Битва сильнейших

Для того чтобы принять решение уйти с «Битвы», Соне потребовался целый месяц. Месяц уже ставшей такой непривычной жизни дома с мамой, которой она всё-таки рассказала о причине своего возвращения, умолчав лишь о своём видении. Месяц напряжённого молчания между ней и Костей — они так и не разговаривали, пересекаясь лишь на съёмках и даже не здороваясь. Он, конечно, ей звонил в тот вечер и на следующий день утром, но она сначала не брала, а затем и вовсе отключила телефон. Больше попыток заговорить с ней мужчина не предпринимал. Постоянные нервы, всё более сложные испытания, отсутствие привычной поддержки, присутствие Керро рядом с Гецати — всё это очень сильно выбило Егорову из колеи. Конечно, рядом всегда был Лёша — он приносил Соне чай, кормил её бутербродами после испытаний, подвозил и всячески поддерживал, но это всё-таки было что-то не то. На самом деле, Похабов давно догадывался о том, что с Егоровой происходит. Однако предпочитал молчать, желая, чтобы подруга своей головой до этого додумалась. Пока слишком поздно не стало. Единственное, что он заметил — Соня всё-таки послушала его совета и бросила курить, посылая куда подальше желающих «стрельнуть» у неё сигаретку. Осознание того, что всё-таки с ней не так и что хватит уже списывать все сбои в организме и тошноту по утрам на нервы, пришло к Егоровой абсолютно неожиданно — во время прогулки с Аркашей. Чтобы положить конец своим сомнениям, девушка завернула в аптеку и купила тест. Смотреть на его результаты Соня боялась. Сама не знала, почему, но всё же. Они с Костей хотели ребёнка. Но их планы сами собой сдвинулись сначала на участие Сони в девятнадцатом сезоне самого мистического, а потом и вовсе ещё на год — девушка хотела, чтобы ребёнок появился на свет в законном браке. А свадьбу они с Гецати запланировали аж на апрель следующего года, ведь их ждал двадцатый сезон любимой «Битвочки» (спасибо, Егорова, третьей степени за проявленную инициативу). Опасения городской ведьмы оправдались — она действительно была беременна. К такому исходу событий она, конечно, была готова, но всё равно, всё ещё немного нервничала. И, чтобы подтвердить или опровергнуть свои догадки (ведь тесты на беременность часто врут), Соня тут же позвонила Костиной сестре, уточняя, может ли та принять её завтра утром.

***

Решение было принято. И то, что Лена подтвердила Сонины догадки и результаты вчерашнего теста, заставило городскую ведьму стать ещё более уверенной в том, что оно верное. — Иди Костю обрадуй, — дописывая что-то в карте и отдавая Соне кипу направлений и рецептов, сказала ей девушка. — Он как раз здесь сейчас. Ну хотя, чего я тебе об этом говорю? — Не пойду, Лен, — забирая бумаги, помотала головой Соня. — Мы же поссорились и месяц как не разговариваем. — В смысле вы месяц не разговариваете? — у Лены округлились глаза. — Почему? — У братца своего тупоголового спроси, — злобно буркнула Егорова в ответ. — И ни слова ему вот про это вот всё, договорились? — Договорились, — Костина сестра прекрасно знала, что с Соней лучше не спорить. А Соня прекрасно знала, что если не сейчас, то потом Лена обязательно всё выложит старшему брату. Утром следующего дня Лена всё-таки решила рассказать Косте о Сонином интересном положении, а заодно и выяснить, что же у них всё-таки произошло и из-за чего они с Соней поссорились. Она прекрасно поняла, что Егорова на мужчину слишком обижена, да и не хотела тревожить её и без того натянутые нервы неприятными воспоминаниями, а вот у брата можно было что-то выведать. Пользуясь тем, что Константин с утра пораньше приехал на работу (мужчина исполнил-таки свою мечту, пока его любимая ведьма билась в девятнадцатом сезоне за синюю стекляшку, и открыл свою клинику) — дел в его отсутствие (съёмки в «Битве» они такие) накопилось вагон и маленькая тележка, девушка направилась прямиком в сторону его кабинета. Не утруждая себя приветствиями и особо не церемонясь, Лена положила на стол перед Костей распечатку снимков УЗИ. — И что это? — глянув краем глаза и снова уткнувшись в монитор, спросил он. — Ленка, ты что, беременна? — Я — нет. Да и от кого бы мне? Ты всех моих ухажёров своим грозным видом разогнал, — спокойно отчеканила девушка, приземляясь в кресло. — А вот Соня — да, — сверху на снимки опустилась карта Егоровой. — И что-то мне подсказывает, что от тебя. Но она просила тебе об этом не говорить. Гецати отвлёкся-таки от компьютера и своих дел, принимаясь внимательно изучать принесённое сестрой. — Предохраняться надо, чтобы таких сюрпризов не было, — видя на лице брата выражение шокированного бобрёнка, фыркнула Лена. — Да мы обычно да. Просто в тот раз не было, а она сказала, что всё нормально будет, — начал оправдываться Гецати, вспоминая в подробностях ту жаркую ночку в маленьком отеле на окраине какого-то города. — Так вот почему она вчера с «Битвы» ушла, — мужчина завис, пытаясь осознать, как резко в этот самый момент перевернулись их с Соней жизни. Скоро у них появится малыш. Или малышка. — Да отвисни ты уже, отец! — Лена стукнула ладошкой по столу, заставляя Константина вынырнуть из потока мыслей, в которых он уже учил сына кататься на велосипеде. — И расскажи мне, что у вас случилось. Почему вы с Сонькой уже месяц не разговариваете? — Потому, что я дурак, Лен, — выдохнул мужчина, закрывая лицо ладонями. — Вообще не понимаю, как так вышло. Вроде, всё как обычно было — мы после съёмок домой собирались ехать, планы на вечер и на выходные строили. Соня с Таней заговорилась и отстала от меня, а Мэри ногу на лестнице подвернула. Я её подхватил, потому что сзади шёл, а дальше как в тумане. Помню, что в машину её посадил, она адрес назвала и мы поехали. Как я мог про Соньку забыть — ума не приложу. Стоило мне Керро до квартиры довести, как выяснилось, что ничего у неё не болит и она мне наврала. Целовать начала, рубашку расстёгивать… Я ответил, а потом меня как ударило — Егорова кольцо сняла, и я перестал её чувствовать. Видела, значит, что-то. И подумала наверняка, что я ей изменил. Но я-то ей не изменял… — Да-а-а, Гецати, — протянула Лена, — ты не то, что дурак, ты — мычащая английская уточка. — Кто? — Константин дёрнул бровями. — Му-у-удак, — со смехом сказала девушка. — А ещё я когда домой приехал, вспомнил, что у нас в этот день годовщина была… Мы с Соней два года как вместе. Были… Стол накрыт, вино, свечи, вкусняшки всякие… И ни Сони, ни Аркаши дома нет. И трубки она не поднимала… — Я бы тоже на её месте не брала. Ибо нефиг так делать. Ты бы знал, как она готовилась. И мы с Катей ей помогали. А ты… Эх ты! Что делать-то теперь планируешь с этим со всем? Как с Соней мириться будешь? — Об этом я ещё не думал, если честно. Да и не захочет она со мной разговаривать, если даже про её беременность я от тебя узнал. — Ну ты попробуй всё-таки с ней поговорить, Кость, — Лена поднялась и, обойдя стол, коснулась рукой плеча брата. — У неё хорошее настроение с утра было. Вроде как. — Поторопись его испортить, ага, — буркнул Гецати. — Идите уже, Елена Константиновна. Вас там пациенты заждались, — улыбнулся. — И всё-таки позвони Соне, — сказала девушка, скрываясь затем за дверью. А Константин остался наедине со своими мыслями. Работать ему уже абсолютно не хотелось. Кнопка быстрого вызова. Их совместная фотография на экране смартфона. И её такое привычное: — Алло.