботиться о себе. Парень повернулся к джипу и усадил брюнетку на водительское сиденье. - В бардачке есть аптечка. – Произнёс он, указав подбородком. – Достань её, будь добра. Мимори потянулась, облокотившись на пассажирское сиденье. Вынув аккуратный контейнер, девушка попыталась выпрямиться, но неловко повернулась, и её локоть, съехав с кресла, стукнулся о рычаг. - Ай!.. – Пискнула брюнетка и резко втянула воздух, когда Кей поймал её за другую руку и потянул на себя. Девушка была готова провалиться сквозь пляжный песок от своей неуклюжести. А парень, между тем, достал ножницы, бинт и антисептик. Осторожно развязав старую повязку, юноша внимательно осмотрел рану. И если бы щёки Мимори могли покраснеть сильнее, они непременно бы так и поступили. - Если будешь плавать, нужно будет сменить повязку. – Задумчиво произнёс Кей, и брюнетка обречённо покачала головой. Она теперь даже ванну дома не могла принимать – только душ. - Не буду. Я сегодня и в воду-то зайти не смогла. – Вздохнула девушка. – Специально купила новый купальник, чтобы перебороть себя, чтобы был дополнительный стимул – не зря же покупала, но… одна только мысль о воде, точнее обо мне в этой воде… или о воде вокруг, и меня начинает колотить. - Паническая атака. Будь осторожна. – Предупредил парень, поднимая на юную актрису взгляд. – Они вовсе не безобидны, как кажется на первый взгляд. Раздавшиеся из домика весёлые голоса и смех навели брюнетку на странные мысли. Будто Кей говорил совершенно не о её приступах страха. Нет. Ей показалось. Потому что как ей тогда трактовать это предупреждение? И, чёрт побери. Зачем предупреждал? Он мог даже не подозревать об этом, но своим поведением просто сбивал все её самолёты – все самообманы, на которые она пошла, чтобы не тянуться к нему. Напрасно. Напрасно. Кей проворно завязал бинт и отрезал мешающиеся хвостики, Мимори пошевелила ногой. - Спасибо, - поблагодарила брюнетка, - мне уже пора самой научиться перевязывать свои… ушибленные конечности. - Пожалуйста. – Отозвался парень. – Это несложно. Главное – не пережать. Не туго, но крепко. - Крепко. – Эхом отозвалась Мимори. – Я поняла. - Не лей много антисептика – он на спиртовой основе, будет жечь. - Жечь, всё ясно. Почему его заботу ей хотелось воспринимать, как что-то такое, что он делал исключительно для неё? Табу. Этот парень для тебя – табу, Мимори. Когда ты уже это уяснишь? Брюнетка взялась рукой за каркас, собираясь спрыгнуть, но Кей не отступил, чтобы дать ей это сделать. Вместо этого он обхватил каркас немногим выше руки Мимори, вынуждая её поднять взгляд. - Мне снятся разные сны. Иногда серьёзные, иногда нет. Некоторые… определённо, нет. Она вряд ли дышала сейчас, глядя в глаза цвета охры. Ей хотелось податься ближе. Закрыть глаза и представить, что они – не они. Что она не известная актриса, он не глава огромной студии. Что у неё не было отвратительного прошлого, а у него не было Айри. И сейчас он так волнующе близко просто потому, что его тоже тянуло к ней. И сердце Мимори в испуге заметалось – она уже наяву мечтала о нём. Или скорее, грезила. Потому что этим мечтам не суждено было стать реальностью. В чём бы её там не пыталась убедить Айри, был ещё сам Кей. Который сейчас уедет вместе со светловолосой девушкой. Громкость голосов нарастала, и это означало, что сейчас вся весёлая толпа вывалит на улицу. И брюнетка горестно вздохнула, потому что сейчас всё закончится. Совсем. Больше она не собиралась принимать предложений Акиры, какими бы заманчивыми они не были. И каким бы разочарованием это не стало для самого фотографа. Он принимал её за кого-то другого, если действительно принимал. Она не была той, кого он в ней видел – да кого бы ни видел. Она была той, кто собирался уехать, не попрощавшись. У неё защипало глаза, когда Мори протянул руку, собираясь помочь девушке слезть с джипа. - Колено болит? – Он заметил слёзы в глазах, которые Мимори пыталась спрятать. И у неё еле получилось сдержать всхлип. Он что, не понимал, что давал ей сейчас шанс? Или надеялся, что она не воспользуется им? Тогда зачем предлагал? Зачем, зачем? Если кивнёт, то получит утешение. Вот только… Девушка замотала головой. - Болит, - ей было трудно говорить из-за вставших поперёк горла слёз, болело не колено, болело внутри, - но скоро пройдёт. Пройдёт. Она не смотрела на парня, поэтому не видела, как нечто невероятное отразилась в его глазах. - Не бойся. – Тихо сказал Кей, сейчас его грубый голос звучал иначе, заставляя её сердце замирать. – Представь, что не пройдёт. Тогда поймёшь, что нужно делать. Высокий юноша снова взял девушку на руки, как сделал это чуть раньше, но теперь у неё не хватило духу ухватиться за него, и поставил Мимори на нижнюю ступеньку крыльца. Она едва справлялась с дыханием – он понял, что она имела в виду вовсе не разбитое колено. Он всё понял. Открывшаяся дверь выпустила на улицу смеющихся ребят. Первой сбежала вниз Айри. - Вот ты где, Мимори-чан! Нам было совсем не весело играть без тебя. – Блондинка перевела взгляд на стоявшего у подножия Кея. – Я готова. Поехали? Ребята на разный лад принялись прощаться с уезжающими. Оказывается, покидали весёлую компанию не только она и Айри с Мори, ещё собирались несколько парней, так как у них на завтра были запланированы съёмки. Рядом с Мимори остановилась Таэ и поставила у ног актрисы её кеды. Юная брюнетка мимолётно ей улыбнулась с благодарностью, поглощённая своими мыслями. - Кей, я оставляла в бардачке помаду. Ты никуда не убирал? – Айри уже забралась в джип. Мимори села прямо на ступеньку крыльца и принялась завязывать шнурки. - Ми-Ми, - вдруг свесился над ней Танабэ, кажется, фотограф выпил немного больше допустимого, - ты здесь, а у твоего имени, оказывается, такие миленькие уменьшительные. Можно я буду так тебя называть? Мими-чан. «Моя подружка, моя Мими». Её покоробило это обращение, а сердце испуганно дёрнулась. Он ведь не собирался отыгрываться? Но нет, она знала, что он делал так, потому что его задели и, возможно, обидели её слова. И девушка не в силах слушать ни чириканья Айри в машине Кея, ни звучания его невероятного голоса, ни обращений Акиры, вскочила на ноги и решительно направилась прочь – на пляж. Подальше от шумной компании. Они не сразу заметят её отсутствие, а когда всё-таки обнаружат, за ней уже приедет водитель. А пока она уйдёт. И не станет смотреть, как отъезжает жёлтый Jeep Wrangler. Пусть последним будет «не бойся, ты поймёшь», произнесённое низким грубым голосом. «Не бойся», а не «прощай». Мимори села прямо на песок и, закрыв лицо руками, заплакала точно маленькая отчаявшаяся девочка. Посреди руин того, что осталось от её жизни, что она сама оставила от неё, посреди исковерканных обломков мечтаний и мыслей, с которыми она не знала, что делать – можно ли их восстановить, или убрать куда-нибудь, или оставить – её сердце, как самый настоящий, самый близкий и подлый предатель, решило погубить само себя. Она не хотела этих чувств, не звала их и не ждала. И уже не могла обмануться. Она была влюблена. Безнадёжно. И, как он и сказал, начала осознавать, что должна делать. Начинать нужно было уже отсюда. Пришло смс, оповещающее о приезде машины. И Мимори, последний раз взглянув в сторону болтающих ребят, мысленно попрощалась с ними. С Мэй и заботой, с которой она вытирала её продрогшие плечи после нападения в фонтане. С Акирой и добротой, которую он проявил, не смотря на слова Лягушки. Пусть всего лишь на время, но они показали ей, каким может быть дружеское общение, начатое ею самой. Она всё ещё смотрела на компанию ребят, когда стоявшая с краю девушка-визажист неожиданно обернулась и встретилась взглядом с юной актрисой, замершей у машины. И Мимори, сложив руки, низко ей поклонилась. Уверенная, что Мэй поймёт всё, что она хотела сказать этим долгим поклоном. Выпрямившись, брюнетка снова посмотрела девушке в глаза и только потом села в машину. * * * Когда раздались первые звоночки, Глеб всё ещё разговаривал с Чиори и Джеем. Они поняли, что что-то не так, услышав, как подозрительно зазвенели стёкла в оконной раме, рядом с которой стояли. После раздался странный громкий хлопок, послышался далёкий гул и скрежет, казалось, каждый дюйм здания начал дрожать. А потом произошло то, чего гости совсем не ждали. Одна из внутренних колонн пришла в движение. И люди поспешно устремились к выходу. Страшный треск, раздавшийся откуда-то сверху, совсем не понравился режиссёру, он поднял голову и увидел, что потолок весь пошёл трещинами, переходившими уже на внешние стены. - Быстро к выходу, - велел Глеб. - О, Боги!.. - Раздался перепуганный возглас, и рядом с ними мужчина поймал потерявшую сознание женщину, рядом с ней рухнули ещё две, когда пол под ногами задрожал. Джейсон с Амамией поспешили к ним на помощь, помогая встать. Повторившийся треск был громче и длиннее предыдущего и мог предвещать только одно. - Джей, в сторону! – Режиссёр окликнул парня, а сам оттащил назад мужчину и женщину, когда с потолка начали отваливаться огромные куски, падая прямо на то место, где до этого стояли ребята. Блондин оттолкнул Чиори и двух женщин, закрыв их собой от мелких камушков. В воздух поднялась пыль. Один из небольших кусков успел задеть и оцарапать висок Ленсона. - Мистер Ленсон? – Откашливаясь, Каске крепче сжал руку Амамии, приводя её в вертикальное положение, а затем и остальных. - Порядок. – Отозвался Глеб, тряхнув головой. – Давайте на выход. Я найду Канае. Молодой режиссёр протиснулся к стене и начал пробираться вдоль неё против людей, спешно покидающих здание. Дойдя приблизительно до середины, он прижался к стене и осмотрелся. Он весь вечер старался не упускать девушку из поля зрения, поэтому помнил, что последний раз видел её на втором этаже вместе с Хироши. Глеб поднял голову, и его взгляд тут же нашёл сорвавшегося с балкона актёра, а удерживала его от падения... рука Канае. Девушка практически лежала на плите, крепко зажмурившись. Продвигаясь вглубь зала, Ленсон быстро соображал. Подняться на второй этаж – не выход, балкон под лишним весом может просто обвалиться, погребя под собой и висевшего парня, и Канае, и его самого. С другой стороны прямо под Хироши находилась колонна, замершая под страшным углом и так же готовая вот-вот рухнуть окончательно, обвалив балконную плиту. Так что её тоже нельзя было использовать. Взгляд Ленсона зацепился за стол, и мысль начала формироваться в сознании светловолосого режиссёра. - Мистер Ленсон! – Раздался позади голос Каске, Глеб обернулся, зал практически опустел, и теперь двум молодым людям приходилось пробираться сквозь осколки фарфора, хрусталя и стекла, отколовшиеся куски камней. - Джей, чёрт тебя побери. – Выругался Ленсон, и парень понимал его злость. - Я не видел Канае снаружи. – Попытался оправдаться Каске, и Глеб кивнул головой наверх. - Чем помочь? – Тут же спросил Джейсон. - Видишь вон тот стол? – Актёр кивнул. – Пошли. Они вдвоём подтащили его ближе к колонне, почти под самый балкон, и, забравшись на стол, режиссёр понимал, что времени у них оставалось очень мало. - Хироши, - позвал он парня. - Мистер Ленсон?.. - Просипел актёр. – Э-это вы?.. - Слушай внимательно. Сейчас ты отпустишь руку Канае, мы с Джеем тебя поймаем. - Нет!! – Тут же заверещал он. – Нет, я не смогу! Это высоко! Посыпавшиеся осколки бетона и пыль напомнили о том, что им следовало поторопиться. Каске сделал несколько шагов назад и осмотрел Котонами, мысленно попросив её быть сильной. - Она держится из последних сил, - забравшись на стол к Ленсону, полушёпотом сообщил Джейсон, но по взгляду, которым одарил его Глеб, стало ясно, что ему это прекрасно известно. - Подсади меня, - так же тихо шепнул режиссёр. - Что? – Нахмурился Каске, и Ленсон сложил руки на колене, показывая, чего он хочет. Джей быстро кивнул и повторил позу светловолосого режиссёра. Глеб встал на сложенные руки парня и оттолкнулся. Подпрыгнув, он коротко ударил Хироши. Не сильно, но ощутимо. И парень, вскрикнув, схватился за место удара, ослабив хватку второй руки, которой держался за Котонами, позволив Ленсону и Каске сдёрнуть его вниз, Хироши завопил, но парни успели подхватить его и без травм поставить на ноги. Как только Джейсон оттащил актёра и помог ему слезть со стола, Глеб встал перед накренившейся частью балкона, задрав голову. - Канае, - позвал он, и девушка тут же открыла глаза, глядя на него сверху вниз, - теперь ты. - Плита всё время движется, - просипела брюнетка. - Мы успеем. – Голос Ленсона звучал ровно. – Ближе к краю, я сниму тебя. Котонами закусила губу и высвободила колено, которым держалась за перила, и затёкшую конечность тут же точно закололи тысячи иголок. Скривившись, девушка взялась рукой за перила и проползла немного вперёд. Глеб протянул к ней руки, и кусок бетона под брюнеткой пришёл в движение. Зажмурившись, она крепче ухватилась за перила и замерла. - Не останавливайся. – Глеб не отрывал от неё своего взгляда. Канае открыла глаза и подползла на самый край, практически свесившись с него по пояс, и разжала ладонь, почти в тот же самый момент почувствовав, как крепкие руки подхватывают её. И девушка изо всех сил ухватилась за Ленсона, подавив рваный всхлип, вместо этого тяжело задышав. - Молодец. Умница. Я держу тебя. – Горячие губы Ленсона прижались к самому уху Котонами. Джейсон выдохнул. Режиссёр слез со стола вместе с Канае и поставил её на ноги рядом с собой. К ним с объятиями тут же кинулся Хироши. - Спасибо!.. Спасибо!.. Ленсон отстранил парня, заметив, что Котонами не слишком уверенно стоит на ногах, прижимая свою травмированную руку другой рукой. - Нужно идти, - напомнил Каске, торопясь убраться подальше от крушащейся колонны как можно быстрее, сейчас пол почти не дрожал, и передвигаться было легче, но мешала до сих пор стоявшая в воздухе пыль, забивающая лёгкие и заставляющая глаза слезиться. Они двинулись в сторону выхода, когда позади снова что-то затрещало, а потом колонна с резким скрипучим звуком, резанувшим по ушам, всё-таки рухнула вниз, подняв в воздух дополнительной пыли и проломив пол. От дыры начали расползаться трещины, и ладонь Глеба оказалась на спине Канае, когда та подняла руки, чтобы удержать равновесие на дрожащем полу. - О-оу, - тихо шепнул Джей, взглядом указав Ленсону, что задвигались ещё несколько колонн, грозя обвалить на них потолок, и режиссёр качнул головой, попросив не заострять на этом внимание паникера Хироши и идущей из последних сил Канае. Сверху посыпалась штукатурка, и Каске замер, правильно предугадав падение новых осколков. Юноша поднял голову вверх и заметил, как складывается под ровным углом одна из колонн у самого выхода. Бледная Котонами проследила за его взглядом, но не почувствовала страха. Девушка перевела взгляд на невозмутимого Ленсона. Она знала это выражение на его лице. Плита под ногами вдруг пришла в движение, накренившись, и четверо молодых людей просто начали съезжать по ней, грозя угодить прямо под сгибающуюся колонну. Через дверь им было теперь не выйти. Можно было попробовать пробраться к окну. Ленсон ухватился за отломанный край половой плиты, удерживая Канае, девушка была очень бледна и тяжело дышала, взгляд сапфировых глаз затуманивался. Режиссёр обхватил её, и брюнетка рвано вдохнула. Похоже, старые раны не зажили до конца, а она уже огребла новых. С рёбрами шутки были плохи. - Разговаривай со мной, - приказал Глеб. Взгляд Канае замер на виске светловолосого мужчины. - Откуда столько крови, почему она такая тёмная? – Пробормотала девушка. – Тебе больно. - Жить буду, не закрывай глаза. - Вокруг слишком много серого – небо, бетон, здания, пыль, отражения витрин, точно мир... выцвел. - Рукой можешь шевелить? - Не знаю. Я не хочу. Да, в этом и была проблема – она совершенно не хотела двигаться. - Смотри на меня, не отключайся. Раздался странный звук, и Канае машинально перевела взгляд, пытаясь понять, откуда тот доносился. - На меня, - Ленсон взял её за подбородок и заставил смотреть себе в глаза, - нам осталось немного. Котонами устало кивнула. Ей очень хотелось, чтобы это было так. - Ладно, - выдохнула она еле слышно. Набрав побольше воздуха, она ухватилась за руки Глеба, когда тот подсадил её на подоконник. Оконная конструкция не пострадала, и у них получилось её раскрыть. Джейсон помог суетящемуся Хироши добраться до них. Они были на первом этаже, но окна располагались слишком высоко, чтобы просто спрыгнуть. - Эй! – Раздался снизу зычный окрик. – Давайте сюда! Оказывается, внизу прибывшая спасательная бригада уже растянула тент. Повсюду раздавались голоса и звуки сирен – пожарных, скорой помощи. Первым они скинули Хироши, и втроём смотрели, как парня поймали внизу и отвели в сторону. - Второй! – Скомандовал один из спасателей, видимо, командир. - Канае, - Глеб и Джейсон повернули к ней головы одновременно. Девушка посмотрела на Ленсона, поймав глубокий тёмно-зелёный взгляд, и разжала руки. Её тут же подхватили и оттащили, чтобы освободить место следующему прыгуну. Которым был Джейсон. Оказавшись на земле, Каске встал рядом с брюнеткой. Котонами неотрывно следила за окном. Но Глеб вдруг повернул голову, будто прислушиваясь. «Нет». - Парень! – Окрикнул его спасатель. - Я слышу голос. – Сказал им Ленсон, и у Канае всё внутри похолодело. - Можешь понять, где? Хотя бы приблизительно. Режиссёр кивнул, снова прислушиваясь. - Отходите! – Рядом с Котонами и Каске с Хироши вырос мужчина в спасательной форме. – Не хватало ещё одного взрыва. - Взрыва? – Уточнил Джейсон, поддерживая шатающегося паренька за плечи. Спасатель кивнул на здание, и они потеряли дар речи. Находясь внутри, ребята не видели клубов едкого дыма, валящих из-за здания - видимо, горело заднее крыло. - Короткое замыкание спровоцировало пожар и взрыв в кухонном отсеке, что в свою очередь привело к разрушению здания. Мы не можем утверждать, что больше ни один из электрических приборов не взлетит на воздух. Поэтому за ограничительную линию! Канае сжала зубы, позволив Каске буквально вести себя. Адреналин от страха за Глеба привёл её в чувство, и теперь девушка практически не ощущала боли или недомогания, сосредоточившись на окне, к которому пожарные уже подгоняли машину с лестницей. «Слезай, - мысленно попросила она Ленсона, - ты сообщил им всё, что нужно, убирайся оттуда». - Чёрт, - вдруг тихо выругался рядом Джейсон, Котонами бы не обратила внимания, если бы не вскрик Хироши. Девушка смотрела, как юный актёр зажал рот рукой и, закатив глаза, повалился на землю без чувств. - Эй, - шепнула она, в шоке смотря на актёра. Канае перевела взгляд на Каске, тот не спеша присел рядом с Хироши и отнял руку от живота, чтобы она увидела, как белоснежную рубашку запятнали алые всполохи, похожие на бутоны. Девушка тут же присела перед ним на корточки. - Старая? – Коротко спросила она. – Или новая рана? - Подозреваю, что новая, - прокряхтел блондин, расстёгивая рубашку, и актриса помогла ему, осматривая торс, который весь был в кровоподтёках. – Неудачно забрался на подоконник. А, может, это было раньше… Актриса сжала челюсти. - Сможешь встать? Нет. Лучше я позову доктора … - Котонами начала выпрямляться, когда со стороны здания раздался свист, а потом новый оглушительный звук, напоминающий треск ломающейся ветки, только громче, гораздо громче. Брюнетка тут же развернулась, ища глазами режиссёра и не находя его. Вся краска сошла с её лица, когда она поняла, что нигде не видит Ленсона. - Назад! Отходим! – Послышались выкрики спасателей и пожарных. Канае сделала несколько шагов вперёд, но Каске, вскочив на ноги, предупредительно поймал её за руку. - Джей, - позвала она, - где Глеб? - Канае, - голос парня зазвучал напряжённо. - Я не вижу его, а ты? Блондин и Котонами крепко держались за запястья друг друга. - Уходите отсюда! Но они оба смотрели на здание, всё больше утопающее во власти огня, который пожарные пытались потушить. Подъехали ещё несколько машин. Со стороны толпы раздались выкрики и грозная ругань, а потом что-то белоснежное прошмыгнуло под оградительной лентой и метнулось к ним. - Вы!.. – Зло выдохнула Амамия со слезами на глазах, когда к ней повернулись два одинаково недоверчивых, колючих взгляда, и у неё во рту всё пересохло. – Где мистер Ленсон?.. Девушка спала с лица, не услышав ответа, а потом заметила кровь на рубашке блондина. Чиори на ватных ногах добралась до Каске, и тот прижал её к себе одной рукой, другой он по-прежнему удерживал Канае. - Что вы тут встали?! – Прикрикнул обернувшийся спасатель. – Самоубийцы? А этот что разлёгся?? - Он потерял сознание, - сквозь зубы ответил Джейсон. - Я сейчас тоже, - предупредила Амамия, вцепившись в блондина, чувствуя, как пропитывается его кровью её светлый наряд. - Потерпи, пожалуйста. – Каске крепче прижал её к себе. - Я держусь, - Чиори понимала, что поддерживать должна она. - За черту! – Рявкнул мужчина, выходя из себя. - Там был молодой человек. Где он? – Не своим голосом спросила Котонами, продолжая сверлить взглядом здание. - Твою мать! – От души выругался спасатель. – Что непонятного?! Канае старалась делать глубокие вдохи, паника ей не поможет, ругань этого человека, выполнявшего свою работу, совершенно не волновала её. И тут она увидела, как спасатели выносят из-за машины на носилках какого-то мужчину в дорогом костюме. Но дыхание сбилось по другому поводу. Следом вышел Ленсон. Облегчение обрушилось на неё тяжёлой волной, и ноги девушки подкосились, но она кое-как сумела устоять, переступив ими. Она знала, что с ним всё в порядке. Но увидев, как он идёт практически невредимый, почувствовала, что делать очередной вдох больше не больно. Котонами не отрывала взгляда от светловолосого режиссёра. Глеб быстро сократил между ними расстояние и подошёл к троим застывшим настороженным молодым людям, державшимся друг за друга, ждущим его, верящим. И, раскинув руки, обнял всех троих, чувствуя, как хватается за его плечо ледяная ручка Канае, как её холодный носик утыкается в его плечо, как беззвучно плачет с другой стороны Чиори, зажатая между ним и Каске. Как Джейсон стукается своим лбом о его лоб. Глеб коснулся губами макушки Котонами, взъерошил волосы Джея, ободряюще сжал дрожащее плечо Амамии. До них не долетали голоса гостей, которых опрашивала полиция. Выкрики журналистов и вспышки их фотокамер. Раздающиеся команды пожарных и спасателей. Размеренные действия медицинских работников. Они стояли так, пока к ним не подошёл пожилой врач, сообщив, что их следует осмотреть. И только тогда ребята не спеша разомкнули объятия, понимая, что Джею нужна помощь. Чиори отошла вместе с Каске к ближайшей машине. Глеб остался возле Канае, держа бледную девушку за предплечье. - У вас кровь! – Воскликнули обступившие их медсёстры, не сразу заметившие повреждения режиссёра. - Сначала её руку. – Приказал Ленсон. Их отвели к ещё одной машине, и Глеб стоял рядом с Котонами, которую усадили в автомобиль с краю, пока ему обрабатывали висок. Внутри на кушетке лежал Хироши, и медработники пытались привести парня в сознание. Когда кто-то окликнул Глеба, он взглядом предупредил брюнетку, что отойдёт, и актриса проводила его глазами. - Вы очень бледны, - заметил один из докторов, - сделать вам укол? - Не нужно, я буду в порядке, - отозвалась девушка, она не должна была отключиться и потерять Ленсона. - Я настаиваю, Котонами-сан. Не стоит подобным образом проверять себя на прочность. Нервная система человека… Канае перевела на него взгляд. - Я не бьюсь в истерике и не теряю сознание. - Мне не нравится ваше сердцебиение. Девушка нашла взглядом Глеба, и через мгновение он оказался рядом. - У неё не проходит шок, - произнёс врач, понизив голос, - зрачки расширены, пульс зашкаливает, адреналин бьёт через край. Котонами яростно зарычала: - Я. Чуть. Не потеряла. Его. – Сапфиры вспыхнули пламенем. – Сейчас я осознáю, что он здесь, и успокоюсь. Чёрт возьми. Что в этом сложного. Ленсон шагнул ближе и, осторожно подняв девушку, поставил её рядом с собой, приобняв темноволосую актрису, будто не в силах быть дольше и дальше от неё, будто желая здесь и сейчас успокоить свою тёмную девочку. Врач поёжился под пристальным взглядом девушки, а медсёстры вообще отшатнулись. - Благодарю вас за беспокойство, лекарство мне не нужно. – Закончила гневную речь актриса и посмотрела на Глеба, вот её лекарство. Молодой человек взял брюнетку чуть ниже локтя, и она взялась за него в ответ. Ему нужно было забрать её, как можно скорее. От всех этих взглядов. Укоризненных. Непонимающих. Не пытающихся понять. Её слова – «Я чуть его не потеряла» – всё ещё звучали в его голове. - Дойдёшь? – Спросил он, готовый сам отнести, кивнув в сторону чёрного тонированного фургона, к которому уже подошли Чиори и Джей. У автомобиля стоял высокий темноволосый молодой человек в деловом чёрном костюме. Морен. Котонами вспомнила безукоризненного работника службы безопасности президента. Значит, Ленсон отходил, чтобы поговорить с ним. - Дойду, - кивнула брюнетка, пока её ладошку будет держать эта сильная рука, она справится абсолютно со всем. - Глеб! О, Глеб! – К ним протиснулась Риан с перекошенным в панике лицом. – Я так перепугалась! Шатенка посмотрела на сцепленные руки Канае и Ленсона, их объятия, то, как непозволительно близко они стояли друг к другу. И нахмурилась. Что они делали?? Одна была в центре крупного скандала, другой был её режиссёром – коллегой по работе. Что они… Риан приоткрыла рот, наблюдая, как Глеб и Канае, проигнорировав её, направились в сторону чёрного фургона. - Стой! – Воскликнула певица, схватив режиссёра за плечо. – Постойте! Котонами уверенно повернулась к ней, сверкнув синими глазами. - Тише, мой тёмный ангел, - тут же поймал её за талию Глеб, почти касаясь губами бледного виска, - на сегодня достаточно крови. Но Риан уже итак убрала руку от светловолосого режиссёра, предупреждённая лишь одним, протыкающим насквозь взглядом этой девушки. Певицу шокировало то, что она увидела. Да, Ленсон – просто король Льда, монарх с вечной мерзлотой вместо души. Но в его полуобъятиях сейчас находилась самая настоящая Тёмная королева с короной из этого льда. Острого. Беспощадного льда. Его льда. Певица даже если бы смогла, то не успела бы больше произнести ни слова, потому что следом за ней к ним прорвались папарацци, щёлкая камерами и ослепляя вспышками. Впрочем, точно так же проигнорированные молодым человеком и темноволосой девушкой, крепко держащимися за руки. - Вот и они! - Главные везунчики этого вечера! - «Везунчики»? – С плохо скрываемой яростью повторил Каске, когда они остановились возле фургона. – Вы в своём уме, что вы несёте? Мистер Купер, уже нашедший своего подопечного, положил тому руку на плечо. - Вы последними покидали разрушающееся здание и остались… - Сейчас не самое подходящее время для интервью, вы не находите? – Попыталась достучаться до обнаглевших журналистов Амамия. – Позже мы обязательно… - Котонами-сан! Вы сегодня… – Один из репортёров тут же переключился на Канае, их лакомый кусочек в последнее время, и заметил, что ладонь брюнетки держит в своей руке американский режиссёр. – О… Чиори почувствовала новую волну негодования и взяла вторую ладошку Канае в свою руку, а Джейсон невозмутимо нашёл свободную руку Ленсона. Четыре вызывающих взгляда смотрели сейчас онемевшим и пристыженным журналистам в глаза. Вообще-то после произошедшего сегодня им четверым можно было открыто обниматься и целоваться на виду у всех, позвав в свою компанию ещё Хироши, да всех желающих, и ни у кого не было права их судить или осуждать, а злословить – тем более. Мистер Купер закрыл лицо рукой. Рино, один из подчинённых Морена, тоже стоявший рядом с фургоном и следивший за толпой собравшихся зевак, усмехнулся. И он готов был биться об заклад, что увидел, как уголок губ самого главы безопасности тоже дёрнулся. - Прошу, - тем не менее, голос Сэдэо звучал без каких-либо эмоций, когда он открыл дверцу автомобиля. Каске поддержал Амамию под локоть, помогая той забраться в фургон. Большинство репортёров угомонились, но… - Котонами-сан! – Наглости этому отчаянному парнишке, резко дёрнувшему Канае за больную руку, было не занимать, но он не успел даже начать задавать свой вопрос, почувствовав сильную хватку на своём запястье, а в следующий момент осознав себя стоящим с заломленной конечностью. Ленсон передал неугомонного журналиста Рино, который, подозвав ещё нескольких охранников, предупреждающе осмотрел глазевшую толпу. Но всё это стало не важным. Канае чувствовала, как боль поднимается до ушибленного плеча и распространяется дальше – к груди, по шее, к вискам. Глаза застилала красная пелена. Она только успела одними губами произнести: - Глеб. Ленсон тут же поддержал актрису, крепкие руки оказались на тонкой талии. Рино хотел помочь, но даже не шелохнулся под грозным взглядом тёмно-зелёных глаз. И режиссёр забрался в фургон вместе с Котонами, Морен сразу же закрыл дверь, спрятав ребят от беснующейся толпы, и только тогда Канае позволила себе расслабиться в сильных руках. - Помните, что за любую недостоверную или порочащую информацию, как агентство, так и сам артист вправе подать жалобу в суд. – Бархатный голос прозвучал невероятно ровным и спокойным тоном, как бы сообщающим, что так же спокойно он найдёт каждого, кто посмеет что-то написать. – Рино. Морен кивком головы указал на последнего, посмевшего распустить руки журналиста, приказав усадить его в другой автомобиль. - Канае, - позвал Глеб, опустившись на сиденье и усадив девушку себе на колени, - Канае. Чиори в испуге нашла руку Джейсона. - …больно, Глеб… - слабым голосом еле слышно прошелестела брюнетка, даже не сумев открыть глаза. - Ну вот, - сообщил Ленсон, подняв на друзей глаза, - шок прошёл. - Ненормальная, - рухнула на своё кресло Чиори, - придушу её… И тебя придушу, - пообещала она, когда Каске опустился рядом и попытался успокаивающе обнять её. – Давайте просто убьём её, пока она в отключке. Честное слово. Что я Кёко скажу… - Канае тебя слышит, - ответил Ленсон. - Но ничего не может мне сделать, так? – Парировала Чиори, вызвав улыбки молодых людей, не смотря на ситуацию. - Джей, позови, пожалуйста, врача. Ей нужно обезболивающее. - Ты её обезболивающее, Глеб, - так тихо, чтобы расслышал только режиссёр, сказал Каске у двери, - обними её покрепче и не позволяй творить безумства. Но всё же вышел из фургона, чтобы выполнить просьбу. - Нельзя было сразу позволить доктору делать свою работу, да, Канае-знаю-всё-лучше-других-Котонами? – Съязвила Чиори, но светловолосый мужчина услышал слёзы в голосе актрисы. - …мне нельзя… я должна… быть в сознании… - через силу выдавила Канае, непослушными пальцами попытавшись сжать ладонь Ленсона, и тот сам сжал её холодные пальчики, - …я не могу… потерять… ты всё… Глеб… Светловолосый режиссёр склонился ниже и коснулся губами переносицы, даря девушке один из самых мягких поцелуев. - Ну, где она? – Дверца фургона открылась, являя находившимся внутри недовольное лицо пожилого врача. Доктор без дальнейших реплик забрался в фургон, глядя на бледную девушку в руках молодого человека с морозным взглядом. - …вы не понимаете… - прошептала Котонами, - …едва усну… во сне… там… свет… свет обнимает его… как будто имеет на это право… Амамия зажала рот рукой, Джейсон откашлялся, скрывая подступившие к горлу слёзы. Они оба понимали, что девушка не бредила. Это было нечто иное. И потемневший взгляд режиссёра это подтверждал. - Укол болезненный, - глухо предупредил врач, - но зато ей полегчает. Глеб кивнул, бережнее прижав Канае к себе, пока пожилой мужчина поднимал рукав футболки, дезинфицировал место для ввода обезболивающего, а потом протыкал иглой бледную кожу. Котонами дёрнулась, рвано вдохнув, и Ленсон успокаивающе коснулся губами её виска. - Лучшее лекарство, конечно, здоровый сон. – Произнёс врач. – В её снах – полный бардак. Разберись с этим. Полагаю, это ты. Глеб молча перевёл взгляд на мужчину в белом халате. - Я оставлю таблетки, на всякий случай. – Доктор протянул ему тёмную баночку. - Спасибо, - поблагодарил режиссёр. - Молодёжь, - покачал головой тот, - нет с вами сладу. Ещё кого-нибудь нужно осмотреть? Когда он вышел, Амамия уткнулась носом в плечо Джейсона, зажмурившись. - Ну, что ты? – Тихо прошептал блондин. – Всё уже позади. Сейчас поговорим с полицией, и сможем ехать домой. - Больше ты не проведёшь меня подобным образом, - простонала Чиори, сжав бицепс блондина двумя руками. – Ненавижу тебя и твои выходки. Не смотря на слёзы своей девушки, Каске мягко улыбнулся – он понял, о чём она говорила. Когда они вывели тех гостей из здания, Джейсон собирался броситься обратно, но Амамия испуганно схватила его за руку. - Ты куда? – Выдохнула она. - Глеб пошёл за Канае. Чиори с шумом втянула воздух, уставившись на здание. Где-то там внутри была её подруга. И отчаянный парень, которого та любила больше жизни. - Я с тобой, - тут же с готовностью сказала Амамия, нахмурив брови. - Нет, - Джейсон высвободился из хватки своей девушки и взял её за плечи, - ты сейчас пойдёшь к остальным и найдёшь Эммета, останешься с ним. Поняла? Чиори завертела головой ещё на первом его слове. - Ни за что! – Прохрипела она. – Джей, нет! Или идём вместе, или никак! Я не отпущу… Он вдруг порывисто обнял её за талию, одним уверенным рывком прижав к себе, нашёл её пересохшие от волнения губы и прижался к ним своими в страстном поцелуе. Его губы были слишком настойчивыми, и Амамия приоткрыла свои навстречу. Девушка почувствовала, что объятия стали другими. И поцелуй тоже… был другим. Джейсон ещё никогда не касался её… так. Жарко, яростно. Она ухватилась за него, вдруг почувствовав острую необходимость этой страсти. Но так же быстро юноша отпустил её, и пока брюнетка не пришла в себя, передал её кому-то, она чувствовала, как её берут под локоть. И могла лишь смотреть, как спина Каске скрывается в дверном проёме, желая закричать во всю силу лёгких, закатить банальную истерику с воплями и проклятиями. Она не смогла даже присесть, расхаживая взад-вперёд, как тигр в клетке, нервируя стоявших рядом, не отрывая взгляда от здания, внутренне содрогаясь каждый раз, когда до её слуха доносился страшный скрежет или гул. Амамия знала, что врежет ему от души, едва доберётся до него. Но он всё не появлялся. И она уже была готова поддаться банальной девчачьей слезливости, когда увидела всех четверых в окне и едва не лишилась чувств. Но они не спешили, и она прорвалась к ленте. И обрывки тех страшных моментов будут ещё долго будоражить её сознание. Неживой взгляд Канае, потерявший сознание Хироши и Джей… Снова раненый. Чиори ещё крепче ухватилась за руку Каске, и он погладил её по голове. У неё не получалось выдохнуть. Слёзы всё равно царапали её горло. * * * Когда они спустились к выходу, в машине их ждал Куросаки с максимально пристыженным выражением на лице. Но девушке его было не жалко. Кёко состроила самую несчастную гримасу, на которую была способна, и только годы актёрства не позволили Цуруге расхохотаться прямо на улице. Дождавшись, пока Рен откроет для неё заднюю дверцу, Кёко со страдальческим видом потёрла якобы больное место, немногим ниже поясницы. И Ё в шоке уставился на Цуругу, не догадываясь о том, что его друг такой садист – малышка еле шла. Когда брюнет сел назад рядом с Могами, японский режиссёр повернулся к нему и, осуждающе покачав головой, просипел: - Как ты мог? Эту маленькую… - Хочешь тоже? – В голосе Рена звенел металл, но внутри актёр едва не плакал от смеха. - М-могами, может, приложить холодное? - Я сейчас что-то к тебе приложу, - рыкнул Цуруга. Ё притих, но снова не выдержал, когда ему показалось, что Кёко всхлипнула. На самом деле девушка тоже давилась от смеха, закрыв рот рукой. - Рен, ты же в курсе, что ей рассказал я. Почему ты наказал только Могами? - Подставляй, Ё. – Отозвался брюнет, и тут уже актриса не выдержала, рассмеявшись на заднем сиденье. - Я больше не могу, - вытирая слёзы, прошептала она, - Куросаки-сан, что с вашим лицом? - Что? Чего? – Японец резко затормозил и перевёл взгляд назад на угорающую над ним парочку. – Вы что, специально?? - Урок «не бросать друзей» ты усвоил, ставлю тебе «отлично», - отсмеявшись, обрадовал друга актёр. - Вот вы… Я в шоке! – Сложил руки на груди Ё. – И как только посмели шутить надо мной. - Как ты мог повестись на это? – Не остался в долгу Цуруга. - Порой ты меня бесишь! Кёко-чан, ты обещала не так себя вести, если он обо всём догадается! - Я обещала откопать вас, если он закопает! - Очаровательно, - прокомментировал их диалог брюнет, - я вам кто? Гангстер? - Знаете что? Не повезу вас дальше. - Отлично. Давай ключи и топай по своим делам. - У нас с Могами общие дела, так-то. – Это Ё добавил уже из вредности, потому что остальных актёров он на сегодня уже отпустил. - Кстати, - вдруг заговорила Кёко, - вам не показались странными слова доктора о состоянии Шоко-сан? - Глеб здесь ни при чём, - тут же среагировал Ё, за что удостоился осуждающего взгляда Цуруги, - нет, я серьёзно! Но девушка покачала головой, она и не думала искать причину в американском режиссёре, только если косвенную. - Шоко-сан – менеджер Шо уже долгое время. – Задумчиво протянула Могами. – Мне кажется, дело в нём. - Некоторое время назад ты вопрошала, почто тебя не тормознули, когда ты полезла помогать, - напомнил Куросаки. - Я кажусь вам неадекватной, да? – Улыбнулась Кёко. - Хорошо, что ты это хотя бы осознаёшь. – Тряхнул волосами японский режиссёр. - У тебя нормальная реакция, - отозвался Цуруга, глядя на свою девушку. - Просто вспомните, как они оба вели себя. - И как же? - Точно поругались. Крупно. - Горделивый певец просто не любит и не привык, чтобы к нему испытывали жалость. Вот и огрызается с менеджером. – Предположил Ё. – Как тебе такая картинка? - Очень реальна, - со вздохом призналась Могами, - съёмки снова придётся перенести, да? - В этом вопросе мне приходится рассчитывать теперь только на тебя, - криво улыбнулся Куросаки, - Алекс улетел, а Савако показала мне неприличный жест. - Подозреваю, ваша реплика перед этим была не менее эпична. - Что ты, я всего лишь предложил её гонораром оплатить личного гувернёра для певца, чтобы тот являлся вовремя, если ей так трудно подождать всего минутку. Кёко не успела ответить, потому что в кармане Ё зазвонил мобильный, и высокий брюнет принял вызов. - Ки? Блондинка быстро и нечленораздельно заговорила что-то в телефон, и когда Ё сел ровнее, Могами тоже внутренне подобралась. - Стой. – Приказал японец серьёзным тоном, который девушке редко доводилось слышать. – Сначала и основное. Все живы? К президенту. Понял. Я с Реном и Кёко. Да. Да. Давай осторожнее. Отключившись, Куросаки вновь повернулся к заднему сиденью и заговорил: - В здании, где проходила вечеринка «Запретного плода», был взрыв. Все живы. Наши живы. - Где они? – Подалась вперёд Могами. - У Такарады. Он уже вылетел. Их забрал Морен. - Я поведу, - Цуруга кивнул Ё, который уже искал нужную информацию о происшествии в интернете, чтобы оценить масштабы произошедшего. И высокий японец не без труда перелез на пассажирское сиденье, пока Рен обходил автомобиль и садился за руль. - Никакой информации, кроме официальных данных, - пробормотал Куросаки, - поразительно. И подозрительно. Пахнет службой безопасности президента. Полагаю, мы это скоро выясним.

Как нам всем давно уж полагалось бы усвоить, наиболее точное представление о том, что такое есть душа человеческая, даёт лабиринт. И чего-чего только в душе этой не таится.

© Ж.Сарамаго «Странствие слона»

__________________ Аврора и Минерва – древнеримские богини утренней зари и мудрости, справедливой войны, соответственно.