Травы цветут

Оказалось, это все по-другому. Другие прикосновения, другой запах, другие ощущения. В юности стыдливо слушая рассказы других более опытных подруг, Дженни представляла себе, что физиология сделает все за нее в самый нужный момент — не зря же у людей одинаковая половая и гормональная системы, не зря же только люди занимаются любовью для удовольствия… Она, кончено же, ошиблась, но Дженни тогда свойственно было ошибаться — она сама пригласила Намджуна и сама легла с ним в постель, чтобы начисто вычеркнуть настойчивый темный взгляд Чонгука из своей жизни, из своей памяти, навсегда. У Намджуна был опыт — у Дженни было только отчаянье. Она хотела страсти, хотела немного любви, хотела, чтобы он помог ей забыться, и он сделал все так, как нужно было — но не сумел сделать ничего. Ее тело — воск — настойчиво отзывалось на все его ласки, Намджун на удивление был чутким любовником, и он действительно любил эту холодную девочку с ее равнодушным взглядом, но он допустил одну-единственную ошибку, которую Дженни не смогла ему не простить, не позволить. Он не был Квон Джиеном и не мог им стать даже на эту ночь, следовательно он промахнулся. На столе был недоеденный ужин, на диване остались его документы — он показывал ей свой новый проект, смущенный и довольный. И в воздухе витал запах его парфюма — он был везде, Ким Намджун, в ее теле, на ее постели, в ее ванной — но и не было его нигде. И Дженни просто лежала, позволяя ему трогать себя, оставляя свои следы, и сердце ее разрывалось на части от тоски по тому единственному мужчине, к которому она хотела попасть. — Тебе хорошо? — ласково спрашивал он. — Ты счастлива? И она кивала торопливо и часто, благодарная ему за его деликатность, съедаемая чувством вины. В голове крутились возможные варианты окончания этой ночи, и все они были черствыми и глупыми, и везде она поступала с Намджуном плохо и подло, а с самой собой и того хуже. — Я так счастлив, — говорил он, прежде чем заснуть. — Я мечтал о тебе с самой школы… Они все говорили мне, что ты никогда не посмотришь в мою сторону, но я знал, я знал, что однажды мои чувства достигнут тебя. Я никогда не причиню тебе боли, Дженни. Я никогда не заставлю тебя плакать… Он был настойчив и уверен — и она знала, что Намджун не врет. Он пойдет с ней до конца, оставит ее только если она сама этого захочет. Он будет нежен и добр, подарит ей семью и будущее — но никогда она не будет бежать к нему через целый город или даже мир, как бежала к Квон Джиену, и никогда ее сердце не остановится в груди как от взгляда Чон Чонгука. — Быть может, вскоре вообще все наладится, — сказал он ей, обнимая ее за талию, чтобы лучше чувствовать теплоту ее тела. — Джин-хен тоже собирается помириться с Джису-я… Быть может, мы даже будем встречать следующий новый год вчетвером. Я раньше так мечтал об этом. Я больше не хочу расставаться с тобой, Дженни. Я больше никуда тебя не отпущу. Дженни слушала его, слушала и не слышала — а перед глазами плыла схожая картина. Она также спала с Джиеном в одной постели, спрятав лицо на его груди, прежде чем он покинул и ее, и Ли Черин, навсегда. И никогда больше она не чувствовала себя одинокой и обездоленной в жизни, чем в тот самый день, когда Намджун признался ей в своих чувствах, а она, в страхе перед Чонгуком, поторопилась вступить с ним в отношения. Самый большой ее страх обернулся самой страшной ее ошибкой. *** Джису не спала всю ночь, заучивая дурацкую слащавую роль, а сердце ее дрожало, представляя, что именно она скажет Чо Миен, когда та придет на съемочную площадку. Ей нравилась эта девушка, простая и спокойная, не похожая на других трейни, нравилось болтать с ней ни о чем и обо всем. На той презентации они даже обменялись номерами, чтобы как-нибудь выпить вместе кофе. У Джису была ее Джендыки, но Джендыки еще была трейни, она была далека от того мира, к которому сейчас принадлежала Джису, и понятно было, что многое для нее оставалось неизведанным и странным, а вот Миен была опытнее и старше, и рядом с ней Джису чувствовала себя хорошо и спокойно. И вот теперь она отобрала у Миен работу, с таким трудом заслуженную, работу, ради которой Миен сопровождала продюсера в свое свободное время, во многом себе отказывала… Джису чувствовала себя плохо — она была готова просить Дару отказаться от роли, но знала, что та никогда не пойдет к ней навстречу в этом вопросе. Мягкая и понимающая Дара превращалась в фурию, когда дело касалось ее, Джису, карьеры, и Джису было страшно даже заикаться об этом. Поэтому она послушно делала маски и учила роль, чтобы ее Онни была довольна ею, но в мыслях снова и снова возвращалась к этому предательству и ненавидела себя. — Ты плохо спала, — сказала ей Дара, когда они ехали на съемку. — Опять сидела в интернете? У тебя, кстати, скоро сессия, так что надо бы и в академии появиться. — Я волнуюсь за роль, — честно призналась Джису. — Она такая простая и наивная… Я сотню таких дорам видела, сюжет как слизан. — А тебе и не нужен серьезный фильм сейчас, — пожала плечами Дара. Машину она водила легко и непринужденно. — Чем проще роль, тем лучше для тебя. Закрепишься, станешь популярнее. К проекту будет приковано внимание, ведь ты сейчас на слуху. О тебе заговорят. — Обо мне заговорят плохо, когда узнают, что я украла чужую роль, — пробормотала она. — И я сама уже ненавижу себя. — Но ты тут не при чем, — равнодушно сказала Дара. — Ты и пальца о палец не ударила, чтобы украсть эту роль. Все сделала я. Так что если кто-то будет обвинять тебя, можешь смело перенаправить их ко мне. Это я забрала ту роль для тебя и сделаю так еще не раз, будь уверена. В шоу-бизнесе это нормальное явление. А вот твои страхи и нытье — нет. Соберись. Раз уж чужая роль досталась тебе, сыграй ее так, чтобы не было сожалений. Иначе той девчонке будет в два раза обиднее. Джису замолчала, разглядывая проплывающие мимо машины и дома. Было пять часов утра, и город только просыпался. Закутавшись в теплое пальто, она попыталась уснуть, но не получилось. У съемочного павильона их уже ждал счастливый Сын Хен. — Наша красавица просто очаровательна, — сказал он. — Вчера до полуночи читал комментарии. Мои ребята на высоте сейчас, и ты, Джису-я, тоже. — Спасибо за то, что позаботились обо мне, — пробормотала она. — Я буду стараться оправдать доверие. — Нам повезло, — сообщил он Даре. — Им удалось взять на главную роль Пен Бэкхена. Этот трейни на уровне сейчас, о нем так много пишут. В его профиле рекордное количество подписчиков, и он уже занят. Говорят, он скоро дебютирует в поп-группе, вот бы фильм вышел прямо перед дебютом, тогда к нему будет приковано все внимание масс-медиа. — Но я слышала, что он занят… — прошептала Дара. — После того скандала с продажными девицами, его вроде бы решили занять на шоу, чтобы лишние движения не делал. Я думала они возьмут кого-то из уже устойчивых актеров, от них пользы больше. — Да какая разница, — пожал плечами Сын Хен. — Такой парень привлечет больше внимания к проекту, продюсеры это понимают. Посмотри на моих парней, они популярны, но если бы немного поразвязней себя вели, клип побил бы все рекорды. Но у Сон Мино и компании другие интересы. Для них такой путь не подходит. — Главное, чтобы репутация Джису не пострадала, — пожала плечами Дара. — Она такая нежная, переживает из-за того, что мы перехватили роль и… Джису не слушала их разговор, шла за ними, рассматривая павильон. Она уже играла в дораме, но там проект был не настолько бюджетным, а тут чувствовалась рука важных людей, всюду, как сказала бы Джендыки, пахло деньгами. У какого-то поворота ее перехватила девушка-менеджер, милая и вежливая. — Ким Джису, вам сюда, — сказала она. — Грим и наряды, потом вас представят режиссеру. — Иди, иди, — ласково кивнула ей Дара в ответ на удивленный взгляд Джису. — Пробы снимать не будут, попробуют с первых сцен, вдруг получится. Я буду ждать тебя на площадке. Она проводила Джису взглядом, чувствуя, как сердце сжимается от предчувствия чего-то нехорошего и неприятного — но Сандара твердо отогнала от себя плохие мысли. Все у них с Джису будет хорошо, недаром они встретились в этом большом холодном городе. Она, Дара, точно позаботится об этом. *** Джису сразу почувствовала на себя холодные липкие взгляды, стоило ей только пройти на площадку. Все вокруг рассматривали ее, словно игрушку на выставке, и сердце ее трепетало, готовое покинуть грудную клетку. Она внезапно поняла, почему Сон Мино не особо любит ходить в публичные места, а Джину постоянно переживает из-за нелестных статей — такова была обратная сторона популярности, и она пугала. В толпе статистов она увидела Чо Миен, но та быстро опустила взгляд и сделала вид, что не узнала ее, и Джису почувствовала, что солидарна с ней, Миен неловко и обидно, и только она, Джису, виновна в том. Она быстро вошла в зал и подошла к ожидающим ее Даре и Сын Хену. Те говорили с продюсером, и очень обрадовались ее возвращению. — Наша Джису-я, — сказала Дара. — Позаботьтесь о ней. — Заботиться о молодых особах — мое хобби, — расхохотался тот. — Деточка, в клипе ты была очень взрослой, а в жизни ты такая милашка. Школьная форма тебе идет, этот невинный макияж тоже. Ты знаешь роль? — Она все выучила, — быстро сказала Дара. — Джису-я хорошо учит роли, у нее аура актрисы, но ее ждет большое будущее во всех жанрах. Она также трейни нашей академии, так что, возможно, из нее получится и айдол. — Я вижу, — продюсер довольно оглядел Джису со всех сторон. — Спонсорам она точно понравится. Я передам ее режиссеру, идет? А вы пока выпейте со мной чай, обсудим детали нашего сотрудничества. У меня много планов, и ваши ребята мне вполне подходят… — Иди, — шепнула Дара Джису, глядя, как Сын Хен уводит продюсера. — Ты знаешь роль, ты красива и талантлива — у тебя нет причин для волнения. — Но я немного боюсь, — выдавила из себя Джису. — Ты не побудешь со мной рядом? — Я договариваюсь с ним о важных делах, — пожала плечами Дара. — Если бы я чувствовала, что ты не справишься, я была бы рядом. Но тут у тебя все точно получится, я ни в чем не сомневаюсь. Так что иди и поработай, моя хорошая. А все остальное я возьму на себя… — Всего остального у меня и нет, — подумала Джису, послушно удаляясь от Дары. — Все остальное ушло в небытие. — Мы начнем с главной сцены, — сказал ей режиссер, — Это Пен Бэкхен, он играет главного героя. Вы знакомы? — Нет, но… — Джису попыталась представиться, но режиссер быстро перебил ее. — Вот и славно, — кивнул он. — Идите к своим партам. Массовка! На место! — Я Джису, — шепнула она партнеру. — Приятно поработать с вами. — Бэкхен, — коротко сказал парень, без стеснения рассматривая ее. — Ты хорошо сыграла в том клипе, твое мокрое платье на слуху у всех моих друзей. Джису покраснела, поднимая глаза, Бэкхен подмигнул ей. Это был красивый парень с хорошим телом, но вел он себя совсем не так, как вели себя певцы группы Сон Мино или трейни из академии. Избалованный вниманием и собственным талантом, Бэкхен отлично понимал, что для него светят все на свете звезды и пользовался этим. К женщинам он относился просто и легко — скорее всего, женщины были созданы для удовольствия мужчин, и только. Однако надо было отдать ему должное, играть он умел и любил, двигался он хорошо, и в первой же сцене легко показал Джису, каким будет главный герой дорамы. Эта роль была словно создана для него — он был наглым, уверенным в себе, счастливым. Безликие девочки тут же окружили Джису, трое играли ее подруг, остальные — одноклассниц. Среди них была и Чо Миен, у которой во всей сцене была только одна общая реплика. Девушка старательно избегала взгляда Джису, словно боясь с ней встретиться, и на коротких перерывах старалась тут же увлечься веселой болтовней с другими актрисами. — Не получается успокоиться? — спросил ее режиссер, когда в павильон ввезли тележки с кофе и бутербродами. — Мне на руку твоя нервозность, но тебе лучше взять себя в руки, пока ты не начала путать текст. — Прошу прощения, — быстро сказала Джису. — Я немного сбилась с ритма. Много мероприятий… — Оно и понятно, — режиссер усмехнулся. — И все-таки какая же ты милашка… — с жалостью произнес он. — Парень есть? Его пальцы легко приподняли ее лицо, рассматривая его, и Джису тут же вспыхнула, в ужасе от подобной наглости. Напрасно она искала взглядом Дару или Сын Хена, те обедали с продюсером в его кабинете. Вырваться же самой показалось ей грубым и неправильным. Ситуацию спал Пен Бэкхен, он быстро появился рядом, из-за спины режиссера, веселый и непринужденный, как всегда. — Пойдем, Ким Джису, — сказал он. — Познакомлю тебя с другими актерами. А то сидишь тут в одиночестве… Его круглые красивые глаза невинно посмотрели на режиссера, словно он ничего не понял. — Вы ведь не против? — спросил он. — Если я украду ее? — Идите, — буркнул мужчина, недовольный что ему помешали. — Расскажи Джису-сси, как успокоиться на площадке, — сказал он им вслед. — Она слишком нервничает. А лучше покажи…