Травы цветут

— Это скучно, — честно сказала Дженни. — Скучно и глупо для нашего возраста. Она снова отвергла настольную игру, которую с таким трепетом выбрала Джису, и в очередной раз ударила по больному месту — напомнила, что двенадцатилетние девочки должны увлекаться айдолами и наклейками со стразами, но никак не играми в манго пиратов и пиратской мангой о играх. — Она интересная, — отчаянно заявила ей Джису. — У тебя просто нет вкуса. — Вкус у меня есть, — справедливо заметила Дженни. — И у тебя есть. Интересы у нас разные. Лучше займись английским, учитель Пак будет недоволен, если ты не выучишь правила. Сама Дженни говорила на английском бегло и хорошо — словно журчанье ручья, словно трепет ветра. Джису нравилось слушать, как говорит Дженни на уроках. Джису нравилась Дженни. Английский — нет. — А игра все равно хорошая, — упрямо сказала она чуть тише, дергая себя за бахрому на шортах. — Я буду играть в нее с сестрой тогда. Хотела с тобой, но не буду! — Да, да, — вздыхала лучшая подруга. — Если только у твоей сестры останется время… Джису поднимала глаза на новое фото, которое слегка загородило ее детский портрет с одуванчиками в детской ладони и улыбкой в сто карат — на новом фото в белой ажурной рамке ее сестра в свадебном платье прятала взгляд, а ее новоиспеченный муж прятал длинные некогда волосы за прилизанной прической. Джису теперь была почти единственным ребенком в доме — в доме сестры, таком же чистом и аккуратном, как у родителей, был уже собственный ребенок. Ее племянник. — Времени у нее действительно мало, — приговаривала она, Дженни отрывалась от модного журнала, с минуту смотрела на нее, потом вздыхала и тянула к ней обе руки. — Сыграю с тобой, — снисходительно говорила она, обнимая подругу за плечи — как-никак дружат еще с самого детства. — Один раз. А потом — английский… Идет? — Идет, — сияла Джису. — Идет, Джендыки. *** Весна незаметно вплыла в город, оставив за собой целые розовые облака цветущих деревьев в парках, куда Джису и Дженни ходили покататься на роликах. Иногда компанию им составляли другие девочки. Изредка стеснительная Венди из параллели, у которой был, наверное, самый красивый голос во всей школе, еще реже — милая Дахен, с которой Джису ходила в баскетбольный кружок, а чаще всего — Наен, которой одинаково хорошо удавалось дружить и с серьезной Дженни, и с улыбчивой Джису, потому что ее подход был универсален и нравился всем. Наен была старше Джису и Дженни и требовала, чтобы они звали ее Онни. Это ей нравилось. По натуре она была лидером, но любила только свет софитов и блеск толпы, а ежедневный труд и обязанности не признавала вовсе. Лучшая ученица в своем классе и любимица всех мальчишек. Тот же дурачок Бобби, который теперь был выше всех в классе, не сводил с Наен глаз, когда она надевала шортики на физкультуру или выступала со своей группой поддержки на спортивных фестивалях. У Наен была хорошая фигура и красивое милое личико — с такого не написали бы портрета, но сделали бы миллион ярких фото. Дженни она казалась гремучей какофонией лета, кока-колы, леденцов и гербер, Джису — просто красавицей. — У меня есть парень, — заявила она однажды, когда они сидели у пруда, в самом тихом месте парка. — Мы встречаемся и ходим в кино. Иногда он берет меня за руку. Я выбрала его, — гордо добавила она. — Правда? — восхищенно приоткрывала ротик Джису. — Правда? И он целовал тебя? Целовал? — Неужели? — скептически смотрела Дженни, делая вид, что ей это неинтересно, сгорая внутри от любопытства. — Целовал, — улыбалась Наен — победительница, ведь у Дженни и Джису парней не было, — Пару раз. Или три. Или четыре, не помню. На самом деле поцелуй у нее был один — и то неловкий. Но в свои двенадцать Наен справедливо считала, что выполнила весь план, который был положен школьнице, и могла собой гордиться. Где один раз — там два и три. Какая разница?.. — Он устраивает вечеринку, — Наен с чувством превосходства показала фото симпатичного парня на телефоне в розовой рамочке с сердечками. — Его зовут Тэхен, но я называю его Ви. Он любит показывать этот жест, когда знакомится. Он катается на скейте. У него много крутых друзей. Так вот… Я возьму вас с собой, если хотите. Вам пора сходить на вечеринку. Не всегда же кататься на роликах и читать журналы. Может и у вас парни появятся. Не такие, как Ви, конечно, но… — Ну… — Джису опасливо оглянулась на Дженни. Она хотела пойти, сгорала от любопытства, чтобы посмотреть на парня Наен, но знала, что подружка не одобряет таких увлечений. А пойти без Дженни она не смогла бы. Не решилась бы никогда. Но Дженни, поймав ее взгляд, вдруг коротко кивнула и покраснела, став похожей на обычную простую школьницу, которой, в принципе, и была. — Мы пойдем, — сказала она. — А кто еще будет? Ну кроме тебя и Тэхена-оппы? — Его друзья, — начала перечислять Наен. — И я возьму еще Сыльги-сси. Она такая классная. Оденемся в один цвет, как айдолы? И распустим волосы, идет? Вообще приходите ко мне собираться, накрасим Джису, Дженни, а то она снова шорты наденет с майкой. — А как нужно одеться? — удивилась Джису, но, увидев, что Дженни смутилась, вдруг застеснялась. — Платье что ли? — И платье тоже, — снисходительно, как старшая, сказала Наен. — У меня вещей много, найду тебе что-нибудь. Она уже немножко пожалела, что позвала подруг в свой взрослый мир, который давал ей ореол популярности, но наивно подумала, что все равно всегда будет на два шага впереди — ведь она «Онни». Наен тогда еще не понимала, что границы, нарисованные возрастом, постепенно сотрутся, и то, чего она так добивалась, могло бы покинуть ее — и никто из ее подруг не будет тому виной, только она сама. *** — Это Дженни, — коротко сказала Наен, вися на широком плече высокого паренька. — Она моя лучшая подруга… — это прозвучало так обидно, что у Джису защипало в носу, и слезы готовы были навернуться на глаза. — Это Сыльги-сии, — мило промурлыкала она. — Она учится на год старше, мы ходим в одну танцевальную группу. Она наша сонбэ. И у нее лучшая растяжка в школе, — съехидничала она. — А это Чичу, — добавила она после уже мягко, говорить о Джису плохо было сложно даже для Наен. — Она учится с Дженни. Они мои подружки, Оппа. Знакомься с ними. — Ви, — коротко сказал паренек, показав два пальца в характерном жесте, — Спасибо, что пришли на мою вечеринку. — Простите за вторжение, — вежливо сказала Дженни, но ее слова как-то замялись, и Джису снова стало за нее обидно, ведь ей всегда так нравилась твердость Дженни и ее спокойствие. Сама она стояла позади всех, уже жалея, что пришла сюда вообще, пока Сыльги не вытолкнула ее вперед, обнаружив ее. — Не прячься, Чичу, — улыбнулась она. — Ты же милашка… Джису ответила ей улыбкой — ей нравилась Сыльги, ее-то она и считала настоящей Онни. Красивая и сильная с широкой улыбкой, она отлично двигалась, хорошо танцевала и была лучшей спортсменкой. Длинные ее ноги были предметом зависти, но Сыльги не чувствовала негатива или чужих обид. Она была счастливым человеком — и напоминала Джису ее родителей, Сыльги знала, зачем живет и куда ей идти дальше. — Проходите, — сказал Ви, пропуская девчонок вперед, в зал. Музыка стихла, когда они зашли, Наен все еще висела на его плече, и он легко обнимал девочку за плечи — красивый вид, олицетворение легкости и молодости. — Мои друзья, — сказал Ви, показывая на нескольких парней, который замолчали, разглядывая девчонок. — Намджун, Хосок, тот маленький Чимин, а рядом Шуга… — Мин Юнги, — перебил его парень, поджав губы. Он выглядел холодновато и смерил всех высокомерным взглядом. — А это Сокджин-хенним, — сказал Ви. — Он нам как старший брат. Хенним, поздоровайся с девчонками! Джису подняла глаза вверх — и остолбенела. Перед ней снова стоял принц — не тот из детства с чудесным именем Чунмен — но другой принц, тоже настоящий. Высокий с большими глазами, как и положено принцу. Со всеми атрибутами — тонкий взгляд, правильные черты, темные волосы… — Привет, — сказал ей принц, когда очередь дошла до нее, пожимая ей руку. — Красивый бантик, — добавил он, показывая на заколочку в ее волосах. — Это я сделала, — ревниво заявила Наен. — Джису милашка, правда? — Еще какая, — охотно согласился Ви. — Давайте играть в видео-игру, идет? Или танцевать будем?.. *** Джису дождалась, когда пройдет мама Джунмена — ее путь домой лежал через парк. В восемь она считала эту красивую женщину почти королевой, теперь же знала, что мама ее принца работает адвокатом, она добрая, и у нее духи — фиалки. Она только что осознала, что существуют принцы помимо ее сына, и хотела в этом убедиться. — Джису-сси, — сказала ей она, когда увидела девочку. — Как поживаешь? — Доброго вам дня, — сказала Джису. — Помочь вам донести пакет? — Спасибо, моя хорошая, — улыбнулась. — Совсем большая стала… Скоро колледж, а там и взрослая жизнь. Мама здорова? Они шли, переговариваясь — светская беседа, раньше Джису никогда бы и не подумала взять и навязаться королеве, матери принца, но теперь ей отчаянно захотелось снова приблизиться к той своей мечте, а увидеть Джунмена она не могла. Он поступил в колледж в Сеуле и подолгу не бывал дома. — Как Оппа? — спросила она неловко, — Учится? — Учится, — радушно поведала ей мать. — Передавал, кстати, привет. Защитил проект. И вроде бы девушку завел. Я рада… Хотя и беспокоюсь, как бы не натворили ничего. — Девушку? — спросила Джису и потупила взгляд. — Из колледжа? — Ты ее, наверное, помнишь, — улыбнулась та. — Айрин, по-моему так ее зовут. Она сейчас очень изменилась. Красивая стала. Говорят, пытается устроиться в модельное агентство. Главное, что Джунмену хорошо… Но девочка она хорошая, звонит с ним по праздникам. — Здорово, — искренне сказала Джису. — Я рада, что так. Я побегу домой, да? Передавайте Оппе мои пожелания. Хорошо бы повидаться с ним на Рождество. — Он, наверное, приедет, — снисходительно сказала королева. — Спасибо, что не забываешь его. Учись хорошо, передавай привет маме. Джису торопливо кивала, пока глотала невыплаканные слезы, а потом долго бежала вглубь парка, подальше от королевы и принца, который оказался чужим. — Я подарю тебе цветок, — вспомнила она. — Самый красивый… — ей было пусто и обидно, словно он обещал хранить ей верность и подло обманул ее доверие, хотя она прекрасно знала, что ее принц был старше и принадлежал к другому миру, и за все время учебы она говорила с ним раза шесть и то — так, по-соседски. — А я знала, — сказала ей в трубку Дженни, когда она, хлюпая носом, рассказала ей про Айрин, — Я их видела. Еще на их выпускном. Она ему давно нравилась. Она ведь красивая, помнишь ее? И она подходит ему по возрасту… Слушай, бросай ты это дело и… Джису выключила телефон и аккуратно бросила его в глубокий карман курточки, застегнув ее на молнию. Джендыки никогда не поймет, как сложно терять принца, пусть даже и выдуманного, пусть даже и чужого. Джендыки никогда не почувствует этой боли. У Джендыки дома другая трагедия, пострашнее ее собственной — отец и мать развелись, и в ее родной квартире ходит новая мама, высокая, худая с выступающими скулами, красивая и злая на язык. Они не нравятся друг другу — Джису это помнит. Она и сама боится Черин-аджумма, и, если приходится навестить Джендыки дома, она не поднимает глаз вверх и много молчит. Какое Дженни тогда дело, что происходит тут с Джису? Даже если принц и стал чужим. Даже если его и не было. — Выдумано все, — сказала твердо самой себе Джису. — Домой пора. Весна кончалась прямо перед ней, застывая пеленой сброшенных лепестков на холодной еще воде. *** — В общем, они хотят погулять с вами еще раз, — сказала Наен, морщась. — Вы им понравились. Ви сказал, что Намджун-оппа в восторге от твоего голоса, Дженни. Я, правда, хвалила тебя так долго, что он, наверное, вообразил себе много чего. Отблагодаришь меня потом. — Спасибо, — хмыкнула Дженни, но от Джису не укрылось то, что кончики ее ушей порозовели, и она торопливо вернулась к своей книге. — А остальные влюбились прямо в Сыльги-онни, — смеялась Наен, — Но она сказала, что мальчишки ей не интересны. Она хочет в столичный колледж и больше ничего. Свиданиями не интересуется. Задавака! — Онни серьезная, — задумчиво сказала Джису. — Она молодец. — А тебе повезло больше всех, — погладила ее по голове Наен. — Джин-оппа сказал, что ты та еще штучка, и что он с тобой погулял бы. Я, правда, напомнила ему, что тебе двенадцать, а ему уже шестнадцать, но ему все равно. Представляешь, Чичу? Взрослый парень. Он пригласил тебя и других погулять в воскресенье. Как идея? Пойдем? Или вас тоже не интересуют свидания? Джису замолчала, вспоминая красивое немножко порочное лицо второго принца — если уж первый принц подвел, от второго добра она не ждала, но вдруг почувствовала, как горячо забилось ее сердце, а пальцы задрожали. В ее волосах снова был тот бантик. Она все еще жила в весне. И принц Джунмен оказался чужим. — Я пойду, — сказала она, помолчав. — Оппа мне тоже понравился. Дженни внимательно посмотрела на нее и коротко кивнула.