Целитель Гонт

— Хочешь? Морган покосился на пузырек в руках у Поттера.  — Что это?  — Рецепт Снейпа, специально сварено им для тебя. Не вызывает привыкания, обостряет приятные ощущения, притупляет неприятные.  — Я-то думал, что ты все это затеял именно ради нанесения неприятных… ощущений.  — Я о тебе думаю, дурак.  — Спасибо, мне это очень приятно слышать.  — Ты себя считаешь мучеником, Гонт? Невинно замученным своим злым начальником, преемником Темного Лорда?  — Не все так патетично, но что-то в этом есть. Ты на самом деле преемник Лорда. Поттер задумчиво посмотрел на своего советника, лежащего на огромной кровати посредине министерской выручай-комнаты. Больничная палата, какой ее помнил Морган, по воле министра стала спальней гедониста. Гонт казался расслабленным, но Поттер знал, что это не так.  — Последний шанс, — Поттер помахал пузырьком — иначе я подумаю, что тебе это все нравится. Морган подумал. Принять зелье — значит, обманывать свое тело, внушить ему, что все не так уж и плохо. Не принять… выдержать все это в трезвом рассудке? Зная, что все временно — это было бы возможным. Потерпеть, переждать. Но он не тешил себя иллюзиями. Его новые… функции при министре стали такими же постоянными, как и должность советника. Он взял бутылочку.  — Сколько капель?  — Достаточно четырех. Морган прислушивался к себе, стараясь понять, как именно действует зелье. Особых изменений пока не было. Все стало более… терпимым. Например, боли не было совершенно, и одно это уже стоило многого. Ничего приятного, впрочем, пока не было тоже. Губы Поттера прошлись по его позвоночнику сверху вниз, руки оглаживали поясницу, бедра, ягодицы, поднялись наверх, и Поттер одним махом перевернул его на спину.  — Хочу видеть твое лицо. Он смотрел на советника — тот старался выглядеть таким же безразличным, как до этого, но все же… что-то изменилось. «Как жаль, что это только из-за зелья» — подумал Поттер с легкой горечью. Он накрыл рот Моргана своим — и губы того едва шевельнулись. Впервые за долгие месяцы. «Снейпу — Мерлина первой степени» — мелькнуло у Гарри в голове. Подумать только, легкое движение губ Гонта, и ему, министру, уже сносит крышу. Он застонал, углубил поцелуй, буквально вгрызаясь в своего противника. Руки его яростно вцепились тому в плечи, потом без капли нежности прошлись по всему торсу, с единственным желанием — охватить как можно больше, пометить, как свою добычу, заставить того плакать… ах да, зелье. Вряд ли Гонт будет плакать в этот раз. Ничего, у них впереди еще очень много времени. Советник тем временем кусал себе губы — приятные ощущения на самом деле обострились, и от этого стало еще хуже. Он почувствовал пальцы Поттера внизу, обхватывающие его, и сигналы неестественного, навеянного дурманом наслаждения, напомнили ему тот раз после ночного клуба. Это было уже слишком. Он рванулся, чтобы вырваться, но обезумевший от его податливости Поттер крепко перехватил Гонта за пояс.  — Мой — прошипел он ему куда-то в шею, а потом опять захватил в жестокий подавляющий волю поцелуй, входя в него как обычно — одним рывком.  — Я… не хочу так. — прошептал Морган. — Больше не надо с зельем.  — Теперь будет только так. — Изумрудные глаза Поттера стали почти черными. — Знал бы, давно бы уже…  — Это… хуже чем Империо. Оставь, Поттер. Я хочу сделать перерыв, пока зелье не выветрится. — Морган опять попытался вырваться, но каждая его попытка распаляла Поттера еще больше.  — Тебе больно? — тот резко вошел в него, словно проверяя.  — Нет.  — У тебя стоит. Ты скоро кончишь. Мне это нравится, я хочу, чтобы у тебя стояло. Теперь ты будешь всегда кончать.  — Аааах. — Морган почувствовал, что находится на самой грани, стон вырвался вопреки его воли. Этот стон словно окончательно свел министра с ума. Тот начал лихорадочно вбиваться в Гонта, рукой схватив его за горло, смотря тому прямо в глаза и не давая отвернуться; другой рукой он яростно дрочил противнику. Спина его блестела от пота, на лбу набухла вена, он не щадил ни себя, ни Моргана, желая увидеть наконец то, что должно было произойти. Наконец, Морган, доведенный то исступления зельем и Поттером изогнулся под его телом, кончая, и тот, уже не сдерживаясь, почувствовал, как его тоже накрывает волна оргазма — самого сильного за последние месяцы. Через какое-то время Гонт поднялся с кровати, потянулся за одеждой. Поттер смотрел на него, сонно и довольно, как кот, съевший мышь.  — Я закажу у Снейпа большую партию этого чуда. — сказал он. Морган пожал плечами. Ясное дело, Поттеру хочется вывести его из себя, заставить спорить и пререкаться. Сил на это у Гонта не оставалось, поэтому и смысла тратить время на силовые игры не было.  — Закажи — его голос звучал ровно.  — Рад, что тебе понравилось.  — Рад, что понравилось тебе — вежливо ответил Гонт. Поттер помолчал. Морган внутренне напрягся. Но тот решил не продолжить пикировку, к его облегчению.  — Увидимся на восьмичасовом совещании. Завтра прибудет делегация из Мунго, чтобы обсудить утвержденный бюджет. Если хочешь, я подпишу им их правки. Морган не верил своим ушам. Министр размяк настолько, что готов подкинуть ему подачку, как отличившимся дрессированной собачке? Расширенный бюджет для Мунго — неслыханно щедрый подарок. И такой же унизительный. Что подумает Малфой, когда узнает о таком… одолжении? И когда услышит, что Морган отказался — от лишней дюжины коек, от новой команды врачей, от оборудования, которое они так долго ждут, которое спасет жизнь еще нескольких людей? И сможет ли Морган простить себе, отказавшись? А согласившись на подачку, сможет ли? Поттер знает, как превратить жизнь своего врага в чистилище, подумал он. Вслух он сказал только:  — Спасибо, я подумаю. Министр улыбнулся и взял с прикроватного столика папку с очередной бюджетной сметой. Аудиенция была окончена. До следующего раза.