Император

      Хеймдалл, как золотой монумент, стоит на своем вечном посту и, не в силах сдержать улыбку, наблюдает за происходящим на Земле.       — Тора нет уже больше месяца, — говорит стоящая рядом Фригга.       Царица явно упустила момент, когда ее сыновья превратились во взрослых мужчин.       — Он жив и здоров, — успокаивает ее страж, — скоро вернется домой.       Локи, в свою очередь, надеется, что Тор проторчит в своей любимой дыре под названием Земля подольше. Еще совсем недавно он собирался навести там порядок по своему разумению. Но от планов по захвату планеты пришлось отказаться, когда Локи случайно узнал — читай, подслушал — что после того, как он построит портал и отворит двери читаури, его же первым и пустят в расход. Как выяснилось, его новые друзья вовсе не собирались позволять ему править людьми. Да и саму Землю ожидала весьма незавидная участь. Локи с поклоном принял предложенный скипетр, позаимствовал у землян тессеракт, и с чистой совестью отправился в единственное место, где до него, при соблюдении ряда условий, практически невозможно будет добраться.       Он осторожно выглядывает из своих покоев в пустой коридор. Опять все разбежались, трусы. Локи с досадой хлопает дверью. В последнее время заманить к себе кого-нибудь из слуг стало сложнее, чем поймать пузатого чибиса. Среди дворцовой прислуги ходят слухи, что младший царевич, который и раньше-то был горазд на жестокие розыгрыши, в бездне окончательно сошел с ума и находиться с ним наедине опасно — его безумие заразно.       Необразованные болваны. Впрочем, нельзя сказать, что байки челяди были совершенно беспочвенными. Локи, изучая силу скипетра, использовал слуг в качестве подопытных кроликов. Мощь его нового оружия впечатляла. Пришлось изрядно поработать над удалением эффекта синих глаз у подопытных, но он успешно с этим справился. При помощи скипетра Локи мог заставить людей делать немыслимые вещи — даже убить себя. Правда, воздействие, помимо желания Локи, прекращалось при хорошем ударе по голове, что продемонстрировали слуги, пытаясь привести в чувство своего коллегу, которому не повезло попасться царевичу. Но в целом…       От размышлений Локи отвлек негромкий стук в дверь.       «Неужели у нас доброволец» — обрадовался он. Всего лишь эйнхерий зашел сообщить, что его ждут для пробного запуска.       Локи с похвальным рвением взялся помогать в восстановлении радужного моста. Благодаря его усилиям проект нового моста был завершен в рекордные сроки, зодчие Асгарда создали новое полотно и на сегодня был запланирован пуск. Работавшие с ним инженеры и маги Асгарда восхищались талантами и работоспособностью сына Одина, который не отлынивал от работы и не пытался переложить ее на чужие плечи.       Все, кроме Бейнира. Молодой асгардский инженер, отец которого в свое время был одним из ближайших советников Одина — в то время, когда царь еще нуждался в советниках — жутко завидовал уму царевича и вел себя с ним вызывающе и нагло. Однажды не постеснялся даже затеять с Локи спор прямо на глазах у изрядно удивленного Одина. Удивляться было чему — инженер довольно грубо пытался донести свою точку зрения до его младшего сына, который с изумительной кротостью терпел его наглость.       И прямо сейчас Локи идет к Бивресту, ведя под руку Фриггу, которая вновь ненавязчиво расспрашивает, не вернулись ли воспоминания о том, что произошло с ним после падения с радужного моста. А Локи снова заверяет ее, что если что-то вспомнит, то первым делом поделится с ней. Все-таки царица Асгарда куда проницательнее Одина, думается ему. Старик явно теряет хватку — удовлетворился его наспех состряпанным рассказом.       Они стоят в одной из парящих сбоку от радужного моста крылатых лодок и наблюдают, как главный инженер Асгарда отдает приказ о подготовке к запуску.       — Я так горжусь тобой, Локи — говорит ему Фригга. Он ласково улыбается в ответ, но от Фригги не укрывается, что ее сын очень волнуется. Она в успокаивающем жесте дотрагивается до его руки, — все получится.       — Надеюсь, — тихо отвечает он.       Биврест работает. Стоящие в парящих вокруг него лодках асгардцы радостными возгласами отмечают успех. Локи счастливо улыбается Фригге.       Все одновременно замолкают, когда слышат нарастающий гул. Радужный мост начинает вибрировать, а потом содрогается до основания. Присоединенное полотно крошится в мелкую пыль, а на оставшейся части моста появляется огромная трещина. Фригга смотрит на потрясенного сына, в глазах которого плещется отчаяние.       — Бейнир, сын Эйнара, — зычный голос Одина разносится по тронному залу, — ты был уличен в злонамеренном исправлении чертежей, что чуть не привело к обрушению радужного моста, ты уничтожил многомесячный труд своих товарищей. Что скажешь?       Подавленный инженер жалкой фигуркой стоит у подножия трона. Его бывшие товарищи стоят по сторонам и с осуждением смотрят на него. После катастрофы с мостом, было проведено тщательное расследование, в результате которого было установлено, что кто-то внес исправления в готовые расчеты. Опрошенные слуги сообщили, что Бейнир часто по вечерам в одиночестве сидел над чертежами. Иногда приходил даже ночью. Инженер отпираться не стал.       — Я полагал, что расчеты, которые сделал царевич Локи, неправильны и думал, что заменив их своими, я принесу пользу, — опустив голову, говорит он, — я не хотел, чтобы такое произошло, простите меня, — подняв голову, он виновато смотрит стоящему у трона царевичу в глаза. Локи кивает в знак того, что принимает его извинения.       — Что ж, — задумчиво произносит царь, — твоя гордыня принесла горькие плоды, но, учитывая твое горячее раскаяние и отсутствие злого умысла, полагаю, что, — тут Один замолчал, и все затаили дыхание в ожидании приговора, — год заключения будет для тебя достаточным наказанием.       По залу, словно легкий ветерок, пронесся удивленный ропот. Все знали крутой нрав царя и были весьма удивлены столь мягкому наказанию за такой серьезный проступок.       Всю работу нужно было начинать сначала. Локи стоял на балконе и смотрел на чудом не загубленный окончательно радужный мост, когда услышал у себя за спиной шаги.       — Моя леди, — не оборачиваясь, произнес он и услышал раздраженный вздох, — уже успела соскучиться, Сиф?       Локи может бесконечно смотреть на три вещи: звездное небо, асгардский трон и на то, как бесится леди Сиф.       Три воина с философским спокойствием приняли его возвращение в Асгард. О возвращении былой дружбы речи, разумеется, не шло, но они, по крайней мере, вели себя при встрече с ним со сдержанной вежливостью. Другое дело Сиф, которая рвала и метала от того, что подлый предатель умудрился отвертеться от наказания за попытку их всех убить. Еще живы были воспоминания о том, как ее гонял по улицам маленького земного городка Разрушитель. Баба она и есть баба, думал Локи, хоть и напялила на себя доспехи.       Ему ужасно хотелось ткнуть ее своим скипетром. Она могла бы таскать его парадный клинок или прислуживать за ужином. От проказы Локи удерживало только нежелание обнаружить раньше времени свое новое оружие и то, что рука у его бывшей подруги была уж больно тяжелая.       — Небось, ты постарался, — кивнув на видневшийся вдали радужный мост, сказала Сиф, — где ты, там все летит к чертям.        Локи возмущенно уставился на нее.        — Если ты пришла в очередной раз оскорбить меня, то прошу извинить, я что-то не в настроении. Видишь ли, когда твои труды загублены, и тебя еще в этом делают виноватым, очень сложно держать себя в руках.        Сиф, казалось, выглядела немного пристыженной.        — Я пришла сказать. Тор вернулся. Он у царя.       Локи бесшумно скользнул в тронный зал. Тор стоял у трона Одина и, оживленно жестикулируя, что-то ему рассказывал. Как будто почуяв, крадущегося за спиной Локи, он резко обернулся.       — Легок на помине, — недружелюбно буркнул Тор, — как раз о тебе рассказываю.       — Жалуешься? — протянул Локи.       — Ты что устроил на Земле? — возмущенно спрашивает Тор, — убил семьдесят человек, разрушил базу правительственной организации. Ты чуть не погубил Эрика Селвига! — казалось, что последний пункт из длинного списка злодеяний брата возмущает Тора больше всего.       — Эрик Селвиг — это один из тех человечков в белых халатах, которые пытались разобрать тессеракт? — забавляясь, спросил Локи.       — Он мой друг, — рявкнул Тор.       — О, боги, прости меня брат, я не знал, — Локи в знак глубочайшего раскаяния приложил обе руки к груди, — тебе следовало составить для меня список своих друзей, я бы никогда…       — Ах, ты! — судя по всему, Тор уже был готов схватить негодного братца за грудки и хорошенько потрясти.       — Довольно! — Одину надоело слушать бесполезную перепалку, — Тор, расскажи спокойно и подробно, что ты выяснил.       — Люди изучали тессеракт на одной из тайных правительственных баз. В какой-то момент он повел себя странно и против их желания создал портал, из которого вышел Локи. Он убил охрану, напал на ученых и отнял у них тессеракт. А потом разрушил базу, из-за чего погибло почти семьдесят землян. Об этом мне поведал Ник Фьюри — владыка этой организации. На Земле Локи объявлен в розыск. Земляне созвали самых сильных героев для защиты своей планеты. Я с ними подружился, — Тор тепло улыбнулся.       — Что скажешь, Локи? — повернулся к нему Один.       — Протестую, — заявил Локи, — никакую базу я не разрушал. Если Ник Фьюри — это тот земной Хеймдалл, то подземный чертог был разрушен по его приказу, когда я забрал тессеракт. Этот твой Ник Фьюри пытается свалить на меня последствия своих действий.       — Но ты напал на людей!       — Ничего подобного. Ни из какого портала я не выходил, — Локи краем глаза взглянул на внимательно наблюдавшего за ним Одина, — твоему новому другу явно примерещилось. Я вошел в дверь, представился, сказал им, что пришел за тессерактом, который является собственностью моего мира, а они наставили на меня оружие. Я защищался.       — Но ты убивал!       — А ты, конечно, никогда этого не делал!       — Прекратите, — Один взмахом руки призвал их к молчанию, — ты слишком долго пробыл на Земле, сын мой. Локи не совершил никакого преступления. Он потребовал вернуть собственность Асгарда, а люди напали на него. Локи напомнил им, кто их бог. Продолжай свой рассказ.       Тор потрясенно смотрел на отца. «А ты думал, у твоего папочки нимб на голове?» позлорадствовал Локи. Его несколько удивило внезапное поощрение. Неужели старик всерьез думает, что Локи до сих пор нуждается в его одобрении?        Тор довольно вяло рассказал о политическом устройстве современной Земли, о локальных конфликтах, о страшном оружии землян и о героях, которых призвали защитить планету от таких, как Локи. Один очень внимательно выслушал его и, позволив сыновьям, которые снова стали переругиваться, покинуть тронный зал, остался сидеть в глубокой задумчивости.       Через три дня Один снова вызвал их к себе. Локи вошел в тронный зал вместе с насупленным Тором. Не далее как сегодня утром, за трапезой, Тор обратился к отцу с просьбой позволить его Джейн и какому-то Стивену погостить в Асгарде, за что получил от царя отменный нагоняй. Один напомнил своему белобрысому отпрыску, что Асгард — обитель богов, а не хлев. Локи добавил в свой список любимых явлений сегодняшнее лицо Тора.       По мере приближения к восседавшему на троне Одину хорошее настроение младшего царевича сменилось предчувствием неминуемой беды. Один строго смотрел на подошедших сыновей.       — Тор, сын Одина, по праву первенства ты в скором времени станешь царем Асгарда и хранителем Девяти миров, — как приговор объявил Один, — Локи, сын Одина, тебе же я вверяю заботу о Мидгарде. Ты будешь править Землей.       — Нет! — одновременно воскликнули Тор и Локи и удивленно уставились друг на друга.        — Отправь лучше меня на Землю! Отправь на Землю Тора! — хором загалдели они.        — Тихо! — рявкнул Один.        — Почему, отец? — Тор от возмущения с трудом подбирал слова, — ты хоть представляешь, что он там устроит?       — Полагаю, будет милосердно править Землей, — без тени улыбки отозвался царь, — этот мир движется в нежелательном направлении, люди находятся на грани уничтожения самих себя и своей планеты. А без срединного мира равновесие в остальных восьми будет нарушено.       — Отправь на Землю меня, я объясню все людям! — с горячностью заверил его Тор       — Нет, — строго ответил Один, — ты останешься в Асгарде, ты мой преемник.       — Я не буду править Землей, — вышел из оцепенения Локи.       — Предпочитаешь трон Етунхейма? — строго глядя на него, спросил Один.       — Мне не нужен трон! — со знакомыми Тору нотками истерики заорал Локи, — я останусь в Асгарде!       — Какие дивные перемены, — не удержался от едкого комментария Тор.       — Локи Одинсон, ты отправишься на Землю, это приказ твоего царя, — раздельно произнес Один, — а теперь вон отсюда, оба!       Они сцепились прямо за дверями тронного зала. Тор в ярости схватил Локи и пару раз хорошенько тряхнул.       — Это что за фокусы? — зарычал он.       — Спроси у своего папаши, — Локи вывернулся из захвата Тора, умудрившись при этом больно врезать ему ногой по колену.       — Хочешь устроить хаос на Земле мне назло?       — Мне не нужна эта помойка! Я не хочу больше быть царем, хотя бы раз поверь мне!       Тора удивило выражение неподдельного страха, мелькнувшее на лице у брата. Это его слегка остудило.       — Но почему отец принял такое решение? — уже спокойнее спросил он.       — Наверное, окончательно впал в маразм, — зло отозвался Локи.       — И что теперь делать? — озвучил Тор волновавший их обоих вопрос.       — Как ты мог так поступить с моим ребенком! — вечером Фригга тигрицей набросилась на царя. Кажется, кое-кто и за тысячу лет не разучился жаловаться маме.       — Твой ребенок нам рагнарек скоро устроит, — утомленно отозвался царь, — он и так уже чуть не уничтожил Биврест. И разжился весьма опасной игрушкой.       — Что? Но Бейнир…       — Бейнир тихий и скромный мальчик, я, в отличие от Локи, прекрасно его знаю. Он бы никогда не стал перечить царевичу и уж точно не стал бы ничего исправлять. Я навещал его в темнице. На нем лежали мудреные чары, пришлось повозиться. Когда он очнулся, то ничего толком не помнил. Последнее его воспоминание — разговор с твоим сыном. Локи, видно полагает, что я совсем стар и не в состоянии понять, что происходит у меня прямо под носом.       — Но зачем ему разрушать мост?       — Очевидно, он считает, что без радужного моста и с запечатанными тропами между мирами, Асгард станет неприступен для проникновения извне. Могу только предположить, что этой ереси он набрался из древних писаний, не представляю, правда, где он их заполучил.       Тут к немалому удивлению Одина, царица опустила голову и густо покраснела.       — Я стояла рядом с ним, когда мост чуть не разрушился. Он был так расстроен, — вспоминает Фригга.       — Надеялся, что уничтожит Биврест полностью, а получил всего лишь трещину, — с усмешкой отвечает царь, — в этом весь Локи. Ничего не доводит до конца.       — Почему ты отправляешь его на Землю? Ты ведь знаешь, что Локи боится. Он так и не рассказал мне ничего о том, что с ним случилось.       — Я хочу понять, кто за ним охотится. Я не собираюсь рисковать Асгардом из-за его глупости.       — Ты бросишь Локи на растерзание, как приманку? Что ты за отец!       — Я в первую очередь царь, для меня благополучие моего народа на первом месте, — Один примирительно обнимает расстроенную жену, — не горюй раньше времени, моя царица, если Локи перестанет упрямиться, я обеспечу его надежной защитой.       Фригга с надеждой взглянула на Одина, который как бальзамом согрел ее душу своей ложью.       Он бодрым шагом направлялся к потайному выходу из дворца. Раз премудрому Одину взбрело в голову отправить его на Землю, как барана на заклание, Локи решил сменить место жительства. Придется найти «щель» получше.       Он достал тессеракт. В отсутствие Разрушителя пробраться в хранилище не составило особого труда. Стражники, как послушные марионетки, сами проводили царевича, держащего в руке сияющий скипетр, к постаменту с кубом. Локи крутанул тессеракт и… ничего не произошло.       — Почему не работает? — вслух пробормотал он.       — Потому что это подделка, — раздался звучный голос сзади. Локи замер, — убегаешь? — непринужденно спросил царь.       — Ты знал, — повернувшись к Одину, прошипел Локи, в глазах которого искрилась опасная смесь страха и ярости.       — Остынь, — примирительно отозвался царь, — я хочу поговорить с тобой.       — О чем же? Может о том, как ты через день-другой вышвырнешь меня на Землю? Мне казалось, мы все обсудили. Мне такой вариант не подходит.       — И что же ты собираешься делать с тессерактом? Будешь скакать по мирам, спасаясь от своих преследователей, но однажды не успеешь вовремя сбежать. И тогда они тебя поймают, — судя по затравленному виду Локи, царь очень точно обрисовал его перспективы.       — Как ты догадался?       — Я не так стар, как ты думаешь. Мало что из происходящего в Асгарде укрывается от меня. Покажи мне свой скипетр.       — Ты знал…все, — вдруг понимает Локи, — и ни разу не вмешался.       — Я хотел, чтобы вы с Тором прожили собственную жизнь. Я не собираюсь страховать вас от ошибок.       Один видит у Локи то же самое выражение лица, какое бывало у него в раннем детстве, когда он старательно строил песчаный замок с лестницами и башенками, а неожиданно набежавшая большая волна рушила результат его упорного труда. Он достал свой скипетр и молча протянул царю.       — Если расскажешь мне, кто хочет твоей смерти, я смогу тебе помочь, — разглядывая артефакт, заверяет его Один.       И Локи сдается. Бежать ему все равно некуда, он в западне. А напротив него сидит величайший из Богов.       — Танос, — с надеждой глядя Одину в лицо, коротко говорит он.       Царь Асгарда думает про себя, что так вляпаться мог только его невезучий приемный сын.       — Асгард тебя не защитит, — говорит он Локи, который, казалось, забыл, как дышать. Он надеялся, что Один позволит ему остаться дома, спасет от страшного монстра. Но глупая детская надежда умерла после слов царя. Только зря проболтался, дурак.        — Ты думаешь, что Асгард неприступен, но это не так. До Асгарда можно долететь на космическом корабле так же, как до любой другой планеты. Войско твоего врага в разы превосходит наше. Ты бы хотел, чтобы дом, где ты вырос, где живет твоя мать, превратился в пепелище?        — Нет, — тихо отзывается Локи.        — Отправляя тебя на Землю, я, в первую очередь, думал о спасении твоей жизни. Войска Земли насчитывают сотни тысяч бойцов, мощь земного оружия превосходит все, что мы видели раньше, — говорит Один и Локи, вскинув голову, внимательно его слушает, — объедини людей, стань их правителем и они смогут защитить тебя от любой угрозы.        — И кем мне себя объявить? Земным императором что ли? Боюсь люди меня не поймут, — ехидничает Локи, но Один внимательно следит за стремительной работой его мысли и понимает, что он уже оценил открывшиеся перспективы.        — Нет, ты станешь их богом, — с улыбкой отвечает царь.        — Дашь мне с собой армию? — вопрошает Локи, — хотя бы леди Сиф?       — А разве тебе нужна армия, когда в твоих руках камень бесконечности? — вручая ему скипетр, спрашивает Один.