Целитель Гонт

Морган Гонт родился в семье сквибов. Точнее, он даже не знал, что на свете бывают маги и сквибы. Его семья была обычной upper-middle class — отец — Мартин Гонт — главврач больницы, мать, Кэтрин Блек, блестящий психиатр. Сестра, Марго — умница и красавица. В 11 лет ему пришло письмо в Хогвартс. Еще в поезде ему объяснили, что маглорожденных Гонтов не бывает. А Блэк, которая замужем за Гонтом — точно не может быть маглом. Знали ли его родители? Скорее всего — да. Но старшая дочь была сквибом, и на сына у них не оставалось особых надежд. Тем более, что особых выбросов у Моргана не было. Тем не менее, он оказался магом — чистокровным. Как подтверждение тому, он попал на Слизерин. До конца 4 курса его жизнь мало чем отличалась от жизни других учеников. Про Гонтов знали в основном старые семьи, и они держали язык за зубами. В день, когда Гарри Поттер вернулся в Хогвартс обезумевший от происшедшего, с трупом Седрика, изменилось все. В тот вечер слизеринцы долго не расходились по спальням. В гостиной раздавались шепотки и разговоры вполголоса. Моргана слегка трясло — он знал, что Темный лорд приходится ему родственником. Но ведь в магическом мире все друг другу в каком-то колене родня, не так ли? Вряд ли Лорд сразу же начнет охотиться за ним? Да и зачем ему — Морган ему не враг. Хоть и не питает никакого желания стать Пожирателем, в отличие от некоторых однокурсников. Он заставил тогда себя пойти спать в спальню мальчиков. А потом резко проснулся, когда его плеча коснулась рука Снейпа.  — Мистер Гонт, просыпайтесь, и постарайтесь вести себя очень, очень тихо. Морган кивнул.  — Слушайте меня, Морган. Сегодня ночью Темный Лорд возродился. Я полагаю, вы это уже знаете. Я знаю, вы надеетесь, что вас это обойдет стороной, но это, к сожалению, невозможно. Морган опять кивнул. Его трясло спросонья от холода и страха.  — Прямо сейчас я получил один и тот же приказ от двух людей- привести к ним Моргана Гонта. Один из них — Лорд. Второй- Дамблдор. Я даю вам выбор, Морган. Выберите сами, к кому вы пойдете. Второму я смогу соврать.  — Что ббуддет, ессли к Дамблдору? — зубы Моргана выдавали чечетку от озноба.  — Я не знаю — честно ответил декан. — Дамблдор знает, что вы важны для Лорда. Возможно, он постарается дать вам всю возможную защиту. А может — постарается потихоньку избавиться от вас, чтобы не оставлять Лорду козыря.  — А Лорд? Что он ссдделает?  — Может, попробует убедить вас присоединиться к нему. А может, избавится от вас как от конкурента за главенство рода. Морган кивнул.  — Мне нужна минута- он изо всех сил старался не заплакать.  — Разумеется. Через минуту вы сообщите мне имя и мы пойдем.  — Да. Снейп отошел в тень. Морган пытался думать, но в голове была пустота. Так он и провел эту самую важную минуту своей жизни — сидел на кровати, смотрел, как на соседней кровати спит Малфой, и не думал ни о чем. Снейп вернулся, молча встал напротив мальчика. Морган поднял на него глаза.  — Лорд — спокойно сказал он. Снейп кивнул. Морган оделся, взял чехол с палочкой, и вышел из спальни вслед за Снейпом. Был уже предрассветный час, когда они аппарировали с границы Хогвартса к темному Малфой-менору. Морган все это время молчал, как и Снейп. Зайдя в менор, они прошли к главному залу, тому самому, где через 14 лет Драко Малфой будет праздновать пятилетие своих близнецов в компании Гарри Поттера. Там, на гротескном подобии трона сидел Волдеморт. Больше в зале не было никого — даже хозяина менора. Моргана передернуло от отвращения, когда он увидел змеиноподобное лицо монстра. Волдеморт заговорил — и стало понятно, что он абсолютно безумен. Он долго вещал что-то про новый рассвет и войну против маглов. Надо было идти к директору — тоскливо подумал Морган. Потом он понял, что Волдеморт обращается к нему. Тому нужна была жизненная сила — она плохо держалась в новом уродливом теле. Он хотел, чтобы Морган принял на себя главенство рода Гонтов — Тому, как отпрыску по женской линии, в этом было отказано. И чтобы своей властью и кровью главы рода помог бы лорду стать…менее монстроподобным.  — Кровью?  — Да. Она поможет мне стать хоть немного… ближе к своему. оригиналу. Я безумен, мальчик. Я знаю это. Пока что осознаю — в коротких просветах между приступами. Я не хочу быть таким, как сейчас. Помоги мне, Морган. И Морган согласился. Дальше были тяжелые и долгие ритуалы. Очищение, принятие на себя главенства, взятие обязательств, и еще много чего. Он едва стоял на ногах, и Снейп прошептал лорду на ухо, что со следующим этапом стоит повременить. Но тот был непреклонен.  — Я схожу с ума, Северус. Скоро последствия станут необратимыми. У нас нет времени ждать. Он справится, я знаю. Морган стоял на коленях возле родового алтаря Гонтов. Он закрыл глаза и начал делать то, о чем его попросили- желать полного излечения и великой силы темному лорду. Он вспоминал его змеиную морду, полный страдания взгляд, шипящий голос, и молил немного не о том — скорее о чем-то, что хотел на самом деле: пусть все станет по-другому. Пусть не будет совсем Волдеморта, Тома, Темного лорда — или как его там; пусть будет только Гонт. Властью, мне данной. Если надо, я поделюсь своей силой. Только пусть хватит и на этого. Он не чувствовал того, что ему обещали: эйфории, власти, счастья. Только жалость и желание излечить это страдающее существо. Наконец от алтаря взмылся яркий сноп света и ударил в низ обоих — Моргана и Лорда, стоящего поодаль. Морган не знал, что в эту секунду все крестажи Волдеморта раскололись, высвободив части души Лорда, и за долю секунды оказавшись в алтарной комнате, один за другим впились в грудь того. Лорд закричал, как умирающий зверь. У Моргана не оставалось сил даже кричать. Он просто упал без сознания у алтаря. Морган проснулся через несколько дней, и увидел абсолютно новую реальность. Лорда Волдеморта больше не существовало, все метки у его слуг исчезли. Это было самым явным и простейшим доказательством того, что Поттер поехал крышей после турнира, рассказывая о воскрешении Лорда. Шрам Поттера тоже практически исчез, так что главная регалия Мальчика, который выжил, уже не была такой вызывающе узнаваемой. Улика за уликой, доказательство за доказательством, и через полгода министерство наконец с облегчением признало — Темный Лорд мертв, окончательно и бесповоротно. Пожирателей тоже можно было больше не опасаться. Нашли мертвых Петтигрю, Беллактрис и Лестренджей, — первого в запретном лесу, вторых — в их камерах в Азкабане. Самые фанатичные и опасные слуги Лорда были убраны. Поттер ходил просто обезумевший. Еще два дня назад он видел своими глазами монстроподобного Лорда, а теперь его шрам просто рассасывается. Что же было? Что происходит?! Новый план Волдеморта? Или…  — Может, он возродился, но не сумел удержаться в живых? — осторожно предположила Гермиона — по твоему описанию, он не выглядел сильно здоровым… и стабильным. Многие гриффиндорцы с удовольствием ухватились эа эту гипотезу, а позже она стала официальной версией для тех, кто не хотел считать Поттера психом, но и смерть Того-Самого не мог отрицать. Эта версия была самой удобной и правдоподобной. Не смирился только Поттер. И Дамблдор. Как две ищейки, они чувствовали подвох. И копали в любом направлении. А самое близкое направление было — им был Морган Гонт. Снейп сумел оправдать мальчика перед директором. Про его исчезновение объяснил, что мальчик сам сбежал в ту ночь от страха перед Волдемортом к родителям в Лондон. Родители с готовностью подтвердили, и сказали, что бедный ребенок от переживаний слег в постель. Посетить больного Дамблдору не разрешили, но он смог хотя бы удостовериться, что Морган Гонт на самом деле находится дома у своих сквибов-родителей, а не под крылышком у Темного Лорда. Он не знал, что это по сути уже одно и то же. А через два года, когда Волдеморт стал устаревшей страшилкой, а Морган заканчивал Хогвартс, на политической арене магической Британии появился харизматичный, циничный и великолепный Маркус Гонт — высокий черноволосый мужчина плотного телосложения, с властным и умным взглядом, приехавший, по слухам, из Америки, где жил почти всю свою жизнь- боковая ветвь Гонтов, ничего не имеющий общего с Волдемортом. Приехал как предприниматель, а потом быстро потеснил с политического трона Фаджа, и сбросил на периферию Дамблдора. Его политическая агенда была основана на экономических реформах и укреплении международных отношений. Ему было плевать на чистоту крови, на маглов, маглорожденных и полукровок. Его команда состояла из всех их, вместе взятых. И он выиграл выборы, став тем, в ком Британия так сильно нуждалась- реформатором. Но все эти годы Дамблдор чувствовал подвох. Ни разу он не согласился встретиться с Маркусом Гонтом, но много раз вызывал к себе Моргана, снова и снова спрашивая его: что именно произошло той ночью? Как он смог выйти из Хогвартса? Попасть в Лондон? Почему так долго болел? Общается ли со своим дядей? И о чем общается? Поттер унаследовал от своего учителя эту подозрительность и неприязнь. До 5 курса он Моргана просто не замечал. С 5 курса, с каждым днем его взгляды в сторону слизеринца становились все тяжелее и холоднее. Когда Дамблдор умер в Мунго практически на руках у Малфоя и Гонта, Поттер был готов просто швырнуть обоих в Азкабан без суда и без следствия. Только обширные связи Люциуса и Маркуса спасли тогда стажеров. Друзья смогли успешно закончить обучение на целителей, и все пошло своим чередом. Морган практически заставил себя забыть подробности того страшного лета 95, когда он все два месяца пролежал плашмя, не в силах шевельнуться, а вокруг все бурлило и кипело- бегали встревоженные, но сдержанно торжествующие родители, иронично качал головой человек, которого следовало теперь называть «дядя Маркус» («что же ты натворил тогда в ритуальном, а, Морган? Не много ли на себя взял? Спасибо, конечно.»), бурно цвел роман между Драко и Марго- о помолвке объявили уже на 5 курсе. И вот, прошло 14 лет. И тайна, так тщательно сберегаемая, чуть было не попала к самому опасному врагу Лорда. К Гарри Поттеру.