Во тьме собственных ошибок

-Н..нет..! Не надо, проснись… Я просто шутил… Это не смешно..! Перестань..! Алан попытался двинуться, нащупать что-то в окружающем его тумане. Что-то тусклое, размытое, едва различимое плыло перед глазами, заменив собой привычную чёрную пустоту. Голоса. Ему казалось, они зовут его. То совсем близко, то будто на другом краю света, смутные силуэты сменяли друг друга, то и дело прогоняемые вспышками короткой пульсирующей боли. Ему казалось, они просят его встать. Они? Или он..? Омега не мог ничего понять, ничего не шло в голову. Все воспоминания будто растворились, он не знал ни где находится, ни где был до этого, не ощущал ничего твёрдого под ногами. Как ни тянулся в тусклую пустоту, руки ничего не могли поймать. Лишь голоса, словно обретя форму, танцевали в тумане. Почему мне совсем не страшно..?

***

Мэтт снова проснулся с ощущением чего-то прекрасного, ожидающего его в новом дне. «Дурак…» - без злобы обозвал альфа сам себя, потягиваясь и вставая с кровати. Если быть честным с самим собой, по его собственным меркам он и впрямь являлся полным идиотом. Раньше Мэтт и подумать не мог, что какой-то омега будет делать его таким необычайно счастливым просто только существуя на свете. Но Алан, всё же, был не «каким-то» омегой, он был омегой, в которого Мэтью умудрился влюбиться по уши, и пути назад от этого всепоглощающего чувства уже явно не было. Однако, если быть абсолютно честным с самим собой, то он уже и не хотел искать этот самый путь назад. Казалось, что несмотря на все трудности, всё у них с Аланом сложится так, что лучше и не бывает. Неторопливо он занимался своими делами, как и в прошлые два дня, без сопротивления отдавался на волю ставшего довольно ласковым течения его собственной реки рутинной жизни. Чуть ли не впервые на своей памяти он ощущал, что эта «река» наконец смилостивилась над ним и перестала швырять его от берега к берегу, то и дело пытаясь потопить. Конечно, он понимал, что они с Аланом вовсе не в романтических отношениях, и рано или поздно его начнёт съедать желание быть к нему ещё ближе, но думать об этом совершенно не хотелось. Мэтью просто наслаждался приятно-тягучим чувством желания поскорее дождаться возвращения омеги из его поездки с родителями и снова заключить его в свои объятия. Он просто надеялся, что «река» останется спокойной как можно дольше. В таком размеренном темпе проходил день за днём. Прошла и неделя, несомненно ставшая для Мэтью одной из самых спокойных и солнечных недель в его жизни. В том переносном смысле, о котором поют романтики, говоря, что у них солнечно в душе. Так же солнечно было и у Мэтта. До этого момента. Тучи вновь нависли над ним, когда на шестой день он решил позвонить Алану и хоть немного послушать его голос, поговорить с ним. Знал, что тот, скорее всего, будет очень смущён этим названиванием, но сдержаться всё равно не смог, слишком уж соскучился. Предвкушая несколько минут наслаждения тихим голосом омеги, он устроился на своей кровати и набрал номер, после прикладывая телефон к уху и мысленно считая гудки. Спустя некоторое время, безжизненный голос автоответчика сообщил чуть расстроенному альфе, что вызываемый абонент так и не ответил. Это, конечно, немного убавило оптимизм Мэтта, но отнюдь не стёрло его полностью. «Наверное, спит или просто не услышал, позвоню попозже…» - решил он, ложась на небрежно брошенное поверх постельного белья покрывало и кладя телефон рядом с собой. Волноваться из-за одного пропущенного Аланом звонка, так или иначе, не стоило. Альфа проснулся спустя полчаса или чуть больше. Сам не заметил, как погрузился в убаюкивающие мысли о мягких каштановых волосах Алана, а потом и в полудрёму. Непредвиденный дневной сон принёс за собой лёгкую головную боль и странное чувство тревоги, которого не было до этого. Мэтью вспомнил, что так и не дозвонился до Алана в первый раз, и решил предпринять вторую попытку, чтобы успокоить самого себя. Он слушал всё такие же лениво-неторопливые гудки в трубке и пытался убедить себя, что волноваться незачем. Кажется, он становился просто параноиком, когда дело касалось Алана, но странную тревогу и правда никакими способами не удавалось прогнать прочь. Гудки продолжались, а она всё нарастала и нарастала. -Абонент не отвечает. Оставьте голосовое сообщение пос- Мэтт передёрнул плечами и оборвал механический голос на полуслове. Он не хотел оставлять голосовое сообщение. Он хотел услышать Алана вживую прямо сейчас. Альфа снова нажал на кнопку вызова и принялся считать знакомые гудки, чувствуя, как невольно тревога охватывает его и медленно расползается по самым затаённым уголкам сознания, нашёптывая что-то пугающее и заставляя вспоминать попытку суицида Алана и те оборванные жалобные гудки. -Абонент- Мэтью чертыхнулся и снова не дал автоответчику договорить, сжав мобильник в руке и пытаясь разозлиться. На что угодно, хотя бы на себя за такие параноидальные позывы в голове, но ничего так и не вышло. Злость так и не пришла и не вытеснила собой тревогу, а тревога в свою очередь начала перерастать в панику, неумолимую и лишающую дара трезво рассуждать. Как и в тот злополучный день, парня полностью охватила паника. Ещё один звонок, ещё и ещё, и снова лишь гудки и бесчувственный голос автоответчика, вновь и вновь сообщающий, что абонент так и не ответил. Паника усиливалась, вскоре заполнив собой всё сознание Мэтта. Пролистывая список совершённых им звонков, которых спустя двадцать минут насчитывалось уже больше тридцати, парень чувствовал, что его руки начинают дрожать. Вскоре, всё его тело охватила противная дрожь бессилия, приходящая в те моменты, когда изменить ситуацию не в твоих силах, и остаётся лишь терпеливо ждать, пока всё разрешится само. Однако, альфа терпеливо ждать не умел, особенно сейчас, когда взбудораженное тревогой и волнением сознание рисовало всё новые варианты того, что могло произойти с Аланом. Плохо. Очень плохо. Нужно что-то делать, и делать как можно быстрее. Некоторое время Мэтью просидел на кровати, обхватив голову ладонями и усердно размышляя, а потом резко вскочил, невольно отправляя плохо заправленное покрывало в полёт на пол, и даже этого не заметив, с грохотом пролетел по коридору в кухню. У матери в записной книжке обязан быть номер миссис Долл. Альфа оказался прав: нужный номер и правда вскоре нашёлся на страницах видавшего виды блокнота в прочной чёрной обложке, в который миссис Литт заносила нужные телефонные номера, рецепты и просто всякие мелочи, которые не хотела забыть. В записях царил абсолютный хаос, и номер матери Алана Мэтт смог найти лишь потому, что он был записан на второй странице и обведён красным карандашом. Видимо, для его матери миссис Долл и правда много значила. Дрожащими пальцами парень набрал нужные цифры и, поколебавшись секунду, нажал на кнопку вызова. На секунду в его голове проскользнула мысль, что, скорее всего, он зря поднял панику и сейчас только зря оторвёт миссис Долл от её дел, но этот вариант развития событий Мэтью тут же отставил в сторону, решив, что лучше самому убедиться, что всё хорошо. -Абонент не отвечает… Услышав эту знакомую фразу автоответчика после минуты уже приевшихся неторопливых гудков, альфа чуть не швырнул телефон в стену, так стало досадно на сердце. Последняя надежда успокоить себя и собственное воображение, убедившись, что с Аланом всё хорошо, кажется, провалилась с треском, ведь миссис Долл, как и её сын, не ответила. Но внезапно слабая вибрация телефона в руке заставила Мэтта вздрогнуть. Посмотрев на экран, он со смесью удивления и радости обнаружил, что это входящий от миссис Долл. Он был уверен, что именно на этот номер позвонил минуту назад. Судорожно, будто боясь, что женщина сейчас передумает и сбросит, парень принял вызов и поднёс телефон к уху. -Алло..? – его голос прозвучал нелепо, сбившийся и слегка дрожащий от волнения, и он запоздало пожалел, что не попытался кашлянуть, прежде чем говорить. -Мэтт? Ты что ли..? Да, это точно была миссис Долл, он узнал её голос и облегчённо выдохнул. Но страх отступил всего на несколько мгновений, ведь уже через секунду альфа понял, как слабо звучит её голос. Слабо и… испуганно? Словно она сама боялась этого звонка и откладывала его. Это точно было нехорошо. -Д-да, я… -Оу… Ну… - она прокашлялась, по видимости, отведя телефон в сторону - …Как ты себя чувствуешь? -Да нормально чувствую… - Альфа так опешил от этих уклончивых вопросов, что не сразу вспомнил, зачем позвонил ей – Но п-подождите, какая вообще разница, как я себя чувствую, я же… Повисло вопросительное молчание. Кажется, миссис Долл не хотела перебивать его. Или же боялась продолжить..? Хватит придумывать себе всякую чепуху, перед самим собой стыдно… - Я просто хотел спросить, всё ли хорошо с Аланом… - Наконец решился Мэтт. – Я не смог ему дозвониться и начал волноваться… Тишина в трубке была прервана чуть дрожащим судорожным вдохом, из-за которого в душе парня снова воцарилось противное липкое волнение, а в голове застучало пульсом осознание, что точно что-то не так. Он ждал около минуты, но ответа так и не последовало. Он слышал тихое дыхание миссис Долл, прерывистое, будто она пыталась собраться с силами и никак не могла заговорить. Мэтью решил настоять, хоть и ему это сложно далось – понимал ведь, что то, что он услышит, вряд ли будет приятным известием. -Миссис Долл? Что-то случилось? Она вздохнула снова, ещё более рвано. Она сдерживает слёзы..? -Алан, он… - Мэтью перестал дышать. Кажется, всё сознание заполнила лишь одна мысль: «что-то не так». - …он в коме… Женщина сдавленно всхлипнула, явно стараясь скрыть этот звук, выдававший её слабость и беспомощность, от собеседника, но даже если бы она этого не сделала, Мэтт всё равно бы не услышал. Он стоял как громом поражённый, уставившись в пустоту перед собой и пытаясь собрать мысли вместе. Ему казалось, что это всё – какая-то глупая шутка или, на худой конец, просто сон. Он с самого начала был готов услышать что-то ужасное, что-то, что разобьёт ему сердце, но когда эти три слова, чёткие и ясные, как гром прозвучали в его сознании, он понял, что был вовсе не готов. Альфа отказывался верить и принимать, надеялся, что ослышался, что воспалённое воображение сыграло с ним злую шутку. Это не может быть правдой, не может. Я сплю, я вот-вот проснусь… Мэтью ущипнул себя за плечо, надеясь, что это спасёт его из кошмара, как маленький ребёнок надеется, что опасность исчезнет, если закрыть глаза и спрятаться под одеялом. Но ничего не произошло. Ничего не изменилось. Кухня, телефон в руке, стол, в который он судорожно вцепился второй рукой, подсознательно боясь, что ноги подкосятся и перестанут держать его, прерывистое дыхание миссис Долл в трубке – всё осталось на своих местах. Он еле смог выдавить из себя слова. -В коме..? -Д-да… - она снова всхлипнула. Чувствовалось, что ей безумно тяжело говорить на эту тему. -Но что… - Мэтт хотел спросить, что же послужило причиной этому, но осёкся. Остатки здравого смысла подсказывали ему, что разговоры об этом причинят ещё большую боль и так страдающей матери. Поэтому он спросил другое, не дав женщине разобрать первый так и незаконченный вопрос. -Где вы сейчас? Оказалось, что Доллы уже как несколько суток снова находились в своём родном городе. Видимо, догадался альфа, с Аланом что-то произошло в первый же день, поэтому они вернулись так быстро, как только смогли. Он и представить не мог, через что прошли эти замечательные люди сейчас. Конечно, теперь, когда осознание роковой действительности более-менее укрепилось и в его голове, ему тоже становилось безумно больно. Чувство безысходности и отчаяния охватывало его всё больше с каждой минутой, а он ему даже не сопротивлялся. Но то, что, должно быть, ощущают мистер и миссис Долл, даже толком не укладывалось в его голове, заставляя содрогаться от мыслей о том, насколько это мучительно. Его собственная привязанность к Алану пришла относительно недавно, тогда как их любовь к нему сохранялась и росла на протяжении многих лет. Они пережили слепоту сына, его затяжную депрессию, смерть дочери, попытку суицида, вытерпели и его – виновника всех бед, внезапно появившегося у них на пороге однажды. И несмотря на всё это, той жизненной энергии, что горела в них, того стержня хватало, чтобы улыбаться каждому новому дню, цепляться за каждый солнечный лучик и верить только в хорошее. Мэтью раньше восхищался этой силой, которой сам никогда не обладал, и невольно завидовал умению Доллов не прогибаться ни под какими ударами судьбы. Но сейчас в его памяти живо звучал опустошённый, умерший голос миссис Долл, её попытки не заплакать и какая-то жалкая, отчаявшаяся интонация. Это пугало, ужасно пугало. Если самые сильные люди сдаются, что тогда? Это конец..?